Книги по тегу «предательство»: ""
— Я беременна! — крикнула я, что было мочи, едва сдерживая слезы.
Он схватил меня и стал закрывать рот.
— Успокойся, не кричи! Тебя могут услышать. Не ври о беременности! Ищешь способ, как можно удержать меня? Это не прокатит! Мне не нужна сопливая малолетка.
Он вытащил пачку денег и пихнул мне в карман.
— Держи деньги и делай, что хочешь! Забудь про меня! Экзамен сдала, больше нас ничего не связывает.
Он развернулся и шаг за шагом уходил прочь, его силуэт отдалялся. Я стояла словно в оцепенении. Сердце бешено колотилось, а внутри царила пустота. Каждое слово Константина Романовича отдавалось эхом боли и унижения. Я не могла справиться с чувством предательства — он был не просто преподавателем, он стал частью моей жизни, моих надежд. Огромная волна ярости накрывала меня, когда я представляла, как Константин нежно общается с другой женщиной, беззаботно смеется, в то время как втоптал меня в грязь.
Он схватил меня и стал закрывать рот.
— Успокойся, не кричи! Тебя могут услышать. Не ври о беременности! Ищешь способ, как можно удержать меня? Это не прокатит! Мне не нужна сопливая малолетка.
Он вытащил пачку денег и пихнул мне в карман.
— Держи деньги и делай, что хочешь! Забудь про меня! Экзамен сдала, больше нас ничего не связывает.
Он развернулся и шаг за шагом уходил прочь, его силуэт отдалялся. Я стояла словно в оцепенении. Сердце бешено колотилось, а внутри царила пустота. Каждое слово Константина Романовича отдавалось эхом боли и унижения. Я не могла справиться с чувством предательства — он был не просто преподавателем, он стал частью моей жизни, моих надежд. Огромная волна ярости накрывала меня, когда я представляла, как Константин нежно общается с другой женщиной, беззаботно смеется, в то время как втоптал меня в грязь.
Судорожно набираю номер мужа. Гудки.
- Да, Алин, я слушаю. Только быстренько, у меня совещание через две минуты, - говорит он на выдохе.
- Совещание? Ты на работе?
- А где мне еще быть? На работе, конечно. Ты кинь список продуктов, я возьму по дороге домой.
Кладу трубку.
Сижу в машине, вцепившись в руль и смотрю как мой муж возвращается в свадебный салон через дорогу. Вышел, чтобы ответить на мой звонок.
Вижу через витрину, как Глеб обнимает девушку в свадебном платье. Подруга? Возможно. Но после объятий последовал поцелуй…
---
ПРОДА ежедневно -- планируется ПОДПИСКА
---
Сюжет разворачивается в вымышленном городе Любиярске.
- Да, Алин, я слушаю. Только быстренько, у меня совещание через две минуты, - говорит он на выдохе.
- Совещание? Ты на работе?
- А где мне еще быть? На работе, конечно. Ты кинь список продуктов, я возьму по дороге домой.
Кладу трубку.
Сижу в машине, вцепившись в руль и смотрю как мой муж возвращается в свадебный салон через дорогу. Вышел, чтобы ответить на мой звонок.
Вижу через витрину, как Глеб обнимает девушку в свадебном платье. Подруга? Возможно. Но после объятий последовал поцелуй…
---
ПРОДА ежедневно -- планируется ПОДПИСКА
---
Сюжет разворачивается в вымышленном городе Любиярске.
Отсидев за убийство жены положенный срок, Макар вернулся в город и отправился на кладбище. Каков же был его шок, когда он понял, что могилы НЕТ...
─ Твой Андрей тебе изменяет, ─ подруга проговаривает это так быстро, что я даже не сразу улавливаю смысл ее слов.
─ Что? Андрей? ─ с губ срывается нервный смешок.
Мой муж? Ну, нет, он бы не стал мне изменять.
─ Ленусь, я понимаю, что это сложно принять, но… Он спит он со своей новой секретаршей. Я сама их застукала…
***
Муж когда-то говорил, что терпеть не может неестественную красоту. А теперь я узнаю, что причина его постоянных задержек имеет четвертый размер груди и надутые губы…
─ Что? Андрей? ─ с губ срывается нервный смешок.
Мой муж? Ну, нет, он бы не стал мне изменять.
─ Ленусь, я понимаю, что это сложно принять, но… Он спит он со своей новой секретаршей. Я сама их застукала…
***
Муж когда-то говорил, что терпеть не может неестественную красоту. А теперь я узнаю, что причина его постоянных задержек имеет четвертый размер груди и надутые губы…
Мы вышли из здания, и когда начали пересекать парковку, Сережа вдруг закричал.
– Вон-вон-вон, – и указал на выезжающий с места автомобиль. – Волк, который хотел утащить колобка, – сын переиначил все мною сказанное.
– Тот дядя, который дал тебе деньги?
– Да!
– В белой машине?
– Да.
– Бежим к нему, – я покрепче сжала ладонь сына. – Стойте!
Машина резко затормозила, и мы с Сережкой приблизились к окну.
Я достала из кармана пять тысяч и, распрямив банкноту, потрясла ей.
Темное стекло стало опускаться.
– Заберите свои деньги. Нам они не нужны.
Но чем больше открывалось окно, представляя хозяина автомобиля, тем сильнее на моем лице проявлялся ужас от происходящего.
Виктор Абрамов.
Отец моего ребенка.
Только не это.
– Валерия? – произнес, изучая мое лицо.
А я думала он уже забыл мое имя.
Негодяй!
Закрыв собой Сережку, только бы Абрамов не догадался, кто стоит передним, я проговорила...
– Вон-вон-вон, – и указал на выезжающий с места автомобиль. – Волк, который хотел утащить колобка, – сын переиначил все мною сказанное.
– Тот дядя, который дал тебе деньги?
– Да!
– В белой машине?
– Да.
– Бежим к нему, – я покрепче сжала ладонь сына. – Стойте!
Машина резко затормозила, и мы с Сережкой приблизились к окну.
Я достала из кармана пять тысяч и, распрямив банкноту, потрясла ей.
Темное стекло стало опускаться.
– Заберите свои деньги. Нам они не нужны.
Но чем больше открывалось окно, представляя хозяина автомобиля, тем сильнее на моем лице проявлялся ужас от происходящего.
Виктор Абрамов.
Отец моего ребенка.
Только не это.
– Валерия? – произнес, изучая мое лицо.
А я думала он уже забыл мое имя.
Негодяй!
Закрыв собой Сережку, только бы Абрамов не догадался, кто стоит передним, я проговорила...
«Она убежала от шторма — но океан остался в её крови»
Тиара Лей стёрла себя из жизни Меллота Левека.
Обманула. Исчезла. Заставила поверить, что между ними — пустота.
Она сделала это ради ребёнка. Ради того, чтобы его имя никогда не всплывало в разговорах мафии. Чтобы он рос там, где не знают, что такое «приказ консильери» и «цена ошибки».
Меллот не прощает обмана. Тем более — от той, кого он считал своей. Он — бастард, ставший тенью Мемфиса: город дышит, когда он кивает, и замирает, когда он смотрит. Его власть — не в титулах, а в том, что люди чувствуют её кожей. И теперь эта власть ищет её.
Тишина, которую она так берегла, трещит по швам. Следы найдены. Вопросы заданы. И скоро ей придётся встретиться с тем, от чего она бежала: не просто с Меллотом, а с океаном внутри себя — тем, что до сих пор отзывается на его имя.
Тиара Лей стёрла себя из жизни Меллота Левека.
Обманула. Исчезла. Заставила поверить, что между ними — пустота.
Она сделала это ради ребёнка. Ради того, чтобы его имя никогда не всплывало в разговорах мафии. Чтобы он рос там, где не знают, что такое «приказ консильери» и «цена ошибки».
Меллот не прощает обмана. Тем более — от той, кого он считал своей. Он — бастард, ставший тенью Мемфиса: город дышит, когда он кивает, и замирает, когда он смотрит. Его власть — не в титулах, а в том, что люди чувствуют её кожей. И теперь эта власть ищет её.
Тишина, которую она так берегла, трещит по швам. Следы найдены. Вопросы заданы. И скоро ей придётся встретиться с тем, от чего она бежала: не просто с Меллотом, а с океаном внутри себя — тем, что до сих пор отзывается на его имя.
Жизнь юной леди Линетты практически идеальна. В ней есть любящий, безотказный отец, верные друзья и жених - лучший воин манора. Беззаботное счастье даёт трещину, когда возлюбленный Линетты таинственным образом исчезает близ лесного озера, у которого, по слухам, есть жестокий хозяин - келпи.
На что пойдёт дочь лорда ради спасения любимого? Не станет ли опрометчивое решение концом её прежней жизни?
На что пойдёт дочь лорда ради спасения любимого? Не станет ли опрометчивое решение концом её прежней жизни?
– Ты на себя забила, Диана. Мне стыдно даже находиться рядом с тобой. Поэтому… я принял непростое решение. Нам следует развестись. У меня появилась другая.
Так сказал мне муж, когда я помогла осуществить его самую заветную мечту. И на открытии нашего ресторана он появился не со мной, а с длинноногой красоткой.
Ну, что же… если он думал, что может меня использовать и выбросить, то я с радостью его огорчу. Потому что всё, что создала, я смогу и разрушить.
Муж пожалеет, но для него будет уже поздно.
Так сказал мне муж, когда я помогла осуществить его самую заветную мечту. И на открытии нашего ресторана он появился не со мной, а с длинноногой красоткой.
Ну, что же… если он думал, что может меня использовать и выбросить, то я с радостью его огорчу. Потому что всё, что создала, я смогу и разрушить.
Муж пожалеет, но для него будет уже поздно.
- Ты что, сумасшедшая?! Я же сказал, что никуда тебя не отпускаю!
Глеб смотрит на меня мрачно нахмурив брови. Таким я его еще не видела. Мы стоим почти вплотную и смотрим друг другу в глаза. А может, он прав, и я себе все придумала? Нет. Пусть не надеется, что я поверю в очередную ложь.
- Глеб. Я все видела своими глазами. Не пытайся меня обдурить. Ты меня предал, ты был с другой!
Я разворачиваюсь, и уже собираюсь уйти, как вдруг чувствую резкий толчок в спину. Секунда, и, нелепо взмахнув руками, я лечу по ступенькам вниз.
Глеб смотрит на меня мрачно нахмурив брови. Таким я его еще не видела. Мы стоим почти вплотную и смотрим друг другу в глаза. А может, он прав, и я себе все придумала? Нет. Пусть не надеется, что я поверю в очередную ложь.
- Глеб. Я все видела своими глазами. Не пытайся меня обдурить. Ты меня предал, ты был с другой!
Я разворачиваюсь, и уже собираюсь уйти, как вдруг чувствую резкий толчок в спину. Секунда, и, нелепо взмахнув руками, я лечу по ступенькам вниз.
- Я воплощу твои порочные желания в жизнь, – чарующе произнёс инкуб.
Властные губы накрыли мои в волнующем поцелуе, обжигая, требуя ответа.
- Лёгкая боль тоже может приносить наслаждение.
Он целовал, оставляя на нежной коже горячие, влажные засосы, словно ставил клеймо. Каждое прикосновение отдавалось вспышкой удовольствия.
- И сегодня ты об этом узнаешь, сладкая. Узнаешь, каково это умолять не останавливаться и жаждать ещё.
Горячее дыхание щекотало кожу.
- Я покажу тебе всю глубину порока.
Властные губы накрыли мои в волнующем поцелуе, обжигая, требуя ответа.
- Лёгкая боль тоже может приносить наслаждение.
Он целовал, оставляя на нежной коже горячие, влажные засосы, словно ставил клеймо. Каждое прикосновение отдавалось вспышкой удовольствия.
- И сегодня ты об этом узнаешь, сладкая. Узнаешь, каково это умолять не останавливаться и жаждать ещё.
Горячее дыхание щекотало кожу.
- Я покажу тебе всю глубину порока.
Выберите полку для книги