Книги по тегу «предательство»: ""
– Папочка! Мы вернулись! – кричит дочь, стягивая с ног любимые дутики. – Ты где?
Протягиваю руку, чтобы остановить дочь, но тут же безвольно её роняю, встретившись взглядом с высокой стройной блондинкой, которая внезапно появилась из дверей в гостиной.
– Руслан, – удивленно произносит она, оборачиваясь. – Это кто? Твоя домработница?
Дочь внезапно замирает и пятится ко мне. Улыбка на ее лице становится растерянной.
Муж при виде меня внезапно вскипает.
– Люся, мать твою! Что ты здесь делаешь? – шипит он, задвигая за себя блондинку. – Почему не позвонила? Что за внезапные визиты?
Ошарашенно молчу, глядя на него. Прижимаю к себе дочь, которая начинает испуганно хныкать при виде разъярённого отца.
– Ну что, рада? – спрашивает он. – Ребенка напугала, мне нервы вытрепала и ради чего? Зачем приехала без предупреждения? Счастлива что удалось застать меня с другой?
Отрицательно качаю головой, с трудом сдерживая слезы.
– Ну что ж, – произносит Руслан. – Пришло время кое-что прояснить…
Протягиваю руку, чтобы остановить дочь, но тут же безвольно её роняю, встретившись взглядом с высокой стройной блондинкой, которая внезапно появилась из дверей в гостиной.
– Руслан, – удивленно произносит она, оборачиваясь. – Это кто? Твоя домработница?
Дочь внезапно замирает и пятится ко мне. Улыбка на ее лице становится растерянной.
Муж при виде меня внезапно вскипает.
– Люся, мать твою! Что ты здесь делаешь? – шипит он, задвигая за себя блондинку. – Почему не позвонила? Что за внезапные визиты?
Ошарашенно молчу, глядя на него. Прижимаю к себе дочь, которая начинает испуганно хныкать при виде разъярённого отца.
– Ну что, рада? – спрашивает он. – Ребенка напугала, мне нервы вытрепала и ради чего? Зачем приехала без предупреждения? Счастлива что удалось застать меня с другой?
Отрицательно качаю головой, с трудом сдерживая слезы.
– Ну что ж, – произносит Руслан. – Пришло время кое-что прояснить…
После головокружительного взлёта при дворе нового императора Гвендолин понимает, что стала жертвой интриг собственного возлюбленного, мужчина и демона, которого сама возвела на престол.
Теперь у неё нет другого выхода, кроме как пуститься в бега. И может быть где-то на другом краю света она сумеет начать новую жизнь и возродиться из пепла.
Теперь у неё нет другого выхода, кроме как пуститься в бега. И может быть где-то на другом краю света она сумеет начать новую жизнь и возродиться из пепла.
Пять лет. Целых пять лет этот «волшебный» праздник был для меня не запахом мандаринов и надежд, а точным напоминанием: вот тут, прямо под бой курантов, твое сердце разбили в мелкие осколки, которые потом больно впиваются в подошвы весь год.
Поэтому, когда весь офис с начала декабря погрузился в предпраздничную истерику - гирлянды, корпоративы, обсуждение, кто в какого Деда Мороза нарядится, - я чувствовала себя агентом под прикрытием в стане врага. Моя миссия: пережить. Не радоваться, не веселиться. Просто пережить.
Мое спасение пришло в виде приказа о командировке. Срочной. В глубинку. Перед самым Новым годом. Боже, да я готова была расцеловать того неведомого олигарха, который захотел строить себе замок посреди снежной бури прямо перед праздником.
Поэтому, когда весь офис с начала декабря погрузился в предпраздничную истерику - гирлянды, корпоративы, обсуждение, кто в какого Деда Мороза нарядится, - я чувствовала себя агентом под прикрытием в стане врага. Моя миссия: пережить. Не радоваться, не веселиться. Просто пережить.
Мое спасение пришло в виде приказа о командировке. Срочной. В глубинку. Перед самым Новым годом. Боже, да я готова была расцеловать того неведомого олигарха, который захотел строить себе замок посреди снежной бури прямо перед праздником.
– Примерь свадебное платье, - обращается ко мне хозяин дома.
Аслан. Горец. Статный мужчина. Я не ровня ему.
Всего лишь горничная. Обслуга, с которой никогда не считаются.
– Но ваша невеста не я, - отвечаю, глядя на его избранницу, которую он засек на измене с конкурентом.
– Теперь моя.
Я не узнала его. Он из прошлого. Тогда у нас была одна ночь. Пути разошлись.
Сейчас ему нужен лишь фиктивный брак для бизнеса, а нашему сыну необходима сложная операция.
Аслан. Горец. Статный мужчина. Я не ровня ему.
Всего лишь горничная. Обслуга, с которой никогда не считаются.
– Но ваша невеста не я, - отвечаю, глядя на его избранницу, которую он засек на измене с конкурентом.
– Теперь моя.
Я не узнала его. Он из прошлого. Тогда у нас была одна ночь. Пути разошлись.
Сейчас ему нужен лишь фиктивный брак для бизнеса, а нашему сыну необходима сложная операция.
- Ну целовались и что?! - лишь надменно усмехнулся Денис.
Настя застукала мужа за поцелуем с лучшей подругой, с женой его же начальника, вот только он ничуть не смутился.
- Что ты мне сделаешь?! Расскажешь Макару?! Да он и слушать тебя не станет, он считает, что ты сумасшедшая. Так что твои слова ничего не стоят. Нужны доказательства, а их у тебя нет дорогая!
Доказательства?! Да, сегодня их нет..., но ведь война только начинается... война за правду, за себя, за жизнь, которую никто не сможет разрушить.
- И да, не забывай, завтра ужин с инвесторами. Так что ты вылезешь из своей истерики, наденешь лучшее платье и будешь улыбаться. А если посмеешь сказать хоть одно лишнее слово. Я запру тебя в психушку. За пять минут. Ты знаешь, я могу...
Настя глубоко вдохнула: пусть он считает, что диктует правила игры, она отыграет этот спектакль, но обязательно станет той, кто смеется последней!
Настя застукала мужа за поцелуем с лучшей подругой, с женой его же начальника, вот только он ничуть не смутился.
- Что ты мне сделаешь?! Расскажешь Макару?! Да он и слушать тебя не станет, он считает, что ты сумасшедшая. Так что твои слова ничего не стоят. Нужны доказательства, а их у тебя нет дорогая!
Доказательства?! Да, сегодня их нет..., но ведь война только начинается... война за правду, за себя, за жизнь, которую никто не сможет разрушить.
- И да, не забывай, завтра ужин с инвесторами. Так что ты вылезешь из своей истерики, наденешь лучшее платье и будешь улыбаться. А если посмеешь сказать хоть одно лишнее слово. Я запру тебя в психушку. За пять минут. Ты знаешь, я могу...
Настя глубоко вдохнула: пусть он считает, что диктует правила игры, она отыграет этот спектакль, но обязательно станет той, кто смеется последней!
Тишину разрывают приближающиеся хлопки в ладоши. Медленные, размеренные, почти ироничные.
Я поворачиваюсь и замираю.
Передо мной стоит девушка.
Её губы изгибаются в ядовитой улыбке.
Она смотрит сначала на меня, а потом на мужа…
- Ну что, поздравляю, Максик, - голос девушки звучит сладко, как мёд с ядом. - Свадьба всё-таки состоялась... Но только не со мной.
Я поворачиваюсь и замираю.
Передо мной стоит девушка.
Её губы изгибаются в ядовитой улыбке.
Она смотрит сначала на меня, а потом на мужа…
- Ну что, поздравляю, Максик, - голос девушки звучит сладко, как мёд с ядом. - Свадьба всё-таки состоялась... Но только не со мной.
Где-то вдали начали бить куранты.
Бом. Бом. Бом.
Новый год. Время загадывать желания. Время верить в чудеса.
Салюты взорвались в небе, расцвечивая тьму яркими вспышками. Красный. Зелёный. Золотой.
По моим щекам потекли слёзы.
Влад и Арина оторвались друг от друга. Они услышали куранты, услышали салюты. Арина запрокинула голову, глядя на небо, улыбаясь. Влад прижал её к себе крепче, что-то шепча ей на ухо.
А потом они увидели нас.
Арина замерла, её улыбка застыла на лице. Влад обернулся, и наши взгляды встретились.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Он на меня. Я на него.
Я видела, как его лицо бледнеет. Как глаза расширяются от ужаса. Как руки медленно отпускают Арину.
— Настя... — его губы беззвучно сформировали моё имя.
Я не могла говорить. Не могла двигаться. Не могла дышать.
Влад сделал шаг ко мне, протягивая руки:
— Настя, подожди. Я могу всё объяснить...
Бом. Бом. Бом.
Новый год. Время загадывать желания. Время верить в чудеса.
Салюты взорвались в небе, расцвечивая тьму яркими вспышками. Красный. Зелёный. Золотой.
По моим щекам потекли слёзы.
Влад и Арина оторвались друг от друга. Они услышали куранты, услышали салюты. Арина запрокинула голову, глядя на небо, улыбаясь. Влад прижал её к себе крепче, что-то шепча ей на ухо.
А потом они увидели нас.
Арина замерла, её улыбка застыла на лице. Влад обернулся, и наши взгляды встретились.
Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Он на меня. Я на него.
Я видела, как его лицо бледнеет. Как глаза расширяются от ужаса. Как руки медленно отпускают Арину.
— Настя... — его губы беззвучно сформировали моё имя.
Я не могла говорить. Не могла двигаться. Не могла дышать.
Влад сделал шаг ко мне, протягивая руки:
— Настя, подожди. Я могу всё объяснить...
Меньше недели до нового года, а я беру выходной – говорю директору, что плохо себя чувствую.
Утром прячусь в машине сестры у нашего подъезда. Зоя за рулём, я на пассажирском, съёжившись пониже.
– Настя, ты уверена? – шепчет она.
Я молчу. Вот он выходит, садится в машину.
– Едь за ним.
Артём едет не к офису. Совсем в другую сторону – к старым кварталам за площадью. Останавливается у здания из красного кирпича. Бывшая фабрика – окна высокие, арочные.
Мы паркуемся через дорогу. Он заходит через тяжелую дверь. Я жду минуту, две.
Выхожу и иду следом.
Внутри пахнет пылью и краской. Коридор в полумраке, двери с номерами.
Слышу звуки – его голос и женский смех. За дверью 27.
Рука стучит сама.
Тишина. Шаги.
Дверь открывается.
Передо мной молодая девушка с длинными волосами. Она кутается в одеяло, под которым явно ничего нет.
– Вы... кто? – спрашивает она.
Утром прячусь в машине сестры у нашего подъезда. Зоя за рулём, я на пассажирском, съёжившись пониже.
– Настя, ты уверена? – шепчет она.
Я молчу. Вот он выходит, садится в машину.
– Едь за ним.
Артём едет не к офису. Совсем в другую сторону – к старым кварталам за площадью. Останавливается у здания из красного кирпича. Бывшая фабрика – окна высокие, арочные.
Мы паркуемся через дорогу. Он заходит через тяжелую дверь. Я жду минуту, две.
Выхожу и иду следом.
Внутри пахнет пылью и краской. Коридор в полумраке, двери с номерами.
Слышу звуки – его голос и женский смех. За дверью 27.
Рука стучит сама.
Тишина. Шаги.
Дверь открывается.
Передо мной молодая девушка с длинными волосами. Она кутается в одеяло, под которым явно ничего нет.
– Вы... кто? – спрашивает она.
На день рождения муж подарил мне маленькие серёжки, а моей младшей сестре – колье с изумрудами.
Я смотрю на тусклые фианиты:
– Серёжки, значит. Не колье?
– А колье, Тоня, – в глазах мужа презрение, – для шикарной женщины.
Хочу уйти, но в спину прилетает:
– Тонька, ты куда собралась?
Нервы, как струна.
А сестра улыбается:
– Ну что ты, сестрёнка, не будь букой. Разве ты не желаешь мне счастья?
– Ты ещё заплачь, – вмешивается мама. – Хочешь испортить Женечке праздник?
– А у сестрёнки это отлично получается, – замечает Женечка. – Ты не заслуживаешь праздника! Этот роскошный ресторан, своего мужа! Тебя всю жизнь терпели. Ты – пустышка, даже родить за столько лет не смогла!
Пятнадцать лет вместе.
Бесплодие.
Моя младшая сестра, беременная от моего мужа.
Мама и свекровь, желающие «счастья молодым».
Муж хорошо подготовился к разводу, а теперь хочет отнять у меня последнее – детский садик для глухих ребят.
Но я покажу предателям, что со мной так нельзя!
Я смотрю на тусклые фианиты:
– Серёжки, значит. Не колье?
– А колье, Тоня, – в глазах мужа презрение, – для шикарной женщины.
Хочу уйти, но в спину прилетает:
– Тонька, ты куда собралась?
Нервы, как струна.
А сестра улыбается:
– Ну что ты, сестрёнка, не будь букой. Разве ты не желаешь мне счастья?
– Ты ещё заплачь, – вмешивается мама. – Хочешь испортить Женечке праздник?
– А у сестрёнки это отлично получается, – замечает Женечка. – Ты не заслуживаешь праздника! Этот роскошный ресторан, своего мужа! Тебя всю жизнь терпели. Ты – пустышка, даже родить за столько лет не смогла!
Пятнадцать лет вместе.
Бесплодие.
Моя младшая сестра, беременная от моего мужа.
Мама и свекровь, желающие «счастья молодым».
Муж хорошо подготовился к разводу, а теперь хочет отнять у меня последнее – детский садик для глухих ребят.
Но я покажу предателям, что со мной так нельзя!
— Ты зачем вернулась? Я же сказал — полежи у мамы.
— Чтобы застать тебя в своей спальне. С ней.
— Инга, ты больна. Тебе нельзя нервничать. Мы просто… давно так живём.
Я болела. Сердце, приступы, слабость — я думала, он рядом, чтобы поддержать. Что переживает.
А он в это время спал со своей ассистенткой. Прямо у нас дома. Прямо тогда, когда мне было хуже всего. Я вошла в комнату, держась за стену, чтобы не упасть. А он посмотрел на меня так, будто я им мешаю. И тогда я решила… больше не останусь ни одной минуты с этим человеком…
— Чтобы застать тебя в своей спальне. С ней.
— Инга, ты больна. Тебе нельзя нервничать. Мы просто… давно так живём.
Я болела. Сердце, приступы, слабость — я думала, он рядом, чтобы поддержать. Что переживает.
А он в это время спал со своей ассистенткой. Прямо у нас дома. Прямо тогда, когда мне было хуже всего. Я вошла в комнату, держась за стену, чтобы не упасть. А он посмотрел на меня так, будто я им мешаю. И тогда я решила… больше не останусь ни одной минуты с этим человеком…
Выберите полку для книги