Книги по тегу «противостояние и притяжение»: ""

Стоит ли даже самая искренняя любовь того, чтобы забыть про свои принципы? Особенно, когда твоя любовь - главная стерва школы, не подпускающая к себе никого.

Амелия, вынужденная покинуть Москву по воле отца и оказывается в солнечной Калифорнии, там, где всё кажется ярким, глянцевым и до боли чужим. Её «ссылка» под предлогом получения образования, способ убрать неудобную дочь с глаз долой, пока отец строит новую семью.
В аэропорту девушку встречает Кирилл Викторович Богданов, друг отца и человек, которого Амелия когда-то в юности считала воплощением надёжности и силы. Детская влюблённость, старательно забытая за пять лет, вспыхивает с новой силой, но теперь на её место приходят растерянность, гордость и желание доказать, что она больше не та робкая девочка, нуждающаяся в присмотре.
Противостояние Амелии с волей отца, напряжённое, полное невысказанных чувств, взаимодействие с другом отца и попытка найти опору в незнакомой стране складываются в эмоциональную историю о том, как сложно отстоять право на собственную жизнь и как порой единственный человек, способный стать твоим якорем, оказывается самым опасным выбором из всех возможных.

Она — идеальная жена, мать двоих детей, хозяйка элитной квартиры в центре Москвы. Ей тридцать девять, она красива, ухоженна и давно привыкла быть дорогой мебелью в собственном доме — муж не замечает её уже несколько лет, а жизнь превратилась в череду скучных, пустых дней. Однажды подруга зовёт её в клуб, где она встречает его — молодого, дерзкого, невероятно красивого парня с тёмными вьющимися волосами и взрослым взглядом, от которого невозможно отвести глаза. Между ними возникает странная, почти мистическая связь без единого прикосновения, и Анна впервые за долгие годы чувствует себя желанной, живой, настоящей.

— Мой отец прибывает в двенадцать, — сказала она. — А твоя мама — в одиннадцать тридцать.
— Они приедут в один день!
Тишина в квартире стала звенящей. Даже уличный шум, казалось, стих. Паук в углу замер — то ли от ужаса, то ли из солидарности.
Они стояли в коридоре и смотрели друг на друга. Торшер в спальне мигнул — где-то в сети был перепад напряжения, — и тени на стенах дрогнули, словно квартира тоже осознала масштаб грядущей катастрофы.
— Мы можем отменить? — тихо спросила Яна. — Ну, сказать, что мы заболели. Что у нас ковид. Или чума. Или что мы передумали возвращаться и остались на Алтае навсегда. Пастухами.
— Они уже купили билеты.
… Яна закрыла глаза и попыталась представить, как её отец и мать Артёма сидят за одним столом. Воображение услужливо подсунуло картинку: Михаил Степанович, багровый от возмущения, размахивает бутылкой коньяка, а Елена Павловна читает ему лекцию о вреде алкоголя.
— Мы погибнем, — прошептала Яна.
— Шансы выжить всё таки есть. Процентов пять...

Где найти идеального мужчину? Чтоб и красив, и умен, и все остальное... На мужском конкурсе красоты! Но таких в России нет. Так создадим. Для дружного женского коллектива, нет препятствий в достижении цели. А если случатся - устраним.

Ева Соколова чинит машины и терпеть не может наглых богачей. Особенно тех, кто сносит её зеркало и предлагает «назвать сумму».
Она выливает кофе в салон его Lamborghini и считает инцидент закрытым. Но Максим Горин так не считает.
Он покупает здание, где находится её гараж, и становится её новым арендодателем.
Теперь они — соседи, и война только начинается.

Он принял меня за сестру-близняшку и теперь не дает проходу. Бесит. До агонии в глазах. До мурашек по коже. До первых чувств… И предательства.

— Отпусти... Чего прилип, как репей?
Я извиваюсь, пытаясь освободиться.
— М-м, как приятно, давай еще, – слышу нахальное в ответ.
— Озабоченный!
— Злись-злись, так ты мне даже больше нравишься…
— Дурак, – фыркаю я и прикрываю глаза. – Ненавижу…

- Родишь, и откажешься от ребенка, - выдвигает свои условия, а у меня сердце сжимается. - Он - не твоя забота. И не забывай, после развода ты уходишь с тем, с чем пришла.
Внутри все клокочет от боли.
Родить ребенка и оставить родную кровиночку Демьянову? Этому извергу бездушному? Ни за что.

Фиктивный брак с миллионером спас меня от кошмарного прошлого с отчимом-тираном, который был готов продать меня другому за долги. Я жаждала свободы, и получила её, точнее я так думала… А на деле - оказалась в новой ловушке.

— Уходи, Даниил. Я сама...
— «Сама» ты уже наворотила дел, — перебил он, хлестко и зло. — Моя жалость тогда вышла мне боком, и теперь я здесь, чтобы прибраться за нами обоими. Впусти меня, пока я прошу вежливо. Либо мы усмирим твой дар, либо я буду вынужден зачистить территорию по протоколу.

Она — беглая магичка, чья Искра выжигает тело при каждом всплеске. Он — Каратель Конклава, которому хирургически выморозили все эмоции. Их встреча должна была закончиться смертью одного из них. Но когда их магии соприкоснулись, лед дал трещину, а огонь перестал причинять боль. Чтобы сокрушить тоталитарную систему, им придется стать единым живым проводником древней силы. И смогут ли они укротить хаос, который разгорается между ними?

Старая усадьба среди болот, куда люди входят — и не возвращаются. Пятеро пропавших за два месяца. Ни тел, ни улик, ни требований выкупа. Только тишина, от которой воют собаки, и трясина, не желающая отдавать мертвецов.
Частный детектив Виктор Кравцов привык доверять только фактам. Для него не существует ни призраков, ни проклятий — лишь логика, улики и нераскрытые дела. Он берётся за расследование, чтобы разложить всё по полочкам. Но единственная выжившая, художница Ева Калныш, утверждает иное: дом, куда она вошла вместе с пропавшими, был живым. Он дышал. Он питался страхом. И он всё ещё ждет.
Что, если дом действительно помнит каждую смерть в своих стенах?
Что, если он поджидает не просто очередную жертву — а того, кто принесёт ему самую ценную пищу?
Детектив, отрицающий сверхъестественное, и художница, рисующая пророчества о смерти, отправляются в обитель тьмы, чтобы найти истину.