Книги по тегу «ребенок»: ""
— Зая, вот этот магазин, про который я тебе говорила!
Донесся из-за спины капризный, растягивающий гласные девичий голос.
— Ну пошли, чудо мое, раз обещал, — ответил девице мужской голос.
Внутри меня словно провернули ржавый скальпель.
Прямо без анестезии.
Этот низкий бархатный голос с хрипотцой я могла узнать из тысяч других.
Двенадцать лет назад мы познакомились.
Десять из них прожили в браке.
Мой муж.
Тот самый Роман, который, согласно его легенде, прямо сейчас должен был приземляться после тяжелой командировки в Новосибирске.
Он ведь перед самым концом моей смены прислал заботливое смс:
«Малыш, скоро вылетаю домой. Рейс по расписанию. Жутко вымотался, голова раскалывается. Как приеду — сразу лягу спать».
Донесся из-за спины капризный, растягивающий гласные девичий голос.
— Ну пошли, чудо мое, раз обещал, — ответил девице мужской голос.
Внутри меня словно провернули ржавый скальпель.
Прямо без анестезии.
Этот низкий бархатный голос с хрипотцой я могла узнать из тысяч других.
Двенадцать лет назад мы познакомились.
Десять из них прожили в браке.
Мой муж.
Тот самый Роман, который, согласно его легенде, прямо сейчас должен был приземляться после тяжелой командировки в Новосибирске.
Он ведь перед самым концом моей смены прислал заботливое смс:
«Малыш, скоро вылетаю домой. Рейс по расписанию. Жутко вымотался, голова раскалывается. Как приеду — сразу лягу спать».
— Я не выйду за тебя, мы едва знакомы! Подумаешь, одна ночь…
— Решение принято. Ты – мать моего наследника.
— Мой сын – только мой! Да кто ты такой, вообще?!
— Включи новости, и узнаешь.
Девять месяцев назад я спасла незнакомца после покушения и спрятала в своем доме. Той ночью я сама шагнула в его объятия — и ни о чём не жалею.
Утром он исчез. Вместо благодарности — банковская карта через угрюмого охранника и приказ: «Забудь о случившемся». Ни имени, ни следа. А под сердцем — его ребёнок.
В день выписки из роддома дверь палаты распахнулась, и под вспышки десятков камер вошёл он с охапкой белых роз.
Оказывается, его имя теперь известно всем. Кроме меня.
Он не сомневается – я подчинюсь и рано или поздно сама открою ему дверь спальни.
А я уверена в другом: терять голову нельзя! Даже когда этот невозможный мужчина ночами укачивает нашего сына. Когда закрывает меня собой от пуль. И когда смотрит так, что подгибаются колени...
— Решение принято. Ты – мать моего наследника.
— Мой сын – только мой! Да кто ты такой, вообще?!
— Включи новости, и узнаешь.
Девять месяцев назад я спасла незнакомца после покушения и спрятала в своем доме. Той ночью я сама шагнула в его объятия — и ни о чём не жалею.
Утром он исчез. Вместо благодарности — банковская карта через угрюмого охранника и приказ: «Забудь о случившемся». Ни имени, ни следа. А под сердцем — его ребёнок.
В день выписки из роддома дверь палаты распахнулась, и под вспышки десятков камер вошёл он с охапкой белых роз.
Оказывается, его имя теперь известно всем. Кроме меня.
Он не сомневается – я подчинюсь и рано или поздно сама открою ему дверь спальни.
А я уверена в другом: терять голову нельзя! Даже когда этот невозможный мужчина ночами укачивает нашего сына. Когда закрывает меня собой от пуль. И когда смотрит так, что подгибаются колени...
— Это майор Драгунский Арсений Витальевич? — слышу милый женский голосок, отчего смягчаюсь.
— Да, это я. Кто говорит?
— Это вам звонят из клиники «Надежда»… — девушка вдруг начинает заикаться.
В голове всплывает, что название мне знакомо. Откуда-то… Когда прежде я его слышал? Припомнить не могу. Какие дела у меня могут быть с этой клиникой?
И в следующую минуту девушка добавляет:
— Из репродуктивной клиники «Надежда», где хранился ваш материал.
И тут я вспоминаю ту процедуру, о которой уже успел забыть. Генерал-лейтенант настоял…
— Что вы хотели? — спрашиваю осторожно.
— Вы должны приехать… Кое-что случилось.
— Что могло случиться? — усмехаюсь. — Потеряли мой материал? Да бог с ним!
— Арсений Витальевич, произошло недоразумение… Ваш материал был использован. Мы разбираемся, но… вы стали донором для неизвестной женщины.
— Это шутка? — спрашиваю я.
В ответ — лишь молчание.
Это правда.
— Да, это я. Кто говорит?
— Это вам звонят из клиники «Надежда»… — девушка вдруг начинает заикаться.
В голове всплывает, что название мне знакомо. Откуда-то… Когда прежде я его слышал? Припомнить не могу. Какие дела у меня могут быть с этой клиникой?
И в следующую минуту девушка добавляет:
— Из репродуктивной клиники «Надежда», где хранился ваш материал.
И тут я вспоминаю ту процедуру, о которой уже успел забыть. Генерал-лейтенант настоял…
— Что вы хотели? — спрашиваю осторожно.
— Вы должны приехать… Кое-что случилось.
— Что могло случиться? — усмехаюсь. — Потеряли мой материал? Да бог с ним!
— Арсений Витальевич, произошло недоразумение… Ваш материал был использован. Мы разбираемся, но… вы стали донором для неизвестной женщины.
— Это шутка? — спрашиваю я.
В ответ — лишь молчание.
Это правда.
— Мама, я нашёл папу!
Заявляет мой шестилетний сын, а я застываю в недоумении. Потому что "папа" - это босс из вражеской фирмы, которого я должна уничтожить.
Я пришла в офис Степана Макарова ради сделки, от которой зависит будущее, а вместо этого получила побег хомяка, сорванное первое впечатление и босса, которого лучше не доводить.
Теперь мне остаётся только одно: взять себя в руки и закончить начатое, потому что если я откажусь - потеряю куда больше, чем деньги, работу и репутацию.
Заявляет мой шестилетний сын, а я застываю в недоумении. Потому что "папа" - это босс из вражеской фирмы, которого я должна уничтожить.
Я пришла в офис Степана Макарова ради сделки, от которой зависит будущее, а вместо этого получила побег хомяка, сорванное первое впечатление и босса, которого лучше не доводить.
Теперь мне остаётся только одно: взять себя в руки и закончить начатое, потому что если я откажусь - потеряю куда больше, чем деньги, работу и репутацию.
– Смените мне персонал! – рявкает полковник Крестовский при виде меня.
Четыре года назад он выбрал генеральскую дочку, а я узнала, что беременна от него. Теперь я работаю медсестрой в госпитале, куда Марк поступил с боевым ранением. Мне придется ухаживать за человеком, который разбил мне сердце и истерзал душу, а еще – лишил веры в любовь.
Я сделаю свою работу, я профессионал. Но про дочь ему ни за что не скажу!
Четыре года назад он выбрал генеральскую дочку, а я узнала, что беременна от него. Теперь я работаю медсестрой в госпитале, куда Марк поступил с боевым ранением. Мне придется ухаживать за человеком, который разбил мне сердце и истерзал душу, а еще – лишил веры в любовь.
Я сделаю свою работу, я профессионал. Но про дочь ему ни за что не скажу!
— Мне нужна невеста, — сказал Глеб Вяземский, разглядывая меня в свадебном платье.
— Вяземский, вы сегодня головой нигде не ударялись?
— Фиктивная.
— А-а. Ну, тогда все нормально, — ехидно ответила я.
— Всего на два часа. И за это ты получишь то, чего хочешь больше всего.
Я приехала в Тоскану на собственную свадьбу, которую готовила почти год. Но в первый же день мой новый сосед Глеб Вяземский умудрился испортить мне планы, отобрать бассейн и довести до бешенства. А потом он предложил мне сделку, от которой я не могу отказаться. Всего одна маленькая ложь. Что может пойти не так?
— Вяземский, вы сегодня головой нигде не ударялись?
— Фиктивная.
— А-а. Ну, тогда все нормально, — ехидно ответила я.
— Всего на два часа. И за это ты получишь то, чего хочешь больше всего.
Я приехала в Тоскану на собственную свадьбу, которую готовила почти год. Но в первый же день мой новый сосед Глеб Вяземский умудрился испортить мне планы, отобрать бассейн и довести до бешенства. А потом он предложил мне сделку, от которой я не могу отказаться. Всего одна маленькая ложь. Что может пойти не так?
Мне хочется закрыть глаза и сделать вид, что его нет. Мне хочется закричать. И ещё сильнее мне хочется, чтобы у него нашлось любое объяснение, лишь бы всё стало как раньше.
— Диана работает у нас полгода. С первого дня она как-то странно на меня смотрела, но я думал, это пройдет. В последний месяц она стала писать мне вечерами. Я не отвечал. Вообще ни разу не ответил. Это правда!
— Почему ты мне не сказал?
— Потому что ты на таком сроке, Уля. Врач запретила тебе волновать. Я хотел сам все решить и сообщить, когда ты родишь и успокоишься. — Он сглатывает. — Вчера я потому и задержался. Она вошла в мой кабинет, закрыла дверь и сказала, что любит меня и что я должен уйти от тебя. Я выставил её за порог, но она подкараулила меня на улице…Пока отвязался…
— Диана работает у нас полгода. С первого дня она как-то странно на меня смотрела, но я думал, это пройдет. В последний месяц она стала писать мне вечерами. Я не отвечал. Вообще ни разу не ответил. Это правда!
— Почему ты мне не сказал?
— Потому что ты на таком сроке, Уля. Врач запретила тебе волновать. Я хотел сам все решить и сообщить, когда ты родишь и успокоишься. — Он сглатывает. — Вчера я потому и задержался. Она вошла в мой кабинет, закрыла дверь и сказала, что любит меня и что я должен уйти от тебя. Я выставил её за порог, но она подкараулила меня на улице…Пока отвязался…
— Дядя, ты звой! И тебя никто не вюбит!
Откуда в моём ресторане маленькая девочка?
Ещё и наглая такая!
— Ты кто? — спрашиваю строго, хватая её за руку. — Как сюда попала?
— А ти кто? — ничуть не пугаясь, смотрит на меня маленькая оторва.
Я такой наглостью даже восхищаюсь!
Далеко пойдёт девица!
— Я - Виктор, — усмехаюсь, — владелец ресторана, из центровых, а ты кто, маленькая негодяйка?
— Танюса я, — отвечает малая, — из детсадовских!
— И как ты попала сюда?
— С мамой плисва! Она звая на тебя! Говолит, фто отомстит тебе за то, сто без денезек её оставив!
— И как она собралась мстить мне?
В этот момент я даже не представляю, что встреча с мамой маленькой оторвы круто изменит мою жизнь. Доставит мне кучу проблем и… стоп, а кто отец этой маленькой оторвы? И почему она заявляет, что я буду её нянькой?
Откуда в моём ресторане маленькая девочка?
Ещё и наглая такая!
— Ты кто? — спрашиваю строго, хватая её за руку. — Как сюда попала?
— А ти кто? — ничуть не пугаясь, смотрит на меня маленькая оторва.
Я такой наглостью даже восхищаюсь!
Далеко пойдёт девица!
— Я - Виктор, — усмехаюсь, — владелец ресторана, из центровых, а ты кто, маленькая негодяйка?
— Танюса я, — отвечает малая, — из детсадовских!
— И как ты попала сюда?
— С мамой плисва! Она звая на тебя! Говолит, фто отомстит тебе за то, сто без денезек её оставив!
— И как она собралась мстить мне?
В этот момент я даже не представляю, что встреча с мамой маленькой оторвы круто изменит мою жизнь. Доставит мне кучу проблем и… стоп, а кто отец этой маленькой оторвы? И почему она заявляет, что я буду её нянькой?
Киара почти смирилась с тем, что выход в высшее общество для неё закрыт. Всё, что осталось — древняя знатная фамилия, разрушающееся поместье и многочисленные долги. Ей казалось, что жизнь сложна, пока однажды она не обнаружила в доме чужого ребёнка. Это катастрофа для незамужней обедневшей аристократки. Остаётся лишь надеяться, что кто-то вскоре придёт за малышом, и убедиться, что у пришедшего будут добрые намерения.
Но как одной защитить маленького наследника Северных земель? И что делать, когда из-под детского одеяла покажется пушистый волчий хвост?
Но как одной защитить маленького наследника Северных земель? И что делать, когда из-под детского одеяла покажется пушистый волчий хвост?
— Ты родишь мне ребёнка, Мари, — заявил босс, стоило мне появиться в его кабинете.
— Чего? — захлопала я ресницами, оторопев.
Откуда в голове босса взялась такая несуразная идея, я не имела понятия. Вчера по моей просьбе он притворялся моим женихом и даже вроде как пытался подкатить ко мне свои фаберже, заигравшись, но точно не с целью продолжения рода.
— Ты подходишь по всем параметрам. Во-первых, ты уже мать и прекрасна в этой роли. Во-вторых, вчерашний вечер показал, что с тобой мне достаточно интересно.
— Вы мне таким нестандартным способом предложение пытаетесь сделать? — недоумевала я.
— Ну про предложение ты, конечно, слегонца загнула. Но если родишь, то я готов жениться, не проблема.
— Вы в своём уме? А ничего, что я замуж вообще не собираюсь? Ещё и на таких условиях. Поищите другую дурочку.
В глазах босса читалось изумление, словно он ожидал, что я сейчас отдамся ему прямо здесь с целью того самого ребёнка сделать.
— Другая мне, боюсь, не подойдёт.
— Чего? — захлопала я ресницами, оторопев.
Откуда в голове босса взялась такая несуразная идея, я не имела понятия. Вчера по моей просьбе он притворялся моим женихом и даже вроде как пытался подкатить ко мне свои фаберже, заигравшись, но точно не с целью продолжения рода.
— Ты подходишь по всем параметрам. Во-первых, ты уже мать и прекрасна в этой роли. Во-вторых, вчерашний вечер показал, что с тобой мне достаточно интересно.
— Вы мне таким нестандартным способом предложение пытаетесь сделать? — недоумевала я.
— Ну про предложение ты, конечно, слегонца загнула. Но если родишь, то я готов жениться, не проблема.
— Вы в своём уме? А ничего, что я замуж вообще не собираюсь? Ещё и на таких условиях. Поищите другую дурочку.
В глазах босса читалось изумление, словно он ожидал, что я сейчас отдамся ему прямо здесь с целью того самого ребёнка сделать.
— Другая мне, боюсь, не подойдёт.
Выберите полку для книги