Книги по тегу «рукописи_не_горят»: ""
- Давид... - зову негромко.
Ступаю в гостиную, где любимый беседует со своей сестрой, нерешительно. Хотя - честно, мне хочется сбежать. Чтобы не слышать. Чтобы не знать.
Но характер... Мой дурной характер не даёт мне этого сделать.
Он, услышав меня, резко встаёт с дивана. Лейла остаётся сидеть.
Давид бледнеет - а мои глупые надежды рассыпаются прахом.
Всё, что я только что услышала, всё - правда.
- Что ж ты мне раньше не сказал, что я на роль твоей жены не подхожу? - мой голос сочится болью и обидой.
Как он так может? После всего, что было между нами?!
Ступаю в гостиную, где любимый беседует со своей сестрой, нерешительно. Хотя - честно, мне хочется сбежать. Чтобы не слышать. Чтобы не знать.
Но характер... Мой дурной характер не даёт мне этого сделать.
Он, услышав меня, резко встаёт с дивана. Лейла остаётся сидеть.
Давид бледнеет - а мои глупые надежды рассыпаются прахом.
Всё, что я только что услышала, всё - правда.
- Что ж ты мне раньше не сказал, что я на роль твоей жены не подхожу? - мой голос сочится болью и обидой.
Как он так может? После всего, что было между нами?!
— Вы превратились в снеговиков, — вытаскиваю из сугроба близнецов. — Как вас отличать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
Вглядываюсь в лица мальчишек и замечаю, что они очень сильно на меня похожи. Как будто смотрю на свои детские фотографии. На секунду вспыхивает шальная мысль. Но это невозможно. Они не могут быть моими сыновьями.
— Нас только мама не путает, — серьезно отвечает один из пацанов.
— Тогда ведите меня к ней, — стряхиваю с их шапок снег и веду в гостиницу. — Передам вас из рук в руки.
— Мама, — радостный крик разносится по фойе.
— Где?
— Вон. Прячется за колонной.
Приглядевшись, я замечаю девушку из прошлого, которую безумно любил. Но она предала меня, оставив огромную рану в сердце.
— Марина?
Удивление в ее глазах сменяется страхом. Не очень-то она рада меня видеть.
— Привет. Мальчишки, нам пора на ужин, — переводит взгляд на детей.
— Подожди, ты ничего не хочешь мне сказать?
— Ты мне дорого обошлась. Как расплачиваться за свое спасение будешь?
— Чего ты хочешь? — голос дрожит от страха.
— Тебя. Твое тело. Душу. Волю. Жизнь, — сжимает ладонью мою шею. — Что скажешь, Лера?
Я молчу, ему не нужно мое согласие, он все итак знает.
Глаза мужчины опасно вспыхивают. Такого же цвета, как и у девочки, ради которой я готова на все.
Опасный. Жестокий. Безумный.
Я его боюсь, он меня ненавидит.
Исайя Иманов — мужчина, который пообещал превратить мою жизнь в Ад.
И он сдержал слово.
Пощады не будет. Он не отпустит.
До последнего вздоха.
Я во власти однолюба.
#жестко и откровенно
#альтернативная Россия
ДОБАВЛЯЙТЕ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ!
— Чего ты хочешь? — голос дрожит от страха.
— Тебя. Твое тело. Душу. Волю. Жизнь, — сжимает ладонью мою шею. — Что скажешь, Лера?
Я молчу, ему не нужно мое согласие, он все итак знает.
Глаза мужчины опасно вспыхивают. Такого же цвета, как и у девочки, ради которой я готова на все.
Опасный. Жестокий. Безумный.
Я его боюсь, он меня ненавидит.
Исайя Иманов — мужчина, который пообещал превратить мою жизнь в Ад.
И он сдержал слово.
Пощады не будет. Он не отпустит.
До последнего вздоха.
Я во власти однолюба.
#жестко и откровенно
#альтернативная Россия
ДОБАВЛЯЙТЕ КНИГУ В БИБЛИОТЕКУ!
– Хотите сказать, что ребенок, которого моя жена не доносила тогда, был не моим?! – свирепо вперил взгляд в дрожащего доктора.
– Всё верно, Марат Артурович, – он вытащил платок из нагрудного кармана и промокнул им капли пота на лбу. – Это была ошибка…
– Ошибка?! Вы перепутали образцы и заставили мою жену вынашивать ребенка от другого мужчины! Как можно допускать такие ошибки?! – я навис над столом, словно глыба.
Доктор, казалось, готов был провалиться сквозь землю.
– Это ещё не всё…
– Что ещё?!
– Ваши образцы…
– Вы должны их уничтожить. Немедленно! Мы с женой давно развелись, и больше иметь детей я не планирую!
– Да, да. Конечно... Но боюсь… это невозможно…
В душе зародилось плохое предчувствие.
– Вы хотите сказать, что использовали мой материал?! Какая-то посторонняя девица беременна сейчас от меня?!
– Нет, нет, что вы! Сейчас от вас не беременна никакая девица…
Я уже успел было выдохнуть, как доктор добавил:
– Ребеночка она уже выносила. И родила. Ещё 5 лет назад…
– Всё верно, Марат Артурович, – он вытащил платок из нагрудного кармана и промокнул им капли пота на лбу. – Это была ошибка…
– Ошибка?! Вы перепутали образцы и заставили мою жену вынашивать ребенка от другого мужчины! Как можно допускать такие ошибки?! – я навис над столом, словно глыба.
Доктор, казалось, готов был провалиться сквозь землю.
– Это ещё не всё…
– Что ещё?!
– Ваши образцы…
– Вы должны их уничтожить. Немедленно! Мы с женой давно развелись, и больше иметь детей я не планирую!
– Да, да. Конечно... Но боюсь… это невозможно…
В душе зародилось плохое предчувствие.
– Вы хотите сказать, что использовали мой материал?! Какая-то посторонняя девица беременна сейчас от меня?!
– Нет, нет, что вы! Сейчас от вас не беременна никакая девица…
Я уже успел было выдохнуть, как доктор добавил:
– Ребеночка она уже выносила. И родила. Ещё 5 лет назад…
Тайгэград — одно из древнейших государств таинственного Рахшона. Мира, в котором оборотни правят бал и притесняют людей. Брак с человеком — большая редкость, и возможен лишь по метке истинности. У тигров её называют тигриные лапы любви. Нарушителей ждёт наказание: человека — каторга, оборотня — высшая мера. Серафим живёт среди перевёртышей, притворяясь одним из них. В этом ему помогает старинный артефакт и капитан «Чёрного буревестника». Гроза четырёх океанов, загадочный и обаятельный Лигр Ис, который из-за своего проклятия уже и не надеется встретить истинную. Как аукнутся им всем запретные чувства человека к дочери короля гордых тигров?
Решив отпраздновать расширение бизнеса, мы с друзьями отправились в сибирские леса — вкусить северной экзотики. Баньки с травами у настоящих лесных знахарей, лыжный курорт, спа, развлечения… Кто же мог предположить, что моя подруга устроит западню, пригласив незваных гостей?
Молодая вертихвостка надумала охмурить моего мужа. Спасать его от наваждения, защищать, драться? — я рвалась в бой, пока не увидела его горящие страстью глаза и не узнала об измене.
Как собрать себя заново после предательства? Да и стоит ли, если полностью разочаровалась в любви и людях?
Новый знакомый, который спас меня, утверждает, что стоит попробовать. И сердце почему-то хочет верить ему…
Молодая вертихвостка надумала охмурить моего мужа. Спасать его от наваждения, защищать, драться? — я рвалась в бой, пока не увидела его горящие страстью глаза и не узнала об измене.
Как собрать себя заново после предательства? Да и стоит ли, если полностью разочаровалась в любви и людях?
Новый знакомый, который спас меня, утверждает, что стоит попробовать. И сердце почему-то хочет верить ему…
Жизнь Иоанна не балует. Нелюдь-полукровка. Непонятый гений. Царевич, чуждый царю-батюшке. Годы заточения в замке Каралисов и предательство возлюбленной, сделавшей его постельным рабом. Сейчас Иоанн — левый столп короны и второй по силе богатырь Монд Маджик Ла. Опора далёкого королевства в войне против двух гегемонов. Его сердце стало холодным, как сталь. Но рабыня врага — орка Дорзака Истошного Воя, пробуждает в душе Иоанна неземную любовь.
Истинная из вражеского клана — проклятие или подарок судьбы? Иоанн готов на всё ради любви. Даже обратиться к заклятому недругу — светлейшему эльфу. Ландо Остафи — единственный, кто способен повлиять на Дорзака. Теперь их счастье и будущее невиданных созданий Робинии в его руках.
Истинная из вражеского клана — проклятие или подарок судьбы? Иоанн готов на всё ради любви. Даже обратиться к заклятому недругу — светлейшему эльфу. Ландо Остафи — единственный, кто способен повлиять на Дорзака. Теперь их счастье и будущее невиданных созданий Робинии в его руках.
Стенографистка Лариса Сергеевна Писарева до 50 лет жила, придерживаясь строгих правил и не впуская в свою жизнь перемены. Но ее профессия безнадежно устарела, и, потеряв работу, которой отдала тридцать лет жизни, Лариса Сергеевна ощутила себя никому не нужной и в сердцах натворила дел.
Теперь ее ожидают большие неприятности, если только она не подпишет контракт с агентством «Второй шанс» и не отправится в другой мир, чтобы стать писарем для дракона-скородума, за которым никто не успевает всего записывать.
Бонусом для попаданки может стать вторая молодость и сердце ее работодателя.
Впрочем, кто додумался назвать это бонусом?
Теперь ее ожидают большие неприятности, если только она не подпишет контракт с агентством «Второй шанс» и не отправится в другой мир, чтобы стать писарем для дракона-скородума, за которым никто не успевает всего записывать.
Бонусом для попаданки может стать вторая молодость и сердце ее работодателя.
Впрочем, кто додумался назвать это бонусом?
(1379)
Угораздило же меня — без пяти минут медсестру — попасть в тело лучшей студентки факультета боевой магии. В колдовстве я профан. Мало мне бед, так наш профессор Бландит просто зверь! Этот непримиримый дроу на дух не переносит чародеев, в частности мой древний род. Он грозится, что я вылечу из Академии ещё до первой сессии. От негласной «войны» со злым профессором меня отвлекает не менее раздражающий элемент — ловелас-однокурсник… Он могучий дракон и кронпринц. Зла на этих двоих не хватает!.. Как тут думать об учёбе, если все мои мысли о них?
Кабан лениво тыкал на девочек в клубе, он собирался выбрать на ночь лучшую. Снять напряжение и плохой настрой.
— Эту, эту, вон ту темненькую и...
— А это еще что ? — заржал вдруг Вепрь. И Кабан невольно оглянулся, увидев странную женщину в розовой балетной пачке. Белокурую пышку, оглядывающуюся словно ребенок, потерявший мать в торговом центре.
— Э-э-э, это не наша,— запротестовал администратор. Но девчонку уже тащили к господину.
— Как тебя зовут?— кивнул Кабан с усмешкой. Редко кто видел улыбку на лице этого человека.
— Зинаида Васильевна,— фыркнула она вдруг дерзко, выпятив подбородок.— Отпустите, вы меня перепутали!
— Вон оно что...— изобразил Кабан уважение. — Н-е-е, будешь Конфеткой. Мне нравится так. Заворачивайте, беру эту.
— Эту, эту, вон ту темненькую и...
— А это еще что ? — заржал вдруг Вепрь. И Кабан невольно оглянулся, увидев странную женщину в розовой балетной пачке. Белокурую пышку, оглядывающуюся словно ребенок, потерявший мать в торговом центре.
— Э-э-э, это не наша,— запротестовал администратор. Но девчонку уже тащили к господину.
— Как тебя зовут?— кивнул Кабан с усмешкой. Редко кто видел улыбку на лице этого человека.
— Зинаида Васильевна,— фыркнула она вдруг дерзко, выпятив подбородок.— Отпустите, вы меня перепутали!
— Вон оно что...— изобразил Кабан уважение. — Н-е-е, будешь Конфеткой. Мне нравится так. Заворачивайте, беру эту.
Выберите полку для книги