Книги по тегу «сильная героиня»: ""
Каким мерилом мерить дружбу? А счастье? А любовь? А по какой шкале оценивать предательство и горе?
В юности мы почти все максималисты — рубануть с плеча, вычеркнуть из жизни. Кажется, что жизнь не оставляет выбора. Или выбор всё же есть, просто мы не научились его видеть, не научились мудрости? А есть ли люди, у которых «ген мудрости» с рождения заложен? Если и есть, то их ничтожно мало, иначе мир бы оказался скучным, а всё в нём предсказуемо и однородно.
*****
Именно в тот вечер я осознала, что влюбилась. И я была не рада своим чувствам, не знала, что мне с ними делать, как справляться.
Лика догнала меня на середине улицы. Запыхавшаяся, подхватила меня под руку, и мы с ней пошли ещё медленнее.
— Почему не дождалась? — после долгой паузы начала она.
— Решила, что ты останешься. Липов был настроен тебя уговорить.
— Фи… и нафига он мне? Я отказалась. Он, кстати, там уже со своей одноклассницей вовсю… Айгуль пасёт его, как собственного мужа. Проворонишь, Танька, ты свою любовь.
В юности мы почти все максималисты — рубануть с плеча, вычеркнуть из жизни. Кажется, что жизнь не оставляет выбора. Или выбор всё же есть, просто мы не научились его видеть, не научились мудрости? А есть ли люди, у которых «ген мудрости» с рождения заложен? Если и есть, то их ничтожно мало, иначе мир бы оказался скучным, а всё в нём предсказуемо и однородно.
*****
Именно в тот вечер я осознала, что влюбилась. И я была не рада своим чувствам, не знала, что мне с ними делать, как справляться.
Лика догнала меня на середине улицы. Запыхавшаяся, подхватила меня под руку, и мы с ней пошли ещё медленнее.
— Почему не дождалась? — после долгой паузы начала она.
— Решила, что ты останешься. Липов был настроен тебя уговорить.
— Фи… и нафига он мне? Я отказалась. Он, кстати, там уже со своей одноклассницей вовсю… Айгуль пасёт его, как собственного мужа. Проворонишь, Танька, ты свою любовь.
Юля гадала на картах.
Карты соврали один раз и сразу на полмиллиона долларов.
Теперь за ней охотится бандит, а единственное укрытие – работа горничной у мрачного директора асфальтного завода.
Иван Марков: не любит людей, не любит шум, не любит вечеринки, живёт с медведем и вообще не планировал влюбляться зимой.
Карты соврали один раз и сразу на полмиллиона долларов.
Теперь за ней охотится бандит, а единственное укрытие – работа горничной у мрачного директора асфальтного завода.
Иван Марков: не любит людей, не любит шум, не любит вечеринки, живёт с медведем и вообще не планировал влюбляться зимой.
Он пришёл за долгом. Я стала его расплатой.
Мою свадьбу прервали выстрелы. Чужой мужчина с глазами, полными ненависти, назвал моего отца убийцей, а меня — своей добычей. Он силой взял меня в жены, привез в свой горный дом и поклялся сломать. Клялся, что я стану его покорной рабыней, а отец будет мучиться от стыда.
Но он не знает моего секрета. Я не боюсь. Пусть возьмет тело — моя душа ему не достанется.
Наша история началась с мести и ненависти, но неожиданно привела к любви, за которую придется дорого заплатить.
Мою свадьбу прервали выстрелы. Чужой мужчина с глазами, полными ненависти, назвал моего отца убийцей, а меня — своей добычей. Он силой взял меня в жены, привез в свой горный дом и поклялся сломать. Клялся, что я стану его покорной рабыней, а отец будет мучиться от стыда.
Но он не знает моего секрета. Я не боюсь. Пусть возьмет тело — моя душа ему не достанется.
Наша история началась с мести и ненависти, но неожиданно привела к любви, за которую придется дорого заплатить.
Он твердил о любви, но я не верила. Сомнения терзали душу. А сердце против воли тянулось к нему. Иной опасен. Ему нельзя верить. Почему имеет такую власть надо мной? Пусть называет своей, но я должна сбежать. Не подчинюсь. Не стану одной из многих для него. Я не хочу вспоминать прошлое, которое растворилось в ночи. Мы остались там, во вчерашнем дне, и возврата былого не допущу.
Я вернулась с прогулки с коляской, вбежала в прихожую с улыбкой — и застыла...
Мой муж целует другую женщину. Прямо на моих глазах!
Блондинка в красном платье, с длинными ногами и пухлыми губами прижимается к нему всем телом.
— Это Кристина, — говорит он, заметив меня. — Она будет жить с нами.
— Что?! — не могу выдавить ни слова.
— Твоя временная замена, — поясняет равнодушно. — Я буду с ней спать в нашей постели, пока ты не похорошеешь после родов. Потому что прикасаться к тебе сейчас... мне противно.
Две недели назад я родила ему сына.
Тяжёлые роды, бессонные ночи, упрёки от свекрови.
Но я всегда терплю. Ради него. Потому что люблю.
А он…
— В тебе нет ни чувственности, ни женственности! Бледная, уставшая, засыпаешь на ходу. Я больше тебя не хочу!
Слёзы жгут глаза, а внутри вспыхивает пламя.
Он не знает одного…
Из боли рождается ярость. Из отчаяния — сила.
Я выберусь из этого ада.
И стану той, о которой он будет мечтать всю жизнь...
Мой муж целует другую женщину. Прямо на моих глазах!
Блондинка в красном платье, с длинными ногами и пухлыми губами прижимается к нему всем телом.
— Это Кристина, — говорит он, заметив меня. — Она будет жить с нами.
— Что?! — не могу выдавить ни слова.
— Твоя временная замена, — поясняет равнодушно. — Я буду с ней спать в нашей постели, пока ты не похорошеешь после родов. Потому что прикасаться к тебе сейчас... мне противно.
Две недели назад я родила ему сына.
Тяжёлые роды, бессонные ночи, упрёки от свекрови.
Но я всегда терплю. Ради него. Потому что люблю.
А он…
— В тебе нет ни чувственности, ни женственности! Бледная, уставшая, засыпаешь на ходу. Я больше тебя не хочу!
Слёзы жгут глаза, а внутри вспыхивает пламя.
Он не знает одного…
Из боли рождается ярость. Из отчаяния — сила.
Я выберусь из этого ада.
И стану той, о которой он будет мечтать всю жизнь...
🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰
Сегодня всё случится. Понимаю это по нетерпеливым касаниям, по сбившемуся дыханию, по прерывистым фразам. Меня пугает напор моего парня, но сердце делает свой выбор. Я — его, а он — мой.
Мы вместе, и всё, что сейчас происходит, кажется единственно правильным. Засыпать и просыпаться в его объятиях.
Но почему же утром вместо любимого парня я нахожу… небрежно брошенные купюры и… билет на поезд до моего родного города?
Стекла не будет. Будет расколотый лёд со множеством ледяных осколков.
Сегодня всё случится. Понимаю это по нетерпеливым касаниям, по сбившемуся дыханию, по прерывистым фразам. Меня пугает напор моего парня, но сердце делает свой выбор. Я — его, а он — мой.
Мы вместе, и всё, что сейчас происходит, кажется единственно правильным. Засыпать и просыпаться в его объятиях.
Но почему же утром вместо любимого парня я нахожу… небрежно брошенные купюры и… билет на поезд до моего родного города?
Стекла не будет. Будет расколотый лёд со множеством ледяных осколков.
- Ты кто такая? - огромная рука сжимается на моей шее, перекрывая кислород. - Кто прислал тебя?
- Я… - хриплю. - Я… отпусти.
- Ты не туристка. Ты не заблудилась. Ты ехала сюда целенаправленно. Если ты сейчас же не скажешь, кто такая, я сверну тебе шею.
- Я хирург, на столе которой умер один из их банды. Они ищут меня, чтобы отомстить за него.
Сбегая от чудовищ, я оказалась в хижине отшельника высоко в горах.
И теперь мне предстояло выбрать меньшее из зол. Вернуться домой и принять незаслуженное наказание или стать пленницей отшельника и попросить у него помощи. Только тогда я еще не знала, что мой спаситель может оказаться еще более страшным монстром чем те, кто меня преследуют.
- Я… - хриплю. - Я… отпусти.
- Ты не туристка. Ты не заблудилась. Ты ехала сюда целенаправленно. Если ты сейчас же не скажешь, кто такая, я сверну тебе шею.
- Я хирург, на столе которой умер один из их банды. Они ищут меня, чтобы отомстить за него.
Сбегая от чудовищ, я оказалась в хижине отшельника высоко в горах.
И теперь мне предстояло выбрать меньшее из зол. Вернуться домой и принять незаслуженное наказание или стать пленницей отшельника и попросить у него помощи. Только тогда я еще не знала, что мой спаситель может оказаться еще более страшным монстром чем те, кто меня преследуют.
Он питался моими слезами, но не знал, что ловушка для него готова.
Крылатый монстр разрушал мою жизнь с изощренным удовольствием: толкал в пропасть отчаяния, высасывал страх до дна.
Но он сложит свои крылья и падет к моим ногам.
И когда он предложит сделку, придется выбирать. Отомстить или принять помощь? И какова будет цена, когда пойманное чудовище, схватит меня?
Крылатый монстр разрушал мою жизнь с изощренным удовольствием: толкал в пропасть отчаяния, высасывал страх до дна.
Но он сложит свои крылья и падет к моим ногам.
И когда он предложит сделку, придется выбирать. Отомстить или принять помощь? И какова будет цена, когда пойманное чудовище, схватит меня?
Я увидела его ещё до того, как успела поверить: Игорь шёл неспешно, руки в карманах. Не так, как человек, который “сегодня позже буду. Встреча за городом”. Он шёл рядом со мной — здесь. В четверг вечером.
Я даже не успела посигналить. Просто тянула руку к стеклоподъёмнику — и в этот миг он остановился.
К нему подбежала женщина, закрыла ему глаза ладонями — и он засмеялся так, будто его мир только что щёлкнул. Он обернулся. Улыбка — та самая. Спокойная. Привычная. Она обняла его за шею, он наклонился — и они поцеловались.
Без суеты. Без оглядки. Как будто это нормально. Как будто это не чужая улица — а их собственная.
Светофор переключился на зелёный. Кто-то коротко просигналил. Я нажала на газ — и поняла, что назад уже не будет дороги.
Я даже не успела посигналить. Просто тянула руку к стеклоподъёмнику — и в этот миг он остановился.
К нему подбежала женщина, закрыла ему глаза ладонями — и он засмеялся так, будто его мир только что щёлкнул. Он обернулся. Улыбка — та самая. Спокойная. Привычная. Она обняла его за шею, он наклонился — и они поцеловались.
Без суеты. Без оглядки. Как будто это нормально. Как будто это не чужая улица — а их собственная.
Светофор переключился на зелёный. Кто-то коротко просигналил. Я нажала на газ — и поняла, что назад уже не будет дороги.
Апрельское солнце пробивается сквозь жалюзи. Рабочий день подходит к концу. Стук в дверь.
– Оксана Валентиновна, к нам поступила Перьева Алина Максимовна, двадцать пять лет. Полный пакет обследований, палата люкс на две недели.
Я беру карту, пробегаю глазами. Беременность два месяца. Плановое наблюдение. Всё стандартно, если бы не одна деталь.
– Кто оплатил счёт? – спрашиваю я, разглядывая графу «Плательщик».
Лена пожимает плечами:
– Наличными. Неустановленное лицо.
Я заведующая одной из лучших частных клиник города, врач-гинеколог высшей категории. Десять лет замужем за владельцем этой клиники.
И пять лет безуспешных попыток стать матерью.
Седьмая палата. Дверь приоткрыта. Горит свет.
Я подхожу. Очень тихо. И слышу голоса.
– Не волнуйся, – говорит Валерий. – Всё хорошо. Мы будем вместе.
– Ты уверен? – это Алина, её голос дрожит.
– Наш ребёнок здоров. Я видел все анализы. Всё идеально.
– Наш ребёнок, – повторяет она, и в её голосе столько нежности.
Мой мир разрушен!
– Оксана Валентиновна, к нам поступила Перьева Алина Максимовна, двадцать пять лет. Полный пакет обследований, палата люкс на две недели.
Я беру карту, пробегаю глазами. Беременность два месяца. Плановое наблюдение. Всё стандартно, если бы не одна деталь.
– Кто оплатил счёт? – спрашиваю я, разглядывая графу «Плательщик».
Лена пожимает плечами:
– Наличными. Неустановленное лицо.
Я заведующая одной из лучших частных клиник города, врач-гинеколог высшей категории. Десять лет замужем за владельцем этой клиники.
И пять лет безуспешных попыток стать матерью.
Седьмая палата. Дверь приоткрыта. Горит свет.
Я подхожу. Очень тихо. И слышу голоса.
– Не волнуйся, – говорит Валерий. – Всё хорошо. Мы будем вместе.
– Ты уверен? – это Алина, её голос дрожит.
– Наш ребёнок здоров. Я видел все анализы. Всё идеально.
– Наш ребёнок, – повторяет она, и в её голосе столько нежности.
Мой мир разрушен!
Выберите полку для книги