Книги по тегу «сильная героиня»: ""
В день нашей двадцатой годовщины я принесла мужу заявление на развод.
Гордей Тарханов — генерал, человек приказа, власти и железного контроля. Для всех он несокрушимый. Для меня — мужчина, которого я любила слишком долго, чтобы сразу поверить в его предательство.
Одиннадцать лет назад я ушла из медицины после трагедии в закрытом центре «Гранит». Я жила с виной, которая разрушила мою профессию, мое имя и часть меня самой. А теперь узнала: муж знал правду. Знал, что я не виновата. Но промолчал.
Он говорит, что хотел защитить меня.
А я больше не хочу жить в решениях, которые он принял за меня.
Я подаю на развод, возвращаю себе фамилию, профессию и право знать правду. Но чем глубже мы входим в старое дело, тем опаснее становятся тайны, которые кто-то готов похоронить навсегда.
Гордей привык командовать людьми и обстоятельствами. Только теперь ему придется понять: любовь нельзя отдать приказом. И если он хочет вернуть меня, ему придется не удерживать, а заслужить шанс зано
Гордей Тарханов — генерал, человек приказа, власти и железного контроля. Для всех он несокрушимый. Для меня — мужчина, которого я любила слишком долго, чтобы сразу поверить в его предательство.
Одиннадцать лет назад я ушла из медицины после трагедии в закрытом центре «Гранит». Я жила с виной, которая разрушила мою профессию, мое имя и часть меня самой. А теперь узнала: муж знал правду. Знал, что я не виновата. Но промолчал.
Он говорит, что хотел защитить меня.
А я больше не хочу жить в решениях, которые он принял за меня.
Я подаю на развод, возвращаю себе фамилию, профессию и право знать правду. Но чем глубже мы входим в старое дело, тем опаснее становятся тайны, которые кто-то готов похоронить навсегда.
Гордей привык командовать людьми и обстоятельствами. Только теперь ему придется понять: любовь нельзя отдать приказом. И если он хочет вернуть меня, ему придется не удерживать, а заслужить шанс зано
— Последний шанс, Диана, — сказал он, глядя мне прямо в глаза. — Или ты сейчас уходишь и завтра тебя ждёт полиция… или соглашаешься играть по моим правилам.
Его предложение было унизительным, но ради отца я была готова заплатить любую цену.
— Хорошо, — выдохнула я наконец, почти не узнавая свой голос. — Я согласна.
Макс медленно улыбнулся. Улыбка вышла хищной и очень довольной.
— Умная девочка, — прошептал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. — Добро пожаловать в игру… моя рыжая мстительница.
Я пришла уничтожить империю Соколовых, но сама попала в ловушку его наследника. Расчётливого и властного Макса Соколова, который быстро разгадал мой план и превратил мою жизнь в игру на выживание.
Теперь я его личная ассистентка, заложница в золотой клетке, обязанная платить за каждый шаг своей покорностью и страстью.
💥Горячо и откровенно (строго 18+)
💥Властный босс и сильная героиня
💥От ненависти до любви
💥Заслуженный ХЭ
Его предложение было унизительным, но ради отца я была готова заплатить любую цену.
— Хорошо, — выдохнула я наконец, почти не узнавая свой голос. — Я согласна.
Макс медленно улыбнулся. Улыбка вышла хищной и очень довольной.
— Умная девочка, — прошептал он, проводя большим пальцем по моей нижней губе. — Добро пожаловать в игру… моя рыжая мстительница.
Я пришла уничтожить империю Соколовых, но сама попала в ловушку его наследника. Расчётливого и властного Макса Соколова, который быстро разгадал мой план и превратил мою жизнь в игру на выживание.
Теперь я его личная ассистентка, заложница в золотой клетке, обязанная платить за каждый шаг своей покорностью и страстью.
💥Горячо и откровенно (строго 18+)
💥Властный босс и сильная героиня
💥От ненависти до любви
💥Заслуженный ХЭ
Я привезла мужу торт к открытию его нового ресторана. Семь ярусов, три ночи без сна и открытка под подносом: «Я верю в нас». Очень зря. Надо было написать: «Проверь документы, Вера, и не будь сахарной дурой».
Через десять минут Артём благодарил за свою «новую жизнь» другую женщину. Беременную. Красивую. Улыбчивую настолько, что хотелось проверить, не приклеена ли улыбка к лицу канцелярским клеем.
— Это мой рецепт.
— Теперь уже наш, — сказала любовница.
У меня попытались забрать мужа, кухню, имя, мамину тетрадь и даже дочь втянуть в этот цирк с белыми скатертями. Но они забыли одну мелочь: женщина, которая умеет собрать торт из крошек, умеет собрать и доказательства.
Я не собиралась мстить. Честно. Просто у предателей внезапно началась аллергия на правду.
Через десять минут Артём благодарил за свою «новую жизнь» другую женщину. Беременную. Красивую. Улыбчивую настолько, что хотелось проверить, не приклеена ли улыбка к лицу канцелярским клеем.
— Это мой рецепт.
— Теперь уже наш, — сказала любовница.
У меня попытались забрать мужа, кухню, имя, мамину тетрадь и даже дочь втянуть в этот цирк с белыми скатертями. Но они забыли одну мелочь: женщина, которая умеет собрать торт из крошек, умеет собрать и доказательства.
Я не собиралась мстить. Честно. Просто у предателей внезапно началась аллергия на правду.
Вторая книга о приключениях Лаки-мужчины из 26 века,который ищет свою мать в мирах Империума.На планете,усилиями эксцентричного миллиардера подробно воспроизведена Англия 19 века.Вторая планета беты Ориона носила имя "Старая Британия". Ее еще именовали «заповедник Морелли". Спятивший на фоне дурной наследственности или от больших денег аристократ с Терры выкупил права на колонизацию землеподобного мира и построил на нем странную цивилизацию. Мощеные булыжником города с низкими домишками, связывали железные дороги, по которым мчались локомотивы с паровыми двигателями. Небо бороздили дирижабли, а моря пароходы.
Здесь Лаки с подругой Стефани ищет эльфов и возможно ,свою мать.
Здесь Лаки с подругой Стефани ищет эльфов и возможно ,свою мать.
Пятеро взрослых мужчин.
Одна школа хороших манер.
Месяц, чтобы сделать из них женихов, за которых не стыдно.
Я бы справилась.
Если бы среди учеников не было Рейнара Вельта — мужчины, который пришёл не исправляться, а разрушить все мои правила.
Одна школа хороших манер.
Месяц, чтобы сделать из них женихов, за которых не стыдно.
Я бы справилась.
Если бы среди учеников не было Рейнара Вельта — мужчины, который пришёл не исправляться, а разрушить все мои правила.
"— Твой контракт принадлежит мне, — его голос вибрирует от ярости. — И я рекомендую добавить в наше общение хотя бы немного тепла.
— А вы скажите руководству, что я вас не устраиваю, Александр Александрович. Одно ваше слово — и вы больше никогда меня не увидите."
Год назад, пытаясь заглушить боль от жестокой измены, я совершила самую большую глупость — провела ночь со случайным незнакомцем и сбежала на рассвете. Красивый, богатый циник... Я была уверена, что он и не вспомнит моего имени.
Но судьба сыграла со мной злую шутку. Суровый вердикт врача: «Беременность. Аборт в вашем случае — это смерть».
Я выстояла. Научилась быть сильной матерью-одиночкой ради своего маленького сына. Спустя год я устроилась на отличную работу, но контракт века превратился в капкан. Нашим главным заказчиком и моим круглосуточным кошмаром стал ОН — Александр Смирнов. Мне нельзя терять работу, мне придется подчиняться ему 24/7. Но самое страшное — мой годовалый малыш растет точной копией своего отца...
— А вы скажите руководству, что я вас не устраиваю, Александр Александрович. Одно ваше слово — и вы больше никогда меня не увидите."
Год назад, пытаясь заглушить боль от жестокой измены, я совершила самую большую глупость — провела ночь со случайным незнакомцем и сбежала на рассвете. Красивый, богатый циник... Я была уверена, что он и не вспомнит моего имени.
Но судьба сыграла со мной злую шутку. Суровый вердикт врача: «Беременность. Аборт в вашем случае — это смерть».
Я выстояла. Научилась быть сильной матерью-одиночкой ради своего маленького сына. Спустя год я устроилась на отличную работу, но контракт века превратился в капкан. Нашим главным заказчиком и моим круглосуточным кошмаром стал ОН — Александр Смирнов. Мне нельзя терять работу, мне придется подчиняться ему 24/7. Но самое страшное — мой годовалый малыш растет точной копией своего отца...
Я всю жизнь считала, что лазить в чужой телефон последнее дело, что доверие это не проверять. Но доверие у меня кончилось три дня назад в прихожей, вместе с заколкой, которую он успел спрятать. Я протянула руку через спящего мужа и повернула телефон экраном вверх.
На заблокированном экране висело сообщение. Имя отправителя одна буква. «Р.»
«Документы по дому я забрала у Э.П. сама. Не волнуйся. И насчёт мамы твоей не переживай, она меня уже почти приняла. Скоро всё будет наше».
Я прочитала три раза. Буквы складывались в слова, слова в смысл, и смысл был такой, что я тихо положила телефон обратно, экраном вниз, точно как он лежал, и встала, и пошла на кухню, потому что лежать рядом с этим я больше не могла.
На кухне я села за стол, в темноте, не зажигая свет. «Скоро всё будет наше». Какая-то «Р.» забирала документы по дому свекрови у семейного адвоката. Какую-то «Р.» уже почти приняла Тамара Алексеевна. И моего мужа эта «Р.» просила не волноваться, как просят не волноваться своего.
На заблокированном экране висело сообщение. Имя отправителя одна буква. «Р.»
«Документы по дому я забрала у Э.П. сама. Не волнуйся. И насчёт мамы твоей не переживай, она меня уже почти приняла. Скоро всё будет наше».
Я прочитала три раза. Буквы складывались в слова, слова в смысл, и смысл был такой, что я тихо положила телефон обратно, экраном вниз, точно как он лежал, и встала, и пошла на кухню, потому что лежать рядом с этим я больше не могла.
На кухне я села за стол, в темноте, не зажигая свет. «Скоро всё будет наше». Какая-то «Р.» забирала документы по дому свекрови у семейного адвоката. Какую-то «Р.» уже почти приняла Тамара Алексеевна. И моего мужа эта «Р.» просила не волноваться, как просят не волноваться своего.
Я замерла, врастая в доски террасы. Кристина. Подруга моего двадцатилетнего сына Никиты. Девочка, которая приходила к нам в дом, мило улыбалась мне за ужином, хвалила мою выпечку и строила глазки моему сыну.
— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас пошел и всё ей рассказал! — с напором продолжала Кристина. Послышался шорох ткани и тихий, влажный стон.
— Брось уже ее, Глеб. Сколько можно прятаться по углам? Я хочу статус. Хочу быть твоей женой, а не тайной подстилкой. Ты ведь давно ее не любишь…
— Малыш, не дави на меня, — с придыханием ответил мой муж. — Ты прекрасно знаешь, что Анна — не просто жена. Она держит все финансы «Феникса». У меня на нее есть конкретные планы.
— Я хочу, чтобы ты прямо сейчас пошел и всё ей рассказал! — с напором продолжала Кристина. Послышался шорох ткани и тихий, влажный стон.
— Брось уже ее, Глеб. Сколько можно прятаться по углам? Я хочу статус. Хочу быть твоей женой, а не тайной подстилкой. Ты ведь давно ее не любишь…
— Малыш, не дави на меня, — с придыханием ответил мой муж. — Ты прекрасно знаешь, что Анна — не просто жена. Она держит все финансы «Феникса». У меня на нее есть конкретные планы.
Размеренная жизнь преподавательницы Аделики рушится, когда внеплановый экспресс привозит в академию нового коллегу. Профессор Сартори — высокомерный, невыносимый и чертовски проницательный боевой маг из столицы. Он сразу начинает устанавливать свои правила, а когда защитные контуры на двери Аделики оказываются взломаны, она понимает: этот мужчина смертельно опасен.
Пока коллеги-свахи устраивают им ловушки, за стенами вуза бесследно похищают людей, а столичный гость всё чаще заглядывает к ней на ночной чай. Сможет ли Аделика скрыть карту расследования и тайны прошлого? Ведь если Сартори докопается до истины — игра будет окончена. Или только начнётся?
Пока коллеги-свахи устраивают им ловушки, за стенами вуза бесследно похищают людей, а столичный гость всё чаще заглядывает к ней на ночной чай. Сможет ли Аделика скрыть карту расследования и тайны прошлого? Ведь если Сартори докопается до истины — игра будет окончена. Или только начнётся?
ЗАВЕРШЕНА
Однажды мне понадобилась помощь, чтобы спасти младшую сестру, и я пришла к нему. Пришла, зная, что он любит и не откажет.
Он помог мне, а я его предала. Взамен он сделал всё, чтобы я его возненавидела.
Но прошло семь лет, и наши дороги вновь пересеклись.
Однажды мне понадобилась помощь, чтобы спасти младшую сестру, и я пришла к нему. Пришла, зная, что он любит и не откажет.
Он помог мне, а я его предала. Взамен он сделал всё, чтобы я его возненавидела.
Но прошло семь лет, и наши дороги вновь пересеклись.
Выберите полку для книги