Книги по тегу «сильная героиня»: ""
О его особом отношении к Грим в Ванкувере знал даже последний пьющий подземник, не говоря уже о бродячих собаках.
– Хочешь мне что-то сказать? – она поторопила негромко, нервно.
«Что ты идиотка. Что сначала я разберусь с тобой, а потом прикончу старого урода, сделавшего с тобой это, и плевать на последствия».
Вместо прямого ответа Лэйт сделал еще один шаг, вынуждая ее поднять лицо и встретиться взглядом.
«Тебе нечего бояться. Я рядом, я помогу. Мы справимся», – еще хуже.
«Я не выдам тебя, даже если благословенный Ванкувер будут штурмовать», – точно нет.
«Ты будешь важна, даже если останешься слабее котенка», – за это можно было получить в челюсть.
«Как же с тобой чертовски сложно…».
***
Самые яркие впечатления, самые острые моменты, самая искренняя нежность – все самое в ее жизни оказывалось связано со Змеем.
Было ли это любовью?
Райли хватало понимания: даже если ее жизнь начала обратный отсчет, и идет он на дни, она хотела бы провести их только так. С ним.
– Хочешь мне что-то сказать? – она поторопила негромко, нервно.
«Что ты идиотка. Что сначала я разберусь с тобой, а потом прикончу старого урода, сделавшего с тобой это, и плевать на последствия».
Вместо прямого ответа Лэйт сделал еще один шаг, вынуждая ее поднять лицо и встретиться взглядом.
«Тебе нечего бояться. Я рядом, я помогу. Мы справимся», – еще хуже.
«Я не выдам тебя, даже если благословенный Ванкувер будут штурмовать», – точно нет.
«Ты будешь важна, даже если останешься слабее котенка», – за это можно было получить в челюсть.
«Как же с тобой чертовски сложно…».
***
Самые яркие впечатления, самые острые моменты, самая искренняя нежность – все самое в ее жизни оказывалось связано со Змеем.
Было ли это любовью?
Райли хватало понимания: даже если ее жизнь начала обратный отсчет, и идет он на дни, она хотела бы провести их только так. С ним.
Одна страшная ночь перечеркнула все, привычная жизнь закончилась. Яна с сестрой оказалась в доме деда, который любит командовать. Как вы относитесь к патриархальным замашкам и диктату условий? Вот и Яна не захотела терпеть подобного. Она уже сделала свой выбор. Марк вообще не воспринимает запретов, привыкнув сам принимать все решения. Их развела трагедия, но жизнь снова столкнула. И что будет?.. Читаем новую историю.
— Помогите… он не приходит в себя…
— Где он?
— В спальне… быстрее…
Я захожу и уже знаю — этот вызов я не забуду никогда.
— Давление падает.
— Пульс нитевидный…
— Что он пил?!
Женщина в красной сорочке рыдает, цепляется за дверной косяк, качает головой.
— Ничего… он просто пришёл…
Я наклоняюсь ниже — и узнаю лицо.
— …Нет. Не может быть.
— Вы его знаете?
— Да. И слишком хорошо.
Он сказал утром: «Я задержусь». А сейчас я держу в руках жизнь человека, который выбрал другую.
— Это ваш муж?
— Пока да.
Сирена воет где-то внутри меня. И я понимаю: этот вызов изменит всё.
— Где он?
— В спальне… быстрее…
Я захожу и уже знаю — этот вызов я не забуду никогда.
— Давление падает.
— Пульс нитевидный…
— Что он пил?!
Женщина в красной сорочке рыдает, цепляется за дверной косяк, качает головой.
— Ничего… он просто пришёл…
Я наклоняюсь ниже — и узнаю лицо.
— …Нет. Не может быть.
— Вы его знаете?
— Да. И слишком хорошо.
Он сказал утром: «Я задержусь». А сейчас я держу в руках жизнь человека, который выбрал другую.
— Это ваш муж?
— Пока да.
Сирена воет где-то внутри меня. И я понимаю: этот вызов изменит всё.
– Я всю жизнь любил другую женщину.
Слова мужа оглушают. Кажется, что удар получаю.
– Ты что такое говоришь, Фролов?! – спрашиваю в шоке.
– Ты слышала, – добавляет безжалостно.
– Пятнадцать лет, Леня… Пятнадцать лет! Нашему сыну четырнадцать!
Пытаюсь достучаться, но муж лишь вздергивает подбородок. Не реагирует даже.
– И давно ты мне изменяешь?! – спрашиваю, и голос дрожит.
– Я не хотел делать тебе больно, – отвечает спустя паузу, – но сейчас все изменилось. Катя развелась. Окончательно. И… у нас появился шанс…
– Шанс? – переспрашиваю в шоке. – Значит, ты просто жил со мной, спал со мной, строил семью со мной…
Муж жестко обрывает и выдает с нажимом:
– Да, Надя! Я любил всегда другую! Прости!
Слова мужа оглушают. Кажется, что удар получаю.
– Ты что такое говоришь, Фролов?! – спрашиваю в шоке.
– Ты слышала, – добавляет безжалостно.
– Пятнадцать лет, Леня… Пятнадцать лет! Нашему сыну четырнадцать!
Пытаюсь достучаться, но муж лишь вздергивает подбородок. Не реагирует даже.
– И давно ты мне изменяешь?! – спрашиваю, и голос дрожит.
– Я не хотел делать тебе больно, – отвечает спустя паузу, – но сейчас все изменилось. Катя развелась. Окончательно. И… у нас появился шанс…
– Шанс? – переспрашиваю в шоке. – Значит, ты просто жил со мной, спал со мной, строил семью со мной…
Муж жестко обрывает и выдает с нажимом:
– Да, Надя! Я любил всегда другую! Прости!
Андрей ненавидит свою начальницу Мартину всей душой. Высокомерная, педантичная стерва, что смотрит на него как на грязь под ногами.
Но совершенно случайно Андрей узнал секрет Мартины.
И теперь она полностью в его власти.
***
Андрей зашел внутрь лифта, и когда тот тронулся, с силой ударил по кнопке остановки.
— Что ты делаешь? — все с той же ненавистью спросила Мартина отступая.
— Хотел бы сказать, ничего, но… — Андрей ухмыльнулся, сделав шаг вперед.
А затем еще один и еще, пока не прижал Мартину к стенке.
И когда между ними практически не осталось свободного пространства, Андрей вновь пошел на риск. Он прижался губами к губам Мартины, вырывая у нее судорожный вздох.
— Отстань! — потребовала Мартина, в попытке оттолкнуть от себя Андрея, но тот лишь яростнее впился в ее рот.
И когда Андрей уже решил, что совершил очередную глупость, Мартина сдалась.
Но совершенно случайно Андрей узнал секрет Мартины.
И теперь она полностью в его власти.
***
Андрей зашел внутрь лифта, и когда тот тронулся, с силой ударил по кнопке остановки.
— Что ты делаешь? — все с той же ненавистью спросила Мартина отступая.
— Хотел бы сказать, ничего, но… — Андрей ухмыльнулся, сделав шаг вперед.
А затем еще один и еще, пока не прижал Мартину к стенке.
И когда между ними практически не осталось свободного пространства, Андрей вновь пошел на риск. Он прижался губами к губам Мартины, вырывая у нее судорожный вздох.
— Отстань! — потребовала Мартина, в попытке оттолкнуть от себя Андрея, но тот лишь яростнее впился в ее рот.
И когда Андрей уже решил, что совершил очередную глупость, Мартина сдалась.
— У тебя астма, Ника? — Андрей вертит в руках детский ингалятор, и его взгляд становится опасно холодным. — Странно. Я прожил с тобой три года и помню, что у тебя были железные легкие.
— Люди меняются, Ольшанский. Болезни тоже. Отдай.
— Это дозировка для ребенка. И наклейка со львом… точь-в-точь как на рюкзаке мальчика в твоем телефоне.
Пять лет назад он выставил меня за дверь в лютую метель, обвинив в измене. Я выжила, сменила имя и стала лучшим «чистильщиком» в бизнесе. Теперь он сам нанял меня, не подозревая, что под маской ледяной Ники Ребус скрывается его бывшая жена. У меня есть месяц, чтобы спасти его империю и исчезнуть. Но я совершила ошибку. Я оставила фото сына на заставке. Сына, который как две капли воды похож на человека, разрушившего мою жизнь.
В тексте есть: ❤️ Бывшие (очень искрит!) ❤️ Властный герой и дерзкая героиня ❤️ Обаятельный малыш, который растопит лед ❤️ Хэппи-энд (обязательно!)
— Люди меняются, Ольшанский. Болезни тоже. Отдай.
— Это дозировка для ребенка. И наклейка со львом… точь-в-точь как на рюкзаке мальчика в твоем телефоне.
Пять лет назад он выставил меня за дверь в лютую метель, обвинив в измене. Я выжила, сменила имя и стала лучшим «чистильщиком» в бизнесе. Теперь он сам нанял меня, не подозревая, что под маской ледяной Ники Ребус скрывается его бывшая жена. У меня есть месяц, чтобы спасти его империю и исчезнуть. Но я совершила ошибку. Я оставила фото сына на заставке. Сына, который как две капли воды похож на человека, разрушившего мою жизнь.
В тексте есть: ❤️ Бывшие (очень искрит!) ❤️ Властный герой и дерзкая героиня ❤️ Обаятельный малыш, который растопит лед ❤️ Хэппи-энд (обязательно!)
Пятница, вечер, и подруга, вечно ищущая приключения на свою пятую точку. К чему всё это могло привезти? Правильно, ничему хорошему.
После того, как мне изменил парень, моя жизнь резко начала меняться. Сначала переезд к отцу в другой город, знакомство с новой подругой, которая задалась целью отомстить моему бывшему. План был прост. Приехать в клуб, найти красавчика и сделать с ним фото.
Но только я не ожидала, что после того, как сбегу от него после поцелуя, судьба начнет нас сталкивать. Вот только нужна ему я или связи моего отца?
После того, как мне изменил парень, моя жизнь резко начала меняться. Сначала переезд к отцу в другой город, знакомство с новой подругой, которая задалась целью отомстить моему бывшему. План был прост. Приехать в клуб, найти красавчика и сделать с ним фото.
Но только я не ожидала, что после того, как сбегу от него после поцелуя, судьба начнет нас сталкивать. Вот только нужна ему я или связи моего отца?
Мне стало чуть-чуть грустно. Такой закат, а я провожаю его одна на пляже. Я решила вернуться к нашей вилле, вдруг он уже ждет меня у бассейна?
Сделав последний шаг по мокрому песку, я обернулась. Чтобы навсегда запечатлеть в памяти этот розово-фиолетовый закат, шум прибоя и ощущение, головокружительного счастья. Мой первый морской закат, начало медового месяца
Но когда я подошла к раздвижным дверям гостиной, я увидела все.
Как он мог… Как он МОГ?!. Его руки на чужом теле. Ее блаженное лицо. Пачка денег.
И этот медовый месяц… Всего два дня, как мы муж и жена! Он привез меня сюда, в этот рай, целовал, говорил нежные слова о любви… и спустя пару часов спокойно т....л какую-то местную горничную в гостиной! У него все так просто?
Сделав последний шаг по мокрому песку, я обернулась. Чтобы навсегда запечатлеть в памяти этот розово-фиолетовый закат, шум прибоя и ощущение, головокружительного счастья. Мой первый морской закат, начало медового месяца
Но когда я подошла к раздвижным дверям гостиной, я увидела все.
Как он мог… Как он МОГ?!. Его руки на чужом теле. Ее блаженное лицо. Пачка денег.
И этот медовый месяц… Всего два дня, как мы муж и жена! Он привез меня сюда, в этот рай, целовал, говорил нежные слова о любви… и спустя пару часов спокойно т....л какую-то местную горничную в гостиной! У него все так просто?
Его не похитили. Он просто выбрал забыть о ней и уйти.
Аэлита видела, как из спины Эриана прорастают ледяные крылья. Как глаза её друга наполняются светом, в котором погибает душа того мальчишки, с которым она росла. А потом он ушёл на Север — туда, где вечная стужа и Владычица, что обещала ему покой красоту и покой.
Всё, что у неё осталось — цветок, который умирает без их общего тепла, и обещание, которое она дала себе много лет назад.
Она пошла за ним не чтобы спасти или вернуть, а просто чтобы оказаться рядом, когда он будет делать свой последний выбор. Потому что Ледяное Сердце можно разбить только изнутри.
Это история не о спасении. Это история о том, как трудно отпустить того, кого любишь. И как иногда — важнее просто быть рядом, даже если он тебя уже не узнаёт.
Аэлита видела, как из спины Эриана прорастают ледяные крылья. Как глаза её друга наполняются светом, в котором погибает душа того мальчишки, с которым она росла. А потом он ушёл на Север — туда, где вечная стужа и Владычица, что обещала ему покой красоту и покой.
Всё, что у неё осталось — цветок, который умирает без их общего тепла, и обещание, которое она дала себе много лет назад.
Она пошла за ним не чтобы спасти или вернуть, а просто чтобы оказаться рядом, когда он будет делать свой последний выбор. Потому что Ледяное Сердце можно разбить только изнутри.
Это история не о спасении. Это история о том, как трудно отпустить того, кого любишь. И как иногда — важнее просто быть рядом, даже если он тебя уже не узнаёт.
Приехав в спортзал, где занимается мой муж, иду мимо пустого зала для стретчинга и останавливаюсь.
В углу, на коврике, лежит Вадим. А сверху на нём — худенькая девушка лет двадцати двух. Она сидит слишком уверенно, раздвинув ноги, разминая ему спину. Я застываю. Это была явно не тренер.
— Лиз, может, поедем в гостиницу? — тихо говорит ей он. — У тебя руки волшебные, нам надо уединиться…
Он переворачивается, притягивая её к себе, и они начинают целоваться — жадно, откровенно, так, как целуются те, кто давно вместе.
— А жена? Ты после опять вернешься к ней? — усмехается девица.
— Ой, Лиз… — отмахивается он. — Ты же знаешь, между нами давно ничего нет. Она располнела, один целлюлит!
— И когда ты уйдёшь от своей толстушки?
— Я же сказал — скоро, — спокойно отвечает он. — У нас сын. Не всё так быстро, как хотелось бы.
Они меня не слышат. Эта девка протяжно смеётся, не отрываясь от его губ — тех самых, которые ещё недавно касались меня...
В углу, на коврике, лежит Вадим. А сверху на нём — худенькая девушка лет двадцати двух. Она сидит слишком уверенно, раздвинув ноги, разминая ему спину. Я застываю. Это была явно не тренер.
— Лиз, может, поедем в гостиницу? — тихо говорит ей он. — У тебя руки волшебные, нам надо уединиться…
Он переворачивается, притягивая её к себе, и они начинают целоваться — жадно, откровенно, так, как целуются те, кто давно вместе.
— А жена? Ты после опять вернешься к ней? — усмехается девица.
— Ой, Лиз… — отмахивается он. — Ты же знаешь, между нами давно ничего нет. Она располнела, один целлюлит!
— И когда ты уйдёшь от своей толстушки?
— Я же сказал — скоро, — спокойно отвечает он. — У нас сын. Не всё так быстро, как хотелось бы.
Они меня не слышат. Эта девка протяжно смеётся, не отрываясь от его губ — тех самых, которые ещё недавно касались меня...
Выберите полку для книги