Книги по тегу «страсть»: ""

— Я? Копать? Да я лучше умру, чем испорчу маникюр!
— Не умрёшь, — хмыкнул он, опираясь на лопату. — Максимум взвоешь. Но мне понравится.

Егор. Местный. Наглый. С руками, от которых у меня подкашиваются ноги. Он смотрит так, будто знает, что я не протяну здесь и недели. А я докажу, что протяну. И не только…

Вот только когда местный ухажёр Санёк перешёл все границы, я ляпнула, что Егор — мой парень. Теперь нам придётся притворяться. Держаться за руки, обниматься, целоваться на глазах у всей деревни… И делать вид, что между нами ничего не происходит.

Вот только его руки слишком тёплые, взгляд слишком тёмный, а деревенская дискотека — слишком опасное место для моего сердца.

Ему двадцать три. Ему пятьдесят три. Я влюбилась в обоих.

Меня выдали замуж девчонкой за человека, который годился мне в отцы и которому нужна была не жена, а хозяйка. Он ни разу за все годы не сказал мне ничего, кроме «спасибо, Соня». Потом он умер, и я осталась вдовой в черном платье: дом, долги, деверь, который распоряжается моими деньгами, и старик-сенатор, который «дал бы имя» в обмен на мои десятины. Уезд считал, что мне следует благодарить бога.

А потом полк сослал ко мне корнета.

Мне писали, что он дрянь: карты, долги, дуэль, от которой он сбежал. Я ждала месяца мучений – молодой гусар в доме вдовы, скандал, разбитое сердце горничной.

Он приехал на телеге, долго стоял посреди двора, глядя на мой дом, а потом присел и заглянул под крыльцо. За ужином он не пил. Он спросил, почему мы продаем лес и кто считал цену. Он нашел трещину в балке раньше, чем поздоровался.

И он смотрел на меня так, как на вдов не смотрят.

— Мы не можем, — прошептала я, когда его губы оказались в миллиметре от моих.
— Знаю, — ответил он. — Но это не отменяет того, что я чувствую.
— Нас никто не поймёт.
— Плевать.

Мы балансируем на краю пропасти. Один неверный шаг — и мы разрушим семью, дружбу, всё, что нам дорого. Но с каждым днём я понимаю: эта запретная тяга сильнее меня. Сильнее страха. Сильнее стыда.

Жесткие слова культового режиссера Ильи вдребезги разбивают хваленую броню тридцатитрехлетней примы Маргариты, погрязшей в пресных и правильных ролях.
Для новой, радикальной постановки «Саломеи» мастер требует от актрисы не безупречной техники, а первобытной, оголенной страсти. Лучшим инструментом для разрушения её ледяной гордости становится Никита — молодой актер массовки, тайно и безумно влюбленный в приму. В полумраке театрального подвала, среди пыльного бархата и старых декораций, Илья сталкивает их в неистовой, запретной и телесной дуэли.

Элен — «королева» ночных смен в медицинской клинике. С одной стороны она безупречная медсестра, а с другой — мастер двойной игры. В ее руках — графики дежурств, в ее сердце — двое мужчин, лучших врачей клиники.

Она мастерски лавирует между холодным хирургом, привыкшим к абсолютному контролю, и дерзким кардиологом, врывающимся в ее жизнь, словно ураган. Элен уверена — эта изящная конструкция из лжи и страсти идеальна, пока однажды всё не выходит из-под контроля.

Случай ставит перед ней выбор. Что произойдет, когда скрытое станет явным?

Для тридцатидвухлетней Натальи закрытый элитарный турнир по бильярду — это единственный, отчаянный шанс спасти от сноса наследие покойного отца. Однако за финальным столом её ждет Виктор — сорокапятилетний строительный магнат и тот самый мужчина, который четырнадцать лет назад жестоко растоптал её девичьи иллюзии.
Счёт стремительно выравнивается, превращая партию умов в изощренное тактильное противостояние и легальный способ разглядывать тела друг друга под конусом яркого света.
Виктор предлагает новую ставку на последний чёрный шар, где проигравший на всю ночь отдаёт победителю полный контроль над своими желаниями.

— Ты пунктуальна. Это хорошо, — сказал он, отступая и жестом приглашая её войти.
Внутри особняк поражал. Тёмное дерево, тяжёлые портьеры цвета бордо, приглушённый свет массивных бра. Никакого минимализма, никаких ярких красок. Всё здесь дышало историей, строгостью и скрытой силой.
— Проходи в кабинет, — бросил он через плечо, закрывая дверь.
Алиса прошла по длинному коридору, её каблуки гулко стучали по паркету. Кабинет Максима был огромным. Стены от пола до потолка были заставлены книгами. В центре стоял массивный стол из чёрного дерева, а за ним — кожаное кресло.
— Закрой дверь на ключ, — раздался его голос за её спиной.
Алиса вздрогнула, повернулась. Максим стоял у двери, скрестив руки на груди. Его взгляд был непроницаем. Она подошла к двери, повернула тяжёлый латунный ключ и щёлкнула замком. Звук показался ей оглушительным в тишине дома.
— Подойди к столу, — скомандовал он.
Алиса повиновалась. Её ноги казались ватными, но разум был предельно ясен. Она встала перед его столо

Юная суккуб Лиара Д’Ар Ракаш всегда знала, чего хочет: свободы, ярких чувств и права самой выбирать, с кем провести инициацию. Поэтому в день своего девятнадцатилетия она решительно отказывается от скучных традиций: ни бабушкин услужливый красавец, ни безликий раб из дома удовольствий её не прельщают. Ведь есть тот, кому она готова отдать сердце, с кем она желает утолить голод… но реальность оказывается куда жестче, а романтичные мечты разбиваются о жестокую реальность.

Остаться гордой и не признаться родителям в провале? Легко. Купить на рынке дерзкого эльфа? Сделано. Осталось лишь понять, кто кого из них соблазняет.

Он не просил. Он не предлагал. Он просто вошёл в её жизнь — и закрыл за собой дверь.

Алиса Ветрова — успешный аналитик, независимая, резкая, не привыкшая подчиняться. Тигран Саакян — человек, который не отступает. Один взгляд на форуме — и он уже всё решил.

Она выбрасывает его цветы. Игнорирует его подарки. Демонстративно уезжает от его машины. Но он везде. В её зале, в её театре, в её мыслях. Слишком уверенный. Слишком спокойный. Слишком опасный.

А когда её компания оказывается на грани краха, он делает ход, от которого невозможно отказаться.

Ей придётся сесть с ним за один стол. Выслушать его условия. И понять: это не просто охота. Это что-то гораздо страшнее.

Это любовь, от которой не сбежать.

Её глаза расширились. Лёгкий румянец предательски выступил на её бледных щеках.
— Это правда? — тихо спросила она.
— В этом кабинете нет места лжи, Елена. Здесь есть только правда. И боль. И удовольствие. Они идут рука об руку. Моя задача — научить вас чувствовать. Сломать ваши барьеры и построить новые, где я буду вашим единственным пропуском. Я буду вашим тренером. Но мои методы... они требуют полной отдачи. Вы готовы подписать контракт?
Я придвинул к ней плотный лист бумаги. Это был не просто договор об оказании услуг. Это был манифест власти и подчинения.
— Здесь прописаны все правила, — объяснил я, наблюдая, как она скользит глазами по строчкам. — Первое: моё слово — закон. Второе: у вас есть стоп-слово. «Красный». Если вы произносите его, всё немедленно прекращается. Но если вы не произносите его, вы принадлежите мне. Третье: никаких вопросов о моей личной жизни. Вы здесь только для того, чтобы работать над собой.
Елена подняла на меня взгляд. В нём читалась интрига, вызов..