Книги по тегу «счастливый финал»: ""
На мой юбилей вместо цветов и подарка муж приносит новость о любовнице и ее беременности. Отказавшись играть роль прислуги в собственном доме, я принимаю решение уйти и превратить их жизнь в ад.
- Света, молчать я больше не хочу и не буду. У меня есть другая женщина!
- Что?! – вскрикиваю я, задыхаясь от шока и боли. – Женя, что ты такое говоришь?
Слезы обжигают глаза, но я не позволю им пролиться. Не сейчас. Сердце начинает стучать так громко, что я не понимаю, что он говорит.
«Этого просто не может быть!» - стучит в висках. Мы двадцать лет в браке, у нас есть дочь. Мы прошли через огонь и воду.
- Мы вместе уже пять лет, и она ждет от меня сына! – продолжает спокойно убивать меня муж, словно это не катастрофические факты, а какой-то пустяк.
- Света, молчать я больше не хочу и не буду. У меня есть другая женщина!
- Что?! – вскрикиваю я, задыхаясь от шока и боли. – Женя, что ты такое говоришь?
Слезы обжигают глаза, но я не позволю им пролиться. Не сейчас. Сердце начинает стучать так громко, что я не понимаю, что он говорит.
«Этого просто не может быть!» - стучит в висках. Мы двадцать лет в браке, у нас есть дочь. Мы прошли через огонь и воду.
- Мы вместе уже пять лет, и она ждет от меня сына! – продолжает спокойно убивать меня муж, словно это не катастрофические факты, а какой-то пустяк.
Я – мать троих детей, жена айтишника, невестка всемирно известной скрипачки. У меня есть мои любимые сто десять килограмм веса и мечта открыть собственный салон груминга. В общем, жизнь как жизнь, как у всех. Но волею случая я оказываюсь в особняке Станислава Ворохова. Чтобы помочь собственному ребенку, приходится на время стать няней его дочки. Проблема в том, что девица далека от стандартной принцессы, да, и дома у меня начинает все рушиться. Ничего, как любила поговаривать моя бабуля, прорвемся!
«Даниил Сергеевич, ваш сын родился. Завтра нужно приехать и оформить документы.»
Сначала я даже не поняла смысл слов. Сын? У моего мужа?
Я смотрела на сообщение и ждала, что сейчас скажут, что это глупая шутка. Ошибка. Чужая история.
Но правда была безжалостной. Мой муж давно жил другой жизнью. У него есть другая женщина. И уже появился ребёнок. А мне он всё это время смотрел в глаза и врал.
Но они ещё не знают главного. Очень скоро у этой истории появится ещё один ребёнок.
И тогда я решу, кто на самом деле лишний...
Сначала я даже не поняла смысл слов. Сын? У моего мужа?
Я смотрела на сообщение и ждала, что сейчас скажут, что это глупая шутка. Ошибка. Чужая история.
Но правда была безжалостной. Мой муж давно жил другой жизнью. У него есть другая женщина. И уже появился ребёнок. А мне он всё это время смотрел в глаза и врал.
Но они ещё не знают главного. Очень скоро у этой истории появится ещё один ребёнок.
И тогда я решу, кто на самом деле лишний...
– Насть, представляешь...
Он сжимает мою руку, и от его прикосновения по телу пробегает миллион колючих мурашек.
– Ой, я смотрю, ты замёрзла, – он заботливо натягивает на меня одеяло, поправляет его края, словно я хрупкий фарфоровый сервиз.
Какой же ты, сука, заботливый муж.
Тошнота подкатывает к горлу…
– Вот ты где?! – в комнату врывается Кира. – Ну ты ещё с ней переспи, с этой идиоткой! – говорит ядовито.
– Кир, я просто разговаривал со своей женой, – Гриша звучит устало, как родитель, объясняющий что-то капризному ребёнку.
Мой муж выходит из моей комнаты.
Любовница язвительно ухмыляется – я не вижу, но чувствую эту ухмылку, слышу её в тоне голоса:
– Приятного вегетирования, Анастасия Николаевна.
***
Мой муж и его любовница списали меня со счетов, ооо ну как же они ошибаются…
Он сжимает мою руку, и от его прикосновения по телу пробегает миллион колючих мурашек.
– Ой, я смотрю, ты замёрзла, – он заботливо натягивает на меня одеяло, поправляет его края, словно я хрупкий фарфоровый сервиз.
Какой же ты, сука, заботливый муж.
Тошнота подкатывает к горлу…
– Вот ты где?! – в комнату врывается Кира. – Ну ты ещё с ней переспи, с этой идиоткой! – говорит ядовито.
– Кир, я просто разговаривал со своей женой, – Гриша звучит устало, как родитель, объясняющий что-то капризному ребёнку.
Мой муж выходит из моей комнаты.
Любовница язвительно ухмыляется – я не вижу, но чувствую эту ухмылку, слышу её в тоне голоса:
– Приятного вегетирования, Анастасия Николаевна.
***
Мой муж и его любовница списали меня со счетов, ооо ну как же они ошибаются…
- Я не хочу, чтобы ты присутствовал в нашей жизни, – охренеть, заявочка.
- Ты скрыла от меня дочь, – гнев застилает глаза, а эта коза еще масла в огонь подливает.
- Ты не заслуживаешь ее! Ты привык пользоваться людьми, сегодня нужен, а завтра – пошел вон из моей жизни! Когда тебе надоест играть в папочку, мне как нужно будет объяснять это ребенку?
- Я никогда не брошу свою дочь, смирись!
Семь лет назад, я совершил ошибку. Думал, что смогу забыть свою первую любовь и замутил с девушкой, которая тайно была в меня влюблена.
На утро ушел, но оставил ей прощальный подарок, о котором узнал лишь спустя почти семь лет.
- Ты скрыла от меня дочь, – гнев застилает глаза, а эта коза еще масла в огонь подливает.
- Ты не заслуживаешь ее! Ты привык пользоваться людьми, сегодня нужен, а завтра – пошел вон из моей жизни! Когда тебе надоест играть в папочку, мне как нужно будет объяснять это ребенку?
- Я никогда не брошу свою дочь, смирись!
Семь лет назад, я совершил ошибку. Думал, что смогу забыть свою первую любовь и замутил с девушкой, которая тайно была в меня влюблена.
На утро ушел, но оставил ей прощальный подарок, о котором узнал лишь спустя почти семь лет.
— Девушка, мне нужно квартиру зарегистрировать. Мы с будущим мужем купили.
Я открываю договор.
Её будущий муж — мой нынешний.
Заодно выясняется, что на их новую квартиру ушли наши общие деньги.
Вот и верь после этого людям. Особенно тем, кому восемнадцать лет складывала котлеты в контейнер и напоминала надеть шапку.
Муж получит развод. А мне — новый объект, капитальный ремонт и Арсений Грачёв, который почему-то уверен, что командовать мной у него получится лучше.
Я открываю договор.
Её будущий муж — мой нынешний.
Заодно выясняется, что на их новую квартиру ушли наши общие деньги.
Вот и верь после этого людям. Особенно тем, кому восемнадцать лет складывала котлеты в контейнер и напоминала надеть шапку.
Муж получит развод. А мне — новый объект, капитальный ремонт и Арсений Грачёв, который почему-то уверен, что командовать мной у него получится лучше.
Болезнь упорствовала, не желая подчиняться не только обычным средствам, но даже драконьей магии. Без Райнхольда Мелани бы уже давно умерла, но он не давал ей уйти. Ни при каких обстоятельствах он не собирался отдавать эту девушку смерти.
Спасительница его сына будет жить. Кёрнские всегда отдают долги, а Мелани он обязан жизнью единственного наследника.
Спасительница его сына будет жить. Кёрнские всегда отдают долги, а Мелани он обязан жизнью единственного наследника.
- Ты переспал со мной и исчез. А когда я позвонила, сказал, что такая как я, тебя недостойна. А теперь вернулся с невестой. И думаешь, что мы можем продолжить?
- Я мог ошибаться.
- В любом случае, ты скоро женишься.
Хочу уйти, но он хватает меня за руку.
- Олеся, погоди, ещё вопрос…
Я знаю, о чём он спросит. И всё внутри меня замирает от страха. Я совру, но он ведь может догадаться.
- Твои близнецы, Олеся. Они… от кого?
- От мужа, - вру я, ведь никакого мужа у меня нет. И показываю ему липовое колечко на своём пальце.
Рустем Ибрагимов опускает взгляд на мою руку, по его лицу мелькает наглая усмешка.
- Уверена, что это так?
- Я мог ошибаться.
- В любом случае, ты скоро женишься.
Хочу уйти, но он хватает меня за руку.
- Олеся, погоди, ещё вопрос…
Я знаю, о чём он спросит. И всё внутри меня замирает от страха. Я совру, но он ведь может догадаться.
- Твои близнецы, Олеся. Они… от кого?
- От мужа, - вру я, ведь никакого мужа у меня нет. И показываю ему липовое колечко на своём пальце.
Рустем Ибрагимов опускает взгляд на мою руку, по его лицу мелькает наглая усмешка.
- Уверена, что это так?
— Мы же с тобой договаривались, что все крупные траты будем согласовывать вместе…
— Лен, ну хватит уже считать каждую копейку. Я же объясняю тебе, что была возможность, я ею воспользовался. Это так работает — бизнес, инвестиции. Нельзя ждать, пока станет удобно.
— Это мои деньги, Денис.
— Это наши деньги.
— Я столько их копила, разве ты не понимаешь? — бурчу на него я. — Потихоньку, с каждой зарплаты откладывала. Это мои деньги. На мою мечту. Открыть свое дело.
— Слушай, — говорит муженек, и голос становится другим, почти великодушным. — Слушай, я верну тебе все. Ты понимаешь? Как только стрельнет дельце, – а оно стрельнет, я тебе отвечаю, – там такие перспективы. Я для тебя стараюсь.
— Ты стараешься для меня?
— Для нас, — поправляет он. — Для семьи.
Я застаю мужа за перепиской с любовницей и узнаю от него, что он потратил почти все мои накопления. Я не плачу — я собираю доказательства и готовлю месть – такую, чтобы они пожалели.
— Лен, ну хватит уже считать каждую копейку. Я же объясняю тебе, что была возможность, я ею воспользовался. Это так работает — бизнес, инвестиции. Нельзя ждать, пока станет удобно.
— Это мои деньги, Денис.
— Это наши деньги.
— Я столько их копила, разве ты не понимаешь? — бурчу на него я. — Потихоньку, с каждой зарплаты откладывала. Это мои деньги. На мою мечту. Открыть свое дело.
— Слушай, — говорит муженек, и голос становится другим, почти великодушным. — Слушай, я верну тебе все. Ты понимаешь? Как только стрельнет дельце, – а оно стрельнет, я тебе отвечаю, – там такие перспективы. Я для тебя стараюсь.
— Ты стараешься для меня?
— Для нас, — поправляет он. — Для семьи.
Я застаю мужа за перепиской с любовницей и узнаю от него, что он потратил почти все мои накопления. Я не плачу — я собираю доказательства и готовлю месть – такую, чтобы они пожалели.
«Спорим, ты и двух минут в лесу не протянешь, капитан?» — съязвила, глядя на этого рыжебородого ходячего оптимиста.
Кто ж знал, что мои слова окажутся пророческими, а в качестве арбитра выступит самый настоящий медведь?
Теперь я стою над ним, раскинувшемся под сосной, а он смотрит на меня снизу вверх.
— Пришла... за мной? — хрипит, морщась от боли.
— Ага. Спасать твою капитанскую задницу, — выдыхаю, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Говорила же, береги конечности!
Кто ж знал, что мои слова окажутся пророческими, а в качестве арбитра выступит самый настоящий медведь?
Теперь я стою над ним, раскинувшемся под сосной, а он смотрит на меня снизу вверх.
— Пришла... за мной? — хрипит, морщась от боли.
— Ага. Спасать твою капитанскую задницу, — выдыхаю, пытаясь унять бешено колотящееся сердце. — Говорила же, береги конечности!
Выберите полку для книги