Книги по тегу «тайна прошлого»: ""

— Ты чья, чудо природы? — спросил я, и мой собственный голос показался мне чужим и глухим.
В голове со свистом закрутилась дикая, немыслимая, пугающая цепочка мыслей. Сходство было не просто сильным — оно было абсолютным, генетическим. Неужели почти шесть лет назад в европейском род доме родилась двойня, а это чудо второй ребенок? Или, наоборот, это меня обвели вокруг пальца, выдав желаемое за действительное?
— Я Ляна. И я не чудо, я просто хорошо развита для своего возраста, в отличие от вашей личной охраны, которая пропускает детей в закрытую зону без лишних вопросов, — девчонка хмыкнула и оглядела меня с ног до головы с чисто профессиональным, взрослым прищуром. — Часы — оригинал, платина. Костюм — индивидуальный пошив, английская шерсть. Лицо — будто вам не додали крупную сдачу в банке. Вы случайно не ищете жену? Ну, или хотя бы приличного партнера по бизнесу?

— Она... как ее зовут? — его голос прозвучал неожиданно хрипло, потеряв всю свою недавнюю бархатистость и уверенность.
— Дарья, — ответила я с легким вызовом, расправляя плечи. — Моя дочь. Демьян Русланович, если наличие ребенка не вписывалось в рамки нашего с вами контракта, вы могли сказать об этом еще на ступенях ЗАГСа, мы бы нашли компромисс.
— Нет, дело вовсе не в этом, Елена Владимировна, — он сделал медленный шаг к нам, словно боялся спугнуть Дашу, и присел перед ней на корточки, оказываясь на одном уровне с моей дочкой.

— Пап, открой глаза!
Папа? У меня нет детей!
Резко открываю глаза и пытаюсь сесть, но в глазах начинает двоиться. Детей на стуле рядом с моей кроватью двое. Мальчики - близнецы...
— Адам, любимый, как хорошо, что ты очнулся!!! — ко мне подлетает миниатюрная блондинка с голубыми тревожными глазами, которую я точно вижу впервые.
— Кто вы? Почему я здесь? — Спрашиваю требовательно. Смотрю на настенные часы — у меня встреча с юристом через час. Будет оглашение завещания отца.
— Пап, тебя машина сбила!
— Адам, я чуть с ума не сошла! — Блондинка, кажется, плакать собирается...
— У меня нет детей! — Отрезаю раздраженно и вырываю капельницу. На пальце замечаю кольцо. Обручальное!
— Мы твоя семья, — голос блондинки дрожит, пока она прижимает к себе детей.
Нет у меня никакой семьи. Я успешный бизнесмен и сплю исключено с моделями. Всегда с разными! Резко поднимаюсь с койки и ухожу.
— Адам, не уходи…. не бросай нас… — долетает в спину с отчаянием.

Если вы читаете это, значит, меня уже нет в Айронвуде. Или нет вообще.
Я приехала сюда за правдой о своём отце.
Айронвуд — последнее место, где его видели до ареста. Я думала, что смогу быть незаметной, собрать факты и исчезнуть.
Но он заметил меня в первый же вечер.
Дэймон Блэквуд. Наследник академии. Человек, который знает всё обо всех. Он вызвал меня в башню — и с этого момента моя жизнь перестала мне принадлежать. Я его тень. Его собственность.
Его игра.
Он не знает только одного: я не боюсь проиграть.
Мне уже нечего терять.
Кроме правды. А правда, говорят, стоит жизни.

Всё изменилось в тот день, когда на пороге моего адвокатского кабинета появилась жена моего бывшего с требованием его наказать. Сперва не поверила глазам, увидев его имя, а потом встала перед выбором: взять клиента или уйти в сторону?
Ну, привет, Селиванов.
Я
ВЫБИРАЮ
МЕСТЬ.

— Зачем тебе, молоденькой, эта обуза? Оставь ребеночка у нас, — уговаривает меня пожилая медсестра, вгоняя мне под кожу иголку и набирает в шприц кровь из вены. — Да и родители у него не пойми кто… а люди добрые его заграницу заберут. В достатке жить будет.
— Что вы такое несете? — шепчу в ужасе, глядя на нее. — Это живой человек, а не котенок. И у него есть отец!
— Нужен он ему, — кивает она. — Как же… — вздыхает.
— У меня и его номер есть. Я его за несколько минут до схваток нашла. Он у меня в кармане куртки. Позвоните ему, пожалуйста, — чувству как меня постепенно начинает отключать. — Я вам денег за это заплачу… — зеваю и медленно проваливаюсь в темноту.

Пять лет назад она исчезла — без объяснений, без прощания. Только записка из четырёх слов на столе.

Дмитрий Верховский не искал её. Он выбрал другое: ресторан, улыбку, которую не снимает, и виски, которое заглушает всё, что не хочется помнить. Это работало. Почти.

До тех пор, пока не пришёл конверт.

Белый, без обратного адреса. Внутри — её фотография и три слова от руки: «Она вернулась».

Кира Вернецкая вернулась в Москву не ради него — у неё есть своя жизнь, своя кухня и тайна, которую она хранила пять лет. Тайна, из-за которой она тогда и сбежала.

Дмитрий приходит к ней с деловым предложением. Только работа. Только профессия. Он не задаёт вопросов — пока.

Но Верховские умеют ждать. И рано или поздно он спросит.

А правда способна уничтожить всё.

Книга 2 серии «Верховские». Читается как самостоятельное произведение. 18+

Отпуск на далёкой планете должен был стать побегом от прошлого, но обернулся двумя мужьями, похищением, опасными тайнами и правдой о себе.
Элиар манит меня не случайно, а мамин кулон скрывает ключ ко всему. Только тайна, которую я раскрыла, может разрушить мой новый мир, любовь мужей и счастье, которое я только обрела.

🔥 18+

❤️‍🔥 Очень откровенно

🗝️ Тайны прошлого

💞 Двое мужей

🪐 Авторские расы

👑 Сильная героиня

Муж Есении и жена Феликса погибли в одной машине. Без обручальных колец. С бронью на двоих и ключом от квартиры, которой не должно было существовать.

Пока семьи требуют молчать и сохранить безупречную память о погибших, Есения и Феликс шаг за шагом открывают семь лет их тайной жизни. Каждая новая находка разрушает прошлое, а единственным человеком, которому ничего не нужно объяснять, становится тот, кого предали так же.

Но можно ли построить любовь на руинах двух браков? И как не повторить ложь тех, кто называл предательство счастьем?

Она приютила не зверя, а границу между мирами. Он носит не шкуру, а проклятие. Вместе у них есть несколько зимних дней и одна ночь, чтобы найти двенадцать слов, которые переведут стрелку его судьбы. Но лес, хранящий тайну спасения, полон иных, древних голосов. Они предлагают лёгкий путь — сдаться холоду, забыться в вечной метели. Чтобы дойти до конца, Алёне и Луке придётся вспомнить, что иногда самое тёплое — это чужое дыхание в лютый мороз, а самое сильное — это шёпот, произнесённый вместо крика.