Книги по тегу «фиктивные отношения»: ""
– Итак, Вероника Андреевна. Линия «Вишневое наслаждение» запущена? Все ли идет по плану?
– Да, Герман Илларионович. На этой ленте у нас темный шоколад, там молочный, а правее белый. Формовка и упаковка будут закончены сегодня к вечеру.
– Могу попробовать?
– Конечно. – Я отступила, давая ему пройти к конвейеру.
Он взял одну конфетку и положил в рот. Пошевелил губами, смакуя. А потом лицо его внезапно исказилось, будто он проглотил лимон, и он выплюнул шоколад в ведерко, кем-то услужливо подставленное.
По рядам сотрудников прошел испуганный шепоток. А я просто обомлела, потому что не представляла, что могло вызвать у него такую реакцию.
– Что это такое? – вопросил он, злобно таращась на меня.
– Это конфеты из темного шоколада с вишней сорта «Пионер» и с добавлением итальянского ликера «Кампари», – спокойно ответила я.
– Нет, Вероника Андреевна. Это не итальянский ликер. Это какая-то сивуха!
– Да, Герман Илларионович. На этой ленте у нас темный шоколад, там молочный, а правее белый. Формовка и упаковка будут закончены сегодня к вечеру.
– Могу попробовать?
– Конечно. – Я отступила, давая ему пройти к конвейеру.
Он взял одну конфетку и положил в рот. Пошевелил губами, смакуя. А потом лицо его внезапно исказилось, будто он проглотил лимон, и он выплюнул шоколад в ведерко, кем-то услужливо подставленное.
По рядам сотрудников прошел испуганный шепоток. А я просто обомлела, потому что не представляла, что могло вызвать у него такую реакцию.
– Что это такое? – вопросил он, злобно таращась на меня.
– Это конфеты из темного шоколада с вишней сорта «Пионер» и с добавлением итальянского ликера «Кампари», – спокойно ответила я.
– Нет, Вероника Андреевна. Это не итальянский ликер. Это какая-то сивуха!
– И кто обидел тебя, Мармеладка?
Вопрос и интонации, с которыми он задан застают меня врасплох. Шмыгнув носом, быстро смахиваю слезинку со щеки и поднимаю взгляд на незнакомца, застывшего точно каменное изваяние в шаге от меня.
– Никто, – прочищаю горло, крепче прижимая к себе годовалого сына.
– Ну я так и подумал. – Кивает, подхватывая два моих чемодана. – Пойдём, а то дождь собирается.
– Эй, постойте, вы вообще кто?
– Твой муж, – ответ звучит легко, словно «правда».
– Но это не…
– Мы это быстро исправим.
Вопрос и интонации, с которыми он задан застают меня врасплох. Шмыгнув носом, быстро смахиваю слезинку со щеки и поднимаю взгляд на незнакомца, застывшего точно каменное изваяние в шаге от меня.
– Никто, – прочищаю горло, крепче прижимая к себе годовалого сына.
– Ну я так и подумал. – Кивает, подхватывая два моих чемодана. – Пойдём, а то дождь собирается.
– Эй, постойте, вы вообще кто?
– Твой муж, – ответ звучит легко, словно «правда».
– Но это не…
– Мы это быстро исправим.
— Олесь, я тебе изменил. — Холодно произносит Дан.
— Что? — выдавливаю я.
— Я переспал с другой, — добавляет он, глядя мне в глаза. — И я не хочу продолжать наши отношения.
— Но ты… — я сглатываю, слюны нет, — ты позвал меня сюда…
Дан делает глоток вина.
— Я позвал тебя, чтобы сказать лично, — говорит он. — Это честно.
Он произносит это слово так, будто вручает мне подарок.
— Дан, — говорю я тихо, — пожалуйста, подумай. Не разрушай всё вот так. Мы можем поговорить. Мы можем попробовать…
— Нет, — перебивает он. — Я уже всё решил.
— Ты даже не хочешь попытаться? — спрашиваю я.
Он смотрит на меня почти с жалостью.
— Олесь, не унижайся.
Два слова. Они бьют сильнее, чем всё остальное.
— Мне нужно идти, — говорит он.
Он встаёт. Кладёт на стол купюры за ужин.
— Такси приедет через пять минут.
***
Прошло пять лет, и судьба сыграла злую шутку. Моим новым боссом становится мой бывший. Нам придется заключить сделку, о которой я буду жалеть, и кто знает, куда это нас приведет.
— Что? — выдавливаю я.
— Я переспал с другой, — добавляет он, глядя мне в глаза. — И я не хочу продолжать наши отношения.
— Но ты… — я сглатываю, слюны нет, — ты позвал меня сюда…
Дан делает глоток вина.
— Я позвал тебя, чтобы сказать лично, — говорит он. — Это честно.
Он произносит это слово так, будто вручает мне подарок.
— Дан, — говорю я тихо, — пожалуйста, подумай. Не разрушай всё вот так. Мы можем поговорить. Мы можем попробовать…
— Нет, — перебивает он. — Я уже всё решил.
— Ты даже не хочешь попытаться? — спрашиваю я.
Он смотрит на меня почти с жалостью.
— Олесь, не унижайся.
Два слова. Они бьют сильнее, чем всё остальное.
— Мне нужно идти, — говорит он.
Он встаёт. Кладёт на стол купюры за ужин.
— Такси приедет через пять минут.
***
Прошло пять лет, и судьба сыграла злую шутку. Моим новым боссом становится мой бывший. Нам придется заключить сделку, о которой я буду жалеть, и кто знает, куда это нас приведет.
- Даша, послушайте, у меня было время подумать над сложившейся ситуацией и родилась одна идея. – голос босса звучит вкрадчиво и это так на него не похоже, обычно он разговаривает тоном хозяина жизни.
- Какая идея? – спрашиваю настороженно. Чувствую, что то, что он задумал мне совсем не понравится.
- Вы же подавали мне заявление на отпуск?
Странно, что он об этом помнит и о том, что заявление именно моё. Или уже справки обо мне навёл?
- Подавала. – подтверждаю, пока еще не понимая куда он клонит.
- Я его подпишу. Но с одним условием. Вы берёте Милу и уезжаете с ней в мой дом в деревню, на месяц.
***
Я очень хотела уйти летом в отпуск, но никак не ожидала, что непреложным условием реализации моей мечты станет проживание в доме босса и приглядывание за его внезапно материализовавшейся дочерью.
- Какая идея? – спрашиваю настороженно. Чувствую, что то, что он задумал мне совсем не понравится.
- Вы же подавали мне заявление на отпуск?
Странно, что он об этом помнит и о том, что заявление именно моё. Или уже справки обо мне навёл?
- Подавала. – подтверждаю, пока еще не понимая куда он клонит.
- Я его подпишу. Но с одним условием. Вы берёте Милу и уезжаете с ней в мой дом в деревню, на месяц.
***
Я очень хотела уйти летом в отпуск, но никак не ожидала, что непреложным условием реализации моей мечты станет проживание в доме босса и приглядывание за его внезапно материализовавшейся дочерью.
– Я видела, что вы натворили! Я всем расскажу! – лепетала, вжимаясь лопатками в стену.
– И пойдешь в темницу вместе со мной, Тесса, – граф Адриан нависал, подавляя аурой, заставляя сердце нервно подпрыгивать в груди. – В моем мире муж с женой считаются единым целым и делят наказание поровну.
Я стала свидетельницей кошмарного преступления, но не могу никому о нем рассказать! Темный маг связал меня самой надежной клятвой этого мира – брачной.
Теперь у меня лишь два выхода. Или открыть правду и отправиться в тюрьму вместе с ним. Или молчать и изображать влюбленную женушку, пока он не завершит дела. Стать пленницей его дома, заложницей его рук, губ и колдовских глаз…
По силам ли мне эта роль? И откуда уверенность, что он не отпустит, когда все закончится?
– И пойдешь в темницу вместе со мной, Тесса, – граф Адриан нависал, подавляя аурой, заставляя сердце нервно подпрыгивать в груди. – В моем мире муж с женой считаются единым целым и делят наказание поровну.
Я стала свидетельницей кошмарного преступления, но не могу никому о нем рассказать! Темный маг связал меня самой надежной клятвой этого мира – брачной.
Теперь у меня лишь два выхода. Или открыть правду и отправиться в тюрьму вместе с ним. Или молчать и изображать влюбленную женушку, пока он не завершит дела. Стать пленницей его дома, заложницей его рук, губ и колдовских глаз…
По силам ли мне эта роль? И откуда уверенность, что он не отпустит, когда все закончится?
– Притворись моей невестой! – выкрикивает парень, которого я вижу второй раз.
– Ты с ума сошёл? Мы с тобой почти незнакомы! С чего такое безумное предложение? – подумываю вызвать охрану магазина.
– Ты понравилась моей бабушке, – улыбается мажор. – Нельзя же огорчать милую старушку.
– Зачем мне это?
– Я помогу тебе в карьере, – удивлённо смотрю на него, – Ты же аналитик? В компанию отца толковые люди нужны. Я тебя устрою – не вечно же тебе торчать продавщицей в сувенирном.
Тяжело вздыхаю. Отказаться от чокнутой затеи куда сложнее, чем я думала.
Я ведь и представить не могла к каким последствиям может привести столь невинная шалость...
– Ты с ума сошёл? Мы с тобой почти незнакомы! С чего такое безумное предложение? – подумываю вызвать охрану магазина.
– Ты понравилась моей бабушке, – улыбается мажор. – Нельзя же огорчать милую старушку.
– Зачем мне это?
– Я помогу тебе в карьере, – удивлённо смотрю на него, – Ты же аналитик? В компанию отца толковые люди нужны. Я тебя устрою – не вечно же тебе торчать продавщицей в сувенирном.
Тяжело вздыхаю. Отказаться от чокнутой затеи куда сложнее, чем я думала.
Я ведь и представить не могла к каким последствиям может привести столь невинная шалость...
— Ничего личного, малыш. Просто бизнес, — поясняет Костя, гадко оскалившись. — Тебе нужен был фиктивный муж, а мне фиктивная жена. Услуга за услугу. Если у тебя больше нет вопросов, то пиши адрес и свободна.
— Какой еще адрес? — даже отшатываюсь.
— Свой. По договору мы живем вместе.
— Ты не будешь со мной жить! Я думала, что выхожу замуж за курьера, а не за исчадие ада!
Шагаю вперед и упираюсь ладонями в стол нового босса.
— Две недели, — повторяет он ровно.
— Я требую развод! — цежу и нагреваюсь, лицо пылает, а мой фиктивный муж нагло усмехается.
— Получишь. Через полгода. И помни, малыш: любое нарушение договора — плюс еще полгода брака. Иди, собирайся. Сегодня вечером едем знакомиться с твоими родителями.
— Какой еще адрес? — даже отшатываюсь.
— Свой. По договору мы живем вместе.
— Ты не будешь со мной жить! Я думала, что выхожу замуж за курьера, а не за исчадие ада!
Шагаю вперед и упираюсь ладонями в стол нового босса.
— Две недели, — повторяет он ровно.
— Я требую развод! — цежу и нагреваюсь, лицо пылает, а мой фиктивный муж нагло усмехается.
— Получишь. Через полгода. И помни, малыш: любое нарушение договора — плюс еще полгода брака. Иди, собирайся. Сегодня вечером едем знакомиться с твоими родителями.
— От тебя требовалось просто сыграть роль моей невесты. Испортить о себе впечатление перед моей семьёй и получить деньги, — рычит мой фиктивный жених. — Такое простое задание, и даже его ты умудрилась запороть!
— Не надо повышать голос, — хмурюсь. — Я сделала всё возможное, чтобы ваше семейство даже от мыслей обо мне перекашивало.
— Значит плохо старалась! Неважно, я решил изменить правила игры.
— Что значит изменить?! Это была разовая акция! Скажите своему деду, что я… не знаю, последняя дрянь и бросила вас ради молодого любовника.
— У меня на твой счёт другие планы. Ты продолжишь играть роль моей невесты. Моя семья будет думать, что у нас всё серьёзно, а дед перестанет давить мне на мозг со свадьбой, — словно к месту меня припечатывает. — Хочешь получить деньги, их придётся отработать!
***
Чтобы спасти свою кофейню от разорения, мне пришлось пойти на отчаянный шаг. Сыграть роль “плохой” невесты для одного богатого говнюка, и шокировать его родню. Но что-то пошло не так…
— Не надо повышать голос, — хмурюсь. — Я сделала всё возможное, чтобы ваше семейство даже от мыслей обо мне перекашивало.
— Значит плохо старалась! Неважно, я решил изменить правила игры.
— Что значит изменить?! Это была разовая акция! Скажите своему деду, что я… не знаю, последняя дрянь и бросила вас ради молодого любовника.
— У меня на твой счёт другие планы. Ты продолжишь играть роль моей невесты. Моя семья будет думать, что у нас всё серьёзно, а дед перестанет давить мне на мозг со свадьбой, — словно к месту меня припечатывает. — Хочешь получить деньги, их придётся отработать!
***
Чтобы спасти свою кофейню от разорения, мне пришлось пойти на отчаянный шаг. Сыграть роль “плохой” невесты для одного богатого говнюка, и шокировать его родню. Но что-то пошло не так…
– Чаевых не ждите, – она посмотрела на меня, как на червяка.
– Позвольте искупить свою вину, – я проявлял чудеса терпения, – вам случайно помощь не нужна?
Взглядом показал на гору пакетов, что стояли на двух других стульях возле столика:
– Помочь донести до машины?
– Вы слишком услужливы для нерасторопного, – ответила мегера.
– Вот увидите, я очень даже расторопный, мог бы стать для вас хорошим помощником. Вам нужен, к примеру, садовник или уборщик, или выгуливальщик собак?
– Нет у меня ни собаки, ни сада, – с раздражением сообщила блондинка. – Зато есть дочь, которой требуется нянька.
Виктория разрывается между своим небольшим кондитерским бизнесом и маленькой дочерью. Еще бывший муж дышит в затылок, утверждая, что она не справляется. Мать зудит, что нужно вернуться к мужу, что Ксюше требуется твердая мужская рука, что дочь совсем перестала слушаться.
Терпение кончилось, и Виктория решилась нанять няньку. Притом мужчину.
И уехать от всех подальше, чтобы отдохнуть.
– Позвольте искупить свою вину, – я проявлял чудеса терпения, – вам случайно помощь не нужна?
Взглядом показал на гору пакетов, что стояли на двух других стульях возле столика:
– Помочь донести до машины?
– Вы слишком услужливы для нерасторопного, – ответила мегера.
– Вот увидите, я очень даже расторопный, мог бы стать для вас хорошим помощником. Вам нужен, к примеру, садовник или уборщик, или выгуливальщик собак?
– Нет у меня ни собаки, ни сада, – с раздражением сообщила блондинка. – Зато есть дочь, которой требуется нянька.
Виктория разрывается между своим небольшим кондитерским бизнесом и маленькой дочерью. Еще бывший муж дышит в затылок, утверждая, что она не справляется. Мать зудит, что нужно вернуться к мужу, что Ксюше требуется твердая мужская рука, что дочь совсем перестала слушаться.
Терпение кончилось, и Виктория решилась нанять няньку. Притом мужчину.
И уехать от всех подальше, чтобы отдохнуть.
Один номер. Одна кровать. Ноль шансов устоять.
Лика Громова, кризис-менеджер и убеждённая одиночка, по ошибке выигрывает путёвку в элитный отель для пар. Её соседом оказывается Глеб Соболев — циничный пластический хирург, сбежавший от собственной свадьбы. Отель переполнен, свободен только номер с одной кроватью, а администратор смотрит на них как на идеальную пару.
Чтобы не выглядеть белыми воронами, Лика и Глеб заключают договор: они притворяются влюблёнными ровно до конца отпуска.
Лика Громова, кризис-менеджер и убеждённая одиночка, по ошибке выигрывает путёвку в элитный отель для пар. Её соседом оказывается Глеб Соболев — циничный пластический хирург, сбежавший от собственной свадьбы. Отель переполнен, свободен только номер с одной кроватью, а администратор смотрит на них как на идеальную пару.
Чтобы не выглядеть белыми воронами, Лика и Глеб заключают договор: они притворяются влюблёнными ровно до конца отпуска.
Выберите полку для книги