Читать и слушать книги
В ПРОЦЕССЕ БЕСПЛАТНО
— Простите, — тихо переспросила я. — Что я должна сделать?
— Сыграть мою невесту, — без тени иронии повторил он.
— Очень смешно. До свидания!
— Если моя бывшая узнает, что я не досмотрел за сыном — сожрёт меня вместе со своим адвокатом! Лёню передадут ей. А она не мать… Кукушка!
— Нет! И даже речи быть не может… Уходите!
Но Алексей не сдавался. Подойдя ближе, он навис надо мной грозовой тучей и отчаянно произнёс:
— Вы мой единственный шанс на спасение. Прошу… Не дайте забрать сына. Лёня — моя жизнь.
В коридоре раздался цокот каблуков, и я не нашла ничего лучшего, как притянуть Алексея в поцелуе к себе.
Я — эндоскопист в детской больнице. Весёлая, жизнерадостная, слегка взбалмошная. Он — хирург из областной. Заносчивый, невыносимый, и ужасно упрямый. Мы слишком разные, несовместимые. Наши пути не должны были пересечься. Но… У судьбы коварные планы.
Иногда, чтобы спасти чужую жизнь, нужно рискнуть своей. Или хотя бы притвориться невесто
— Простите, — тихо переспросила я. — Что я должна сделать?
— Сыграть мою невесту, — без тени иронии повторил он.
— Очень смешно. До свидания!
— Если моя бывшая узнает, что я не досмотрел за сыном — сожрёт меня вместе со своим адвокатом! Лёню передадут ей. А она не мать… Кукушка!
— Нет! И даже речи быть не может… Уходите!
Но Алексей не сдавался. Подойдя ближе, он навис надо мной грозовой тучей и отчаянно произнёс:
— Вы мой единственный шанс на спасение. Прошу… Не дайте забрать сына. Лёня — моя жизнь.
В коридоре раздался цокот каблуков, и я не нашла ничего лучшего, как притянуть Алексея в поцелуе к себе.
Я — эндоскопист в детской больнице. Весёлая, жизнерадостная, слегка взбалмошная. Он — хирург из областной. Заносчивый, невыносимый, и ужасно упрямый. Мы слишком разные, несовместимые. Наши пути не должны были пересечься. Но… У судьбы коварные планы.
Иногда, чтобы спасти чужую жизнь, нужно рискнуть своей. Или хотя бы притвориться невесто
Я всегда говорила, что на месте книжной злодейки поступила бы умнее.
А потом проснулась в её теле — за три месяца до собственной казни.
План простой: не травить главную героиню, расторгнуть помолвку с принцем и как можно быстрее убраться подальше от сюжета. И, между прочим, всё шло прекрасно! Ровно до той ночи, когда в моей спальне появился Тёмный властелин, который по книге вообще-то должен сидеть за древней печатью.
Хуже другое.
Он утверждает, что знает Эвелину уже семь лет.
А теперь смотрит мне прямо в глаза и спрашивает:
— Кто ты такая?
А потом проснулась в её теле — за три месяца до собственной казни.
План простой: не травить главную героиню, расторгнуть помолвку с принцем и как можно быстрее убраться подальше от сюжета. И, между прочим, всё шло прекрасно! Ровно до той ночи, когда в моей спальне появился Тёмный властелин, который по книге вообще-то должен сидеть за древней печатью.
Хуже другое.
Он утверждает, что знает Эвелину уже семь лет.
А теперь смотрит мне прямо в глаза и спрашивает:
— Кто ты такая?
- Я запрещаю тебе с ним видеться! - Цедит Родион, преграждая мне путь.
- Да кто ты такой, чтобы мне запрещать? - Безуспешно пытаясь его оттолкнуть.
- Тот, кого ты всё ещё любишь!
- Ты в прошлом, Родион! У тебя нет на меня никакого права! - Протестую, а сама не могу даже пошевелиться.
Выставляю руки, чтобы остановить его. Но он крепко перехватывает и с силой прижимает мою ладонь к своей груди - прямо туда, где с бешеной скоростью колотится его сердце.
- Ничего не изменилось, Саша. Ты моя. И точка.
Она:
Десять лет назад мы расстались так, что я до сих пор с трудом вспоминаю тот день. Я построила заново свою жизнь и была уверена, что все чувства давно исчезли. Но судьба сталкивает нас вновь: теперь он - мой пациент, а я его врач и обязана поставить на ноги.
Он:
Она - единственная, кого я так и не смог забыть. Десять лет разлуки ничего не исправили. Теперь она - мой лечащий врач, которая прячется за маской равнодушия. Но на этот раз я не позволю никому снова разлучить нас.
- Да кто ты такой, чтобы мне запрещать? - Безуспешно пытаясь его оттолкнуть.
- Тот, кого ты всё ещё любишь!
- Ты в прошлом, Родион! У тебя нет на меня никакого права! - Протестую, а сама не могу даже пошевелиться.
Выставляю руки, чтобы остановить его. Но он крепко перехватывает и с силой прижимает мою ладонь к своей груди - прямо туда, где с бешеной скоростью колотится его сердце.
- Ничего не изменилось, Саша. Ты моя. И точка.
Она:
Десять лет назад мы расстались так, что я до сих пор с трудом вспоминаю тот день. Я построила заново свою жизнь и была уверена, что все чувства давно исчезли. Но судьба сталкивает нас вновь: теперь он - мой пациент, а я его врач и обязана поставить на ноги.
Он:
Она - единственная, кого я так и не смог забыть. Десять лет разлуки ничего не исправили. Теперь она - мой лечащий врач, которая прячется за маской равнодушия. Но на этот раз я не позволю никому снова разлучить нас.
— Ты любишь его?
— Да.
— А меня?
Самое страшное — мой ответ тоже «да».
Девять лет брака с Романом казались слишком важными, чтобы от них отказаться. А Илья стал мужчиной, без которого я больше не представляла своих дней. Одна случайная ночь превратилась в месяцы лжи, тайных встреч и обещаний, которые я не могла выполнить.
Муж пытается спасти наш брак. Любовник требует правды. А я продолжаю верить, что успею разобраться раньше, чем они окажутся друг напротив друга.
Мне казалось, самое трудное — выбрать одного из двух мужчин.
Я не понимала, что однажды право выбора могут отнять у меня.
— Да.
— А меня?
Самое страшное — мой ответ тоже «да».
Девять лет брака с Романом казались слишком важными, чтобы от них отказаться. А Илья стал мужчиной, без которого я больше не представляла своих дней. Одна случайная ночь превратилась в месяцы лжи, тайных встреч и обещаний, которые я не могла выполнить.
Муж пытается спасти наш брак. Любовник требует правды. А я продолжаю верить, что успею разобраться раньше, чем они окажутся друг напротив друга.
Мне казалось, самое трудное — выбрать одного из двух мужчин.
Я не понимала, что однажды право выбора могут отнять у меня.
Давайте познакомимся. Кастиэль Ангелос, охотник за артефактами. Удивлены? Нет? Тогда добавлю - я вампир. Добавлю еще - я не пью человеческую кровь. И приложу сверху - я князь Домена Сол’Алэс. Если же вам это ничего не говорит, то я спокоен.
Так вот, артефакты моя страсть. И за свои долгие года я научился их разыскивать лучше любого охотника! Нет, я не хвастаюсь, это факт, признанный Коллегией Охотников, пусть они еще сами об этом не знают: там, где они зайдут в тупик, для меня всегда будет вход. А, то, что по факту князю нельзя таким заниматься... пусть для начала меня поймают. И вообще у меня зам есть, все вопросы к нему.
Ах да, забыл сказать - у меня тут новое дело. Дюже опасное. Интересное. Все, как я люблю! И что же могло пойти не так?..
Так вот, артефакты моя страсть. И за свои долгие года я научился их разыскивать лучше любого охотника! Нет, я не хвастаюсь, это факт, признанный Коллегией Охотников, пусть они еще сами об этом не знают: там, где они зайдут в тупик, для меня всегда будет вход. А, то, что по факту князю нельзя таким заниматься... пусть для начала меня поймают. И вообще у меня зам есть, все вопросы к нему.
Ах да, забыл сказать - у меня тут новое дело. Дюже опасное. Интересное. Все, как я люблю! И что же могло пойти не так?..
Он купил её на рынке рабов — последнюю ведьму, чей род сгорел от проклятия. Она думала, что станет игрушкой, но стала ключом.
Элиан, брат императора эльфов, холодный и властный, привёз её в страну, где людей ненавидят. Ему нужна дверь, которую может открыть только она. Ей — спасение от огня, что пожирает изнутри.
Но чем ближе дверь, тем сильнее пламя. И тем опаснее чувство, которое вспыхивает между ними.
Свобода — это не когда можешь уйти. А когда остаёшься, потому что любишь.
Элиан, брат императора эльфов, холодный и властный, привёз её в страну, где людей ненавидят. Ему нужна дверь, которую может открыть только она. Ей — спасение от огня, что пожирает изнутри.
Но чем ближе дверь, тем сильнее пламя. И тем опаснее чувство, которое вспыхивает между ними.
Свобода — это не когда можешь уйти. А когда остаёшься, потому что любишь.
Девятилетний Лука исчезает у меня на глазах.
Мы вдвоём заходим в лифт. Свет гаснет на сорок семь секунд, и всё это время я держу мальчика за руку. Когда свет возвращается, кабина пуста. Двери не открывались. Камеры не показывают, как Лука вышел.
А потом полиция находит его телефон в моей сумке.
Для отца Луки, Клима Веденина, я — последний человек, видевший сына. Женщина, которой он не доверяет и которая явно знает больше, чем говорит.
Но первое послание похитителя предназначено мне:
«Спроси Клима, что он сделал девять лет назад».
Девять лет назад бесследно исчез мой старший брат Глеб.
И Клим знает, что с ним произошло.
Чтобы найти Луку, нам придётся вместе распутать старое преступление, в котором слишком многие близкие люди хранят свои секреты. И чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится вопрос: почему похититель с самого начала хотел свести именно нас двоих — и смогу ли я довериться мужчине, которого должна ненавидеть?
Мы вдвоём заходим в лифт. Свет гаснет на сорок семь секунд, и всё это время я держу мальчика за руку. Когда свет возвращается, кабина пуста. Двери не открывались. Камеры не показывают, как Лука вышел.
А потом полиция находит его телефон в моей сумке.
Для отца Луки, Клима Веденина, я — последний человек, видевший сына. Женщина, которой он не доверяет и которая явно знает больше, чем говорит.
Но первое послание похитителя предназначено мне:
«Спроси Клима, что он сделал девять лет назад».
Девять лет назад бесследно исчез мой старший брат Глеб.
И Клим знает, что с ним произошло.
Чтобы найти Луку, нам придётся вместе распутать старое преступление, в котором слишком многие близкие люди хранят свои секреты. И чем ближе мы подбираемся к правде, тем опаснее становится вопрос: почему похититель с самого начала хотел свести именно нас двоих — и смогу ли я довериться мужчине, которого должна ненавидеть?
В сорок четыре года я точно не собиралась начинать жизнь заново. Тем более в чужом мире.
Но вместо знакомой улицы я оказалась у ворот разоренного Водного двора, который через сутки должны закрыть. Хозяйка почти сдалась, клиенты требуют вернуть деньги, а суровый дракон-инспектор Тарвис Эренд уже принес официальный приказ.
Есть только одна проблема: цифры не сходятся.
Двор много лет платит за воду, которой никогда не получал. Кто-то подменяет измерительные механизмы, использует настоящие инспекторские печати и медленно разоряет независимые предприятия. А человек, которому выгоднее всех исчезновение нашего двора, уже предлагает купить его целиком.
Я не умею колдовать, не знаю законов этого мира и точно не собираюсь спасать всех подряд. Зато умею считать, замечать несоответствия и не верить удобным объяснениям.
Но вместо знакомой улицы я оказалась у ворот разоренного Водного двора, который через сутки должны закрыть. Хозяйка почти сдалась, клиенты требуют вернуть деньги, а суровый дракон-инспектор Тарвис Эренд уже принес официальный приказ.
Есть только одна проблема: цифры не сходятся.
Двор много лет платит за воду, которой никогда не получал. Кто-то подменяет измерительные механизмы, использует настоящие инспекторские печати и медленно разоряет независимые предприятия. А человек, которому выгоднее всех исчезновение нашего двора, уже предлагает купить его целиком.
Я не умею колдовать, не знаю законов этого мира и точно не собираюсь спасать всех подряд. Зато умею считать, замечать несоответствия и не верить удобным объяснениям.
Сначала он едва не сбил меня на машине, а теперь просит притвориться его девушкой. И не просто притвориться, а ещё и с мамой познакомиться. Что он о себе возомнил?!
«Я знала, чем кончится бал».
Они верили, что я смирилась. Что я сломана. Что я останусь в тени, пока они идут к своему триумфу.
Мачеха, сводная сестра, даже мой собственный отец — они вычеркнули меня из жизни. Забрали комнату, наследство, имя. Заставили прислуживать, молчать и улыбаться, когда хотелось кричать.
Их королевский бал. Их шанс на славу. Их принц, о котором они так мечтают.
Но они не знают главного.
Я уже была на этом балу. Я уже танцевала с этим принцем. Я уже знаю, чем заканчивается эта сказка.
И в этот раз я не поеду.
Поедут они.
Они сами выбрали свою судьбу.
Я лишь позволила ей случиться.
Они верили, что я смирилась. Что я сломана. Что я останусь в тени, пока они идут к своему триумфу.
Мачеха, сводная сестра, даже мой собственный отец — они вычеркнули меня из жизни. Забрали комнату, наследство, имя. Заставили прислуживать, молчать и улыбаться, когда хотелось кричать.
Их королевский бал. Их шанс на славу. Их принц, о котором они так мечтают.
Но они не знают главного.
Я уже была на этом балу. Я уже танцевала с этим принцем. Я уже знаю, чем заканчивается эта сказка.
И в этот раз я не поеду.
Поедут они.
Они сами выбрали свою судьбу.
Я лишь позволила ей случиться.
Выберите полку для книги