– Забудь о моём сыне, – его голос звучит, как приговор. – Свадьбы не будет.
– Почему? Что я сделала?!
– Я знаю таких, как ты. Содержанка. Нашла богатого парня и решила женить на себе.
– Вы ошибаетесь! Мы любим друг друга!
– Ты любишь его деньги. Но у меня их больше. Я дам тебе всё, что захочешь. А взамен…, – он цепляет мой подбородок, – ты станешь моей, Ангел.
❤️ Запретная страсть
❤️ Властный мужчина
❤️ Нежная девушка с характером
❤️ Местами больно
❤️ Любовный треугольник
Возраст героев:
Ей – 23 года.
Ему – 39 лет.
🔥 ТГ-канал автора: https://t.me/ketiamat
– Почему? Что я сделала?!
– Я знаю таких, как ты. Содержанка. Нашла богатого парня и решила женить на себе.
– Вы ошибаетесь! Мы любим друг друга!
– Ты любишь его деньги. Но у меня их больше. Я дам тебе всё, что захочешь. А взамен…, – он цепляет мой подбородок, – ты станешь моей, Ангел.
❤️ Запретная страсть
❤️ Властный мужчина
❤️ Нежная девушка с характером
❤️ Местами больно
❤️ Любовный треугольник
Возраст героев:
Ей – 23 года.
Ему – 39 лет.
🔥 ТГ-канал автора: https://t.me/ketiamat
Это моя брачная ночь, а я дрожу, вспоминая о том, что со мной сделал свекор.
Дверь спальни распахивается, и на пороге я вижу темный мужской силуэт.
– Готова к брачной ночи?
Он выходит на свет. Абсолютно обнаженный.
– Что вы делаете в нашей супружеской спальне, Александр Владимирович?
Меня трясет от страха и вида его обнаженного тела.
– Что за вопрос? Я пришел взять свое. Ведь ты моя кукла для утех.
– Я жена вашего сына!
– Фиктивная, – усмехается. – И ты пожалеешь, что пролезла в мой дом. Накажу тебя за все!
– За что вы меня так ненавидите?
– Сама знаешь! Заткнись! Пора становиться женщиной! – рычит и сдирает с меня одеяло.
Дверь спальни распахивается, и на пороге я вижу темный мужской силуэт.
– Готова к брачной ночи?
Он выходит на свет. Абсолютно обнаженный.
– Что вы делаете в нашей супружеской спальне, Александр Владимирович?
Меня трясет от страха и вида его обнаженного тела.
– Что за вопрос? Я пришел взять свое. Ведь ты моя кукла для утех.
– Я жена вашего сына!
– Фиктивная, – усмехается. – И ты пожалеешь, что пролезла в мой дом. Накажу тебя за все!
– За что вы меня так ненавидите?
– Сама знаешь! Заткнись! Пора становиться женщиной! – рычит и сдирает с меня одеяло.
Когда тебя выбрасывают за порог дома, который ты считала своим, сообщают о разводе и, смеясь в лицо, предъявляют беременную любовницу, кажется, что жизнь должна закончиться. Но нет, после этого она начинается с чистого листа – на шикарном курорте среди чистого снега и гор. А желание познакомиться с местными красавцами поближе сталкивает с оборотнями. Двумя. Слишком красивыми, напористыми и желанными, чтобы я поверила в то, что могу стать для них кем-то большим, чем курортный роман.
И совершенно точно не ожидаю, что для Северян одна истинная на двоих – это нормально.
И совершенно точно не ожидаю, что для Северян одна истинная на двоих – это нормально.
- Там моя младшая сестра Кристина. Попробуешь залезть к ней под юбку, то я самолично выдерну твои кокушки с корнем и ничего мне за это не будет. Уловил?
- А если попробую залезть к тебе? – утробно рычу в ответ.
Её близость и угрозы неожиданно заводят, особенно холод голубых глаз, на дне которых адская пучина.
- Попробуй. Кто ж тебе запрещает, – ухмыляется Алмазова.
Стойкий шлейф её парфюма буквально пропитывает мой мозг... И не только его.
- А если попробую залезть к тебе? – утробно рычу в ответ.
Её близость и угрозы неожиданно заводят, особенно холод голубых глаз, на дне которых адская пучина.
- Попробуй. Кто ж тебе запрещает, – ухмыляется Алмазова.
Стойкий шлейф её парфюма буквально пропитывает мой мозг... И не только его.
— Не дергайся, Диана, — зло усмехается мой муж. — Я никогда к тебе не притронусь. Пусть отсохнут мои руки, если я прикоснусь к девушке, которую любил мой брат и из-за которой он погиб. Ты для меня не существуешь как женщина. Ты для меня ничто. Но, к сожалению, ты теперь моя жена и должна подчиняться.
Его слова бьют сильнее пощечины. Ничто. Я для него ничто. Если бы он только знал всю правду.
— Не волнуйся, Орхан, — расправляю плечи и говорю с гордостью. — Ты для меня тоже не существуешь. Пусть разобьется мое сердце вдребезги, если ненависть к тебе когда-нибудь пройдет.
Его слова бьют сильнее пощечины. Ничто. Я для него ничто. Если бы он только знал всю правду.
— Не волнуйся, Орхан, — расправляю плечи и говорю с гордостью. — Ты для меня тоже не существуешь. Пусть разобьется мое сердце вдребезги, если ненависть к тебе когда-нибудь пройдет.
— Алька, ну ты чего! Дурочка моя, — дергает на себя обратно, и я впечатываюсь в мощную грудную клетку, — Ты же со мной поедешь? Женой моей будешь?
Шмыгаю носом.
— Буду, — все еще обиженно дую губу.
А у самой такая эйфория разливается по телу… Женой его. Да я за ним хоть на край света. Лишь бы рядом был.
— Только помни, Алька, я ревнивый. Даешь согласие, значит на всю жизнь. Уверена?
— В чем уверена, Лешка? В том, что люблю тебя? Без сомнения. Мне никто и не нужен кроме тебя.
Знала бы я, что через несколько лет эти слова покажутся мне бредом сумасшедшего. Словно я все выдумала… И не было у нас любви, не было у нас ничего.
Только ненависть. Страшная жгучая ненависть.
И вместо “люблю” проросли корни такого прочного “ненавижу”...
Шмыгаю носом.
— Буду, — все еще обиженно дую губу.
А у самой такая эйфория разливается по телу… Женой его. Да я за ним хоть на край света. Лишь бы рядом был.
— Только помни, Алька, я ревнивый. Даешь согласие, значит на всю жизнь. Уверена?
— В чем уверена, Лешка? В том, что люблю тебя? Без сомнения. Мне никто и не нужен кроме тебя.
Знала бы я, что через несколько лет эти слова покажутся мне бредом сумасшедшего. Словно я все выдумала… И не было у нас любви, не было у нас ничего.
Только ненависть. Страшная жгучая ненависть.
И вместо “люблю” проросли корни такого прочного “ненавижу”...
Он не верил в чувства — только в игру.
Она не умела играть — только чувствовать.
На актёрском факультете их столкнули в одной сцене.
Сценарий был прост: он добился, она не сопротивляется.
Они сыграли слишком убедительно.
А потом оказалось, что камера выключена, но искры остались.
Только вот в жизни не всегда есть дубль два…
— Садись, подвезу. Ты еле обходишь приключения, — сказал, лениво придерживая дверцу.
— Спасибо, я сама, — бросила и пошла мимо.
— Чего вдруг решила повыпендриваться?
— Чтоб потом в постели не пришлось расплачиваться за твою «заботу».
Она не умела играть — только чувствовать.
На актёрском факультете их столкнули в одной сцене.
Сценарий был прост: он добился, она не сопротивляется.
Они сыграли слишком убедительно.
А потом оказалось, что камера выключена, но искры остались.
Только вот в жизни не всегда есть дубль два…
— Садись, подвезу. Ты еле обходишь приключения, — сказал, лениво придерживая дверцу.
— Спасибо, я сама, — бросила и пошла мимо.
— Чего вдруг решила повыпендриваться?
— Чтоб потом в постели не пришлось расплачиваться за твою «заботу».
- Я же говорил, Мурад, эта кошечка просто божественна! Лучшая танцовщица. Хочешь пошалить с ней напоследок перед праведной семейной жизнью?
Слышу мерзкие слова и застываю в ужасе. Танцовщица – это я. А пошалить со мной предлагают моему бывшему мужу.
Наши взгляды сцепляются. Перед глазами пробегает все наше дикое прошлое...
- Хочу...- отвечает он сипло своему дружку.
Через полчаса мы наедине. Я должна танцевать для Мурада Арсланова приват...
Это не самое страшное. Он закрыл мой огромный долг перед владельцем клуба. Я могу больше тут не работать. Но за это стану его любовницей...
- У тебя свадьба на носу... Зачем тебе я?
- Джамиля будет для статуса. А ты - для утех... Сразу надо было понять, где твое истинное место, Женя. Какая из тебя жена и мать...
А вот тут он ошибается... Мать из меня замечательная. Для его сына, о котором он не знает...
Слышу мерзкие слова и застываю в ужасе. Танцовщица – это я. А пошалить со мной предлагают моему бывшему мужу.
Наши взгляды сцепляются. Перед глазами пробегает все наше дикое прошлое...
- Хочу...- отвечает он сипло своему дружку.
Через полчаса мы наедине. Я должна танцевать для Мурада Арсланова приват...
Это не самое страшное. Он закрыл мой огромный долг перед владельцем клуба. Я могу больше тут не работать. Но за это стану его любовницей...
- У тебя свадьба на носу... Зачем тебе я?
- Джамиля будет для статуса. А ты - для утех... Сразу надо было понять, где твое истинное место, Женя. Какая из тебя жена и мать...
А вот тут он ошибается... Мать из меня замечательная. Для его сына, о котором он не знает...
Драгомиру - одному из верховных волхов, Ведающему, не пристало ошибаться. Он уже сделал это однажды, полюбив ту, что выбрала не его. На сей раз цена ошибки может быть такова, что жизнь всех жителей княжества окажется на волоске. Зло идет по пятам, пощады не будет. Что выбрать - силу, древний закон или чувства?
– Все, никаких больше походов в клиники, – жестко отрезал Дмитрий Сергеевич, почему-то начиная развязывать галстук и расстегивать пуговицы на воротнике. – Никаких подсадок и прочей чепухи…
Я громко сглотнула и медленно попятилась назад, пока не уперлась в стол. Все. В ловушке. В кабинете собственного босса.
– Ч-что вы делаете? – голос сел от волнения, а губы пересохли. Я еще облизнуть их додумалась.
Мужчина пристально смотрел на мои губы и заговорил тихо, спокойно, но не оставляя места для возражений или сомнений:
– Надо было с самого начала сделать это старым-добрым и самым надежным способом…
Ох, я попала!
Я громко сглотнула и медленно попятилась назад, пока не уперлась в стол. Все. В ловушке. В кабинете собственного босса.
– Ч-что вы делаете? – голос сел от волнения, а губы пересохли. Я еще облизнуть их додумалась.
Мужчина пристально смотрел на мои губы и заговорил тихо, спокойно, но не оставляя места для возражений или сомнений:
– Надо было с самого начала сделать это старым-добрым и самым надежным способом…
Ох, я попала!
Выберите полку для книги