Читать и слушать книги
Развод оформили за четверть часа.
Пять лет брака, семь лекарей, одно слово при всем городе: пустоцвет. Новая невеста мужа уже гладит округлившийся живот. Моя кузина, между прочим.
Мне оставили саквояж и мамин медальон.
А судьба оставила кое-что еще. В ночь после развода знахарка за медяк сказала: десять недель. Пять лет «бесплодия», и вот теперь, когда наследника может отобрать род бывшего...
Бежать. Немедленно.
Добежала я до городских ворот. Там мою ладонь приложили к имперскому камню истины, и он вспыхнул столбом света до неба.
Двадцать пять лет империя драконов искала одну женщину. По капле крови.
Меня.
Пять лет брака, семь лекарей, одно слово при всем городе: пустоцвет. Новая невеста мужа уже гладит округлившийся живот. Моя кузина, между прочим.
Мне оставили саквояж и мамин медальон.
А судьба оставила кое-что еще. В ночь после развода знахарка за медяк сказала: десять недель. Пять лет «бесплодия», и вот теперь, когда наследника может отобрать род бывшего...
Бежать. Немедленно.
Добежала я до городских ворот. Там мою ладонь приложили к имперскому камню истины, и он вспыхнул столбом света до неба.
Двадцать пять лет империя драконов искала одну женщину. По капле крови.
Меня.
Вечная жизнь... Заманчивая перспектива? Как бы не так!
Лите пятнадцать. Снова. Двенадцатый раз подряд. Мир вокруг – дорогая, но опостылевшая декорация. Она знает, что завтра будет булка с изюмом на завтрак, а после – урок игры на скрипке с мастером Бруно, где он обязательно оступится на двадцатой минуте занятия.
В душе Литы пустота, выжженная повторяющимися смертями и болезненным знанием будущего. И только он способен заполнить её своей любовью. Именно поэтому каждый раз после пробуждения, первым делом Лита отправляется в самый Богом забытый уголок столицы, чтобы в этой обители порока найти своего единственного рыцаря. Снова. Всегда...
Лите пятнадцать. Снова. Двенадцатый раз подряд. Мир вокруг – дорогая, но опостылевшая декорация. Она знает, что завтра будет булка с изюмом на завтрак, а после – урок игры на скрипке с мастером Бруно, где он обязательно оступится на двадцатой минуте занятия.
В душе Литы пустота, выжженная повторяющимися смертями и болезненным знанием будущего. И только он способен заполнить её своей любовью. Именно поэтому каждый раз после пробуждения, первым делом Лита отправляется в самый Богом забытый уголок столицы, чтобы в этой обители порока найти своего единственного рыцаря. Снова. Всегда...
Шут и принцесса. Запретная любовь.
Я купила шута, чтобы спасти ему жизнь.
По крайней мере, именно так я сказала себе в ту ночь на аукционе работорговцев.
Дерзкий. Язвительный. Невыносимый.
Теон слишком часто забывает, что носит рабский браслет, слишком смело смотрит мне в глаза и слишком легко рушит стены, которые я возводила вокруг себя годами.
А мне нельзя терять контроль.
Я — принцесса. Дочь короля. И однажды должна выйти замуж за человека, которого выберет для меня корона.
Но с каждым днём становится всё труднее делать вид, что шут — всего лишь моя прихоть.
Особенно когда его прикосновения обжигают сильнее огня.
Особенно когда при дворе начинают замечать слишком многое.
И особенно когда я понимаю, что однажды мне придётся отпустить человека, которого я не должна была любить.
Я купила шута, чтобы спасти ему жизнь.
По крайней мере, именно так я сказала себе в ту ночь на аукционе работорговцев.
Дерзкий. Язвительный. Невыносимый.
Теон слишком часто забывает, что носит рабский браслет, слишком смело смотрит мне в глаза и слишком легко рушит стены, которые я возводила вокруг себя годами.
А мне нельзя терять контроль.
Я — принцесса. Дочь короля. И однажды должна выйти замуж за человека, которого выберет для меня корона.
Но с каждым днём становится всё труднее делать вид, что шут — всего лишь моя прихоть.
Особенно когда его прикосновения обжигают сильнее огня.
Особенно когда при дворе начинают замечать слишком многое.
И особенно когда я понимаю, что однажды мне придётся отпустить человека, которого я не должна была любить.
Уходя от облавы, я ввалился в окно чужой спальни и неожиданно стал «подарком» - хозяйка дома приняла меня за раба, присланного ее сестрой. План был прост: перевести дух, обчистить ее шкатулки и раствориться в ночи. Но я просчитался, соблазнившись вкусной едой и теплой постелью моей «госпожи». И когда я окончательно понял, что больше не хочу никуда уходить, к воротам особняка доставили настоящий подарок...
От его взгляда веет холодом, а сердце ― осколок льда. Он тот, чье имя боятся произносить вслух. О его подвигах ходят легенды. Он выигрывает любое сражение. Забирает пленников и уводит за собой. Куда? Этого не знает никто.
Так кто он: холодный демон, жестокий мститель или освободитель?
Можно ли оттопить ледяное сердце?
Мне предстоит это выяснить. Ведь тот, кого все считают чудовищем, теперь мой преданный раб. И я клянусь, что растоплю его лед. Любовью, заботой и лаской!
Так кто он: холодный демон, жестокий мститель или освободитель?
Можно ли оттопить ледяное сердце?
Мне предстоит это выяснить. Ведь тот, кого все считают чудовищем, теперь мой преданный раб. И я клянусь, что растоплю его лед. Любовью, заботой и лаской!
Я думала, что сны не материальны, пока не увидела на тесте две полоски.
Как оказалось, отец ребенка - Владыка драконов из другого мира, который, к тому же, женат. И он не может завести законного наследника, пока наш ребенок не родится, или...
Пока не погибнет плод.
Но последнего я не допущу. Хотите переиграть меня, ваша драконистость? Мы еще посмотрим!
_________
— Этого не может быть, — со злой усмешкой произнес я. — Я верен своей жене. Беременность, насколько мне известно, длится девять месяцев, а я женат три года.
— Чудесная математика, Владыка, — радостно кивнул Орвальд. — Но слышали ли вы, что время во многих мирах течет по-разному?
— Вы хотите сказать, что где-то в другом мире есть девушка, что носит под сердцем моё дитя? Но как такое возможно?
Как оказалось, отец ребенка - Владыка драконов из другого мира, который, к тому же, женат. И он не может завести законного наследника, пока наш ребенок не родится, или...
Пока не погибнет плод.
Но последнего я не допущу. Хотите переиграть меня, ваша драконистость? Мы еще посмотрим!
_________
— Этого не может быть, — со злой усмешкой произнес я. — Я верен своей жене. Беременность, насколько мне известно, длится девять месяцев, а я женат три года.
— Чудесная математика, Владыка, — радостно кивнул Орвальд. — Но слышали ли вы, что время во многих мирах течет по-разному?
— Вы хотите сказать, что где-то в другом мире есть девушка, что носит под сердцем моё дитя? Но как такое возможно?
Весмор. Академия Сердцеедов…
Я думала, ее так называют, потому что там учатся самые красивые и надменные парни страны, но оказывается за этим названием скрывается страшная тайна. И мне предстоит ее разгадать, потому что она как-то связана с исчезновением моего отца.
Но сначала надо пройти строгий отбор и поступить. В этом мне должны помочь два наставника-старшекурсника. Проблема в том, что в их присутствии я думаю о чем угодно, но только не об учебе.
Я думала, ее так называют, потому что там учатся самые красивые и надменные парни страны, но оказывается за этим названием скрывается страшная тайна. И мне предстоит ее разгадать, потому что она как-то связана с исчезновением моего отца.
Но сначала надо пройти строгий отбор и поступить. В этом мне должны помочь два наставника-старшекурсника. Проблема в том, что в их присутствии я думаю о чем угодно, но только не об учебе.
Я снова выжила после столкновения с Хаосом и даже угодила на первую полосу «Вестника Марвенны». Казалось бы, самое время выдохнуть и вернуться к обычной учебе в Академии Темных Сил, но у нашего декана на мой счет совсем другие планы.
А еще его беспокоит, что по академии больше не ходят слухи о нашей любовной связи.
Шейнар Корвин тоже никуда не делся, а заодно появился Киллиан МакНейл, который по недоразумению объявил меня своей женой и, кажется, не собирается останавливаться на достигнутом.
И это я молчу о парных состязаниях, финал которых не за горами, своем загадочном дневнике, Хаосе и Ордене Нокса, который определенно не сказал последнего слова.
В общем, господин декан, встаньте, пожалуйста, в конец очереди!
А еще его беспокоит, что по академии больше не ходят слухи о нашей любовной связи.
Шейнар Корвин тоже никуда не делся, а заодно появился Киллиан МакНейл, который по недоразумению объявил меня своей женой и, кажется, не собирается останавливаться на достигнутом.
И это я молчу о парных состязаниях, финал которых не за горами, своем загадочном дневнике, Хаосе и Ордене Нокса, который определенно не сказал последнего слова.
В общем, господин декан, встаньте, пожалуйста, в конец очереди!
Я подошла к нему после спектакля.
— Мне нужен любовник. Точнее, актёр, который сыграет моего любовника. Ты подходишь.
Он не удивился. Смотрел на меня снизу вверх, улыбался уголками губ, будто знал обо мне всё.
— А что я получу взамен?
— Крышу над головой. Еду. И золото.
Он встал — безупречная осанка, кошачья грация. И согласился.
Репетиции начались в моих покоях. Он должен был обнимать меня, шептать слова любви. Но каждый раз его пальцы задерживались на моей шее слишком долго, его губы касались уголка моего рта слишком близко. Он шептал:
— Расслабьтесь, госпожа. Это всего лишь репетиция.
А я не могла дышать.
Я наняла дроу-актёра, чтобы он сыграл роль моего любовника и спас меня от навязанного брака. Но его прикосновения, его шёпот, его наглая улыбка быстро разрушили границу между сценой и реальностью — и теперь я уже не знаю, где заканчивается игра и начинается нечто, от чего невозможно сбежать.
— Мне нужен любовник. Точнее, актёр, который сыграет моего любовника. Ты подходишь.
Он не удивился. Смотрел на меня снизу вверх, улыбался уголками губ, будто знал обо мне всё.
— А что я получу взамен?
— Крышу над головой. Еду. И золото.
Он встал — безупречная осанка, кошачья грация. И согласился.
Репетиции начались в моих покоях. Он должен был обнимать меня, шептать слова любви. Но каждый раз его пальцы задерживались на моей шее слишком долго, его губы касались уголка моего рта слишком близко. Он шептал:
— Расслабьтесь, госпожа. Это всего лишь репетиция.
А я не могла дышать.
Я наняла дроу-актёра, чтобы он сыграл роль моего любовника и спас меня от навязанного брака. Но его прикосновения, его шёпот, его наглая улыбка быстро разрушили границу между сценой и реальностью — и теперь я уже не знаю, где заканчивается игра и начинается нечто, от чего невозможно сбежать.
Анна повздорила с продавщицей шлангов, за что и была наказана. Точнее, отправлена в логово одичавшего нага-изгнанника.
Выберите полку для книги