Читать и слушать книги

«…мне очень жаль, но вам осталось жить не больше трех месяцев...»
Услышать такое почти в канун нового года было… странно. Падал мягкий, теплый снег, вокруг кипела предпраздничная суета, красиво украшенные витрины пестрели яркими вывесками, а в воздухе витал запах иноземных фруктов и благовоний. Счастливые лица взрослых и детей. А я брела через людской поток, сжимала лист с диагнозом и совершенно не понимала. Почему умираю?

- Набегалась? - железные нотки в голосе моего мужа скребут прямо по нервам.
Видя, как я отрицательно мотаю головой, он стискивает зубы, однако, почти сразу его твёрдо очерченные губы растягиваются в опасной улыбке.
- По-хорошему или по-плохому, - говорит в ультимативной форме, прежде чем я успеваю открыть рот, - но ты едешь со мной. Если предпочитаешь, то прямо в этом багажнике, - с этими словами Богдан внезапно и настолько быстро складывает меня внутрь, предупредительно пригнув мою голову, что мне удаётся возмутиться только тогда, когда он бессердечно захлопывает крышку.

«Сюрприз!» - хотела произнести Анжелика и уже взяла в рот воздуха, когда замерла, словно безжизненная мраморная статуя, совершенно забыв, как дышать!

В момент, когда ее горячо любимый муж развлекался со своей секретаршей, Анжелика буквально разлеталась на миллион осколков, умирая заживо, все крепче и крепче сжимая в руке автолюльку с их грудной малышкой.

- Лика?! – тут же развернулся к ней Герман. - Давай только без этих киношных, драматических сцен! Я оправдываться не собираюсь! И успокой ты, в конце концов, ребенка! Я этот ор уже слушать не могу!

Застукав мужа с любовницей, Анжелика убежала прочь, но не успела она до конца осознать, что произошло и собрать их с дочкой вещи, как домой вернулся муж… И без зазрения совести сделал своей молодой жене «щедрое» предложение: жить втроем! Будучи совершенно уверенным в том, что без денег и с грудным ребенком на руках, у Лики не будет иного выхода, кроме как согласиться!

– Когда ты ей скажешь? Я ведь и сама могу! – переступив порог дома, замерла в оцепенении.
Из глубины квартиры доносился до боли знакомый голос.
– Рот закрой. Я ничего не собираюсь говорить жене. – достаточно агрессивно произнёс муж.
– Мне рожать скоро. Я что, должна ребенка безотцовщиной в свидетельстве записывать? Как спать со мной, так ты первый. А как ответственность на себя брать, так всё?
Пошатнулась. Казалось, что уши заложило от услышанного. Какой-то гул стоял в голове. Перед глазами чуть ли не чёрные мушки.
– Я давал тебе денег на аборт. Это твое решение – рожать. От жены я уходить не планирую. – жестко парировал мой муж.
Но мне было плевать что и каким тоном он говорит. Я уже у слышала главное.
Он мне изменял. Изменял с моей родной сестрой. Мерзко. Низко.
Толкнув дверь гостиной, воочию застала мужа с сестрой.

─ Я был с другой женщиной, ─ голос мужа звучит так, будто это не самое страшное, что он собирается сказать. ─ И она ждет от меня ребенка.
А вот и самое страшное...
─ И почему ты решил признаться мне в этом? ─ безжизненно отзываюсь я, чувствуя, как умираю внутри.
─ Чтобы сохранить наш брак, Ксения. Пока это еще возможно…
***
У нас была чудесная семья, сын и дочь подростки. А через месяц нас ждала пятнадцатая годовщина свадьбы, которую мы теперь можем отметить только разводом.

Но самым болезненным ударом для меня оказывается вовсе не новость о беременной любовнице и не предстоящий развод... А то, что ожидает меня после...

Моя жизнь разделилась на “до” и “после”, когда я без предупреждения приехала на нашу с мужем дачу. Он соврал, что будет в командировке, а сам развлекался в летнем домике с любовницей.
Теперь он умоляет простить, но разорванную душу не сшить словами. У меня на его счёт другие планы: развод и месть для предателя! К тому же, как оказалось, Слава сумел нажить себе врагов пострашнее меня. А враг моего врага — мой друг. Так что, мстить в отличной компании будет даже приятнее.

Любовь не живет три года если она настоящая. А только лишь крепнет проходя все испытания, что подкидывает жизнь.

— Шалава! — мой муж, с которым мы прожили вместе три года, смотрел сейчас на меня с ненавистью и злостью, хотя ненависти был достоин только он. — Нагулялась. Вернулась, наконец!
Я даже вдох задержала в груди от негодования и изумления. Я лежала в больнице, терпела болезненные уколы, а он?!
— Я пришла за своими вещами.
— Думаешь, они тут есть? ТВОИ вещи. — Он специально выделил это слово, чтобы показать, доказать, что моего тут не было и нет.
— И я подала на развод.
— Оу, у нас еще и голос прорезался! — Саша сощурился. Ему хотелось ударить меня побольнее, и когда я это поняла, то мне стало безразлично на все слова, что я заготовила прежде.

Мой муж изменил мне, а я попала в больницу. И теперь мне нужно научиться жить дальше и стать счастливой.

- Здравствуй, Ванечка. Прости, что явилась без приглашения, ты забыл сообщить, что женишься. Не на мне, - заявила девушка, явившаяся на мою свадьбу.
Беременная девушка…
Беременная от моего мужа…

Мы с женихом сказали друг другу "Да" перед алтарем и готовы были обменяться кольцами, не ожидая, что на стандартный вопрос регистратора: "Если есть кто-то, кто возражает против этого брака, пусть скажет сейчас или замолчит навсегда", мы услышим:
- Есть!
И вместо статуса счастливой новобрачной я обрела статус разведенки…

… Три года брака.
Много это или мало?
Наташке, моей институтской подруге, кажется, что это оптимальное время, чтобы сделать выводы.
- Остановись и подумай. Следующий период наступит, когда браку будет семь лет, а потом двенадцать, - говорит она, сидя напротив меня за чашечкой кофе в самом модном сейчас кафе города - «Айсберге».
У меня от этого названия сразу две ассоциации: фильм «Титаник», красивый, но грустный, и популярная песня времён молодости моей бабушки, где были такие незабвенные слова: «А ты такой холодный, как айсберг в океане»…