Читать и слушать книги
— Ты ещё на сборах? — спрашиваю, стараясь, чтобы голос не дрожал.
Встаю у окна аптеки. Отсюда хорошо виден вход в кафешку, из которой вышел Влад, чтобы его спутница не слышала наш разговор.
— Да, пока здесь, — чуть помедлив, отвечает он.
— Ясно, — произношу безэмоционально, но по щеке уже течёт слеза.
Зачем он врёт мне? Почему? Стараюсь не всхлипывать.
Увидела, как мой любимый сидит в кафе со своей одноклассницей, хотя его не должно быть в городе. И это была не просто встреча старых друзей. Они целовались. Он врал мне всё время, пока мы встречались. Я уехала как можно дальше от него. Спустя восемь лет жизнь снова столкнула нас. Но Влад не знал мой главный секрет, который увезла с собой в родной город.
Встаю у окна аптеки. Отсюда хорошо виден вход в кафешку, из которой вышел Влад, чтобы его спутница не слышала наш разговор.
— Да, пока здесь, — чуть помедлив, отвечает он.
— Ясно, — произношу безэмоционально, но по щеке уже течёт слеза.
Зачем он врёт мне? Почему? Стараюсь не всхлипывать.
Увидела, как мой любимый сидит в кафе со своей одноклассницей, хотя его не должно быть в городе. И это была не просто встреча старых друзей. Они целовались. Он врал мне всё время, пока мы встречались. Я уехала как можно дальше от него. Спустя восемь лет жизнь снова столкнула нас. Но Влад не знал мой главный секрет, который увезла с собой в родной город.
"Любимый, тебе не кажется, что пришло время стать настоящим мужчиной и взять на себя ответственность за свои поступки?! Знакомься - это твоя дочь, Надежда Марковна, и ей скоро исполнится четыре года. Ребёнку нужно полноценная семья, пусть твоя бесплодная жена не благодарит меня за такой щедрый подарок. Желаю вам самого огромного несчастья!
С любовью, твоя Марина. "
В канун нового года мне подкинули прямо под дверь малышку, с такими же глазами как у моего мужа.
С ней была записка, которая пошатнула всю мою любовь к мужу. А ведь я так надеялась, что этот год подарит мне надежду. Надежду на счастье, на полноценную семью, в которой будет звенеть детский смех.
Не зря говорят: бойтесь желаний своих...
С любовью, твоя Марина. "
В канун нового года мне подкинули прямо под дверь малышку, с такими же глазами как у моего мужа.
С ней была записка, которая пошатнула всю мою любовь к мужу. А ведь я так надеялась, что этот год подарит мне надежду. Надежду на счастье, на полноценную семью, в которой будет звенеть детский смех.
Не зря говорят: бойтесь желаний своих...
И тут муж увидел в дверях меня.
Он замер.
Наши глаза встретились.
Лариса тоже подняла голову и поняла, во что влипла…
– Кажется, я забыла запереть дверь, – пролепетала она.
Дима выпустил секретаршу и направился ко мне.
– Ань, подожди… – он замолчал, не зная, что сказать.
– Это не то, что я думаю? – с легким смешком подсказала я.
– Да! То есть нет… то есть не совсем то… – он запутался и замолчал.
Сердце бухало где-то в районе горла, глаза жгли собирающиеся слезы, но я не дам им упасть. Не сейчас, не здесь, не перед ними…
– Продолжайте, – сказала я спокойно и закрыла за собой дверь.
Он замер.
Наши глаза встретились.
Лариса тоже подняла голову и поняла, во что влипла…
– Кажется, я забыла запереть дверь, – пролепетала она.
Дима выпустил секретаршу и направился ко мне.
– Ань, подожди… – он замолчал, не зная, что сказать.
– Это не то, что я думаю? – с легким смешком подсказала я.
– Да! То есть нет… то есть не совсем то… – он запутался и замолчал.
Сердце бухало где-то в районе горла, глаза жгли собирающиеся слезы, но я не дам им упасть. Не сейчас, не здесь, не перед ними…
– Продолжайте, – сказала я спокойно и закрыла за собой дверь.
– Уж твоя помощь и услуги мне точно не нужны, Артём!
Гаркаю на Волжского. Самой от себя тошно, каким чудовищем рядом с ним становлюсь. И это три года спустя! Неужели до сих пор не остыла к нему?
– А я думаю, без меня тебе крышка, Анжелика. Адвокат четко озвучил последнюю волю твоего отца.
Играет темными бровями. Бесит меня.
– Странно, что ты появился именно тогда, когда решается судьба ресторана.
Складываю руки под грудью, нацеливаю яростный взгляд на Артема. Он вертится, осматривает зал и самодовольно улыбается.
– Решается твоя судьба, а не ресторана. Ты вся в долгах и я могу либо помочь, либо уничтожить тебя...
Гаркаю на Волжского. Самой от себя тошно, каким чудовищем рядом с ним становлюсь. И это три года спустя! Неужели до сих пор не остыла к нему?
– А я думаю, без меня тебе крышка, Анжелика. Адвокат четко озвучил последнюю волю твоего отца.
Играет темными бровями. Бесит меня.
– Странно, что ты появился именно тогда, когда решается судьба ресторана.
Складываю руки под грудью, нацеливаю яростный взгляд на Артема. Он вертится, осматривает зал и самодовольно улыбается.
– Решается твоя судьба, а не ресторана. Ты вся в долгах и я могу либо помочь, либо уничтожить тебя...
— Значит, так, — он ловит мой взгляд и опускает ладони на стол. Градус напряжения поднимается вмиг.
— Сереж, пожалуйста, выслушай, — молю шепотом, потому что голос внезапно осел.
— Нет, Яна, сейчас буду говорить я, — перебивает. В голосе — холодная сталь. — Ты почти четыре года скрывала от меня дочь. Четыре, мать его, года. И ты возместишь мне все то время, которое я жил без жены и ребенка.
Несколько лет назад мой брак развалился на части. Я развелась с мужем, а теперь он случайно оказался в моей жизни и узнал правду, которую я так и не набралась смелости ему рассказать.
ХЭ
проды через день
— Сереж, пожалуйста, выслушай, — молю шепотом, потому что голос внезапно осел.
— Нет, Яна, сейчас буду говорить я, — перебивает. В голосе — холодная сталь. — Ты почти четыре года скрывала от меня дочь. Четыре, мать его, года. И ты возместишь мне все то время, которое я жил без жены и ребенка.
Несколько лет назад мой брак развалился на части. Я развелась с мужем, а теперь он случайно оказался в моей жизни и узнал правду, которую я так и не набралась смелости ему рассказать.
ХЭ
проды через день
— Что ты делаешь?
— Пишу твоей любовнице, что она может подобрать остатки со стола.
— Что-о-о?!
Он дергается еще сильнее. Пытается освободиться или хотя бы снять повязку, но все без толку. И наручники, и ремни крепко держат. Я склоняюсь к его уху и томно шепчу:
— Не волнуйся, милый, я не стану вам мешать. Пускай она забирает то, что я уже вынесла. Мне такой мусор не нужен.
И грустно, и смешно. Муж изменил мне с молоденькой студенткой. Вот только я такое отношение терпеть не буду! Месть — блюдо, которое подают холодным. Готовься, милый, я тебя не прощу...
— Пишу твоей любовнице, что она может подобрать остатки со стола.
— Что-о-о?!
Он дергается еще сильнее. Пытается освободиться или хотя бы снять повязку, но все без толку. И наручники, и ремни крепко держат. Я склоняюсь к его уху и томно шепчу:
— Не волнуйся, милый, я не стану вам мешать. Пускай она забирает то, что я уже вынесла. Мне такой мусор не нужен.
И грустно, и смешно. Муж изменил мне с молоденькой студенткой. Вот только я такое отношение терпеть не буду! Месть — блюдо, которое подают холодным. Готовься, милый, я тебя не прощу...
Когда жених Марины засомневался, стоит ли ему жениться, она решила его проучить. Но шутка зашла слишком далеко, когда утром Марина внезапно обнаружила себя в постели с молодым дворником.
А спустя несколько недель она поняла, что беременна...
А спустя несколько недель она поняла, что беременна...
— Хватит упрямиться! Собирай свои вещи, и поехали домой.
Хватает меня за руку.
— Домой? Хочешь, чтобы я закрыла глаза на твои загулы? — голос дрожит от волнения.
— У тебя нет выбора, Карина, — тянет за собой, и я не могу сопротивляться. — Тебе некуда идти, ты моя жена и ею останешься!
Муж изменил мне, но это даже не самое страшное, что могло случиться в моей жизни. Как оказалось, я жила в окружении лжи. Весь мой брак был построен на хладнокровном расчете со стороны близких мне людей. И теперь я не могу выбраться из этой клетки, ведь я жду ребенка от самого жестокого человека. Он не отпустит, но и счастья нам больше не светит. Я буду покорной марионеткой в его руках? Или все-таки смогу найти выход?
Хватает меня за руку.
— Домой? Хочешь, чтобы я закрыла глаза на твои загулы? — голос дрожит от волнения.
— У тебя нет выбора, Карина, — тянет за собой, и я не могу сопротивляться. — Тебе некуда идти, ты моя жена и ею останешься!
Муж изменил мне, но это даже не самое страшное, что могло случиться в моей жизни. Как оказалось, я жила в окружении лжи. Весь мой брак был построен на хладнокровном расчете со стороны близких мне людей. И теперь я не могу выбраться из этой клетки, ведь я жду ребенка от самого жестокого человека. Он не отпустит, но и счастья нам больше не светит. Я буду покорной марионеткой в его руках? Или все-таки смогу найти выход?
– Кто дал тебе право трогать меня? Кто, Ян? – Кусаю губы. – У тебя своя жизнь: работа, дом, Лада. А у меня – своя. И я больше никогда тебя в нее не пущу. Ты почти уничтожил меня. Если бы не поддержка мамы, то я бы не вывезла. Я больше тебе не верю и не люблю.
Мне больно от того, как он смотрит на меня.
– В понедельник я сделаю тест ДНК. Если это мой ребенок, то я буду воспитывать его. И ты ответишь за каждый год, нет, за каждый день, который я упустил. А если это ребенок Князева – вылетишь с работы с волчьим билетом.
– Кто позволит тебе сделать тест?
– Значит, будем решать через суд.
Мне больно от того, как он смотрит на меня.
– В понедельник я сделаю тест ДНК. Если это мой ребенок, то я буду воспитывать его. И ты ответишь за каждый год, нет, за каждый день, который я упустил. А если это ребенок Князева – вылетишь с работы с волчьим билетом.
– Кто позволит тебе сделать тест?
– Значит, будем решать через суд.
– Даже не начинай, – предостерегающе произнёс Игорь, застёгивая рубашку.
И он смел вести себя так, словно я только что не застукала его за изменой. Ну увидела жена, как он якобы «занят на работе», что тут такого!
Странно, муж за двенадцать лет брака должен был хорошо меня узнать, чтобы понять, что моё чувство достоинства лучше не задевать.
– Ладно, не буду начинать. Перейду сразу к самому интересному, к завершению.
Усмехнувшись, выдержав тяжёлый взгляд серых глаз, я шагнула вперёд, когда любовница Игоря неожиданно заслонила его собой, разведя руки в стороны.
– Не смей его трогать!
Хм, неожиданно. Но от этого не менее интересно что же будет дальше. А дальше будет месть, заслуженная для мужа и сладкая для меня.
И он смел вести себя так, словно я только что не застукала его за изменой. Ну увидела жена, как он якобы «занят на работе», что тут такого!
Странно, муж за двенадцать лет брака должен был хорошо меня узнать, чтобы понять, что моё чувство достоинства лучше не задевать.
– Ладно, не буду начинать. Перейду сразу к самому интересному, к завершению.
Усмехнувшись, выдержав тяжёлый взгляд серых глаз, я шагнула вперёд, когда любовница Игоря неожиданно заслонила его собой, разведя руки в стороны.
– Не смей его трогать!
Хм, неожиданно. Но от этого не менее интересно что же будет дальше. А дальше будет месть, заслуженная для мужа и сладкая для меня.
Выберите полку для книги