Книги в жанре «Мелодрама»
Захар Архипов считал, что у спасателя нет права на слабость, а у командира — на болезнь. Двадцать лет в МЧС он вытаскивал людей из огня, из-под завалов, с того света. И ни разу не позволил себе оступиться. Но пока он спасал чужих, собственная семья незаметно трещала по швам.
Марина устала быть на втором месте. Ждать. Выпрашивать крохи внимания. От их брака давно ничего не осталось, кроме досадных обязательств. Ей хотелось быть любимой, а не вдовой при живом муже, и она решилась на развод.
Захар до последнего надеялся склеить то, что разбилось, не зная одного: собственное сердце уже давно работало на пределе. И в самый неподходящий момент напомнило о себе.
Марина устала быть на втором месте. Ждать. Выпрашивать крохи внимания. От их брака давно ничего не осталось, кроме досадных обязательств. Ей хотелось быть любимой, а не вдовой при живом муже, и она решилась на развод.
Захар до последнего надеялся склеить то, что разбилось, не зная одного: собственное сердце уже давно работало на пределе. И в самый неподходящий момент напомнило о себе.
— Анютка, — шепчу хрипло, глядя на жену. — Я вернулся...
Она оборачивается смотрит на меня, как на привидение.
— Ты что здесь делаешь?
— В смысле? — не такого приема я ждал, вернувшись из госпиталя. — Родная, ты чего? Это я, твой муж.
— Какой муж? Мы развелись, Миша, — огорошивает жена. — Два года назад.
Я не помню никакого развода. В моей голове мы счастливая пара, а жена говорит, что я отпустил ее два года назад. Это невозможно! Но свидетельство о разводе в моей руке говорит обратное.
Теперь между нами два года, которых нет в моей памяти и что-то, что разрушило нас. Я должен выяснить, что именно натворил и сделать все, чтобы вернуть любовь жены. Но что, если правда окажется страшнее и уничтожит нас снова?
Она оборачивается смотрит на меня, как на привидение.
— Ты что здесь делаешь?
— В смысле? — не такого приема я ждал, вернувшись из госпиталя. — Родная, ты чего? Это я, твой муж.
— Какой муж? Мы развелись, Миша, — огорошивает жена. — Два года назад.
Я не помню никакого развода. В моей голове мы счастливая пара, а жена говорит, что я отпустил ее два года назад. Это невозможно! Но свидетельство о разводе в моей руке говорит обратное.
Теперь между нами два года, которых нет в моей памяти и что-то, что разрушило нас. Я должен выяснить, что именно натворил и сделать все, чтобы вернуть любовь жены. Но что, если правда окажется страшнее и уничтожит нас снова?
— Это мой дом. Моя сыроварня. Мои дети. И я не позволю вам всё снести.
— Вы правда думаете, что сможете остановить проект миллиардера?
— Думаю, что вы слишком привыкли покупать людей.
— А вы, Варвара, слишком красиво злитесь, чтобы я просто уехал.
Я построила свою жизнь заново после развода: двое детей, дом в деревне и маленькое дело, которое кормило нас и держало на плаву. Но однажды в Крутой Яр приехал Артем Северин — русский миллиардер, холодный, уверенный, привыкший решать судьбы одним росчерком пера. Его проект грозил забрать у меня всё. А бывший муж решил воспользоваться моментом: поддельные документы, проверки, грязные интриги и попытка ударить по самому больному — по детям.
Я должна была ненавидеть Северина. Он был опасен, слишком властен и слишком близко подошёл к моей жизни. Но чем сильнее меня загоняли в угол, тем яснее становилось: настоящий враг не тот, кто смотрит прямо в глаза. А тот, кто улыбается за спиной и ждёт, когда я сломаюсь.
— Вы правда думаете, что сможете остановить проект миллиардера?
— Думаю, что вы слишком привыкли покупать людей.
— А вы, Варвара, слишком красиво злитесь, чтобы я просто уехал.
Я построила свою жизнь заново после развода: двое детей, дом в деревне и маленькое дело, которое кормило нас и держало на плаву. Но однажды в Крутой Яр приехал Артем Северин — русский миллиардер, холодный, уверенный, привыкший решать судьбы одним росчерком пера. Его проект грозил забрать у меня всё. А бывший муж решил воспользоваться моментом: поддельные документы, проверки, грязные интриги и попытка ударить по самому больному — по детям.
Я должна была ненавидеть Северина. Он был опасен, слишком властен и слишком близко подошёл к моей жизни. Но чем сильнее меня загоняли в угол, тем яснее становилось: настоящий враг не тот, кто смотрит прямо в глаза. А тот, кто улыбается за спиной и ждёт, когда я сломаюсь.
Она - массажист в разводе. Пышная рыжая красавица, приехавшая отдыхать к бабуле.
Он - военный, холостой. Собрал друзей, чтоб отдохнуть и помочь деду по хозяйству.
Вместе они - бывшие одноклассники. Она для него селедка в бочке, он для нее - горный орел, а точнее напыщенный индюк.
И что может пойти не так? Особенно когда за их личную жизнь берется старая гвардия?
Он - военный, холостой. Собрал друзей, чтоб отдохнуть и помочь деду по хозяйству.
Вместе они - бывшие одноклассники. Она для него селедка в бочке, он для нее - горный орел, а точнее напыщенный индюк.
И что может пойти не так? Особенно когда за их личную жизнь берется старая гвардия?
Возвращаюсь с работы и вижу свои чемоданы, аккуратно приставленные к забору.
Ничего не понимая, пытаюсь открыть калитку.
Ключ не подходит.
Звоню.
Открывает женщина, красивая, ухоженная блондинка, лет тридцати, может, чуть за:
— Здравствуйте, чем могу помочь? — спрашивает с абсолютно невинным видом.
— Чем помочь? Это мой дом! Мои вещи за воротами!
— Ах, да. Тут, знаете ли, ситуация…
Не дослушиваю ее,отталкиваю, бегу во двор.
— Марк? Марк, где ты?! Не смешно!
— Вы моего супруга зовете? Он еще на работе. — голос совершенно спокойный.
Оборачиваюсь на нее.
— Кого?
— Супруга. Мужа. Вам ведь нужен Марк? Он пока не приехал.
— Как мужа?
Мужа.
В груди перестало хватать воздуха, я смотрю на нее, перед глазами все плывет.
Мы с Марком жили здесь, в этом доме и не были расписаны…
— А что вы удивляетесь? Штамп показать?
Сглатываю. Киваю.
Баба уходит в дом, быстро возвращается, протягивает.
Они расписались неделю назад.
Неделю назад, когда он ездил в командировку
Ничего не понимая, пытаюсь открыть калитку.
Ключ не подходит.
Звоню.
Открывает женщина, красивая, ухоженная блондинка, лет тридцати, может, чуть за:
— Здравствуйте, чем могу помочь? — спрашивает с абсолютно невинным видом.
— Чем помочь? Это мой дом! Мои вещи за воротами!
— Ах, да. Тут, знаете ли, ситуация…
Не дослушиваю ее,отталкиваю, бегу во двор.
— Марк? Марк, где ты?! Не смешно!
— Вы моего супруга зовете? Он еще на работе. — голос совершенно спокойный.
Оборачиваюсь на нее.
— Кого?
— Супруга. Мужа. Вам ведь нужен Марк? Он пока не приехал.
— Как мужа?
Мужа.
В груди перестало хватать воздуха, я смотрю на нее, перед глазами все плывет.
Мы с Марком жили здесь, в этом доме и не были расписаны…
— А что вы удивляетесь? Штамп показать?
Сглатываю. Киваю.
Баба уходит в дом, быстро возвращается, протягивает.
Они расписались неделю назад.
Неделю назад, когда он ездил в командировку
– Я беременная.
Эти два слова разрушили её прежнюю жизнь. Генеральская дочь, которая хотела свободы, стала матерью-одиночкой – и осталась одна против всего мира.
Его звали Ник. Он спас её от смерти, подарил ночь любви и исчез. Она ждала его четыре года. Он не отвечал на звонки, не оставил адреса, даже фамилии не назвал.
Их ждет неожиданная встреча через года. Что она принесет?
Сможет ли любовь преодолеть четыре года боли, обиды и молчания? Сможет ли генерал простить своего героя за то, что он стал отцом его внуков?
Эти два слова разрушили её прежнюю жизнь. Генеральская дочь, которая хотела свободы, стала матерью-одиночкой – и осталась одна против всего мира.
Его звали Ник. Он спас её от смерти, подарил ночь любви и исчез. Она ждала его четыре года. Он не отвечал на звонки, не оставил адреса, даже фамилии не назвал.
Их ждет неожиданная встреча через года. Что она принесет?
Сможет ли любовь преодолеть четыре года боли, обиды и молчания? Сможет ли генерал простить своего героя за то, что он стал отцом его внуков?
«Я знаю, что сейчас делает твой муж…»
«А ты знаешь?»
«Готова узнать правду? Или так и будешь ходить рогатой оленихой?»
О неверности мужа я узнала самым извращенным способом. Из сообщений, которыми меня завалил неизвестный абонент.
А мой благоверный, когда я лично спалила его на горячем, рассмеялся и издевательски произнес:
— Прости, дорогая, я просто зашел не в ТУ ДВЕРЬ!!! Но это же так, просто легкие шалости… Как новый десерт в ресторане попробовать. А люблю я только тебя…
«А ты знаешь?»
«Готова узнать правду? Или так и будешь ходить рогатой оленихой?»
О неверности мужа я узнала самым извращенным способом. Из сообщений, которыми меня завалил неизвестный абонент.
А мой благоверный, когда я лично спалила его на горячем, рассмеялся и издевательски произнес:
— Прости, дорогая, я просто зашел не в ТУ ДВЕРЬ!!! Но это же так, просто легкие шалости… Как новый десерт в ресторане попробовать. А люблю я только тебя…
«Это не я неполноценный. Это ты бракованная».
Он сказал это спокойно. Почти ласково — как говорят о погоде. А через несколько часов я узнала, что измена — это ещё не самое страшное.
Одиннадцать лет я была ему верной женой. Семь с половиной из них — молча носила на себе его тайну, позволяла его матери называть пустой меня и ни разу не сказала правды. Я привела в дом двоих детей из детского дома, брата и сестру, которых не дала разлучить, и поверила, что у них наконец есть отец.
А потом на его телефон пришло сообщение: «А в таком наряде меня накажет мой полковник?» И я открыла переписку. И узнала, зачем на самом деле этот человек когда-то позволил мне взять чужих детей. Узнала, что он давал другим ту нежность, которую перестал давать мне. Что беременна не я — беременна другая. И что теперь у него будет, как он написал, «настоящий, родной ребёнок».
Он думал, что выставил нас за дверь.
Он ещё не знал, что дверь за ним впервые закрыла я.
Он сказал это спокойно. Почти ласково — как говорят о погоде. А через несколько часов я узнала, что измена — это ещё не самое страшное.
Одиннадцать лет я была ему верной женой. Семь с половиной из них — молча носила на себе его тайну, позволяла его матери называть пустой меня и ни разу не сказала правды. Я привела в дом двоих детей из детского дома, брата и сестру, которых не дала разлучить, и поверила, что у них наконец есть отец.
А потом на его телефон пришло сообщение: «А в таком наряде меня накажет мой полковник?» И я открыла переписку. И узнала, зачем на самом деле этот человек когда-то позволил мне взять чужих детей. Узнала, что он давал другим ту нежность, которую перестал давать мне. Что беременна не я — беременна другая. И что теперь у него будет, как он написал, «настоящий, родной ребёнок».
Он думал, что выставил нас за дверь.
Он ещё не знал, что дверь за ним впервые закрыла я.
Меня похитили прямо у ворот особняка, где должна состояться свадьба подруги. Вместо церемонии я оказалась на заднем сидении дорогой черной машины.
А за рулем был мужчина, которого я ненавидела всем сердцем.
Мой бывший.
— Ты с ума сошел?!
— Поздно спрашивать, рыжик, — усмехнулся он, показав идеальные белые зубы.
— Что тебе нужно?
— Жена.
Я чуть не задохнулась.
— Фиктивная, — уточнил он. — Ты подходишь.
Я была готова сбежать из движущейся машины, лишь бы не иметь дел с мерзавцем-бывшим. Но тогда я даже не знала, что похищение — это только цветочки…
А за рулем был мужчина, которого я ненавидела всем сердцем.
Мой бывший.
— Ты с ума сошел?!
— Поздно спрашивать, рыжик, — усмехнулся он, показав идеальные белые зубы.
— Что тебе нужно?
— Жена.
Я чуть не задохнулась.
— Фиктивная, — уточнил он. — Ты подходишь.
Я была готова сбежать из движущейся машины, лишь бы не иметь дел с мерзавцем-бывшим. Но тогда я даже не знала, что похищение — это только цветочки…
Пьяный сосед ломился в нашу дверь, а я прятала твоих детей в ванной. Катя зажимала Свете рот ладошкой. Костя шептал: «Папа сейчас приедет». Он верил. Они все верили.
Ты — мужчина. Ты обещал, что мы в безопасности.
А теперь ты стоишь передо мной, пахнешь её духами и говоришь, что «задержался на работе». Не утруждайся. Я уже видела её имя на твоём экране.
Ты можешь купить новую квартиру. Приставить охрану. Завалить детей подарками. Но скажи мне только одно…
Где ты был, когда мы звали тебя на помощь?
Ты — мужчина. Ты обещал, что мы в безопасности.
А теперь ты стоишь передо мной, пахнешь её духами и говоришь, что «задержался на работе». Не утруждайся. Я уже видела её имя на твоём экране.
Ты можешь купить новую квартиру. Приставить охрану. Завалить детей подарками. Но скажи мне только одно…
Где ты был, когда мы звали тебя на помощь?
Выберите полку для книги