Книги в жанре «Мелодрама»

— Девушка, что вы мне голову морочите? — рычит на меня Орлов.
— Это ваш ребёнок! — сдув со лба чёлку, пытаюсь успокоить орущего малыша на своих руках.
— У меня нет детей, — цедит генеральный, явно закипая. — Как вы вообще просочились в мой кабинет? Забирайте вашего ребёнка и проваливайте отсюда!
— Он не мой! Он ваш! Вот вы и забирайте! — шиплю я и пытаюсь впихнуть ему в руки орущего кроху.
Генеральный брезгливо морщится и отходит от меня подальше.
Он не просто в ярости, в бешенстве. Взгляд голубых глаз цепко проходится по мне и гневно прищурившись по ребёнку.

Я лучшая студентка курса. Меня взяли на практику в корпорацию мечты. Только с самого начала всё пошло не так. И в мои обязанности вместо аналитики поставок, теперь входит… стать временной мамой для сына генерального.

— Уберите руки, вы пугаете ребенка.
— Я хочу помочь.
— Мне ничего не нужно.
— Пусти, звой дядька!
Случайная встреча с бывшей перевернула всё.
В прошлом она предала меня, продала за деньги, а сейчас у нее дочь, малышка, которой нужна помощь.
Я готов помочь, но мне нужны ответы на вопросы.
Ответы, которые могут полностью изменить мою жизнь.
Когда-то он полностью перевернул мою жизнь. Я влюбилась в него, поверила в то, что и он любит меня. Богатый бизнесмен, сильный, властный, уверенный в себе. И я — девочка-сирота, родители которой погибли при пожаре. Я верила в его любовь. Но всё оказалось ложью. Сбежала, не сказав о маленькой тайне под сердцем.
Теперь он снова врывается в мою жизнь. Он может помочь, может всё изменить. Но я так сильно боюсь того, что он отнимет самое дорогое…
— Мамотька, а этот дядя, он мой папа?

Случайно я узнала, что мой муж решил поправить здоровье в весьма специфическом заведении.
Он не положил вовремя трубку, и я услышала:
– Ну что, где там ваши медсестрички? Давайте их сюда, выбирать буду, какая из них займётся моим здоровьем.
А потом я своими глазами увидела эту “процедуру”. Но мужа это не слишком смутило.
– Это твоя любовница? – смотрю на отвратительную картину и не верю глазам.
– Наташ, ну ты чего? – криво усмехается Стахов, вальяжно развалившись на диване. – Это так, пробник, – небрежно кивает на девицу в белом халатике у своих ног. – А любовница сегодня меня кинула, – горестно вздыхает. – Так что теперь я весь твой, любимая! – раскрывает объятия.
А я даю ему смачную пощёчину так, что у него голова отлетает.
– Пробники – это теперь твой удел, а мне нужен развод!

Двадцать лет брака, дети взрослые, дочка скоро подарит нам внука, а у нашего главы семейства – бес в ребро!
И мой разрушенный до основания мир, который придётся заново собирать из осколков

— Ты украла у меня ребенка!
— Ты сам у себя его украл, Амир, обвинил меня, унизил, поверив лжи!
— Как ты смеешь так со мной разговаривать?
— Мы в России, шейх Амир! Это моя страна, и я тут — свободная женщина! А ты — обычный мужчина, а не суровый правитель эмирата! Возвращайся в свой Аджаман и командуй своим гаремом!
— Я вернусь. Только я вернусь вместе с моим сыном!
— Ты не посмеешь отнять у меня Льва!
— Посмотрим, женщина…
Шейх Амир разбил мне сердце, оставив один только лед. И малыша под этим разбитым сердцем, а сейчас вернулся и обвиняет в том, что я украла его сына, и его сон…
— Каждую ночь ты снишься, уже пять лет… Отпусти меня, ведьма, освободи, или я сам заберу тебя.
Я не хочу возвращаться к тому, кто принес мне боль и разочарование, не могу бороться с его близкими, которые против меня и моего сына, вот только что мне делать, если самый важный человек в моей жизни просит меня уступить?
— Мам… Я так хочу, чтобы он был моим папой!

На свадьбе сына я заметила на муже чужой след помады.
— Ты что, целовался с кем-то?
— С кем я тут, по-твоему, целоваться мог? — фыркает муж. — С золотыми рыбками в пруду? Или с садовым гномом?
А спустя время его любовница подошла ко мне и заявила, что беременна.
Двадцать пять лет я была идеальной женой, сглаживала углы и сохраняла фасад благополучия. Терпела унижения, обесценивание и гнев.
— Думаешь, твой адвокат чего-то стоит против моих связей? Да я тебя так по судам затаскаю! Ты же ничего без меня не значишь!
С меня хватит. Я начала готовить ответный удар.
А он думал, что я, вечно всепрощающая и слабая, сдамся. Думал, что его генеральские погоны защитят его от всего. Но он ошибся.

— Привет, Адель. Так вот ты какая… — Худая девушка с пепельно-белым каре смотрит на меня с нескрываемым раздражением.
— А вы, простите, кто? — спрашиваю, выгибая бровь.
— Я возлюбленная Валентина. И скоро мы станем родителями. — Она с нежностью поглаживает свой плоский, как доска, живот.
— И вам хватает наглости прийти ко мне и заявить, что вы спите с моим мужем и… Беременны от него?
Она закатывает глаза.
— Мне надоело, что Валя живет с тобой. Он тебя жалеет. Вот я и взяла все в свои руки.

Мой любимый предал меня. Я осталась ни с чем и думала, что хуже уже быть не может. Но развод оказался не самым страшным испытанием. Я перенесла операцию, и моя внешность кардинально изменилась.

Смогу ли я теперь найти работу, любовь и свое место в жизни?

— Ты ничего не хочешь мне сказать про Миронову? — спрашивает адвокат.
Я киваю.
— Боюсь, тебе эта инфа не понравится.
Молчит.
Я ставлю чашку.
— Мы разошлись с ней восемь лет назад. Это моя бывшая жена.
— Твою ж…, Макс! И почему я это впервые слышу от тебя?
— Потому что это было давно и неправда, — спокойно отвечаю.
Роман проводит ладонью по лицу.
— И ты решил, что мне знать не обязательно?
— Это был всего лишь год. Мы тихо поженились и тихо развелись. Всё.
Я откидываюсь на спинку стула.
— Макс, — он смотрит жёстко, — это конфликт интересов. Следователь — твоя бывшая жена. Это подарок обвинению. Мы можем сослаться на это и потребовать передать дело другому следователю.
— Нет, — отрезаю. — Мы не станем этого делать.
— Ты серьёзно?
— Если бы она хотела просто посадить — не вела бы сама. Передала бы кому-то.

— Я беременна, — Вика смотрит мне прямо в глаза, и в ее взгляде нет ни капли стыда. — Семь недель. Ребенок от Германа.
Мир останавливается. Это просто невозможно. Герман не мог. Мы же семья. Мы же...
— Ты... что? — выдавливаю я из себя.
— Ты не ослышалась, — Вика достает телефон, что-то листает в нем. — Я беременна от твоего мужа. И прежде чем ты начнешь истерику, давай расставим все точки над «и». Герман всегда любил меня. Мы росли вместе, он был влюблен в меня еще подростком, но я уехала в другой город. А он не стал ждать и женился на тебе.
Каждое слово — удар. Я чувствую, как внутри что-то рушится.
— Ты врешь, — шепчу я, сжимая руки в кулаки под столом. — Зачем ты это придумала?
— Не вру, — Вика протягивает мне телефон. — Он сам мне все рассказал. Сказал, что женился на тебе, потому что ты была удобным вариантом. Хорошая работница, покладистая, не скандальная, но любил он всегда меня.
Значит, все эти годы он не любил меня, а терпел. Использовал.

Захар Архипов считал, что у спасателя нет права на слабость, а у командира — на болезнь. Двадцать лет в МЧС он вытаскивал людей из огня, из-под завалов, с того света. И ни разу не позволил себе оступиться. Но пока он спасал чужих, собственная семья незаметно трещала по швам.

Марина устала быть на втором месте. Ждать. Выпрашивать крохи внимания. От их брака давно ничего не осталось, кроме досадных обязательств. Ей хотелось быть любимой, а не вдовой при живом муже, и она решилась на развод.

Захар до последнего надеялся склеить то, что разбилось, не зная одного: собственное сердце уже давно работало на пределе. И в самый неподходящий момент напомнило о себе.

— У тебя есть ребенок от другой женщины? — спрашиваю я. Голос мой дрожит, но я держу его под контролем.
Он откидывается на спинку стула. Смотрит на меня долго, оценивающе. Будто решает, что говорить, как повернуть разговор.
— Да, — говорит он наконец. — У меня есть ещё ребенок. Дочь. Ей год и зовут Маша.
Слова падают, как камни в колодец. Я слышу каждое, но не могу поверить, что это реальность. Что это произносит мой муж. Отец моей дочери. Человек, который клялся мне в верности перед алтарем восемнадцать лет назад.
— И женщина? — Мой голос звучит чужим.
— Её зовут Ева. — Он говорит спокойно, деловито, как будто обсуждаем покупку машины. — Она работала у меня в компании. Юристом. Мы были вместе полгода. Она забеременела.
Они были вместе полгода. Потом девять месяцев беременности, год жизни ребенка. Два с половиной года он живет двойной жизнью, изменяет мне и врет.