Читать и слушать книги

🧡💜🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡💜🧡

— Это твоя… дочь? — спрашивает он, и воздух вокруг становится густым и липким.
Да. Моя. И твоя. Но я никогда не скажу этого вслух.
Смотрю в его глаза — стальные, требовательные, полные боли, которую он сам не признаёт.
Он думает, что я украла у него право выбора.
Он не знает, что шесть лет назад у меня его тоже не было.

🧡🩷🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡🩷🧡
— А вы чей папа?
Один невинный вопрос, и пять лет моей тщательно построенной жизни рушатся в одно мгновение.

Пять лет назад он уничтожил мою жизнь одной фразой.
Я ушла, не сказав ему о дочерях.

Теперь он стоит передо мной — и я понимаю, мой самый страшный кошмар только начинается.

💗🤍💗 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💗🤍💗

Перед встречей с прошлым я была уверена, что пять тысяч километров — надёжное расстояние.

— Мам, а Байкал правда такой большой? — смеётся мой сын.
— Больше, чем все наши беды, — отвечаю я.

Я приезжаю помочь подруге с новым глэмпингом и наконец начинаю жить, а не выживать.
Но в первый же день к берегу подъезжает колонна чёрных внедорожников.

— Вера.
Я узнаю этот голос раньше, чем поднимаю глаза.

Четыре года назад я исчезла из жизни мужчины, которого любила, так и не сказав ему, что беременна.
Теперь у нас есть всего четыре дня под одним небом.
И одна тайна, которая может перевернуть сразу три жизни.

А ещё... бескрайний Байкал!

— ПАПА! — закричала она, срываясь на бег через всю комнату. — ПАПА!

Голос дочери отразился от высоких потолков люкса, звонкий, ничем не приглушённый двумя годами моих объяснений про тихую мышку, — здесь, в присутствии настоящего отца, все правила молчания слетели с неё в одну секунду.

Вика рассмеялась — коротко, звонко, будто услышала анекдот за коктейлем.

— Прикольно. — Она повернулась к Даниилу, приподняв бровь. — Это твой внебрачный плод?

Даниил замер, глядя на бегущего к нему ребёнка так, будто видел призрака посреди белого дня. Он не сделал ни шага навстречу, не поднял рук, чтобы поймать Киру, — просто стоял, будто ноги приросли к порогу номера. Ни слова, ни звука в ответ на детский крик. За шесть лет я успела придумать десяток вариантов того, что он скажет, если мы когда-нибудь столкнёмся снова, — ни один не включал полное молчание в ответ на детский крик, обращённый к родному отцу.

💗🤍💗 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💗🤍💗

Когда-то он разбил мне сердце.

Теперь он появляется снова — успешный, чужой, недосягаемый.
И именно он вручает моей дочери главный приз.

— Мамочка, я выиграла!

Я должна радоваться её победе.
Но вместо счастья чувствую только страх.

Потому что стоит ему посмотреть в её серые глаза чуть внимательнее… и моя самая большая тайна перестанет быть тайной.

🔥Переходите в БЛОГ, чтобы забрать книгу БЕСПЛАТНО!🔥
Он - бывший боец ММА и машина для убийства в октагоне, привыкший решать проблемы кулаками. Она - врач, чей девиз «лечить, а не калечить» заставляет его закипать.
— Насмотрелась? А теперь пошла вон! — голос Джабаля ударил, как пощёчина.
— Нет, — тихо, но твёрдо сказала я. — Не насмотрелась. И я не уйду.
— Что ты сказала? — процедил он, наклоняясь вперёд. В полумраке его татуировки казались живыми, будто шевелились вместе с напряжёнными мышцами рук.
— Я сказала, что не уйду, — повторила спокойно, хотя внутри всё дрожало.
А дальше на меня уже смотрело холодное дуло пистолета.

— Условия простые, — говорит он, постукивая пальцем по строчкам. — Переезжаешь в мой дом на Рублевке. Живешь там два года — моей сожительницей, официально, для всех знакомых и прессы. Проходишь протокол ЭКО. Рожаешь мне наследника. За это Мишино лечение оплачено полностью — операция, реабилитация, любая клиника мира, хоть Германия, хоть Штаты.

Слова падают ровно, деловито, будто он диктует смету на ремонт офиса. Читаю строчки, буквы плывут перед глазами, складываются в фразы, каких не могла вообразить всю дорогу сюда в метро, зажатая между чужими локтями. «Сожительница». «Обязуется пройти медицинский протокол». «Право на полный контроль перемещений». Дальше — условие про телефон, следом про переписку, следом про появление на публике рядом с ним и в одежде, какую пришлют заранее. Строчка за строчкой рисуют клетку, обитую бархатом, с золочеными прутьями, но клетку.

Мой шпиц первым находит любовницу мужа. Точнее — её красные кружевные трусики.

Через минуту я слышу, как Вадим обсуждает с ней продажу завода моей семьи. В тот же вечер ключевой заказчик отзывает целую партию: опасный брак якобы выпустила моя линия.

Мужу нужен скандал, чтобы обесценить предприятие и сделать виноватой меня. Мне — семь дней, чтобы найти место подмены, вернуть контракт и спасти работу четырёхсот восьмидесяти человек.

Матвей Орлов — кризисный директор фонда. Холодный, неудобный и слишком внимательный. Он помогает мне искать правду, но скрывает собственный приказ: если завод не выстоит, именно Матвей должен подготовить его закрытие.

После предательства мужа я больше не верю мужчинам, которые решают за меня. Особенно тем, рядом с которыми снова хочется жить.

Вадим хотел развод и мой завод.

Развод он получит. А завод — нет.

— У меня нет другой женщины.
Он смотрел мне прямо в глаза и не врал. Я двадцать три года отличаю ложь от правды, это моя профессия.
Вот только «у меня нет другой женщины» и «у меня никого нет» — совсем не одно и то же.
Ко мне приходят, когда спасать уже нечего. Гарины — красивая пара: двенадцать лет брака, ни одной ссоры при посторонних и жена, которая наконец решилась сказать вслух, что у мужа кто-то есть.
Каждую среду он уезжает на сорок минут. И везёт туда хлеб, лампочки, растворимый кофе и сборники кроссвордов с крупным шрифтом.
Так не покупают любовнице.
Я разберу их по косточкам, я это умею. Есть только одна сложность.
Семнадцать лет назад я уже видела этого человека. И тогда я сказала следователю, что не узнаю его.
Это была первая ложь. Вторую я скажу через неделю, и она обойдётся мне гораздо дороже.
Добро пожаловать в Кабинет №7. Здесь говорят правду. Все, кроме меня.

Она — студентка, которая моет полы в офисе олигарха после ночной смены. Он — владелец империи, привыкший брать всё, что хочет. Однажды ночью он застукивает её в служебном душе — и вместо увольнения предлагает сделку: она становится его фиктивной женой на год, чтобы закрыть бизнес-интересы, а взамен он гасит её долги. Днём она — идеальная жена на публике, ночью — его. Но чем дальше, тем меньше «фиктивного» остаётся в их браке.