Читать и слушать книги
Они оба замолчали, не зная, что сказать. Повисла пауза, наполненная воспоминаниями о том, что было между ними когда-то.
- Ты продолжаешь рисовать? - наконец-то спросила Лена, пытаясь разрядить обстановку. Я всегда знала, что ты талантлив.
Максим улыбнулся.
- Да. Мне приятно слышать это от тебя.
Он смотрел на неё с нескрываемым любопытством и прежней теплотой во взгляде.
И вдруг Лена почувствовала, как внутри всё сжалось. Она так долго скучала по этому взгляду, по этой улыбке, и по его прикосновениям.
- Ты продолжаешь рисовать? - наконец-то спросила Лена, пытаясь разрядить обстановку. Я всегда знала, что ты талантлив.
Максим улыбнулся.
- Да. Мне приятно слышать это от тебя.
Он смотрел на неё с нескрываемым любопытством и прежней теплотой во взгляде.
И вдруг Лена почувствовала, как внутри всё сжалось. Она так долго скучала по этому взгляду, по этой улыбке, и по его прикосновениям.
Старший опер ловил ночную бабочку, а поймал меня, которую позже назовет занозой в своем сердце.
Нашему семейному заведению угрожают закрытием, и мама просит помощи у своего бывшего одноклассника.
И кто бы мог подумать, что им окажется...
Тот самый.
Майор Шубин, который обещал не только защитить меня, но и согреть холодной осенью…
Нашему семейному заведению угрожают закрытием, и мама просит помощи у своего бывшего одноклассника.
И кто бы мог подумать, что им окажется...
Тот самый.
Майор Шубин, который обещал не только защитить меня, но и согреть холодной осенью…
У меня была прекрасная жизнь, и я считала себя самой счастливой женщиной на свете. Я готовилась к свадьбе с любимым мужчиной и собиралась стать матерью. Но страшная авария перечеркнула все. Как жить, если потеряла мечту, если утратила самое дорогое, а впереди лишь тьма, предательство и безысходность?
ЭКСКЛЮЗИВ
– Вам сколько лет?
– Двадцать пять.
– Хорошо. Замужем?
– Нет.
– Вообще отлично. – Подводит итог Муромцев Богдан Степанович, – Идём.
– Куда вы меня тащите? – выхожу я из ступора и упираюсь пятками в пол, пытаясь вырвать свою руку из его крепкого захвата.
– Отдел ЗАГСа на первом этаже. Надеюсь, у тебя паспорт с собой?
– Какой брак? При чём тут мой паспорт?
Мне всего-то нужны подписи, чтобы открыть кофейню. А вместо них я получаю… Штамп о браке, мужа-губернатора и двухлетнего сынишку.
– Вам сколько лет?
– Двадцать пять.
– Хорошо. Замужем?
– Нет.
– Вообще отлично. – Подводит итог Муромцев Богдан Степанович, – Идём.
– Куда вы меня тащите? – выхожу я из ступора и упираюсь пятками в пол, пытаясь вырвать свою руку из его крепкого захвата.
– Отдел ЗАГСа на первом этаже. Надеюсь, у тебя паспорт с собой?
– Какой брак? При чём тут мой паспорт?
Мне всего-то нужны подписи, чтобы открыть кофейню. А вместо них я получаю… Штамп о браке, мужа-губернатора и двухлетнего сынишку.
Мы вышли из здания, и когда начали пересекать парковку, Сережа вдруг закричал.
– Вон-вон-вон, – и указал на выезжающий с места автомобиль. – Волк, который хотел утащить колобка, – сын переиначил все мною сказанное.
– Тот дядя, который дал тебе деньги?
– Да!
– В белой машине?
– Да.
– Бежим к нему, – я покрепче сжала ладонь сына. – Стойте!
Машина резко затормозила, и мы с Сережкой приблизились к окну.
Я достала из кармана пять тысяч и, распрямив банкноту, потрясла ей.
Темное стекло стало опускаться.
– Заберите свои деньги. Нам они не нужны.
Но чем больше открывалось окно, представляя хозяина автомобиля, тем сильнее на моем лице проявлялся ужас от происходящего.
Виктор Абрамов.
Отец моего ребенка.
Только не это.
– Валерия? – произнес, изучая мое лицо.
А я думала он уже забыл мое имя.
Негодяй!
Закрыв собой Сережку, только бы Абрамов не догадался, кто стоит передним, я проговорила...
– Вон-вон-вон, – и указал на выезжающий с места автомобиль. – Волк, который хотел утащить колобка, – сын переиначил все мною сказанное.
– Тот дядя, который дал тебе деньги?
– Да!
– В белой машине?
– Да.
– Бежим к нему, – я покрепче сжала ладонь сына. – Стойте!
Машина резко затормозила, и мы с Сережкой приблизились к окну.
Я достала из кармана пять тысяч и, распрямив банкноту, потрясла ей.
Темное стекло стало опускаться.
– Заберите свои деньги. Нам они не нужны.
Но чем больше открывалось окно, представляя хозяина автомобиля, тем сильнее на моем лице проявлялся ужас от происходящего.
Виктор Абрамов.
Отец моего ребенка.
Только не это.
– Валерия? – произнес, изучая мое лицо.
А я думала он уже забыл мое имя.
Негодяй!
Закрыв собой Сережку, только бы Абрамов не догадался, кто стоит передним, я проговорила...
– Любимый, я дома,– сняв халат, я прыгаю к мужу в постель. Почувствовав, что он лежит не один, пищу не своим голосом, резко отскакивая в сторону.
– Алиса?! Ты?! Ч-что происходит? - включив свет, я вижу перед собой картину маслом.
В нашей кровати лежит моя младшая сестренка, а муж, глядя на меня сонными глазами, соображает лишь прикрыть свое достоинство подушкой.
– Вика? Ты же должна была вылететь через два дня! – опешив, задает он нелепый вопрос.
– Да пошли вы! Ненавижу! — кричу, находясь на грани истерики. Выбегаю из спальни, ноги меня не слушаются и заплетаются.
Слышу, как эти двое бегут за мной, я ускоряюсь.
Пулей лечу к лестнице, вспоминая, что у нас очень крутые ступеньки. Притормаживаю, хочу взяться за перила, но не успеваю.
Ощущаю, как чья-то грубая рука хватает меня за волосы. Сначала тянет к себе, а потом с силой швыряет вперед.
Я лечу по ступенькам, в страхе издаю истошный вой.
Ударяюсь головой об кафель, чувствую сильную боль в затылке и отключаюсь…
– Алиса?! Ты?! Ч-что происходит? - включив свет, я вижу перед собой картину маслом.
В нашей кровати лежит моя младшая сестренка, а муж, глядя на меня сонными глазами, соображает лишь прикрыть свое достоинство подушкой.
– Вика? Ты же должна была вылететь через два дня! – опешив, задает он нелепый вопрос.
– Да пошли вы! Ненавижу! — кричу, находясь на грани истерики. Выбегаю из спальни, ноги меня не слушаются и заплетаются.
Слышу, как эти двое бегут за мной, я ускоряюсь.
Пулей лечу к лестнице, вспоминая, что у нас очень крутые ступеньки. Притормаживаю, хочу взяться за перила, но не успеваю.
Ощущаю, как чья-то грубая рука хватает меня за волосы. Сначала тянет к себе, а потом с силой швыряет вперед.
Я лечу по ступенькам, в страхе издаю истошный вой.
Ударяюсь головой об кафель, чувствую сильную боль в затылке и отключаюсь…
– Мне нужен наследник, Лиза. А ты… ты не можешь мне его дать, – произнёс Антон с холодной решимостью, захлопнув чемодан.
– Это неправда! – вскрикнула Лиза, не в силах сдерживать свои эмоции. – Врачи говорят, что со мной всё нормально! Это ты не хочешь провериться и всё сваливаешь на меня!
– Да! – взорвался Антон, его голос был полон ярости. – Со мной всё в порядке! И скоро у меня будет ребёнок!
Лиза медленно опустилась на стул, чувствуя, как её мир рушится.
– Ребёнок… от другой женщины? – её голос был еле слышен, а слёзы подступали к глазам.
– Это неправда! – вскрикнула Лиза, не в силах сдерживать свои эмоции. – Врачи говорят, что со мной всё нормально! Это ты не хочешь провериться и всё сваливаешь на меня!
– Да! – взорвался Антон, его голос был полон ярости. – Со мной всё в порядке! И скоро у меня будет ребёнок!
Лиза медленно опустилась на стул, чувствуя, как её мир рушится.
– Ребёнок… от другой женщины? – её голос был еле слышен, а слёзы подступали к глазам.
– Лариса, я не успеваю сегодня. Совещание затягивается, потом ещё дела… Короче, вернусь поздно, не жди, – сказал Богдан в привычной манере. Он даже не дал ей времени ответить, забыв, сбросить звонок.
– Она тебе поверила, дура?! – раздался знакомый женский голос.
Лариса узнала этот голос. Это была Зинаида, её лучшая подруга.
– Она тебе поверила, дура?! – раздался знакомый женский голос.
Лариса узнала этот голос. Это была Зинаида, её лучшая подруга.
Мой муж чудом выжил в авиакатастрофе, но оказался прикованным к инвалидному креслу. Я ухаживала за ним, делала всё, чтобы поставить его на ноги, а он начал подозревать меня в неверности. И я бы хотела доказать ему обратное, да только сама думаю, что он мне изменяет...
***
⚡кризис в отношениях
⚡эмоционально и порой больно
Книга III цикла "изящество". Истории могут читаться отдельно. Есть пересечение между героями
***
⚡кризис в отношениях
⚡эмоционально и порой больно
Книга III цикла "изящество". Истории могут читаться отдельно. Есть пересечение между героями
Василий Шабалов всеми любимый младший брат, а потому привык, что ему в жизни все дается легко, да и женщины так и норовят почтить его своим вниманием. Но все это его перестает радовать тогда, когда он знакомится с логопедом своего племянника.
Четвертая история серии «Собственная жизнь».
Четвертая история серии «Собственная жизнь».
Выберите полку для книги