Читать и слушать книги
- Ой, ты откуда здесь? – смущённо тараторит Диана, когда мы сталкиваемся на лестничной площадке. Мой муж и сестра только что вышли из соседней квартиры. – А я попросила Вадима сходить со мной по объявлению, хотела шубку посмотреть. Страшно ведь одной к незнакомым людям.
Врёт, как дышит! Не могу поверить, что это моя любимая младшая сестрёнка, с которой я нянчилась с самого её рождения.
Когда она успела превратиться в подлую лживую тварь?
***
Ненавижу мужа-предателя, он ударил в самую уязвимую точку. Я очень любила сестру, а он вбил между нами клин. Родители тоже учудили: потребовали уступить влюблённой парочке квартиру. Но при этом я должна по-прежнему оплачивать коммуналку и ипотеку.
От моей семьи ничего не осталось. И виноват в этом мужчина, которого я столько лет любила, обслуживала и кормила. Ну что ж… Теперь он за всё заплатит!
Врёт, как дышит! Не могу поверить, что это моя любимая младшая сестрёнка, с которой я нянчилась с самого её рождения.
Когда она успела превратиться в подлую лживую тварь?
***
Ненавижу мужа-предателя, он ударил в самую уязвимую точку. Я очень любила сестру, а он вбил между нами клин. Родители тоже учудили: потребовали уступить влюблённой парочке квартиру. Но при этом я должна по-прежнему оплачивать коммуналку и ипотеку.
От моей семьи ничего не осталось. И виноват в этом мужчина, которого я столько лет любила, обслуживала и кормила. Ну что ж… Теперь он за всё заплатит!
Узнать о предательстве мужа – страшно. Узнать о нём на парковке аэропорта, глядя на раскачивающийся семейный минивэн и слыша из него женские стоны – унизительно. Но Ребекка Барнс не из тех, кто просто плачет в подушку от боли. Застав мужа с коллегой на месте преступления, мужественная помощница врача и мать троих детей не впадает в истерику. Она вызывает полицию, снимает видео и хладнокровно планирует свой развод – на живую, безо всяких обезболов.
Но Бекки ещё не знает, что в этой истории ей достался неожиданный союзник – офицер Адам Ньюман, который приехал на странный вызов, никак не ожидая, что дело коснётся и его семьи.
Но Бекки ещё не знает, что в этой истории ей достался неожиданный союзник – офицер Адам Ньюман, который приехал на странный вызов, никак не ожидая, что дело коснётся и его семьи.
- Лена вернулась.
- Какая Лена?
- Моя Лена.
Муж ушёл к своей первой любви, сказав, что она, его жена, была всего лишь заменой, суррогатом.
Теперь её жизнь – халупа на окраине, вечно раздражённый сын и пустота.
Но однажды она решает, что не будет ничьей копией.
Она будет собой.
Изменится, начав любить и уважать себя.
А потом он вернётся, чтобы сказать, что ошибся.
- Ты ошибся не тогда, когда ушёл. Ты ошибся, когда решил, что я могу быть чьей-то заменой. Я - настоящая. Я - оригинал
- Какая Лена?
- Моя Лена.
Муж ушёл к своей первой любви, сказав, что она, его жена, была всего лишь заменой, суррогатом.
Теперь её жизнь – халупа на окраине, вечно раздражённый сын и пустота.
Но однажды она решает, что не будет ничьей копией.
Она будет собой.
Изменится, начав любить и уважать себя.
А потом он вернётся, чтобы сказать, что ошибся.
- Ты ошибся не тогда, когда ушёл. Ты ошибся, когда решил, что я могу быть чьей-то заменой. Я - настоящая. Я - оригинал
На видео симпатичная, ухоженная блондинка порхала по моей комнате.
На моем любимом журнальном столике – дешевая ваза с сухоцветами, которую я в жизни бы не купила. И ни одной моей вещи в кадре.
Блондинка повернулась к камере и с придыханием произнесла:
– Девочки, многие спрашивают, как я решилась на переезд. Это было сложно, но когда ты находишь мужчину, который разделяет твое чувство прекрасного... Это любовь! – она мечтательно закатила глаза. – Сегодня у нас рум-тур по моему новому гнездышку, которое я наконец-то очистила от лишнего хлама!
Камера скользнула в сторону прихожей. Там, на вешалке, где должен был висеть мой тренч, висела мужская кожаная куртка моего мужа, а под ней – чужой женский плащ.
***
Пока я была в отъезде, муж избавился от всех моих вещей, будто меня никогда и не было в нашей квартире!
На моем любимом журнальном столике – дешевая ваза с сухоцветами, которую я в жизни бы не купила. И ни одной моей вещи в кадре.
Блондинка повернулась к камере и с придыханием произнесла:
– Девочки, многие спрашивают, как я решилась на переезд. Это было сложно, но когда ты находишь мужчину, который разделяет твое чувство прекрасного... Это любовь! – она мечтательно закатила глаза. – Сегодня у нас рум-тур по моему новому гнездышку, которое я наконец-то очистила от лишнего хлама!
Камера скользнула в сторону прихожей. Там, на вешалке, где должен был висеть мой тренч, висела мужская кожаная куртка моего мужа, а под ней – чужой женский плащ.
***
Пока я была в отъезде, муж избавился от всех моих вещей, будто меня никогда и не было в нашей квартире!
«Старая клуша разводиться пришла. Бедный у нее муж».
Эти слова, брошенные вслед молоденькой куклой Барби, стали для Татьяны последней каплей. После двадцати пяти лет брака она вдруг увидела себя другими глазами: немолодая, уставшая, в поношенной куртке — идеальная жена, которая годами терпела, прощала, заботилась и… перестала существовать.
Осознание измен мужа приводит цепной механизм в действие, и теперь Татьяна готова на всё, чтобы узнать правду. А после — наконец-то обрести себя.
Эти слова, брошенные вслед молоденькой куклой Барби, стали для Татьяны последней каплей. После двадцати пяти лет брака она вдруг увидела себя другими глазами: немолодая, уставшая, в поношенной куртке — идеальная жена, которая годами терпела, прощала, заботилась и… перестала существовать.
Осознание измен мужа приводит цепной механизм в действие, и теперь Татьяна готова на всё, чтобы узнать правду. А после — наконец-то обрести себя.
— …да ну, брось ты! — говорит Рамиль. — В твои-то годы, с твоими деньгами! Все уже давно на молоденьких кобылках катаются, а ты всё на старой кляче ездишь!
— Не надо так, — наконец произносит Ильдар. — Адель — мать моих детей.
— Да ладно, ладно, ну, я же по-дружески! Смотри, Ильдар. Ты в самом соку. Деньги есть, статус. Жена… ну, она, конечно, молодец, хозяйка отличная, это всё понятно. Но она же уже… Ты сам говорил, фантазии никакой, всё по расписанию. Как заводная кукла.
***
Когда-то давно, двадцать пять лет назад, Ильдар называл меня ласково «шайтаночкой» — колдуньей. За то что я околдовала его. Ну что же, пришло время шайтаночке отомстить за себя...
— Не надо так, — наконец произносит Ильдар. — Адель — мать моих детей.
— Да ладно, ладно, ну, я же по-дружески! Смотри, Ильдар. Ты в самом соку. Деньги есть, статус. Жена… ну, она, конечно, молодец, хозяйка отличная, это всё понятно. Но она же уже… Ты сам говорил, фантазии никакой, всё по расписанию. Как заводная кукла.
***
Когда-то давно, двадцать пять лет назад, Ильдар называл меня ласково «шайтаночкой» — колдуньей. За то что я околдовала его. Ну что же, пришло время шайтаночке отомстить за себя...
— Я ухожу, — произнес он ровно, без интонации, как если бы сообщал прогноз погоды.
Тишина в комнате зазвенела мерзким комариным писком. В ушах Леры зазвенело, она не поняла, что произошло. Вернее, поняла слова, но их смысл не долетел до сознания.
— Что?.. Куда? В командировку? — выдавила она, и скривилась от того, как глупо это прозвучало.
— Нет. Ухожу от тебя. Навсегда. — Теперь он посмотрел на нее. В его серых, когда-то таких живых глазах не было ни злобы, ни боли. Только равнодушие, которое обожгло сильнее криков. Лучше бы он скандалил, орал и носился по квартире. — Вещи я уже почти собрал. Осталось забрать пару костюмов и документы.
Мир вокруг Леры поплыл. Края мебели, свет от свечей, лицо Виктора — все расплылось в мутное пятно. Земля ушла из-под ног, и она инстинктивно впилась пальцами в обивку дивана.
— Это… шутка? — прошептала она. — Виктор, сегодня же наша годовщина… Пять лет…
Тишина в комнате зазвенела мерзким комариным писком. В ушах Леры зазвенело, она не поняла, что произошло. Вернее, поняла слова, но их смысл не долетел до сознания.
— Что?.. Куда? В командировку? — выдавила она, и скривилась от того, как глупо это прозвучало.
— Нет. Ухожу от тебя. Навсегда. — Теперь он посмотрел на нее. В его серых, когда-то таких живых глазах не было ни злобы, ни боли. Только равнодушие, которое обожгло сильнее криков. Лучше бы он скандалил, орал и носился по квартире. — Вещи я уже почти собрал. Осталось забрать пару костюмов и документы.
Мир вокруг Леры поплыл. Края мебели, свет от свечей, лицо Виктора — все расплылось в мутное пятно. Земля ушла из-под ног, и она инстинктивно впилась пальцами в обивку дивана.
— Это… шутка? — прошептала она. — Виктор, сегодня же наша годовщина… Пять лет…
В одно утро жизнь Тины разбивается вдребезги, любимый муж, с которым прожито восемнадцать лет, оказывается в объятиях молодой любовницы. Но вместо истерик и попыток сохранить семью она выбирает ледяное спокойствие и жесткий расчет.
Развод, адвокаты, дележка имущества и неожиданный шанс начать все с нуля. Там, где другие видят жертву, новый начальник разглядит стальной стержень. Там, где бывший муж надеется на прощение, его ждет профессиональный разгром.
Она построит новую жизнь на своих условиях. Но когда на кону оказывается не только карьера, но и сердце, выдержит ли она новое испытание?
Это история о предательстве, которое становится трамплином. О мести, которая оборачивается справедливостью. И о любви, которая приходит, когда ее совсем не ждешь.
💖 Ежедневная выкладка!
💖 ХЭ гарантирован, но боюсь не для всех!
Развод, адвокаты, дележка имущества и неожиданный шанс начать все с нуля. Там, где другие видят жертву, новый начальник разглядит стальной стержень. Там, где бывший муж надеется на прощение, его ждет профессиональный разгром.
Она построит новую жизнь на своих условиях. Но когда на кону оказывается не только карьера, но и сердце, выдержит ли она новое испытание?
Это история о предательстве, которое становится трамплином. О мести, которая оборачивается справедливостью. И о любви, которая приходит, когда ее совсем не ждешь.
💖 Ежедневная выкладка!
💖 ХЭ гарантирован, но боюсь не для всех!
“Мы не знакомы, но твой муж изменяет тебе. И у меня есть доказательства”.
И это было далеко не единственное сообщение, которое я получила, сидя в объятиях своего благоверного.
Муж включил дурачка и заявил, что это дело рук завистников и конкурентов. Но женское сердце чуяло: он врёт.
И оно не ошиблось.
Поэтому теперь я просто обязана сделать всё для того, чтобы оставить предателя в одних тапочках!
И это было далеко не единственное сообщение, которое я получила, сидя в объятиях своего благоверного.
Муж включил дурачка и заявил, что это дело рук завистников и конкурентов. Но женское сердце чуяло: он врёт.
И оно не ошиблось.
Поэтому теперь я просто обязана сделать всё для того, чтобы оставить предателя в одних тапочках!
Я убираю свой телефон и взгляд падает на портфель мужа. Из бокового кармана торчит угол телефона.
Моя рука уже тянется за ним. Я знаю, что не надо. Знаю прекрасно, но достаю его.
Сердце начинает бешено стучать раньше, чем я понимаю почему. Просто второй телефон уже сам по себе приговор.
Первый чат — контакт "А". Никакого имени. Просто буква.
«Привет, когда закончишь работу? Скучаю. Хочу тебя видеть. Целую».
Сегодня, 16:47.
Я прокручиваю вверх. Руки не дрожат — они просто перестают слушаться.
«Не забудь про пятницу. Буду ждать».
«Спасибо за вчера. Это было что-то магическое…»
«Люблю тебя».
Два слова. Я читаю их три раза, как будто текст может измениться.
Моя рука уже тянется за ним. Я знаю, что не надо. Знаю прекрасно, но достаю его.
Сердце начинает бешено стучать раньше, чем я понимаю почему. Просто второй телефон уже сам по себе приговор.
Первый чат — контакт "А". Никакого имени. Просто буква.
«Привет, когда закончишь работу? Скучаю. Хочу тебя видеть. Целую».
Сегодня, 16:47.
Я прокручиваю вверх. Руки не дрожат — они просто перестают слушаться.
«Не забудь про пятницу. Буду ждать».
«Спасибо за вчера. Это было что-то магическое…»
«Люблю тебя».
Два слова. Я читаю их три раза, как будто текст может измениться.
Выберите полку для книги