Читать и слушать книги
Я иду через тёмный зал нашего ресторана, мимо пустых столов.
Дверь в кабинет приоткрыта.
Я толкаю её рукой, уже открывая рот, чтобы сказать «привет, я быстро, только тетрадь заберу», и слова застревают где-то в горле, потому что то, что я вижу, не укладывается в голове сразу.
Кристина сидит на краю его стола. Олег стоит рядом, его губы – на её шее...
Секунда. Может, две. Время застывает.
Кристина видит меня первой. Её глаза расширяются, она отталкивает Олега так резко, что он чуть не падает, оборачивается – и я вижу его лицо.
– Вера, – говорит он, и голос у него дрожит, – Вера, это не то, что ты думаешь...
Смешно. Правда смешно. Как будто есть другое объяснение тому, что я вижу.
Я смотрю на его лицо и понимаю, что не хочу слышать никаких объяснений.
Дверь в кабинет приоткрыта.
Я толкаю её рукой, уже открывая рот, чтобы сказать «привет, я быстро, только тетрадь заберу», и слова застревают где-то в горле, потому что то, что я вижу, не укладывается в голове сразу.
Кристина сидит на краю его стола. Олег стоит рядом, его губы – на её шее...
Секунда. Может, две. Время застывает.
Кристина видит меня первой. Её глаза расширяются, она отталкивает Олега так резко, что он чуть не падает, оборачивается – и я вижу его лицо.
– Вера, – говорит он, и голос у него дрожит, – Вера, это не то, что ты думаешь...
Смешно. Правда смешно. Как будто есть другое объяснение тому, что я вижу.
Я смотрю на его лицо и понимаю, что не хочу слышать никаких объяснений.
Я несу его телефон к розетке у дивана, совершенно спокойно, просто хочу поставить на зарядку…
Экран загорается под моими пальцами.
Я даже не сразу понимаю, что вижу.
Мессенджер открыт. Контакт «Ксюша работа»..
..«Скучаю по твоим рукам. Когда снова?»..
..«Вчера был невероятным. Ты сводишь меня с ума»..
..« Не могу без тебя».
«Сегодня она легла рано, можешь позвонить?»
***
Он входит в комнату. Видит меня. Видит свой телефон в моих руках…
– Даш, – выдыхает он за моей спиной.
– Даш, ну пожалуйста, это не то, что ты подумала, – его голос дрожит. – Я объясню. Дай мне объяснить….
Экран загорается под моими пальцами.
Я даже не сразу понимаю, что вижу.
Мессенджер открыт. Контакт «Ксюша работа»..
..«Скучаю по твоим рукам. Когда снова?»..
..«Вчера был невероятным. Ты сводишь меня с ума»..
..« Не могу без тебя».
«Сегодня она легла рано, можешь позвонить?»
***
Он входит в комнату. Видит меня. Видит свой телефон в моих руках…
– Даш, – выдыхает он за моей спиной.
– Даш, ну пожалуйста, это не то, что ты подумала, – его голос дрожит. – Я объясню. Дай мне объяснить….
Я аудитор. Моя работа — не верить словам и проверять, что за ними стоит на бумаге.
Дома я этого никогда не делала. Мужу я просто верила, так было спокойнее.
Теперь у меня есть папка, на корешке которой написано «Свадьба». В этом доме её никто не откроет.
Скандала не будет. По утрам я варю кофе на двоих, улыбаюсь за завтраком и сверяю даты: банковские выписки, реестр, чужие подписи, соседка с мусорным пакетом, которая видела больше меня.
Муж уверен, что я никуда не денусь, — и в чём-то он прав. Не учёл он одного: я считаю быстрее, чем он врёт.
А самое трудное начнётся потом — когда муж станет идеальным и подшивать в папку будет нечего.
Дома я этого никогда не делала. Мужу я просто верила, так было спокойнее.
Теперь у меня есть папка, на корешке которой написано «Свадьба». В этом доме её никто не откроет.
Скандала не будет. По утрам я варю кофе на двоих, улыбаюсь за завтраком и сверяю даты: банковские выписки, реестр, чужие подписи, соседка с мусорным пакетом, которая видела больше меня.
Муж уверен, что я никуда не денусь, — и в чём-то он прав. Не учёл он одного: я считаю быстрее, чем он врёт.
А самое трудное начнётся потом — когда муж станет идеальным и подшивать в папку будет нечего.
— Вика, милая, ну что ты? Не вешай нос. Ерунда всё это! Кому нужная эта Карина? Мирон не дурак, не променяет тебя на чужую жену. У вас шестеро детей. У Карины две девчонки. Просто бизнес, отдых, светская тусовка. Ты же знаешь, как журналюги любят приврать.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Медленно поднимаю на подругу глаза. Во рту пересохло.
— Он был в Швейцарии три недели назад. Говорил, что на переговорах в Цюрихе.
Ольга замолкает. Её уверенности приходит конец.
— Ну… может, переговоры и были… А это так, после…
Перевожу взгляд на огромное окно, за которым простирается наш ухоженный сад. Всё здесь — его. Этот дом, эта земля, эта жизнь. И я — часть этого интерьера. Удобная, красивая, но… заменяемая.
Самое страшное было застать мужа с другой. Так думала Лиза, но она ошибалась.
Измена Петра стала лишь началом катастрофы. Рухнул не только брак - рухнула вся её жизнь. Карьера лучшего кардиохирурга, репутация, спокойствие пятнадцатилетней дочери - всё полетело в бездну.
Вчера Лиза спасала жизни, сегодня она - «эмоционально нестабильная» женщина, которую так удобно убрать с дороги.
Но прошлое, похороненное шестнадцать лет назад, возвращается. Оно въезжает в операционную на больничной каталке. А мужчина, решивший отнять у Лизы всё, ещё не знает, что теперь она -не одна.
Измена Петра стала лишь началом катастрофы. Рухнул не только брак - рухнула вся её жизнь. Карьера лучшего кардиохирурга, репутация, спокойствие пятнадцатилетней дочери - всё полетело в бездну.
Вчера Лиза спасала жизни, сегодня она - «эмоционально нестабильная» женщина, которую так удобно убрать с дороги.
Но прошлое, похороненное шестнадцать лет назад, возвращается. Оно въезжает в операционную на больничной каталке. А мужчина, решивший отнять у Лизы всё, ещё не знает, что теперь она -не одна.
— Тебе не стоило приходить. Особенно сегодня.
— Почему? — голос мой срывался. — Что сегодня происходит, Алихан?
— Я женюсь. — буднично ответил он.
— Ты… женишься? — повторила едва слышно, надеясь, что ослышалась.
— Да. Эта свадьба была запланирована очень давно.
— А как же я? Ты говорил, что я особенная и…
На его губах мелькнула циничная усмешка.
— Я говорил то, что ты хотела услышать в тот момент. Но ты не мой уровень. Больше не приходи сюда. Никогда.
Он кинул розу мне под ноги. Развернулся и пошёл к гостям. К своей невесте. К своей настоящей, правильной жизни.
А через семь лет мы снова встретились. У меня на руках его сын. У него — власть, семья и право забрать всё, что он захочет.
И я должна выбрать. Стать второй женой Алихана Батырова или потерять сына.
— Почему? — голос мой срывался. — Что сегодня происходит, Алихан?
— Я женюсь. — буднично ответил он.
— Ты… женишься? — повторила едва слышно, надеясь, что ослышалась.
— Да. Эта свадьба была запланирована очень давно.
— А как же я? Ты говорил, что я особенная и…
На его губах мелькнула циничная усмешка.
— Я говорил то, что ты хотела услышать в тот момент. Но ты не мой уровень. Больше не приходи сюда. Никогда.
Он кинул розу мне под ноги. Развернулся и пошёл к гостям. К своей невесте. К своей настоящей, правильной жизни.
А через семь лет мы снова встретились. У меня на руках его сын. У него — власть, семья и право забрать всё, что он захочет.
И я должна выбрать. Стать второй женой Алихана Батырова или потерять сына.
Телефон вибрирует. Экран загорается. Я вижу уведомление:
Катя: «Скучаю. Когда скажешь ей? Ребёнок должен знать отца.»
Мир останавливается.
– Солнышко, я дома!
Он входит на кухню. Я поднимаю голову. Смотрю на него.
Я не встаю. Просто смотрю. Он замечает моё лицо, останавливается.
– Алин, что случилось? Ты плакала?
Я молча протягиваю ему телефон. Экран всё ещё светится, на нём фото УЗИ.
Катя: «Скучаю. Когда скажешь ей? Ребёнок должен знать отца.»
Мир останавливается.
– Солнышко, я дома!
Он входит на кухню. Я поднимаю голову. Смотрю на него.
Я не встаю. Просто смотрю. Он замечает моё лицо, останавливается.
– Алин, что случилось? Ты плакала?
Я молча протягиваю ему телефон. Экран всё ещё светится, на нём фото УЗИ.
Слова гинеколога до сих пор в голове,
"Восстановление идет нормально, Светлана Игоревна, но вам нужно беречь себя. Физически вы скоро будете в порядке. Эмоционально... это займет больше времени. После выкидыша на таком сроке организму нужно перестроиться, понять, что беременности больше нет".
Нет. Больше нет…..Выкидыш…
***
Я прислушиваюсь…
***
Толкаю дверь…на моей кровати, лежит Люба...
Я смотрю на свою младшую сестру, которую я любила, которую я пригласила жить к нам, когда ей было некуда идти и понимаю: пригрела змею….
"Восстановление идет нормально, Светлана Игоревна, но вам нужно беречь себя. Физически вы скоро будете в порядке. Эмоционально... это займет больше времени. После выкидыша на таком сроке организму нужно перестроиться, понять, что беременности больше нет".
Нет. Больше нет…..Выкидыш…
***
Я прислушиваюсь…
***
Толкаю дверь…на моей кровати, лежит Люба...
Я смотрю на свою младшую сестру, которую я любила, которую я пригласила жить к нам, когда ей было некуда идти и понимаю: пригрела змею….
Она открыла папку. Положила договор. Затем выписку. Затем фотографию, которую скачала из профиля Марины. Мальчик смотрел прямо в камеру, и сходство било в глаза.
Андрей молчал долго. Потом тихо сказал:
— Елена...
— Не надо, — перебила она. — Сначала я. Я нашла квартиру. Я узнала про Марину. Я узнала про сына. Я знаю, сколько денег ушло. Теперь говори ты.
Он откинулся на спинку стула. Лицо стало серым.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю?
— Что я хотел уйти. Я никогда не хотел. Ты — моя семья. Всегда была.
Елена посмотрела на него. На человека, которого знала тридцать один год. И впервые увидела, насколько хорошо он умеет говорить нужные слова.
— Ты не выбрал меня, — сказала она тихо. — Ты просто решил, что можешь оставить себе обе жизни.
Андрей молчал долго. Потом тихо сказал:
— Елена...
— Не надо, — перебила она. — Сначала я. Я нашла квартиру. Я узнала про Марину. Я узнала про сына. Я знаю, сколько денег ушло. Теперь говори ты.
Он откинулся на спинку стула. Лицо стало серым.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что я думаю?
— Что я хотел уйти. Я никогда не хотел. Ты — моя семья. Всегда была.
Елена посмотрела на него. На человека, которого знала тридцать один год. И впервые увидела, насколько хорошо он умеет говорить нужные слова.
— Ты не выбрал меня, — сказала она тихо. — Ты просто решил, что можешь оставить себе обе жизни.
– Говорила мне мама, что ты бесполезная…– взгляд мужа прожигает насквозь, – а я не верил!
– Вообще-то, – встревает врач, – пол ребенка зависит напрямую от отца.
Арслан не обращает на нее внимания. Он не отводит от меня своих презрительных глаз.
– Ты помнишь, что я тебе говорил? Либо сын, либо аборт!
– Тогда мы разводимся, – отвечаю холодно, на что он только улыбается зло.
– У нас не разводятся, Машка.
Не разводятся? Ну что ж, тогда я превращу твою жизнь в ад, дорогой! И посмотрим, насколько тебя хватит…
– Вообще-то, – встревает врач, – пол ребенка зависит напрямую от отца.
Арслан не обращает на нее внимания. Он не отводит от меня своих презрительных глаз.
– Ты помнишь, что я тебе говорил? Либо сын, либо аборт!
– Тогда мы разводимся, – отвечаю холодно, на что он только улыбается зло.
– У нас не разводятся, Машка.
Не разводятся? Ну что ж, тогда я превращу твою жизнь в ад, дорогой! И посмотрим, насколько тебя хватит…
Выберите полку для книги