Книги в жанре «Служебный роман»
Под Новый год я осталась без работы в огромном мегаполисе практически без денег! За квартиру надо платить, поэтому я кинулась искать варианты по объявлениям в интернете.
Одной компании нужен секретарь. Собеседование 1 января! Я думала, что буду работать в офисе, но все оказалось куда сложнее. Шейх-босс ищет себе фиктивную жену.
Жизнь ставит меня перед выбором: согласиться - и потерять честь или отказаться - и сохранить достоинство, но быть в нужде. Я бы выбрала второй вариант, ведь работу найти можно всегда, только моя мама задолжала крупную сумму банку. И что теперь мне делать?
Одной компании нужен секретарь. Собеседование 1 января! Я думала, что буду работать в офисе, но все оказалось куда сложнее. Шейх-босс ищет себе фиктивную жену.
Жизнь ставит меня перед выбором: согласиться - и потерять честь или отказаться - и сохранить достоинство, но быть в нужде. Я бы выбрала второй вариант, ведь работу найти можно всегда, только моя мама задолжала крупную сумму банку. И что теперь мне делать?
— Мама, смотри, какой красивый шарик мне нарисовал дядя! — заметив меня, дочка вскакивает со стула и бежит навстречу. Её радостный голос, звонкий и беззаботный, эхом разносится по пустынному в этот час коридору.
Сердце бьётся ещё чаще, и я инстинктивно прикрываю дочку рукой, пытаясь увести в сторону, но уже поздно.
Взгляд Олега, холодный и пронзительный, впивается в меня. В его глазах читается целый калейдоскоп эмоций. От удивления от осознания, что Женя назвала мамой меня, до злости от понимания, что это наша с ним дочь.
Сердце бьётся ещё чаще, и я инстинктивно прикрываю дочку рукой, пытаясь увести в сторону, но уже поздно.
Взгляд Олега, холодный и пронзительный, впивается в меня. В его глазах читается целый калейдоскоп эмоций. От удивления от осознания, что Женя назвала мамой меня, до злости от понимания, что это наша с ним дочь.
Я исчезла, чтобы спасти его.
Он возненавидел меня — и жил с этой ненавистью три года.
Теперь я вернулась.
К нему.
В его компанию.
С тайной, которая может разрушить нас обоих.
— Ты предала меня.
— Нет. Я выбрала жизнь.
Он — человек власти и контроля.
Я — женщина, которая больше не позволит собой управлять.
Между нами — прошлое, подстава, ложь…
и ребёнок, о котором он не должен был узнать.
Это история не о красивом возвращении.
Это история о границах.
О вине.
О правде, которая выходит слишком поздно.
И о выборе — любить не через боль.
🔥 Бывшие.
🔥 Тайный ребёнок.
🔥 Мужчина, который учится не ломать.
🔥 Женщина, которая больше не жертва.
Иногда второй шанс — это не «снова вместе», а «по-другому».
Он возненавидел меня — и жил с этой ненавистью три года.
Теперь я вернулась.
К нему.
В его компанию.
С тайной, которая может разрушить нас обоих.
— Ты предала меня.
— Нет. Я выбрала жизнь.
Он — человек власти и контроля.
Я — женщина, которая больше не позволит собой управлять.
Между нами — прошлое, подстава, ложь…
и ребёнок, о котором он не должен был узнать.
Это история не о красивом возвращении.
Это история о границах.
О вине.
О правде, которая выходит слишком поздно.
И о выборе — любить не через боль.
🔥 Бывшие.
🔥 Тайный ребёнок.
🔥 Мужчина, который учится не ломать.
🔥 Женщина, которая больше не жертва.
Иногда второй шанс — это не «снова вместе», а «по-другому».
— Присаживайтесь, Ксения.
— Что, ругать будете? — спросила я, садясь с видом невинной овечки.
— Изначально хотелось, — немного подумав, сказал он. — А вот теперь терзают сомнения, а не выписать ли вам, наоборот, премию.
— А чего они вас терзают? Выписывайте и всё! — засияла я в ответ, ни капли не смущаясь (а чего смущаться когда речь идет о премии!).
Градов продолжал смотреть на меня с пристальным, изучающим вниманием.
— Вы неординарная личность, Ксения Сергеевна.
— Почему вы так решили?
— Потому что вы у нас без году неделя, а в офисе всё кипит и бурлит. От вас.
— Ну уж вы не преувеличивайте, Всеволод Юрьевич.
— Да нет, Ксения Сергеевна, не преувеличиваю. А констатирую факт. — Он сделал паузу, оценивающе глядя на меня, словно на редкий экспонат. — Как вам это удаётся?
— Что удаётся?
— На ровном месте создавать шквалистый ветер, а из легкого бриза — ураган.
— Что, ругать будете? — спросила я, садясь с видом невинной овечки.
— Изначально хотелось, — немного подумав, сказал он. — А вот теперь терзают сомнения, а не выписать ли вам, наоборот, премию.
— А чего они вас терзают? Выписывайте и всё! — засияла я в ответ, ни капли не смущаясь (а чего смущаться когда речь идет о премии!).
Градов продолжал смотреть на меня с пристальным, изучающим вниманием.
— Вы неординарная личность, Ксения Сергеевна.
— Почему вы так решили?
— Потому что вы у нас без году неделя, а в офисе всё кипит и бурлит. От вас.
— Ну уж вы не преувеличивайте, Всеволод Юрьевич.
— Да нет, Ксения Сергеевна, не преувеличиваю. А констатирую факт. — Он сделал паузу, оценивающе глядя на меня, словно на редкий экспонат. — Как вам это удаётся?
— Что удаётся?
— На ровном месте создавать шквалистый ветер, а из легкого бриза — ураган.
– Твоя дура так умеет? – смутно знакомый женский голосок донёсся из нашей спальни.
– Нет... она вообще ничего не умеет. Она и рядом с тобой не стоит, – восторженно шептал... мой муж.
Мои глаза медленно полезли на лоб.
Значит, пока я рвалась с работы домой, лишь бы встретить Новый год с любимым мужем, он был с другой прямо в нашей спальне? Ещё и в такой день!
Он надеялся, что я не узнаю? Думал, что прощу и забуду?
Нет уж, я лучше превращу его жизнь в кошмар наяву.
А потом заживу счастливо – без него и ему назло.
– Нет... она вообще ничего не умеет. Она и рядом с тобой не стоит, – восторженно шептал... мой муж.
Мои глаза медленно полезли на лоб.
Значит, пока я рвалась с работы домой, лишь бы встретить Новый год с любимым мужем, он был с другой прямо в нашей спальне? Ещё и в такой день!
Он надеялся, что я не узнаю? Думал, что прощу и забуду?
Нет уж, я лучше превращу его жизнь в кошмар наяву.
А потом заживу счастливо – без него и ему назло.
Эта свадьба — вынужденная! И наша брачная ночь становится опасной... Демир больше не может сдерживаться! А я заперта в его спальне и не имею права отказаться.
— Тише, не трясись ты так, — шершавая рука напористо давит на бедро, играясь с подолом свадебного платья. Я аж вся извиваюсь, пытаясь избавиться от ненавистного прикосновения.
— Орлов, ты мне противен!
В его ледяных глазах абсолютное безразличие к моим метаниям и страданиям.
— О, неужели? Давай проверим.
Только не это! Мне конец!
— Тише, не трясись ты так, — шершавая рука напористо давит на бедро, играясь с подолом свадебного платья. Я аж вся извиваюсь, пытаясь избавиться от ненавистного прикосновения.
— Орлов, ты мне противен!
В его ледяных глазах абсолютное безразличие к моим метаниям и страданиям.
— О, неужели? Давай проверим.
Только не это! Мне конец!
- Даша, ну почему ты не можешь просто улыбнуться? Мы же на работе! - голос Артёма, обычно такой раскатистый и добрый в образе Деда Мороза, сейчас звенел твёрдой сталью. Он был таким же натянутым, как борода, которая упорно съезжала набок, несмотря на все его попытки поправить её. – Людям на праздник нужна Снегурочка, а не угрюмая бывшая жена!
- Поверь, я улыбаюсь, - прошипела "Снегурочка", выдавливая из себя что-то похожее на вежливую гримасу. - Просто не так широко, как после бутылки газировки. Которая, кстати, полагается мне по договору за «ударный труд». А тебе, Дедушка, не положена. Помнишь? Мы же решили, что ты у нас «трезвый Дед Мороз» на все праздники. В честь нашего расставания...
Подать на развод под новый год, будучи аниматорами, играющими Деда Мороза и Снегурочку - можем, умеем, практикуем. Заявление уже отправлено, но впереди самая горячая пора корпоративов...
- Поверь, я улыбаюсь, - прошипела "Снегурочка", выдавливая из себя что-то похожее на вежливую гримасу. - Просто не так широко, как после бутылки газировки. Которая, кстати, полагается мне по договору за «ударный труд». А тебе, Дедушка, не положена. Помнишь? Мы же решили, что ты у нас «трезвый Дед Мороз» на все праздники. В честь нашего расставания...
Подать на развод под новый год, будучи аниматорами, играющими Деда Мороза и Снегурочку - можем, умеем, практикуем. Заявление уже отправлено, но впереди самая горячая пора корпоративов...
– Мила, прости! – всхлипнула моя племянница Лера. – Он сказал, что вы скоро разойдётесь. Что между вами уже всё кончено!
– Заткнись! – рявкнул Денис. – Мила, она врёт. Она сама на меня набросилась! Ты поверишь какой-то девчонке или собственному мужу?
Я поверила своим глазам.
Внизу под бой курантов встречали Новый год наши гости, а у меня прямо на глазах рушилась счастливая семейная жизнь.
– И что дальше? – спросил муж с вызовом.
– Как будто ты не знаешь. Дальше развод!
18+ за мат!
– Заткнись! – рявкнул Денис. – Мила, она врёт. Она сама на меня набросилась! Ты поверишь какой-то девчонке или собственному мужу?
Я поверила своим глазам.
Внизу под бой курантов встречали Новый год наши гости, а у меня прямо на глазах рушилась счастливая семейная жизнь.
– И что дальше? – спросил муж с вызовом.
– Как будто ты не знаешь. Дальше развод!
18+ за мат!
Познакомившись с парнем своей мечты, Несс наконец-то уверена, что ее желание влюбиться сбудется со дня на день. Ведь он красив, внимателен, щедр и добр. Но что делать, если судьба снова и снова сталкивает ее с наглым и самоуверенным красавчиком, который одним своим присутствием вызывает в ней гнев и... неконтролируемое влечение? А как быть наглому и самоуверенному, если влюбляться в строптивую фурию он не собирается, но и отказываться от желаемого он не привык?
— Валерия Павловна, если я не высплюсь, вы будете работать без выходных до 2030 года.
— Максим Андреевич, вы предлагаете мне спать на коврике?
— Я предлагаю бросить монету. Орел — кровать моя. Решка — ваша.
Кто же знал, что корпоративный выезд обернется катастрофой? Мой босс — тиран и сноб, который считает праздники тратой времени. Я — организатор, у которой всё пошло не по плану. Метель отрезала нас от мира в лесном домике. Свет отключили, за окном воет вьюга, а в камине трещат дрова. Мы одни. И между нами лишь тонкая стена субординации, которая тает быстрее, чем снег на горячей коже. Сможем ли мы вернуться в офис прежними, если эта ночь изменит всё?
— Максим Андреевич, вы предлагаете мне спать на коврике?
— Я предлагаю бросить монету. Орел — кровать моя. Решка — ваша.
Кто же знал, что корпоративный выезд обернется катастрофой? Мой босс — тиран и сноб, который считает праздники тратой времени. Я — организатор, у которой всё пошло не по плану. Метель отрезала нас от мира в лесном домике. Свет отключили, за окном воет вьюга, а в камине трещат дрова. Мы одни. И между нами лишь тонкая стена субординации, которая тает быстрее, чем снег на горячей коже. Сможем ли мы вернуться в офис прежними, если эта ночь изменит всё?
Выберите полку для книги