Читать и слушать книги

- Ааа, вы кто? - запищала я по-английски, увидев перед собой здоровенного полуголого накаченного араба.
- Красавица, разве тебя не Юсеф прислал, чтобы ты скрасила мой вечер? - сказал он шоколадным голосом.
- Вы что чокнулись? Я ищу свой номер!
- Уверена?
- Да!
- Очень жаль, мы могли бы хорошо отдохнуть, - взял он меня за руку.
- Эммм, я… я…, - промямлила я, разглядывая его горячее тело.
- Так может останешься? М? Тебе понравится, обещаю!
Мое тело оцепенело, и я упала прямо в его обнаженные объятия.

- Не реви, ты! – он поднимает разбросанные повсюду вещи. – Толстые тоже в красивом белье ходят? Никогда этого не понимал. Вот, костюмчик спортивный – это хорошо. Весы? Просто, замечательно! Мужика хочешь найти?
- Вам какое дело?! Хам! – поднимаюсь на ноги,и хромаю в сторону такси.
- Стоп, тетенька! А, кто мне ремонт байка оплатит? – идет он за мной следом.
- Какая я тебе тетенька?! – разворачиваюсь и, наконец, вижу лицо байкера.
- Булочка?! Ничего себе! – он подбегает и обнимает меня до хруста.
- Богдан? Ничего себе ты вымахал! – пытаюсь скинуть с себя его руки. Но мужчина, как скала. Не сдвинешь.
- Ты тоже вымахала. Из булочки превратилась в секси-пышку! – слышу второй раз эти слова.
И смотрю на второго демона, кореша Киселева. Богдан Савельев.
- Сегодня в преисподней день открытых дверей?
Богдан снимает шлем. Как же он похорошел! Ёжик светлых волос, квадратная челюсть, легкая щетина, голубые глаза и голливудская улыбка. Фигурой – Шварценеггер, лицом Бред мать его Пит!

Я нарвалась на самоуверенного, наглого механика, который не прочь залезть мне под юбку. А мне-то всего нужна была его помощь, чтобы починить тормоза. Кажется, теперь мы оба без них…

Хватаю из разложенных инструментов первый попавшийся ключ и уверенно шагаю к своей машине мимо него.
Игнат одним ухватом подхватывает за талию и усаживает на капот. Делает шаг и, раздвинув мои ноги, встает вплотную. Короткий легкий сарафан задирается, но он смотрит в глаза.
— Когда сама это плохо! Мужик нужен!
— А г… г… где его взять? — заикаясь от натиска.
— Смотря что хочешь получить от него.
— Я просто хочу, чтобы мне починили тормоза, — трясу губой от жалости самой к себе и горю от его напора.
— Лучше бы ты меня о другом попросила…

Ярослав шёл к ней через толпу, и каждый его шаг заставлял Дину сжимать кисть так, что пальцы побелели. Его взгляд — тёмный, горячий, полный обещаний — пригвоздил её к месту.
«Нет-нет-нет, — билось в её голове, он же не посмеет…»
Скажите это Ярославу, боевому офицеру в отставке. Если ему надо — он посмеет. А ему было очень надо.
Дина резко развернулась, готовая сбежать, но Яр был быстрее. Его рука обхватила её запястье, пальцы сомкнулись плотно, но не больно — так, чтобы она поняла: вырваться не получится.
— Хочу портрет заказать, — громко объявил он, обращаясь к толпе, и сельчане заулыбались: ну конечно, Ярослав Ильич — человек серьёзный, ему и правда нужен портрет!
А ей, нагнувшись так, что губы коснулись её уха, прошептал:
— Пошли, взрослая. Продолжим, на чём остановились...

Просыпаюсь, голова раскалывается, зачем я вчера повелась на уговоры девчонок и выпила.
Рядом кто-то похрапывает.
Во девахи мои дают, храпят как рота солдат.
И вдруг меня по-хозяйски притягивает к себе чья-то огромная ручища.
Открываю глаза, я в спальне, в которую меня отправили девчонки, но не одна и не с девчонками.
Рядом, мирно как ангелочки, спят два огромных, накачанных мужика, одинаковых как отражение в зеркале.
Так это был не сон!
Я даже краснею от ворвавшихся в мою затуманенную память воспоминаний.
Так, Верочка, бери свою аппетитную попочку, которая опять вляпалась в приключения, и беги пока эти красавцы не проснулись.
Пытаюсь выползти из-под руки гиганта, он начинает шевелиться, я замираю.
Мужик переворачивается на спину, и я тихонечко сползаю с постели.
Оборачиваюсь и замираю.

Она больше не верит в отношения. После болезненного прошлого у неё есть два правила: никаких привязанностей и никаких обещаний. Но одна случайная встреча с дерзким, настойчивым рушит все её принципы.
Он привык получать то, что хочет, и отступать не собирается. Она — убегает при первой же возможности. Он — преследует. Их страсть — как игра с огнём: обжигает, но остановиться невозможно.
Но что будет, если за сексом без обязательств последуют чувства? Ведь по их договорённости — любить запрещено.

— Ты что, во мне мальчика на побегушках увидела? — сквозь зубы спросил Дима, перекрывая ей путь к выходу.
Милана резко обернулась, и в её глазах мелькнуло что-то неуловимое — то ли страх, то ли вызов.
— Я не обязана перед тобой отчитываться.
— Ошибаешься, — он шагнул ближе, и его голос стал опасным. — Ты мне должна. И не только за сегодняшний побег.

💔(Не)Мой (Не)Моя💔
— Ты уроки сделала? — привычно зашла и принялась собирать с пола разбросанные шмотки, фантики от конфет, тетради, вываленные из рюкзака. Из одного кармана кофты вывалилась парилка, популярная сейчас у подростков.
— Николь?! — я ошарашенно повернулась к ней. Двенадцать дет! Двенадцать! — Это что вообще?!
Николь изменилась в лице и тут же завершила разговор с подружками.
— Не твое дело! — огрызнулась. — Ты мне не мать и не надо шариться по моим вещам! — выхватила из моих рук вейп. Эта маленькая поганка буквально кидалась на меня! Это с каких пор стало допустимо? Ни я, ни Мирослав так ее не воспитывали!
— Твой отец приедет, и мы поговорим обо всем, что произошло в этой комнате, — строго произнесла я.
— Скоро ты не будешь распоряжаться здесь, — неожиданно выдала и, схватив телефон, ткнула в лицо коротким видео. Мир и Лика, мой муж и его бывшая жена, пили вино, потом она поцеловала его. Долго. Мучительно долго. Он не оттолкнул...

— Я не виновата! — всхлипываю, когда мужчина идет на меня. — Я не хотела! Правда, - губы дрожат от холода и его яростного взгляда. — Меня заставили, вынудили… — глаза наполняются слезами. — Я все вам расскажу, только отпустите! – умоляю мужчину.
— Конечно, расскажешь. Но останешься здесь со мной. Теперь ты будешь играть по моим правилам. И делать все, что я скажу.
— Я… я… — всхлипываю, не в силах выдать и слова.
— А выбора у тебя нет, я не прощаю тех, кто сначала залезает мне в душу под маской невинной овцы, а потом предаёт, — произносит словно приговор. Это и есть мой приговор. Так происходит, когда играешь в запретные игры с хищниками сильнее тебя.
Властный герой
Невинная героиня
Разница в возрасте (мужчина старше на 22 года)
Принуждение
Разница в социальных статусах. ХЭ!

Звонок в дверь. На пороге стоит он. Ещё вчера любимый, а сегодня уже бывший.
— Давай поговорим, — умоляюще просит он, сделав грустное лицо.
Перед глазами проносятся картинки того ужаса, что разбил мне сердце.
Я снова кидаю взгляд на этого человека, в миг ставшего мне чужим. А потом резким движением руки закрываю дверь перед его носом.
— Говорить больше не о чем, — тихо шепчу я за закрытой дверью. Поворачиваюсь и медленно бреду вглубь квартиры. Вслед мне доносятся стуки в дверь и призывы «открой».
Не могу. Мое сердце уже закрыто. И закрыл его ты.

- Катя, если я сейчас совершу глупость, ты меня остановишь?
Его губы почти касаются моих.
Чувствую, как все внутри плавится.
- Скажи «нет», если не хочешь, - шепчет он, и в его голосе столько желания, что у меня перехватывает дыхание.
Язык не слушается. Понимаю, что это неправильно. Что так нельзя. В любой момент вернется Игорь, а мы тут с Тимуром на балконе и его губы опасно близко от моих