Читать и слушать книги
— Арсений Владимирович… — я подхожу почти вплотную. В груди всё сжимается, но я заставляю себя спросить: — Неужели ни одна женщина за все эти годы не смогла хотя бы на миг заставить вас забыть о ней?
Он замирает. Взгляд, обычно непроницаемый, темнеет.
— Забыть? — его голос звучит глухо, почти угрожающе. — Ольга — часть меня. Её никто не заменит. Никогда.
— Даже я? — мой голос пропитан болью и безумной надеждой.
— Катя… — он на мгновение закрывает глаза, борясь с собой, а затем резко выпрямляется, снова надевая маску безразличия. — Екатерина!
— Да, Екатерина, — я не отступаю. — Уже давно. И вы это знали, дядя Сеня. Всегда знали.
Я — женщина, которая видит борьбу в его глазах каждый раз, когда мы остаёмся наедине. Наша связь — это предательство моего отца. Наше притяжение — это грех. Но что сильнее: клятва, данная мёртвым, или страсть, вспыхнувшая между живыми?
Он замирает. Взгляд, обычно непроницаемый, темнеет.
— Забыть? — его голос звучит глухо, почти угрожающе. — Ольга — часть меня. Её никто не заменит. Никогда.
— Даже я? — мой голос пропитан болью и безумной надеждой.
— Катя… — он на мгновение закрывает глаза, борясь с собой, а затем резко выпрямляется, снова надевая маску безразличия. — Екатерина!
— Да, Екатерина, — я не отступаю. — Уже давно. И вы это знали, дядя Сеня. Всегда знали.
Я — женщина, которая видит борьбу в его глазах каждый раз, когда мы остаёмся наедине. Наша связь — это предательство моего отца. Наше притяжение — это грех. Но что сильнее: клятва, данная мёртвым, или страсть, вспыхнувшая между живыми?
В школе он превращал мою жизнь в ад. Золотой мальчик, самовлюбленный мажор. Он методично и с удовольствием травил «Чучело в очках», даже не утруждая себя тем, чтобы запомнить мое имя.
И вот момент истины настал. Теперь он — мой босс, а я — его новая секретарша. Он не узнал меня.
И хорошо.
Я заставлю босса влюбиться в меня до безумия. А когда он встанет передо мной на колени, умоляя о взаимности… я с улыбкой напомню ему про «Чучело в очках»!
И вот момент истины настал. Теперь он — мой босс, а я — его новая секретарша. Он не узнал меня.
И хорошо.
Я заставлю босса влюбиться в меня до безумия. А когда он встанет передо мной на колени, умоляя о взаимности… я с улыбкой напомню ему про «Чучело в очках»!
Она принесла ему кофе, а он забрал её сердце.
Она подарила ему ночь, а он подарил ей одиночество.
Она скрыла от него ребенка, а он не позволил ей разрушить его мир и сделал так, что бы она приняла правила его игры.
Она подарила ему ночь, а он подарил ей одиночество.
Она скрыла от него ребенка, а он не позволил ей разрушить его мир и сделал так, что бы она приняла правила его игры.
После окончания трёхлетних отношений я решила начать все с чистого листа. Стать более раскрепощенной, сексуальной и желанной. Зарегистрировавшись на пикантном сайте знакомств я и не могла представить, чем закончится первое сообщение. А если быть точнее, сколько оно принесет удовольствия, новых впечатлений и... любви?
— Я предлагаю сделку, — продолжает он, отодвигая от стола и делая несколько шагов ко мне. Он останавливается так близко, что я чувствую исходящее от него тепло. — Месяц. Тридцать дней и ночей. Не как пленница и тюремщик. Не как собственник и вещь. Как мужчина и женщина. Настоящие, страстные, без условий и предыдущих правил отношения.
— Я свободна уйти? — спрашиваю я, и мой голос звучит чужим.
— В любой момент, — кивает он. — Ты чиста передо мной и перед собой. Но если ты останешься... то знай. Я буду добиваться тебя так, как не делал ни с кем. Не покупать. Не приказывать. Соблазнять. Ты будешь моей не по контракту, а потому что сама этого захочешь. До потери пульса. До безумия.
— Начинай добиваться, — говорю я тихо, и впервые смотрю на него не как пленница, а как женщина, принявшая вызов.
— Я свободна уйти? — спрашиваю я, и мой голос звучит чужим.
— В любой момент, — кивает он. — Ты чиста передо мной и перед собой. Но если ты останешься... то знай. Я буду добиваться тебя так, как не делал ни с кем. Не покупать. Не приказывать. Соблазнять. Ты будешь моей не по контракту, а потому что сама этого захочешь. До потери пульса. До безумия.
— Начинай добиваться, — говорю я тихо, и впервые смотрю на него не как пленница, а как женщина, принявшая вызов.
Он выглядел немного растерянным, но, похоже, совершенно не сожалел о содеянном.
– Я не слежу за тобой, дорогой. Я пришла, чтобы арендовать номер на нашу годовщину, как делаю это каждый год. Но мне сказали, что ты готовишь для меня сюрприз. Он удался! Браво, Гена!
– Ну раз ты всё знаешь, даже лучше. Завтра же я пришлю к тебе своего адвоката, и ты подпишешь документы на развод. Все активы ты передашь моему отцу. А сейчас выйди из номера и не мешай нам.
– Ну уж нет, дорогой, мы, конечно, разведёмся, но правила диктую я! Не надейся, что твой план сработает, ты получишь по заслугам.
– О чём ты говоришь, посмотри на себя, стоишь тут и думаешь, что я не смогу тебя уничтожить. Мне наплевать на твои чувства!
– И что ты мне сделаешь?
Я ждала, когда он разозлится и скажет на камеру всё, что думает. Для суда это будет не лишним доказательством.
– Я не слежу за тобой, дорогой. Я пришла, чтобы арендовать номер на нашу годовщину, как делаю это каждый год. Но мне сказали, что ты готовишь для меня сюрприз. Он удался! Браво, Гена!
– Ну раз ты всё знаешь, даже лучше. Завтра же я пришлю к тебе своего адвоката, и ты подпишешь документы на развод. Все активы ты передашь моему отцу. А сейчас выйди из номера и не мешай нам.
– Ну уж нет, дорогой, мы, конечно, разведёмся, но правила диктую я! Не надейся, что твой план сработает, ты получишь по заслугам.
– О чём ты говоришь, посмотри на себя, стоишь тут и думаешь, что я не смогу тебя уничтожить. Мне наплевать на твои чувства!
– И что ты мне сделаешь?
Я ждала, когда он разозлится и скажет на камеру всё, что думает. Для суда это будет не лишним доказательством.
Ростислав Смолов – майор полиции, работая под прикрытием, оказался в ночном клубе Дьяволица.
Рената – хореограф молодежной танцевальной студии. И чтобы спасти брата от долгов, согласилась на откровенный танец в ночном клубе, но понятия не имела чем обернется её попытка подработать.
***
- Что ты тут делаешь? – испуганно шепчет и мечется взглядом по залу – возвращается обратно.
Я не удерживаюсь от шутки и на полном серьезе, отвечаю:
- Как что, арестовывать тебя пришел.
- Арестовывать?! За что? – выдавливает из себя и учащенно дышит.
Мне хочется заржать от ее неподдельной реакции, но я перебарываю смех и нахмурив брови, предельно четко говорю:
- За разврат, – мой взгляд ползет с ее лица на глубокий вырез в корсете, неодобрительно цокаю и опускаю ниже – на подол, открывающий коленки. – Вот это разве не разврат? – максимально неодобрительно кривлюсь.
Рената – хореограф молодежной танцевальной студии. И чтобы спасти брата от долгов, согласилась на откровенный танец в ночном клубе, но понятия не имела чем обернется её попытка подработать.
***
- Что ты тут делаешь? – испуганно шепчет и мечется взглядом по залу – возвращается обратно.
Я не удерживаюсь от шутки и на полном серьезе, отвечаю:
- Как что, арестовывать тебя пришел.
- Арестовывать?! За что? – выдавливает из себя и учащенно дышит.
Мне хочется заржать от ее неподдельной реакции, но я перебарываю смех и нахмурив брови, предельно четко говорю:
- За разврат, – мой взгляд ползет с ее лица на глубокий вырез в корсете, неодобрительно цокаю и опускаю ниже – на подол, открывающий коленки. – Вот это разве не разврат? – максимально неодобрительно кривлюсь.
Я кидалась яйцами, он орал на меня, полиция забирала нас в разных направлениях. Всё просто: я ненавижу его позолоченный мирок, а он презирает таких, как я.
Но оказалось, что моя мама и его папаша собрались создать «идеальную семью». Теперь мы с ним — «брат и сестра». Нас заперли в одном доме, чтобы мы «научились уважать друг друга».
— То, что было ночью, было на пьяную голову, и на общую истерику. Так что... так что давай сделаем вид, что ничего не было. Идет?
Но оказалось, что моя мама и его папаша собрались создать «идеальную семью». Теперь мы с ним — «брат и сестра». Нас заперли в одном доме, чтобы мы «научились уважать друг друга».
— То, что было ночью, было на пьяную голову, и на общую истерику. Так что... так что давай сделаем вид, что ничего не было. Идет?
- Зачем ты пришёл сюда? — скрестив руки на груди, смотрю на нового босса воинственным взглядом.
- Зачем пришёл?— изогнув бровь, ухмыляется Сантьяго и окидывает меня горящим взглядом с ног до головы. - Просто не смог сдержаться, когда увидел свою Золушку. И решил вернуть, - указывает взглядом на мой стол, где стоят красные туфли, которые я оставила в его машине. - Ты почему босиком ушла?— спрашивает с чертовым акцентом в голосе, который запускает табун мурашек по моему телу.
- Не босиком, — фыркаю, глядя на него. - Позаимствовала твои тапочки.
- Дурная?- Сантьяго напирает на меня, а я, отступив, упираюсь пятой точкой в подоконник. - На улице холодно.
- Послушай, то, что было ночью...— запинаюсь, когда он сокращает последние сантиметры между нами и встаёт вплотную ко мне.
- То, что было прошлой ночью, было безумно прекрасно, — перебивает меня. - И у нас было бы не менее чудесное утро, если б ты не сбежала, Катя. Но я везунчик и теперь, ты точно не сбежишь, милашка...
- Зачем пришёл?— изогнув бровь, ухмыляется Сантьяго и окидывает меня горящим взглядом с ног до головы. - Просто не смог сдержаться, когда увидел свою Золушку. И решил вернуть, - указывает взглядом на мой стол, где стоят красные туфли, которые я оставила в его машине. - Ты почему босиком ушла?— спрашивает с чертовым акцентом в голосе, который запускает табун мурашек по моему телу.
- Не босиком, — фыркаю, глядя на него. - Позаимствовала твои тапочки.
- Дурная?- Сантьяго напирает на меня, а я, отступив, упираюсь пятой точкой в подоконник. - На улице холодно.
- Послушай, то, что было ночью...— запинаюсь, когда он сокращает последние сантиметры между нами и встаёт вплотную ко мне.
- То, что было прошлой ночью, было безумно прекрасно, — перебивает меня. - И у нас было бы не менее чудесное утро, если б ты не сбежала, Катя. Но я везунчик и теперь, ты точно не сбежишь, милашка...
Парень бросил меня в международный женский день, не желая тратиться лишний раз. Будучи одинокой, особенно обидно ощущать свою финансовую никчёмность. Поэтому, когда мне предлагают поучаствовать в авантюре, способной закрыть мой кредит, я ныряю в неё с головой.
Но я совсем не ожидаю, что вечно холодный босс, чьё бельё мне предстоит сфотографировать для выполнения задания, окажется на самом деле страстным мужчиной, от которого мне будет чрезвычайно сложно сбежать.
Но я совсем не ожидаю, что вечно холодный босс, чьё бельё мне предстоит сфотографировать для выполнения задания, окажется на самом деле страстным мужчиной, от которого мне будет чрезвычайно сложно сбежать.
Выберите полку для книги