Читать и слушать книги

— Не просто. — Он сделал шаг ближе, и Алёна почувствовала запах его парфюма — пряный, мужской, возбуждающий. — Твой муж не ценит, что имеет. А я... я не могу просто смотреть.
Его рука коснулась её плеча, пальцы легли на обнажённую кожу, и Алёна замерла. Это было не нежно — это было требовательно, с лёгким нажимом, как будто он заявлял права.
— Подожди, мы не должны... — начала она, но он уже прижал её к стене.

— Ну, здравствуй, Воробушек.
Звук этого голоса я узнала бы из тысячи! Осознание, кому он принадлежит, заставило тело окаменеть.
Не дыша, я откинула голову назад в надежде сбросить густую прядь с лица и посмотреть на настигший меня кошмар.
Пусть это будет галлюцинация! Плод моего больного воображения!
— Рома?!
— Попалась, Птичка!

Она думала, что сбежала от болезненного прошлого, но он развеял её иллюзии в пыль.
Он жаждал наказать ту, которая оставила после себя дыру в сердце, но всё пошло не по плану...

Мир компании «Картон и Бумага» был серым, предсказуемым и абсолютно безвоздушным — пока в нём не появилась Лера. Её энергия била через край, раздражая закостенелых коллег и вызывая скепсис у начальника Игоря. Для него, уставшего семьянина, она была лишь шумной проблемой. Но когда девушку начинают травить, и она совершает роковую ошибку в годовом отчёте, Игорю приходится остаться после увольнения Леры, чтобы всё исправить.

Он не ожидал, что она вернётся — за забытой вещью и с полным возмущения монологом о «змеином коллективе». Их ссора вспыхивает ярко, обнажая накопившуюся усталость. Но в пылу выяснений они обнаруживают общую ошибку, которая меняет всё. Оставшись вдвоём в опустевшем офисе, они вместе ищут решение. Вече сменяется ночью, напряжение — странной близостью, а яростные слова — жаркими взглядами. В этой ночной тишине, может случиться только одно — вспыхнет то, что они старательно отрицали в себе. История о том, как те, с кем мы ругаемся, на самом деле нас чем-то притягивают.

Они ненавидели друг друга с первого взгляда.

Алиса Соколова — блестящий и язвительный арт-критик. Марк Вольнов — циничный миллиардер, для которого искусство лишь выгодная инвестиция. Их встреча на светском рауте обернулась словесной дуэлью. Но судьба распорядилась иначе.

Лифт в небоскрёбе внезапно останавливается. Тёмное, тесное пространство, где слышно только дыхание. Вынужденная близость, в которой нет места маскам. Одно неловкое движение, один взгляд — и тонкая грань между ненавистью и неудержимым влечением стирается навсегда.

Что останется, когда двери снова откроются? Только злость... или нечто большее, ради чего стоит забыть все правила?

Страстная, откровенная история для тех, кто верит, что самая яркая искра рождается в кромешной тьме.

✨✨✨✨✨✨

📌В тексте: НЕЦЕНЗУРНАЯ БРАНЬ!

📚📚📚
Чудная. Она словно создана, чтобы меня бесить, но мне прям по кайфу.
Наоборот умиляюсь её реакциям — то, как она злится, как гармошкой собирается лобик, когда в голове явно желание меня ударить.
И я ловлю себя на мысли: несмотря на всякую фигню с ней чертовски офигенно.
Только есть одно "НО"...

Пять лет назад он предложил мне выйти за него замуж. Пожениться в двадцать! Я боялась себя, боялась его чувств, боялась наших отношений. Мне не у кого было просить совета, и я сбежала.
Теперь Данияр Осадчий женат и у него есть ребенок. Теперь я знаю, что значит дыра в груди...

Вторая книга. ХЭ!

Я не думала, что моя кондитерская станет причиной такого поворота в жизни.
Эльдар Разумовский — богатый бизнесмен с хищной улыбкой, который пришел ко мне с намерением купить помещение под свой очередной ресторан.
Да, я девушка с пышными формами, любовью к тортам и слабостью к красивым мужчинам. Но я не продажная.
Вот только, когда он вошел в мою кондитерскую, все пошло не так. Он хотел купить ее, а вместо этого… захотел меня.
Мой отказ перерос в его флирт. Флирт — в страстную ночь, которую я не забуду никогда. А потом еще в одну. И еще.
Он уверенный в себе, дерзкий, с телом, которое хочется разглядывать часами. Я думала, что смогу держать себя в руках.
Не смогла.

Дверь в кондитерскую распахнулась.
— Анфис, ты не поверишь, что... Ой!
На пороге статуей замер Леша, мой помощник и друг. Его глаза округлились.
— Это не то, что ты подумал! — воскликнула я, резко отпрянув от горячего мужчины.
Фартук все-таки не выдержал и с треском разорвался до конца.

— Последний шанс, — говорит он. — Если ты хочешь уйти — иди. Дверь открыта.
Я зажмуриваюсь. Делаю глубокий вдох и открываю глаза.
Он всё так же близко. Ждёт.
Я едва заметно качаю головой.
Нет. Не хочу уходить.
Тогда он наклоняется ещё ближе. Его губы почти касаются моей щеки.
— Тогда скажи мне… ты готова к своей идеальной ночи, малышка?
Он смотрит на мои губы. И я понимаю, что всё начинается прямо сейчас.
***
Я решилась на немыслимое — лишиться невинности с незнакомцем, потому что устала бояться страшилок, которыми меня всю жизнь пичкала мать.
Мне помогли, я получила, что хотела. Маски, никаких имён. Но он пожелал увидеться снова. Сначала мне казалось это страшной, но привлекательной идеей, пока я не узнала, кто он на самом деле и какие хранит тайны…

— Алло, — знакомый женский голос протяжно и чуть издевательски отвечает.
— Алина? Где Матвей!? Почему ты берёшь его телефон?
Раздаётся весёлый заливистый смех. Какого чёрта двоюродная сестра делает у нас дома?
— Он в душе.
— Что? Почему? – мой голос бледный, напряжённый.
Я уже всё понимаю, но продолжаю задавать никому не нужные вопросы.
____________________
Хотела развеяться после измены парня, но встретила их. Эти мужчины сводят с ума. Заставляют нарушать запреты. Умом понимаю – лучше одной, но всё равно снова и снова впускаю их в свою жизнь.
Они оба от меня без ума, но получится ли у нас построить что-то большее?

«Она вытащила его из тьмы. Он показал ей, как дышать.»


Мне всего восемнадцать. И за мою короткую жизнь меня уже несколько раз продавали.
Первый раз – это была моя родная мать.Потом меня продал тот, кого я изначально считала своим благодетелем.
И вот теперь меня купил бесчувственный самовлюблённый мерзавец. Купил для своего сыночка.
***
Он думал, что купил игрушку.
Но в ту ночь, когда он впервые коснулся её кожи, оба поняли:
никто никого не покупал.
Она — не товар. Он — не хозяин.
.
Сломай меня, если сможешь.
Но сначала спроси себя: а ты готов быть сломанным мной?