Читать и слушать книги

Когда-то давно я была счастлива. Каждый день. Мы гуляли ночи на пролет. Пока я все сама и не испортила ... встречу ли я его в своей жизни ещё раз или наши пути разошлись на всегда ?!
Прошло уже много лет а в моей памяти не осталось прошлого ...
Или ....
. . . . . . . . . . Пролог
Эта история - не более чем плод воображения автора, свободный полёт фантазии, не претендующий на достоверность и историческую точность.
Все события, персонажи и диалоги вымышлены, любые совпадения c реальными людьми или событиями случайны и непреднамеренны.
Позвольте напомнить, что художественная литература существует для того, чтобы развлекать и удивлять, а не поучать или информировать. Автор не несёт ответственности за возможные интерпретации или выводы, которые могут возникнуть у читателя при прочтении данного произведения.
Добро пожаловать в мир, где реальность переплетается с фантазией, а правда теряется в лабиринте вымысла.

«Ты боишься не смерти, Нора. Ты боишься совершить ошибку. Ты боишься меня».
Нора знает правила выживания в элитном закрытом клубе «Порок»: смотреть в пол, улыбаться уголками губ и никогда, слышишь, никогда не смотреть в глаза владельцу.
Винсент Блэквуд — мажор в третьем поколении, циник и хищник, которому смертельно скучно. Он привык, что ему отдают всё без слов.
Но одна ошибка меняет всё.
Один неверный шаг — и Нора оказывается не в том месте, став свидетельницей того, что видит лишь мертвец.
Он не убивает её. Винсент предлагает сделку: её молчание в обмен на подчинение. Но это не просто сделка. Это жестокая психологическая игра, где он устанавливает правила, а она должна играть по ним, чтобы не сойти с ума.
Он будет ломать её. Проверять на прочность. Заставлять дрожать от одного своего взгляда.
Но Винсент не знает одного: даже у самой покорной игрушки есть свой предел. И когда Нора перестанет бояться, он поймет, что в этой игре у него нет ни единого шанса на победу.

Залина вынуждена временно жить в семье Астаховых. Её цель — тихая учёба и скорейший переезд. Но у судьбы свои планы: сын хозяина дома, Арсений, превращает каждый её день в испытание на прочность.

Их противостояние искрит яростью и ядовитыми подколами. Однако под крышей одного дома таить ненависть становится всё сложнее, а ревность вспыхивает от одной искры. От войны до всепоглощающей страсти — всего один шаг. Но готов ли мажор отказаться от своей свободы ради той, что перевернула его мир?

Я совершила две ошибки: согласилась поехать на выходные с семьёй жениха и оставила планшет с самыми тайными желаниями на виду у всех.
Теперь мужчина, которого я должна была избегать, знает обо мне всё и он не собирается отступать. Он старше, он властен, и он отец моего жениха.
Но настоящая интрига в том, что мои фантазии оказались лишь началом, а самый опасный секрет не тот, что я написала, а тот, что я наконец перестала бояться хотеть большего.

🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!

Я больше не прячу ни планшет с тайными желаниями, ни саму себя. Рядом со мной трое мужчин, каждый из которых когда-то казался невозможным выбором: один — моя опора, второй — мой соблазн, третий — моя истина.
Я научилась произносить свои желания вслух и теперь осталось ответить себе самой на вопрос: чего я хочу на самом деле.
Нас теперь четверо, и главная интрига не в том, выдержу ли я их силу, а в том, смогут ли они услышать мой голос сквозь собственную ревность.

🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!

Её отправляют в горы — формально на лето к дальнему родственнику, по факту — продать в жёны человеку, которого она никогда не видела. Он живёт один в укреплённом доме на перевале, не спускается в город, не разговаривает с людьми. В деревне его называют «зверем». Она приезжает и обнаруживает не чудовище, а мужчину, который сломался после войны и запер себя в добровольной клетке. Она не боится его молчания — и именно это ломает его стену быстрее, чем любые слова. Но у него есть брат, который приходит с проверки и который смотрит на неё так, что у неё перехватывает дыхание.
Она приехала как пленница. Осталась как единственная, кто смог приручить зверя. А потом пришёл его брат...

Она стояла прямо, словно по струнке. Тёмные волосы были собраны в строгий пучок. На ней было простое, но безупречно сидящее чёрное платье-футляр и белый передник с кружевной отделкой — униформа, которую я потребовал от агентства. Её глаза, тёмные, почти чёрные, смотрели на меня с вызовом, который она тщетно пыталась скрыть за профессиональной вежливостью.
— Добрый вечер, Александр Ильич, — её голос был ровным, но я уловил едва заметную дрожь. Она чувствовала мою ауру. Мои сабмиссивы всегда чувствовали.
— Добрый вечер, Елизавета. Проходите.
Она переступила порог, и я закрыл дверь. Щелчок замка прозвучал в тишине пентхауса как выстрел.
— Вы знаете, какие правила я устанавливаю в этом доме? — спросил я, не предлагая ей сесть.
— Я ознакомилась с контрактом, — ответила она, опустив глаза на мой галстук. Хороший знак. Прямой зрительный контакт с Доминантом на первой встрече — это привилегия, которую нужно заслужить. — Поддержание идеального порядка, полная конфиденциальность, немедленно

Двое друзей-архитекторов участвуют в одном тендере, и ставки неожиданно становятся личными: победитель получает не только контракт, но и право быть с ней. Она об этом не знает, а они делают вид, что это просто работа. От лица амбициозного героя: для него это очередной трофей, пока он не замечает, как она смотрит на его друга — с тем доверием, которого у неё к нему нет. Теперь тендер — это не про деньги, а про то, сможет ли он выиграть не только проект, но и её взгляд.

Вероника устраивается личным ассистентом к владельцу IT-корпорации Владиславу — социопату и перфекционисту, увольняющему людей за опечатки в письмах. В контракте мелким шрифтом прописан пункт о «личном сопровождении», который включает в себя его специфические методы снятия стресса после провалов сделок. Когда корпорация оказывается на грани поглощения рейдерами, именно их тайные игры во власть и подчинение становятся главным оружием против совета директоров.

Семнадцать лет разницы… Человек, который сейчас дышит мне в шею, в те времена, наверное, собирал покемонов. Его ладонь на мне – никакая не романтика, а грубая арифметическая ошибка.