Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
- Вы в больнице находитесь, а не в тире, - по палате от него пячусь, - по нашим правилам оружие запрещено.
- А по моим правилам никому нельзя трогать мои вещи, - он надвигается мускулистой, татуированной горой, - ты без спроса взяла мою пушку, - вздрогнула, когда холодный ствол коснулся ноги, тонкого капрона. Мужчина повел пистолетом вверх, под халат, запуская по коже мурашки. К моему лицу наклонился и выдохнул: - и я имею право так же. Без спроса. Взять тебя.
Этой ночью к нам в клинику привезли раненого - бандитского авторитета по кличке Дикий.
Только этот мужчина не хочет лечиться, соблюдать правила и приличия...
- Я просто хочу тебя, - за белый халат он притянул меня к себе. - И я получу, медсестричка.
- А по моим правилам никому нельзя трогать мои вещи, - он надвигается мускулистой, татуированной горой, - ты без спроса взяла мою пушку, - вздрогнула, когда холодный ствол коснулся ноги, тонкого капрона. Мужчина повел пистолетом вверх, под халат, запуская по коже мурашки. К моему лицу наклонился и выдохнул: - и я имею право так же. Без спроса. Взять тебя.
Этой ночью к нам в клинику привезли раненого - бандитского авторитета по кличке Дикий.
Только этот мужчина не хочет лечиться, соблюдать правила и приличия...
- Я просто хочу тебя, - за белый халат он притянул меня к себе. - И я получу, медсестричка.
- Почему я здесь? - спрашиваю, испуганно оглядываясь по сторонам.
- Потому что я купил тебя, цветочек, - ухмыляется шейх, медленно приближаясь ко мне. - Теперь твой дом здесь.
- Но это незаконно! Я гражданка другой страны, и вы не имеете права…
- Закон здесь я, - жестко обрывает меня мужчина, оказываясь слишком близко. Его пальцы скользят по моему лицу вынуждая смотреть в черные словно ночь глаза. - Забудь о прошлой жизни. Теперь ты - моя наложница. И только от меня зависит, как долго проживете ты и твой брат.
Я приехала на гастроли с танцевальной труппой, но мой брат оказывается в тюрьме. А меня похищают для аукциона, где богатейшие мужчины Востока покупают себе наложниц. Вот только мой новый хозяин оказывается не просто бизнесменом, а правителем страны.
- Потому что я купил тебя, цветочек, - ухмыляется шейх, медленно приближаясь ко мне. - Теперь твой дом здесь.
- Но это незаконно! Я гражданка другой страны, и вы не имеете права…
- Закон здесь я, - жестко обрывает меня мужчина, оказываясь слишком близко. Его пальцы скользят по моему лицу вынуждая смотреть в черные словно ночь глаза. - Забудь о прошлой жизни. Теперь ты - моя наложница. И только от меня зависит, как долго проживете ты и твой брат.
Я приехала на гастроли с танцевальной труппой, но мой брат оказывается в тюрьме. А меня похищают для аукциона, где богатейшие мужчины Востока покупают себе наложниц. Вот только мой новый хозяин оказывается не просто бизнесменом, а правителем страны.
— Вы меня не узнаете? — растерянно шепчет красавица.
— Нет, — грублю. — Вы меня плохо слышите? Посторонним вход воспрещён. Покиньте помещение! Повторяю в третий и последний раз.
Вот зачем я быкую? Сам не знаю. Наверное, потому что она мне понравилась, я из пекла ее на руках вынес, сердце завел, а она с каким-то козлом богатым встречается.
— Я, вообще-то, вам спасибо пришла сказать! Не завидую вашей жене. С таким характером как у вас — это ей надо медаль выдать, а не вам!
Ну не дурак ли? Просто я уже одну такую однажды спас, даже жить к себе пустил. А в благодарность она беременность от другого скрыла. С меня хватит! Лучше одному!
— Зато у нас все по любви! — вру, нет у меня никого. — А вот вы, дамочка, со своим дятлом ради денег спите.
— Как можно быть героем и полудурком одновременно? Еще раз спасибо. Надеюсь, что мы больше никогда не встретимся.
Уходит. Смотрю ей вслед. И даже представить не могу, что это далеко не последняя наша встреча.
— Нет, — грублю. — Вы меня плохо слышите? Посторонним вход воспрещён. Покиньте помещение! Повторяю в третий и последний раз.
Вот зачем я быкую? Сам не знаю. Наверное, потому что она мне понравилась, я из пекла ее на руках вынес, сердце завел, а она с каким-то козлом богатым встречается.
— Я, вообще-то, вам спасибо пришла сказать! Не завидую вашей жене. С таким характером как у вас — это ей надо медаль выдать, а не вам!
Ну не дурак ли? Просто я уже одну такую однажды спас, даже жить к себе пустил. А в благодарность она беременность от другого скрыла. С меня хватит! Лучше одному!
— Зато у нас все по любви! — вру, нет у меня никого. — А вот вы, дамочка, со своим дятлом ради денег спите.
— Как можно быть героем и полудурком одновременно? Еще раз спасибо. Надеюсь, что мы больше никогда не встретимся.
Уходит. Смотрю ей вслед. И даже представить не могу, что это далеко не последняя наша встреча.
— Я люблю Вас. Хочу быть Вашей женой.
— Какой, к черту, женой? Иди уроки учи.
Ей пятнадцать.
Худая. Царапины. Облупленный лак. Отчаянная смелость.
Ему тридцать.
Он безжалостно оттолкнул ее.
Она крикнула вслед, что дождется.
Он хмыкнул. Думал — детская блажь. Вырастет и забудет.
Ошибся.
Спустя пять лет, она вернулась.
Взрослая. Сногсшибательная. Опасная.
Больше не девочка, которую можно прогнать. Теперь она — его личная катастрофа.
Запретная страсть. Сорванные тормоза.
Детская влюбленность, обернувшаяся пожаром.
Сможет ли он устоять?
Или сломается под напором той, кого когда то оттолкнул?
— Какой, к черту, женой? Иди уроки учи.
Ей пятнадцать.
Худая. Царапины. Облупленный лак. Отчаянная смелость.
Ему тридцать.
Он безжалостно оттолкнул ее.
Она крикнула вслед, что дождется.
Он хмыкнул. Думал — детская блажь. Вырастет и забудет.
Ошибся.
Спустя пять лет, она вернулась.
Взрослая. Сногсшибательная. Опасная.
Больше не девочка, которую можно прогнать. Теперь она — его личная катастрофа.
Запретная страсть. Сорванные тормоза.
Детская влюбленность, обернувшаяся пожаром.
Сможет ли он устоять?
Или сломается под напором той, кого когда то оттолкнул?
— Ты готов на всё ради этого грёбанного диплома, Барцев?
— Наташа. Ты же знаешь. Моё будущее... — он отвёл глаза.
— Конечно, важнее какого-то "синего чулка"! — я бросила в него пакет с его одеждой. — Ты забыл у меня. И отвечая на прошлый вопрос, нет, никаких "нас"! "Чулки" с мажорами не встречаются!
Я спряталась от всех в образе скучного преподавателя. Но даже так меня заметили и почти сломали. И лишь один студент, тот самый мажор, который пропустил целый семестр вместе с сессией, спас меня и проник не только в мою квартиру, но и в сердце. Но позволит ли разница в возрасте и наши статусы нам быть вместе?
— Наташа. Ты же знаешь. Моё будущее... — он отвёл глаза.
— Конечно, важнее какого-то "синего чулка"! — я бросила в него пакет с его одеждой. — Ты забыл у меня. И отвечая на прошлый вопрос, нет, никаких "нас"! "Чулки" с мажорами не встречаются!
Я спряталась от всех в образе скучного преподавателя. Но даже так меня заметили и почти сломали. И лишь один студент, тот самый мажор, который пропустил целый семестр вместе с сессией, спас меня и проник не только в мою квартиру, но и в сердце. Но позволит ли разница в возрасте и наши статусы нам быть вместе?
Спустя пять лет я возвращаюсь в город, забравший моё сердце, возможность любить и желание завести семью. Полностью отдав себя работе, я стал другим человеком. Но во Владивостоке за каждым углом стоят призраки прошлого. С каждой встречей со старыми знакомыми и возвращающимися воспоминаниями, которые закапывал в работе, призраки становятся всё реальнее. Пока не принимают образ Кристины Царёвой. Той, что разрушила меня. Только теперь она не Царёва.
Она была моим табу с первого взгляда. Сейчас она чужая жена. Но чем больше секретов вскрывается, тем яснее становится, что не осталось ни принципов, ни запретов, ни человечности. Только одна цель. И неважно, каким образом я её добьюсь.
Она была моим табу с первого взгляда. Сейчас она чужая жена. Но чем больше секретов вскрывается, тем яснее становится, что не осталось ни принципов, ни запретов, ни человечности. Только одна цель. И неважно, каким образом я её добьюсь.
— Запомни, с этого дня у тебя нет права голоса. Прими тот факт, что ты расходный материал и никому тебя не жаль. — его хватка на моей шее сжимается все сильнее.
— Что…ты несешь? — хриплю в попытке вдохнуть кислород: — Мой отец…
— От большой любви заставляет тебя лечь в постель не к твоему парню? — его циничный тон и холодная ухмылка внушают страх, словно он знает то, что скрыто от остальных: — Или же он выставляет свою принцессу товаром, чтобы показать все прелести взрослой жизни?
Меня насильно выдают замуж за «партнера» отца. От него за версту веет жестокостью и угрозой. А я должна спасти то, что осталось от нашей семьи. Только, оказывается, я всю жизнь жила во лжи и теперь не знаю, чем обернется для меня этот навязанный брак.
— Что…ты несешь? — хриплю в попытке вдохнуть кислород: — Мой отец…
— От большой любви заставляет тебя лечь в постель не к твоему парню? — его циничный тон и холодная ухмылка внушают страх, словно он знает то, что скрыто от остальных: — Или же он выставляет свою принцессу товаром, чтобы показать все прелести взрослой жизни?
Меня насильно выдают замуж за «партнера» отца. От него за версту веет жестокостью и угрозой. А я должна спасти то, что осталось от нашей семьи. Только, оказывается, я всю жизнь жила во лжи и теперь не знаю, чем обернется для меня этот навязанный брак.
Мой босс - ходячий секс в костюме и офисный тиран в галстуке.
В него влюблены все: от уборщицы до главного бухгалтера.
Пожалуй, я единственная, кто не участвует в борьбе за внимание Гордея Денисовича.
Но корпоратив, на котором я позволила себе кое-что лишнее, свёл на нет все мои усилия держаться от невыносимого начальника подальше.
Я случайно вошла в его личную парилку, где мне пришлось остудить его пыл ледяной водой.
И зря я решила, что Державин забудет этот инцидент. Босс не забудет, босс отомстит!
В него влюблены все: от уборщицы до главного бухгалтера.
Пожалуй, я единственная, кто не участвует в борьбе за внимание Гордея Денисовича.
Но корпоратив, на котором я позволила себе кое-что лишнее, свёл на нет все мои усилия держаться от невыносимого начальника подальше.
Я случайно вошла в его личную парилку, где мне пришлось остудить его пыл ледяной водой.
И зря я решила, что Державин забудет этот инцидент. Босс не забудет, босс отомстит!
Одна ночь, лёгкие деньги, никакого риска. Всего лишь работа официанткой в элитном клубе, где мужчины привыкли получать всё, что захотят. Богатые. Властные. Порочные. А я – просто тень в маске. Но эта встреча меняет всё.
Владислав. Отец моей лучшей подруги. Мужчина, в которого я влюблена.
Нет! Только не это. Он не должен меня узнать!
Владислав. Отец моей лучшей подруги. Мужчина, в которого я влюблена.
Нет! Только не это. Он не должен меня узнать!
— Этого никогда больше не повторится, Эд! — строго грожу нахалу пальцем, как суровая мамочка.
Господи, да он реально мне в сыновья годится!
— Сильно сомневаюсь, Виктория, — дьявольски шепчет на самое ушко, пронзая тело мое импульсами тока. — Твои жалкие попытки себя сдержать провалились, — шершавыми костяшками пальцев гладит по щеке. Губами ловит мои выдохи. И дышит ими.
— Я сказала: нет! — перехватываю парня за запястье. — Мы не можем! — выдаю жестоко и одновременно жалостливо. Тону в бездне его глаз.
— Поздно, Виктория... — от полного имени на его губах меня выкручивает. — Ты теперь моя! — больно сжимает щеки. — Потому что я. Так. Хочу. — Дышит рвано и влажно. — Хочу. Тебя.
Господи, да он реально мне в сыновья годится!
— Сильно сомневаюсь, Виктория, — дьявольски шепчет на самое ушко, пронзая тело мое импульсами тока. — Твои жалкие попытки себя сдержать провалились, — шершавыми костяшками пальцев гладит по щеке. Губами ловит мои выдохи. И дышит ими.
— Я сказала: нет! — перехватываю парня за запястье. — Мы не можем! — выдаю жестоко и одновременно жалостливо. Тону в бездне его глаз.
— Поздно, Виктория... — от полного имени на его губах меня выкручивает. — Ты теперь моя! — больно сжимает щеки. — Потому что я. Так. Хочу. — Дышит рвано и влажно. — Хочу. Тебя.
Выберите полку для книги