Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»

Жизнь тридцативосьмилетнего финансового аналитика Киры всегда была подчинена строгому расписанию и тотальному контролю. Однако тайный аудит на роскошной южной верфи оборачивается смертельно опасной игрой, когда на горном серпантине у её машины отказывают тормоза. Спасение приходит в лице Артура — харизматичного владельца яхт-клуба с криминальным прошлым, которого Кира должна была уничтожить. Отрезанные от мира на уединённой вилле под шум шторма, они оказываются во власти первобытной и неудержимой страсти. Теперь Кире, привыкшей контролировать каждый свой шаг, придётся принять самый сложный вызов и полностью капитулировать перед зрелым мужчиной, который сильнее неё.

— Полина, ты кто? Ты моя жена! Так что молчи, женщина, твой день 8 марта!
Я молчала шесть лет. Терпела побои, унижения, его пьяные выходки. Думала, что так и будет до конца. Но в тот вечер его друг Роман не выдержал. Он заступился за меня. Он поднял руку на друга. И забрал меня с собой.
Внутри меня до сих пор живёт страх. Я боюсь поверить. Боюсь, что он тоже уйдёт. Что я останусь одна.
Что, если я поверю? Что, если это — моя новая жизнь? И что, если он станет моим навсегда?

Он вернулся в октябре. Загорелый. Обветренный. С руками, пахнущими смолой и солью. С глазами, в которых было море. Настоящее. Северное. Серое. Бескрайнее.
Вошёл в дом. В десять вечера. Без стука. Я открыла дверь. И замерла. Он был другим. Не царём. Не мальчишкой. Кем-то новым. Большим. Широким. С ветром в волосах. С морем в глазах.
— Анна, — сказал он. И обнял. Не осторожно. Не нежно. Крепко. Сильно. Как якорь бросают. Как канат тянут. Как возвращаются.
Я уткнулась ему в грудь. В кафтан. В запах смолы и соли. В тепло. В жизнь.
— Вы пахнете морем, — сказала я. Хрипло.
— Я пахну свободой, — сказал он. — И смолой. И потом. И три месяца не мылся нормально.
Я рассмеялась. Сквозь слёзы. Сквозь пять месяцев ожидания. Сквозь письма и вино и тишину.
Он поднял меня. На руки. Как пушинку. Я не была пушинкой. Но ему — как пушинка. Понёс в комнату. В гостиную. К огню. Положил на диван. Сел рядом. Смотрел. Долго. Жадно. Как будто не видел пять месяцев. Как будто боялся забыть.
— Расскажите!

Анна - психиатр, который знает всё о психических расстройствах. Константин - пациент, который знает всё о том, как довести женщину до безумия. И да, он прикован к кровати. Но это не мешает ему играть по своим правилам.
Он утверждает, что видит галлюцинации. Она утверждает, что лечит его профессионально. На самом деле оба врут. Он просто хочет, чтобы она к нему прикасалась. А она просто хочет прикасаться. Всё остальное - детали.

Она спасла его сделку. Он решил сделать её своей.
Новый контракт. Бешеные бонусы. И пункт 12.4: на людях она изображает его девушку. Целоваться, улыбаться, держаться за руки. Играть в идеальную пару, пока он подписывает миллиардные контракты.
Но когда репетиция заканчивается у него на столе, а разбросанные бумаги летят на пол, он шепчет ей: "Ты - моя лучшая инвестиция". И она понимает - обратной дороги нет.

Я люблю свою адскую работу в реанимации, люблю свое одиночество, где нет места постороннему. Тем более, чужому ребенку… Зачем мне впрягаться за него, решать его проблемы, думать о нем? В конце концов, у мальчишки, которого я случайно спасла одной теплой ночью, есть мать. И отец тоже есть…
Но иногда судьба поворачивается так, что чужой ребенок меняет твою жизнь…

Я сбежала от нелюбимого жениха, оказалась одна ночью в осеннем городе. Меня спас чужой незнакомый мужчина, гораздо старше меня, самый обычный работяга…
Спас, приютил и ничего не потребовал взамен.
Пригрел, как выброшенного котенка. А я и пригрелась. Да так, что уходить страшно. Потому что он перестал быть мне чужим.
Потому что самое безопасное место в мире
За его спиной…

— Ты мне кое-кого напоминаешь…
Он цепляет пальцем упавшую на лоб прядку, мимолетно касается кожи лица… И я вздрагиваю. Потому что он мне тоже кое-кого напоминает.
— Ты ошибся, — говорю как можно более уверенно, — я здесь совсем недавно…
— Ошибся, — кивает он, — но это не важно. Ты во сколько заканчиваешь? Я заеду.
— Нет, — отвечаю я.
— Почему?
— Потому что воспоминания неприятные.
Я хотела помочь попавшей в беду сестре и ее сыну. А в итоге попала сама. И теперь спасти моих близких людей может только человек, похожий на самый мой жуткий ночной кошмар…

- Тагир, я не могу так больше.
Она смотрит на меня, моя беда. Моя самая главная проблема в жизни. Моя женщина.
И снова говорит то, что мне не нравится. То, что я не хочу слушать. Но слушаю.
- Так не может больше продолжаться, понимаешь? Ты словно с ума сошел.
Она медлит, ждет от меня каких-то слов. А я не могу ничего ответить.
Потому что она права.
Сошел.
Сразу, как ее увидел.
И до сих пор не могу прийти в себя.
Она говорит разумные, с ее точки зрения, вещи. И хочет уйти. Сбежать.
Но она не понимает, что этому не бывать.
Что она - моя.
Дочь - моя.
Сын - мой.
И я за них готов любого на клочки порвать.
Я хочу ей это все сказать, но молчу.
Такие вещи не говорят, потому что. Такие вещи доказывают.
Делом.

Я резко подхватилась, сердце бешено стучало, дыхание сбивалось, а в теле ещё пульсировали отголоски сна.
Сон. Просто чертов сон. Но настолько явный, что кожа всё ещё помнила прикосновения, а внутри бушевало желание.
Я повернула голову, посмотрела на спящего рядом мужчину и зажмурилась. Это не он. Почему не он?!
Почему моё тело не хочет тех рук, что могли бы меня согреть, не жаждет губ, что могли бы покрыть меня поцелуями? Почему в моих мыслях другой — тот, кто даже не знает о моём существовании, тот, кто не смотрит на меня, проходит мимо, будто меня просто нет?
Грубый. Закрытый. Неприступный.
Я пыталась бороться, пыталась выбросить его из головы, пыталась вернуть себя обратно к прежней жизни, но чем больше старалась, тем сильнее погружалась в это безумие.
И теперь у меня нет другого выхода.
Если я не могу избавиться от этой одержимости, то добьюсь его. Во что бы то ни стало.