Книги в жанре «Женский роман»
– Ну, привет, подруга, - в дверях стоит моя соседка по бывшей квартире.
– Клара! - восклицаю, разглядывая стоящую рядом с ней девочку, примерно одного возраста с нашим младшим сыном. - Какими судьбами?
– Да, вот Вику не с кем оставить. Мне срочно уехать надо, - огорошивает меня Клара.
– А чего не позвонила? - удивляюсь.
Такие ситуации обсуждаются сначала.
– Мама, - подает голос девочка, - где папа? Он здесь живет?
– Да, Вика, твой папа живет здесь. Познакомься с женой твоего отца. Это Лера, - затем обращается ко мне. - А это Вика - дочка твоего мужа.
– Клара! - восклицаю, разглядывая стоящую рядом с ней девочку, примерно одного возраста с нашим младшим сыном. - Какими судьбами?
– Да, вот Вику не с кем оставить. Мне срочно уехать надо, - огорошивает меня Клара.
– А чего не позвонила? - удивляюсь.
Такие ситуации обсуждаются сначала.
– Мама, - подает голос девочка, - где папа? Он здесь живет?
– Да, Вика, твой папа живет здесь. Познакомься с женой твоего отца. Это Лера, - затем обращается ко мне. - А это Вика - дочка твоего мужа.
— Ты спал с моей сестрой?
— Я… ничего не помню.
— А она — помнит всё.
Я готовилась к свадьбе. Верила мужчине. Доверяла семье.
Пока не застала жениха в постели с собственной сестрой.
Алёна сказала, что между ними было всё.
Его мать — что я должна «понять и уступить».
А он выбрал тишину. Самое удобное предательство.
Когда сестра объявила о беременности, меня окончательно сделали виноватой:
«Ты сильная — ты справишься».
Но я больше не собираюсь быть удобной.
Это история не о том, как вернуть мужчину. А о том, как пережить двойное предательство и проверить, способен ли он выбрать правду, а не мать, не страх и не ложь.
— Я… ничего не помню.
— А она — помнит всё.
Я готовилась к свадьбе. Верила мужчине. Доверяла семье.
Пока не застала жениха в постели с собственной сестрой.
Алёна сказала, что между ними было всё.
Его мать — что я должна «понять и уступить».
А он выбрал тишину. Самое удобное предательство.
Когда сестра объявила о беременности, меня окончательно сделали виноватой:
«Ты сильная — ты справишься».
Но я больше не собираюсь быть удобной.
Это история не о том, как вернуть мужчину. А о том, как пережить двойное предательство и проверить, способен ли он выбрать правду, а не мать, не страх и не ложь.
Я стою у открытого шкафа и смотрю на серый костюм Романа. На воротнике пиджака что-то темнеет.
Подношу ткань ближе к свету. Длинный черный волос. Блестящий, прямой.
Может, случайность? В лифте, в метро, где угодно. Роман работает в центральном офисе банка, там полно сотрудниц. Да что я думаю? Конечно, случайность.
Но тогда откуда красное пятно на манжете? Я присматриваюсь внимательнее. Помада. Определенно помада. Ярко-красная.
Беру его телефон. Открываю мессенджер.
Пальцы дрожат, когда я нажимаю на чат.
"Скучаю по тебе, мой дорогой. Когда увидимся?"
Телефон выскальзывает из рук, падает на пол с глухим стуком. Я сижу на краю кровати и не могу дышать.
Подношу ткань ближе к свету. Длинный черный волос. Блестящий, прямой.
Может, случайность? В лифте, в метро, где угодно. Роман работает в центральном офисе банка, там полно сотрудниц. Да что я думаю? Конечно, случайность.
Но тогда откуда красное пятно на манжете? Я присматриваюсь внимательнее. Помада. Определенно помада. Ярко-красная.
Беру его телефон. Открываю мессенджер.
Пальцы дрожат, когда я нажимаю на чат.
"Скучаю по тебе, мой дорогой. Когда увидимся?"
Телефон выскальзывает из рук, падает на пол с глухим стуком. Я сижу на краю кровати и не могу дышать.
Бывший муж кладёт ладонь на мой большой живот.
– Какой у тебя срок? – чеканит.
Нет! Ты не получишь этого ребёнка!
– Не трогай меня, Тимофей Крупский! – отшатываюсь.
– Ты беременна. А мы развелись восемь месяцев назад.
– Надо же, – усмехаюсь. – Ты считал. А я думала, ты занят Линой. Точнее тем, что у неё между ног. Все стринги порвал?
– Не переводи тему, – в его синих глазах плещется ярость. – Это – мой ребёнок?
– Нет.
Но это говорю не я.
Что происходит?
Тимофей резко оборачивается.
За его спиной стоит мой лучший друг.
– Ты не имеешь к этому ребёнку никакого отношения, Крупский, – произносит. – Потому что он – мой!
Я была всего лишь пластырем, копией первой жены моего мужа. Когда она вернулась, он вышвырнул меня вон.
Я сбежала, чтобы спасти своего ребёнка, ведь свекровь хотела использовать меня как «идеальный инкубатор» для наследника.
А под Новый год бывший нашёл меня и потребовал своё...
– Какой у тебя срок? – чеканит.
Нет! Ты не получишь этого ребёнка!
– Не трогай меня, Тимофей Крупский! – отшатываюсь.
– Ты беременна. А мы развелись восемь месяцев назад.
– Надо же, – усмехаюсь. – Ты считал. А я думала, ты занят Линой. Точнее тем, что у неё между ног. Все стринги порвал?
– Не переводи тему, – в его синих глазах плещется ярость. – Это – мой ребёнок?
– Нет.
Но это говорю не я.
Что происходит?
Тимофей резко оборачивается.
За его спиной стоит мой лучший друг.
– Ты не имеешь к этому ребёнку никакого отношения, Крупский, – произносит. – Потому что он – мой!
Я была всего лишь пластырем, копией первой жены моего мужа. Когда она вернулась, он вышвырнул меня вон.
Я сбежала, чтобы спасти своего ребёнка, ведь свекровь хотела использовать меня как «идеальный инкубатор» для наследника.
А под Новый год бывший нашёл меня и потребовал своё...
Когда, подводя итоги уходящего года, ты понимаешь, что жизнь пошла под откос, что ты осталась без работы и места жительства, преданная мужем, может явиться Дед Мороз из прошлого и совершить чудо.
***
Когда проблемы кажутся нерешаемыми, может появиться Снегурочка из прошлого и раскрасить жизнь одним своим присутствием.
***
— Хорош, да? — не замечая моего оцепенения, щебечет голос из другого, все еще существующего измерения.
— Хорош, — соглашаюсь я.
Слово отдается эхом в моем сознании.
Да, хорош.
Хорош в своей лжи. Хорош в том, как годами строил из себя благородного мужчину, отца, а на деле я, оказывается, «навязала ребенка».
— Я же говорю – редкий экземпляр. Вымирающий. И одинокий, по сути. Не оцененный. Разве можно такого упустить?
***
Когда проблемы кажутся нерешаемыми, может появиться Снегурочка из прошлого и раскрасить жизнь одним своим присутствием.
***
— Хорош, да? — не замечая моего оцепенения, щебечет голос из другого, все еще существующего измерения.
— Хорош, — соглашаюсь я.
Слово отдается эхом в моем сознании.
Да, хорош.
Хорош в своей лжи. Хорош в том, как годами строил из себя благородного мужчину, отца, а на деле я, оказывается, «навязала ребенка».
— Я же говорю – редкий экземпляр. Вымирающий. И одинокий, по сути. Не оцененный. Разве можно такого упустить?
Идеальная семья, успешный муж, любимое дело. Со стороны жизнь Лизы кажется сказкой. Но реальность страшна: каждый вечер она возвращается домой, как на эшафот, ожидая очередной вспышки агрессии от человека, который клялся её любить. Она привыкла терпеть, молчать и замазывать синяки тональным кремом, пока однажды не оказалась на приеме у доктора Дмитрия Дорошенко.
Дмитрий сам загнан в угол: его обвиняют в том, чего он не совершал, пытаясь уничтожить как профессионала. Увидев в глазах пациентки знакомое отчаяние, он не смог пройти мимо.
Когда на кону оказываются не только репутация, но и жизнь, им придется объединиться. Против них влиятельные враги, хватит ли у них смелости противостоять злу?
Дмитрий сам загнан в угол: его обвиняют в том, чего он не совершал, пытаясь уничтожить как профессионала. Увидев в глазах пациентки знакомое отчаяние, он не смог пройти мимо.
Когда на кону оказываются не только репутация, но и жизнь, им придется объединиться. Против них влиятельные враги, хватит ли у них смелости противостоять злу?
— Ты же понимаешь, что он всё равно ушёл бы? — сказала любовница мужа. — От таких, как ты, всегда уходят. Вы слишком… привычные.
Муж назвал это ошибкой.
Попросил развод.
Ушёл к ней уверенный, что ничего не потеряет.
— Давай без грязи, — сказал он. — Мы взрослые люди.
Я согласилась.
Подписала бумаги.
И перестала быть хорошей.
— Ты правда думаешь, что выиграла? — усмехнулась любовница.
— Я думаю, ты ещё не поняла, во что влезла, — ответила я.
После развода я больше никому ничего не должна.
Ни молчать.
Ни спасать.
Ни прикрывать.
Он потеряет деньги, имя и уверенность.
Она — статус и иллюзию победы.
А я просто выйду из их жизни.
И посмотрю, как они справятся без меня.
Муж назвал это ошибкой.
Попросил развод.
Ушёл к ней уверенный, что ничего не потеряет.
— Давай без грязи, — сказал он. — Мы взрослые люди.
Я согласилась.
Подписала бумаги.
И перестала быть хорошей.
— Ты правда думаешь, что выиграла? — усмехнулась любовница.
— Я думаю, ты ещё не поняла, во что влезла, — ответила я.
После развода я больше никому ничего не должна.
Ни молчать.
Ни спасать.
Ни прикрывать.
Он потеряет деньги, имя и уверенность.
Она — статус и иллюзию победы.
А я просто выйду из их жизни.
И посмотрю, как они справятся без меня.
Однажды утром я проснулась и осознала, что живу не свою жизнь.
Мне двадцать, я замужем за человеком, который не стремился к достатку. А ведь у нас маленькая дочь, которую нужно было кормить и одевать. Я приняла решение бежать.
Прошло восемь лет, мне почти тридцать. Я работаю редактором модного журнала, рядом со мной любящий мужчина моей мечты, а у моей дочери есть все, о чем может мечтать десятилетняя девочка. И стоило мне подумать, что жизнь прекрасна, как тут же все изменилось...
Моя дочь узнала, что у нее есть отец, и решила во что бы то ни стало увидеться с ним. Я, чувствуя вину, устроила им встречу. И кажется, я снова влюбилась… в бывшего.
Р.S. Бывший меня ненавидит.
Мне двадцать, я замужем за человеком, который не стремился к достатку. А ведь у нас маленькая дочь, которую нужно было кормить и одевать. Я приняла решение бежать.
Прошло восемь лет, мне почти тридцать. Я работаю редактором модного журнала, рядом со мной любящий мужчина моей мечты, а у моей дочери есть все, о чем может мечтать десятилетняя девочка. И стоило мне подумать, что жизнь прекрасна, как тут же все изменилось...
Моя дочь узнала, что у нее есть отец, и решила во что бы то ни стало увидеться с ним. Я, чувствуя вину, устроила им встречу. И кажется, я снова влюбилась… в бывшего.
Р.S. Бывший меня ненавидит.
Вот тебе и отдохнула на праздники. Мало того, что вынуждена поселиться в коттедже с наглым мужланом. Так он еще и требует, чтобы я стала Снегурочкой для его дочерей. Ну нет, так дело не пойдет. Не для этого я упахивалась целый год, чтобы продолжить работать. Тем более Снегурочкой для двух пятилеток.
- Не собираюсь я быть Снегурочкой! – заявила я, гордо вздернув подбородок.
- Так, значит? – протянул гад, задумчиво осматривая меня. – Очень жаль. Ты весьма сильно похожа на эту сказочную героиню. Да и девочкам понравилась. Ну что ж, прошу тогда покинуть коттедж.
- Да с какой стати? – пискнула я возмущенно. – Я арендовала этот коттедж и никуда отсюда не уйду.
- Нет, это я арендовал этот коттедж, - гад гадский покачал головой. – А ты так, сбой системы.
Ну я тебе покажу, сбой системы! Ты еще не рад будешь, что со мной связался!
- А ты будешь нашей мамой? – все планы сбили две маленькие девочки.
- Не собираюсь я быть Снегурочкой! – заявила я, гордо вздернув подбородок.
- Так, значит? – протянул гад, задумчиво осматривая меня. – Очень жаль. Ты весьма сильно похожа на эту сказочную героиню. Да и девочкам понравилась. Ну что ж, прошу тогда покинуть коттедж.
- Да с какой стати? – пискнула я возмущенно. – Я арендовала этот коттедж и никуда отсюда не уйду.
- Нет, это я арендовал этот коттедж, - гад гадский покачал головой. – А ты так, сбой системы.
Ну я тебе покажу, сбой системы! Ты еще не рад будешь, что со мной связался!
- А ты будешь нашей мамой? – все планы сбили две маленькие девочки.
СКОРО ФИНАЛ!!!
– Я ищу мужа… Раньше его звали Павел, но сейчас он… Он теперь Василий Белозеров. Я его жена… Он пропал без вести и…
– Здесь нет такого. И не было… Вы ошиблись.
– Пожалуйста… Я на все готова, товарищ полковник. Помогите мне найти мужа.
– Прямо… на все? Не бросайся словами, красавица. Я ведь могу захотеть больше, чем ты можешь дать, – ухмыляется суровый, как этот долбанный, бескрайний лес, шикарный мужик.
Семь лет я оплакивала пропавшего без вести мужа, а сегодня… увидела его фотки в ленте соцсети…
Павел, оказывается живой и здоровый. А рядом с ним – другая женщина и ребенок… Все это время он трусливо скрывался…
Поиски приводят меня в глухой, таежный поселок, а молчаливый, серьезный начальник военной части – единственный ключ к правде…
Только цена его помощи слишком высока… Или нет?
– Я ищу мужа… Раньше его звали Павел, но сейчас он… Он теперь Василий Белозеров. Я его жена… Он пропал без вести и…
– Здесь нет такого. И не было… Вы ошиблись.
– Пожалуйста… Я на все готова, товарищ полковник. Помогите мне найти мужа.
– Прямо… на все? Не бросайся словами, красавица. Я ведь могу захотеть больше, чем ты можешь дать, – ухмыляется суровый, как этот долбанный, бескрайний лес, шикарный мужик.
Семь лет я оплакивала пропавшего без вести мужа, а сегодня… увидела его фотки в ленте соцсети…
Павел, оказывается живой и здоровый. А рядом с ним – другая женщина и ребенок… Все это время он трусливо скрывался…
Поиски приводят меня в глухой, таежный поселок, а молчаливый, серьезный начальник военной части – единственный ключ к правде…
Только цена его помощи слишком высока… Или нет?
Выберите полку для книги