Книги в жанре «Женский роман»
– Я его любимая девочка, – говорит она, и голос у нее сладкий, как яд. – А ты, я полагаю, его престарелая жена?
Моя соперница – воплощение всего того, чего, как мне казалось, я лишена в свои сорок. Молодость, амбициозность, сексуальность, жажда жизни – все это я давно похоронила под грузом быта и семейных обязанностей. Григорий, мой Григорий, который когда-то клялся мне в вечной любви, теперь смотрит на эту нахалку с восхищением, которое я не видела в его глазах уже много лет...
Меня, как вышедший из строя пылесос, решили сменить на модельку поновее. Но я не собираюсь это терпеть. Я отомщу муженьку-негодяю! И не одним способом. Одного ему мало будет. У меня в запасе есть целый арсенал!
Моя соперница – воплощение всего того, чего, как мне казалось, я лишена в свои сорок. Молодость, амбициозность, сексуальность, жажда жизни – все это я давно похоронила под грузом быта и семейных обязанностей. Григорий, мой Григорий, который когда-то клялся мне в вечной любви, теперь смотрит на эту нахалку с восхищением, которое я не видела в его глазах уже много лет...
Меня, как вышедший из строя пылесос, решили сменить на модельку поновее. Но я не собираюсь это терпеть. Я отомщу муженьку-негодяю! И не одним способом. Одного ему мало будет. У меня в запасе есть целый арсенал!
Я иду в ванную, беру пакет с теми самыми трусами, возвращаюсь и протягиваю его Жене:
— Это не мои! – говорю я.
— Да как же не твои? — он вдруг переходит на издевательский тон. — Не придумывай! Ты специально так говоришь, чтобы выставить меня дураком, изменщиком!
— Всё, — твёрдо продолжаю я. — Я больше не буду это терпеть.
Я говорю про уголок фольги от упаковки. Говорю про экран телефона.
Лицо у него каменеет. Потом он пожимает плечами и бросает, словно это самая очевидная вещь на свете:
— Дед изменял, отец изменял — и я буду изменять. Я не собираюсь менять свою жизнь, меня всё устраивает. А если тебе что -то не нравится — можешь идти.
Я смотрю на него и понимаю: я живу с монстром.
— Это не мои! – говорю я.
— Да как же не твои? — он вдруг переходит на издевательский тон. — Не придумывай! Ты специально так говоришь, чтобы выставить меня дураком, изменщиком!
— Всё, — твёрдо продолжаю я. — Я больше не буду это терпеть.
Я говорю про уголок фольги от упаковки. Говорю про экран телефона.
Лицо у него каменеет. Потом он пожимает плечами и бросает, словно это самая очевидная вещь на свете:
— Дед изменял, отец изменял — и я буду изменять. Я не собираюсь менять свою жизнь, меня всё устраивает. А если тебе что -то не нравится — можешь идти.
Я смотрю на него и понимаю: я живу с монстром.
— Ты чего так смотришь? — он наклонился ко мне, будто ничего не происходит.
Я не ответила. Смотрела на стол. На торт. На свечи. На неё — напротив, в моём платье, которое было слишком короткое.
— Ну скажи уже, — она усмехнулась и подняла бокал. — Или так и будешь делать вид, что ничего не поняла?
День рождения. Гости. Смех. И я — лишняя на празднике.
Пока я готовила, собирала всех, старалась, он уже привёл любовницу на свой день рождения. Не спрятал. Не постеснялся. Посадил за стол, где должны были быть только близкие. И ждал, что я проглочу. Что улыбнусь. Что не устрою сцену.
Он кажется плохо меня знал. Я не буду молчать. Не буду делить его еще с кем-то. И точно не уйду тихо, оставив им всё, что строила вместе с ним.
Праздник закончился. Теперь начинается другое…
Я не ответила. Смотрела на стол. На торт. На свечи. На неё — напротив, в моём платье, которое было слишком короткое.
— Ну скажи уже, — она усмехнулась и подняла бокал. — Или так и будешь делать вид, что ничего не поняла?
День рождения. Гости. Смех. И я — лишняя на празднике.
Пока я готовила, собирала всех, старалась, он уже привёл любовницу на свой день рождения. Не спрятал. Не постеснялся. Посадил за стол, где должны были быть только близкие. И ждал, что я проглочу. Что улыбнусь. Что не устрою сцену.
Он кажется плохо меня знал. Я не буду молчать. Не буду делить его еще с кем-то. И точно не уйду тихо, оставив им всё, что строила вместе с ним.
Праздник закончился. Теперь начинается другое…
Ради его безумной мечты я бросила Москву, уволилась с работы и переехала с маленьким сыном в глухой рыбацкий поселок на Белом море. Я верила ему десять лет. А он просто собрал чемодан и сбежал к другой — стройной, свободной и успешной. Оставил меня, «уютную домашнюю пышку», замерзать без денег, уверенный, что я приползу к нему на коленях.
Я думала, что не переживу эту зиму. Но суровый Север не прощает слабости, а настоящие мужчины здесь доказывают всё делом, а не словами.
Герман — мрачный местный капитан, от одного взгляда которого стынет кровь. Он привык бороться со штормами, а не нянчиться с брошенными столичными женами. Но именно его широкая спина заслонила нас с сыном от отчаяния, а его жесткие, огрубевшие от работы руки подарили тепло, которого я никогда не знала в браке.
Мой бывший уверен, что моя жизнь кончена. Он просто не знает, за кого я теперь держусь.
Я думала, что не переживу эту зиму. Но суровый Север не прощает слабости, а настоящие мужчины здесь доказывают всё делом, а не словами.
Герман — мрачный местный капитан, от одного взгляда которого стынет кровь. Он привык бороться со штормами, а не нянчиться с брошенными столичными женами. Но именно его широкая спина заслонила нас с сыном от отчаяния, а его жесткие, огрубевшие от работы руки подарили тепло, которого я никогда не знала в браке.
Мой бывший уверен, что моя жизнь кончена. Он просто не знает, за кого я теперь держусь.
Одиннадцать лет брака, шестилетняя дочь и огромная ферма с миллионными долгами. Я тащила всё это на себе, пока мой муж не подписал бумаги о разводе, чтобы уйти к молодой любовнице.
Я думала, что справлюсь сама. Как справлялась всегда. Но когда бывший возвращается с адвокатом, чтобы отнять половину моего имущества , а я ломаю руку в самый разгар уборочной, мой мир окончательно рушится.Единственный, кто встает между мной и катастрофой — мой новый сосед. Городской хирург с ледяным взглядом, приехавший в нашу глушь. Он бесит меня своим убийственным спокойствием. Но именно его руки зашивают раны моей дочери , именно он чинит мой сломанный забор и держит меня, когда я готова выть от бессилия.
Мне не нужен новый мужчина. Мне нужно спасти ферму. Но как объяснить это сердцу, которое он взялся исцелить?
Я думала, что справлюсь сама. Как справлялась всегда. Но когда бывший возвращается с адвокатом, чтобы отнять половину моего имущества , а я ломаю руку в самый разгар уборочной, мой мир окончательно рушится.Единственный, кто встает между мной и катастрофой — мой новый сосед. Городской хирург с ледяным взглядом, приехавший в нашу глушь. Он бесит меня своим убийственным спокойствием. Но именно его руки зашивают раны моей дочери , именно он чинит мой сломанный забор и держит меня, когда я готова выть от бессилия.
Мне не нужен новый мужчина. Мне нужно спасти ферму. Но как объяснить это сердцу, которое он взялся исцелить?
Мой идеальный брак оказался фальшивкой. Муж изменял мне полгода, а потом исчез с любовницей, повесив на меня огромный долг опасному человеку.
Максим Воронов — хозяин жизни. Властный, холодный, пугающий. Он купил мой долг и забрал мою свободу. Я ненавижу его за снисходительный взгляд, а он... кажется, хочет от меня гораздо большего, чем просто безупречная работа.
Я стиснула зубы и решила, что выживу назло всем и исполню свою мечту стать шеф-кондитером. Но когда между мной и моим безжалостным боссом вспыхивает запретная страсть, происходит страшное.
Мой муж возвращается. Вернее... «воскресает» из мертвых. Живой и с букетом. И теперь он хочет вернуть не только меня, но и два миллиона страховки.
Ну уж нет. Пышка на сдачу не идёт!
Максим Воронов — хозяин жизни. Властный, холодный, пугающий. Он купил мой долг и забрал мою свободу. Я ненавижу его за снисходительный взгляд, а он... кажется, хочет от меня гораздо большего, чем просто безупречная работа.
Я стиснула зубы и решила, что выживу назло всем и исполню свою мечту стать шеф-кондитером. Но когда между мной и моим безжалостным боссом вспыхивает запретная страсть, происходит страшное.
Мой муж возвращается. Вернее... «воскресает» из мертвых. Живой и с букетом. И теперь он хочет вернуть не только меня, но и два миллиона страховки.
Ну уж нет. Пышка на сдачу не идёт!
Год назад мой идеальный муж превратился в безжалостного монстра. Максим отнял дело всей моей жизни, вычеркнул меня из бизнеса и оставил ни с чем. Весь этот год я жила лишь одной мыслью — приехать в наш некогда общий загородный дом, подписать бумаги о разводе и навсегда забыть его лицо.
Но весенний паводок отрезает нас от цивилизации. Мы заперты вдвоем, без связи и возможности сбежать. Я готовлюсь к ледяной войне, но случайно нахожу в его кабинете тайные документы.
Оказывается, мой муж — не предатель. Он человек, который пожертвовал нашим браком и своей репутацией, чтобы спасти меня от сфабрикованного уголовного дела. Он любил меня так сильно, что позволил себя возненавидеть.
И теперь покупатель ждет моей подписи на документах о разводе. А я держу в руках ручку и не знаю, как поступить.
Но весенний паводок отрезает нас от цивилизации. Мы заперты вдвоем, без связи и возможности сбежать. Я готовлюсь к ледяной войне, но случайно нахожу в его кабинете тайные документы.
Оказывается, мой муж — не предатель. Он человек, который пожертвовал нашим браком и своей репутацией, чтобы спасти меня от сфабрикованного уголовного дела. Он любил меня так сильно, что позволил себя возненавидеть.
И теперь покупатель ждет моей подписи на документах о разводе. А я держу в руках ручку и не знаю, как поступить.
— Ты — уютная пышка. Помешанная на своих пирогах, — холодно заявил муж, застегивая ремень. — А мне нужна была страсть.
В день нашей десятой годовщины я застала его прямо на нашем рабочем столе с молодой блондинкой. Мой многоярусный торт с надписью «10 лет счастья» оказался размазан по полу. Муж забрал у меня все: ресторан, который я вытащила из убытков, деньги и веру в себя, выставив за дверь без копейки.
Свидетелем моего главного позора стал Давид Басаев — влиятельный миллиардер и главный инвестор нашего (теперь уже бывшего) бизнеса.
Он безжалостно уничтожил моего мужа и предложил мне сделку: стать бренд-шефом и лицом его новой империи.
Я думала, что Давид просто покупает мой талант. Но почему этот суровый хищник с ледяным взглядом смотрит на меня так, словно я — его главная одержимость? И что делать, если он заявил при всех, что выбрал меня, и теперь ни за что не отпустит?
В день нашей десятой годовщины я застала его прямо на нашем рабочем столе с молодой блондинкой. Мой многоярусный торт с надписью «10 лет счастья» оказался размазан по полу. Муж забрал у меня все: ресторан, который я вытащила из убытков, деньги и веру в себя, выставив за дверь без копейки.
Свидетелем моего главного позора стал Давид Басаев — влиятельный миллиардер и главный инвестор нашего (теперь уже бывшего) бизнеса.
Он безжалостно уничтожил моего мужа и предложил мне сделку: стать бренд-шефом и лицом его новой империи.
Я думала, что Давид просто покупает мой талант. Но почему этот суровый хищник с ледяным взглядом смотрит на меня так, словно я — его главная одержимость? И что делать, если он заявил при всех, что выбрал меня, и теперь ни за что не отпустит?
— Давай без драм, Марина. Ты стала слишком скучной. Предсказуемой. Домашней. А она — мой драйв. Смирись или уходи.
Восемь лет я была для него надежным тылом. Вместе мы построили многомиллионную компанию, ради которой я не спала ночами и отказалась от декрета. А в нашу годовщину я застала его на кожаном диване в офисе с двадцатитрехлетней пиарщицей.Он всё рассчитал: заблокировал мои банковские карты, сменил замки в нашей квартире и оставил меня на улице с 800 рублями в кармане, прикрываясь брачным контрактом. Он был уверен, что я сломаюсь и приползу обратно.
Но он забыл одну деталь. Это я — мозг его бизнеса.
Чтобы вернуть свое и стереть бывшего в порошок, я обратилась к лучшему бракоразводному адвокату города. К человеку, которого мой муж когда-то безжалостно уничтожил. Его заклятый враг согласился разорвать моего бывшего мужа в суде всего за 1 рубль. Но я еще не знала, чего мне будет стоить эта сделка и какие тайны скрывает холодный адвокат, в чью защиту я бросилась...
Восемь лет я была для него надежным тылом. Вместе мы построили многомиллионную компанию, ради которой я не спала ночами и отказалась от декрета. А в нашу годовщину я застала его на кожаном диване в офисе с двадцатитрехлетней пиарщицей.Он всё рассчитал: заблокировал мои банковские карты, сменил замки в нашей квартире и оставил меня на улице с 800 рублями в кармане, прикрываясь брачным контрактом. Он был уверен, что я сломаюсь и приползу обратно.
Но он забыл одну деталь. Это я — мозг его бизнеса.
Чтобы вернуть свое и стереть бывшего в порошок, я обратилась к лучшему бракоразводному адвокату города. К человеку, которого мой муж когда-то безжалостно уничтожил. Его заклятый враг согласился разорвать моего бывшего мужа в суде всего за 1 рубль. Но я еще не знала, чего мне будет стоить эта сделка и какие тайны скрывает холодный адвокат, в чью защиту я бросилась...
“Ты уже скажешь ей?” — такое СМС приходит на телефон моего мужа.
Споры и ругань заканчиваются его спокойным признанием:
— Я люблю ее.
— Отлично! — выпаливаю я. — Тогда иди к ней. Мы разводимся!
— Мы можем оставить все, как есть. Ты и Стас здесь. Вы моя семья. Я вас не выгоняю.
Я заглядываю ему в глаза.
— Ты предлагаешь мне терпеть твою любовницу?
— А зачем тебе отказываться от дорогой квартиры, комфорта, денег? Проходить через развод, когда ты без работы в декрете? Повременим, а там видно будет.
Муж предлагает принять его любовницу официально. Но у меня другие планы. Я заберу сына и уйду. Но не просто тихо в сторону. Я отомщу. Да так, что он пожалеет и будет проситься обратно.
Только мне он уже будет не нужен.
Споры и ругань заканчиваются его спокойным признанием:
— Я люблю ее.
— Отлично! — выпаливаю я. — Тогда иди к ней. Мы разводимся!
— Мы можем оставить все, как есть. Ты и Стас здесь. Вы моя семья. Я вас не выгоняю.
Я заглядываю ему в глаза.
— Ты предлагаешь мне терпеть твою любовницу?
— А зачем тебе отказываться от дорогой квартиры, комфорта, денег? Проходить через развод, когда ты без работы в декрете? Повременим, а там видно будет.
Муж предлагает принять его любовницу официально. Но у меня другие планы. Я заберу сына и уйду. Но не просто тихо в сторону. Я отомщу. Да так, что он пожалеет и будет проситься обратно.
Только мне он уже будет не нужен.
Выберите полку для книги