Книги в жанре «Женский роман»
— Знаешь, что самое отвратительное? — его голос стал ещё резче, а взгляд — ещё холоднее. — Мне даже смотреть на тебя противно, не говоря уж о чём-то большем. Я давал тебе шанс. Я говорил, что тебе нужно что-то менять. Но ты решила закрыть глаза на своё… уродство.
— Уродство? — прошептала я, чувствуя, как унижение накрывает меня с головой.
— Да. Уродство. Ты стала жирной, неухоженной и жалкой. И ты всерьёз думаешь, что я, нормальный мужик, буду жить с этим до конца своих дней? Я не монах, Хаджар. И мне нужна нормальная жена. Женщина, на которую хочется смотреть. Женщина, которая вдохновляет, а не вызывает отвращение.
— Ты… ты ведь любил меня… — я смотрела на него сквозь слёзы, цепляясь за воспоминания о том, каким он был раньше.
— Любил, — он пожал плечами, его голос стал равнодушным. — Ту Хаджар, которую я взял в жёны шесть лет назад. Но той Хаджар больше нет. Ты сама её уничтожила.
Да, за последние два года я набрала 35 килограммов. Да, перестала смотреть на себя в зеркало.
— Уродство? — прошептала я, чувствуя, как унижение накрывает меня с головой.
— Да. Уродство. Ты стала жирной, неухоженной и жалкой. И ты всерьёз думаешь, что я, нормальный мужик, буду жить с этим до конца своих дней? Я не монах, Хаджар. И мне нужна нормальная жена. Женщина, на которую хочется смотреть. Женщина, которая вдохновляет, а не вызывает отвращение.
— Ты… ты ведь любил меня… — я смотрела на него сквозь слёзы, цепляясь за воспоминания о том, каким он был раньше.
— Любил, — он пожал плечами, его голос стал равнодушным. — Ту Хаджар, которую я взял в жёны шесть лет назад. Но той Хаджар больше нет. Ты сама её уничтожила.
Да, за последние два года я набрала 35 килограммов. Да, перестала смотреть на себя в зеркало.
- Забирай его! - мать пытается всунуть в руки младенца.
- Что?
- Бери, говорю! Мне не нужен этот ребенок. Он от Игоря! Растите сами, отец же. Я хочу жить для себя, зачем мне крикун?
Сердце уходит в пятки.
- Гришка – подарок. На вашей свадьбе сделали, - не останавливается. - Вот и пользуйтесь.
Она ставит переноску с малышом у порога и уходит, даже не обернувшись.
- Что?
- Бери, говорю! Мне не нужен этот ребенок. Он от Игоря! Растите сами, отец же. Я хочу жить для себя, зачем мне крикун?
Сердце уходит в пятки.
- Гришка – подарок. На вашей свадьбе сделали, - не останавливается. - Вот и пользуйтесь.
Она ставит переноску с малышом у порога и уходит, даже не обернувшись.
— Я — любовница твоего мужа! Амиран любит меня! А с тобой только ради ребенка! — блондинка кивнула головой в сторону моего живота. — Но насильно мил не будешь... Так ведь?! Поэтому прости и отпусти! Он — мой!
— Я не верю!... Убирайтесь!
— Не веришь, что изменил? Или не веришь, что Амиран любит меня? — язвительно продолжила она. — Так спроси мужа прямо. Хочет ли он жить с тобой дальше? Амиран жалеет тебя, Зара! Но не любит. Ты — мать его детей. Но он не испытывает страсти к тебе! Потому что все его мысли заняты мной. Потому что он закрывает глаза и вспоминает наши жаркие объятия... Отпусти его! Сегодня Амиран задержится. Он скажет тебе, что будет очень занят на работе. Но Амиран будет со мной... не веришь? Можешь приехать и увидеть все своими глазами.
Я застала мужа с любовницей. Из-за его измены потеряла ребенка.
— Я не верю!... Убирайтесь!
— Не веришь, что изменил? Или не веришь, что Амиран любит меня? — язвительно продолжила она. — Так спроси мужа прямо. Хочет ли он жить с тобой дальше? Амиран жалеет тебя, Зара! Но не любит. Ты — мать его детей. Но он не испытывает страсти к тебе! Потому что все его мысли заняты мной. Потому что он закрывает глаза и вспоминает наши жаркие объятия... Отпусти его! Сегодня Амиран задержится. Он скажет тебе, что будет очень занят на работе. Но Амиран будет со мной... не веришь? Можешь приехать и увидеть все своими глазами.
Я застала мужа с любовницей. Из-за его измены потеряла ребенка.
— Что тебя не устраивает в нашем браке? — смотрю мужу в глаза, пытаясь найти в них хоть каплю раскаяния.
— Кто тебе сказал, что меня что-то не устраивает? Такое бывает. Ты сама понимаешь, я иногда неделями бываю в рейсах. А это какая - никакая свобода… которая у пилотов в крови. Нужно же как-то себя развлекать… я ж мужик! — Миша машет рукой в сторону ушедшей девушки.
— Твоя любовница от тебя беременна!
— Так получилось, — он пожимает плечами. — Лера, ты меня устраиваешь, как жена. Но и ребенка своего я не брошу, буду для него отцом. Да и вообще я забочусь о тебе! Тебе не нужно будет уродовать свое тело растяжками и вставать по ночам на плач младенца. Хотя, если ты захочешь, чуть позже я помогу и тебе выполнить главную женскую задачу — не позволить человечеству погибнуть. Не переживай, нам никто не помешает.
Но я не видела в этом заботы мужа. И подала на развод. Ушла от него, чтобы через три года встретиться вновь.
— Кто тебе сказал, что меня что-то не устраивает? Такое бывает. Ты сама понимаешь, я иногда неделями бываю в рейсах. А это какая - никакая свобода… которая у пилотов в крови. Нужно же как-то себя развлекать… я ж мужик! — Миша машет рукой в сторону ушедшей девушки.
— Твоя любовница от тебя беременна!
— Так получилось, — он пожимает плечами. — Лера, ты меня устраиваешь, как жена. Но и ребенка своего я не брошу, буду для него отцом. Да и вообще я забочусь о тебе! Тебе не нужно будет уродовать свое тело растяжками и вставать по ночам на плач младенца. Хотя, если ты захочешь, чуть позже я помогу и тебе выполнить главную женскую задачу — не позволить человечеству погибнуть. Не переживай, нам никто не помешает.
Но я не видела в этом заботы мужа. И подала на развод. Ушла от него, чтобы через три года встретиться вновь.
— Мне надоело бегать по девкам, я готов остепениться, но... не с тобой, — мой муж в один миг разрушает больше двадцати лет нашего брака.
— Подожди, ты мне изменяешь? — смотрю на него широко распахнутыми глазами.
— Постоянно. А теперь нашел женщину, которая смогла меня "обуздать", — усмехается Саша. — Прости, но наша с тобой любовь не стоит того, чтобы положить на нее жизнь. Я статусный политик, а ты всего лишь... простушка.
— Так и ты до недавнего времени был простым менеджером... мы вместе поднимались...
— Поднялся только я. Ты осталась на том же уровне и тянешь меня вниз. Моя жена должна соответствовать моему новому статусу. Моя жена должна быть той, к которой хочется возвращаться в постель, а не "согреваться" в другом месте.
Все это произошло почти пятнадцать лет назад.
Пятнадцать лет, за которые я построила новую жизнь, вышла замуж и усвоила одно — у всего есть срок годности... у любви, у брака, у жизни...
— Подожди, ты мне изменяешь? — смотрю на него широко распахнутыми глазами.
— Постоянно. А теперь нашел женщину, которая смогла меня "обуздать", — усмехается Саша. — Прости, но наша с тобой любовь не стоит того, чтобы положить на нее жизнь. Я статусный политик, а ты всего лишь... простушка.
— Так и ты до недавнего времени был простым менеджером... мы вместе поднимались...
— Поднялся только я. Ты осталась на том же уровне и тянешь меня вниз. Моя жена должна соответствовать моему новому статусу. Моя жена должна быть той, к которой хочется возвращаться в постель, а не "согреваться" в другом месте.
Все это произошло почти пятнадцать лет назад.
Пятнадцать лет, за которые я построила новую жизнь, вышла замуж и усвоила одно — у всего есть срок годности... у любви, у брака, у жизни...
– Ты изменил мне с уборщицей? – выдыхаю через боль и отрицание.
Муж закатывает глаза, как будто я сморозила глупость. Поворачивается ко мне, поправляя галстук.
– А что, тебе хотелось бы, чтобы в роли моей любовницы была более статусная женщина? Марина беременна. У нас с ней будет тройня… и я, как порядочный мужчина, не брошу в ее в таком положении.
К горлу подкатывает тошнота, а мои ладони становятся влажными:
– Порядочный мужчина не стал бы изменять, Аристарх. Думаешь, жизнь тебя за это не накажет?
– Уже наказала! – раздражается он. – Тобой…
-----------------
После быстрого болезненного развода прошел всего год, и бывший снова появился на моем пороге с шокирующим предложением:
– Марина не справляется с детьми. Помоги ей, ты ведь как раз работаешь с малышнёй, знаешь, как это делается. Поживешь с нами пару месяцев, хоть посмотришь, каково это вообще – жить в дружной любящей семье…
Муж закатывает глаза, как будто я сморозила глупость. Поворачивается ко мне, поправляя галстук.
– А что, тебе хотелось бы, чтобы в роли моей любовницы была более статусная женщина? Марина беременна. У нас с ней будет тройня… и я, как порядочный мужчина, не брошу в ее в таком положении.
К горлу подкатывает тошнота, а мои ладони становятся влажными:
– Порядочный мужчина не стал бы изменять, Аристарх. Думаешь, жизнь тебя за это не накажет?
– Уже наказала! – раздражается он. – Тобой…
-----------------
После быстрого болезненного развода прошел всего год, и бывший снова появился на моем пороге с шокирующим предложением:
– Марина не справляется с детьми. Помоги ей, ты ведь как раз работаешь с малышнёй, знаешь, как это делается. Поживешь с нами пару месяцев, хоть посмотришь, каково это вообще – жить в дружной любящей семье…
— Я сейчас полицию вызову!
— Вы едете со мной. Если не поедете сами — вызову соцслужбу. Детям в таком жилье делать нечего.
— Ещё чего! Это наше жильё, другого нет. Вы кто вообще, чтобы решать?
— Я их отец.
Тишина. Тётка застывает, открывая рот и закрывая. А мальчишки...
— Папа! — визжит Тимур и бросается ко мне.
— Папа вернулся! — вторит Дамир, врезаясь мне в ноги.
Я смотрю на них сверху вниз, не веря своим глазам. Они рады?
Я был уверен, что Алина успела найти им нового папашу. Что она живёт с кем-то, что у детей есть отчим. Но они смотрят на меня так, будто я — исполнение их главной мечты. Будто они знали, что я существую. Будто ждали.
— Вы едете со мной. Если не поедете сами — вызову соцслужбу. Детям в таком жилье делать нечего.
— Ещё чего! Это наше жильё, другого нет. Вы кто вообще, чтобы решать?
— Я их отец.
Тишина. Тётка застывает, открывая рот и закрывая. А мальчишки...
— Папа! — визжит Тимур и бросается ко мне.
— Папа вернулся! — вторит Дамир, врезаясь мне в ноги.
Я смотрю на них сверху вниз, не веря своим глазам. Они рады?
Я был уверен, что Алина успела найти им нового папашу. Что она живёт с кем-то, что у детей есть отчим. Но они смотрят на меня так, будто я — исполнение их главной мечты. Будто они знали, что я существую. Будто ждали.
- Даша! – кричит Толя, подбегая ближе.
- А-та-та, Толик, стой, - говорю ему, указывая в сторону камеры. – Ещё один шаг и завтра же вылетишь. И не думай, что лишний пик удовольствия Аллы поможет тебе сохранить место. Тут даже она будет бессильна.
- Отдай телефон или удали фотографии. По-хорошему.
- По-хорошему? А что ты мне сделаешь, Толя?
- Не я. Она.
- Да плевать я на неё хотела. Она – твоя начальница.
- Ты же понимаешь, что она может пойти к главному?
- И? Что она ему скажет? Что она спит с моим мужем, а я посмела помешать, ещё и фото сделала? Реально думаешь, что крайней останусь я?
- Думаю, она найдёт способ от тебя избавиться, - уверенно заявляет Толя, а я грустно усмехаюсь.
- Знаешь, что печально? Вот мы же сейчас совершенно о другом должны говорить. Точнее говорить должен ты. Сказать банальное: «Зай, это не то, что ты подумала» или «Зай, я стараюсь для нашей семьи».
- Ну, ты всё правильно говоришь.
- А-та-та, Толик, стой, - говорю ему, указывая в сторону камеры. – Ещё один шаг и завтра же вылетишь. И не думай, что лишний пик удовольствия Аллы поможет тебе сохранить место. Тут даже она будет бессильна.
- Отдай телефон или удали фотографии. По-хорошему.
- По-хорошему? А что ты мне сделаешь, Толя?
- Не я. Она.
- Да плевать я на неё хотела. Она – твоя начальница.
- Ты же понимаешь, что она может пойти к главному?
- И? Что она ему скажет? Что она спит с моим мужем, а я посмела помешать, ещё и фото сделала? Реально думаешь, что крайней останусь я?
- Думаю, она найдёт способ от тебя избавиться, - уверенно заявляет Толя, а я грустно усмехаюсь.
- Знаешь, что печально? Вот мы же сейчас совершенно о другом должны говорить. Точнее говорить должен ты. Сказать банальное: «Зай, это не то, что ты подумала» или «Зай, я стараюсь для нашей семьи».
- Ну, ты всё правильно говоришь.
— Это что такое, Уля? — его хриплый голос бьет по натянутым нервам, а тяжелый взгляд падает на мою руку.
— Обручальное кольцо, — чеканю я, глядя в глаза, которые когда-то любила больше жизни. — Я выхожу замуж.
Макар делает шаг, вжимая меня в стену. От него пахнет опасностью, силой и прошлым, которое я пыталась забыть четыре года.
— Ты же знаешь, что чужого я не беру, — произносит он, почти касаясь моих губ. — А ты — моя. И это кольцо я сниму с тебя сам.
Четыре года назад я была женой офицера. Я ждала, верила и любила, пока не поняла: для Макара Игнатова чужая беда и вдова погибшего друга всегда будут важнее меня. Я ушла, чтобы выжить и собрать свое сердце по кускам.
Теперь у меня новая, спокойная жизнь и надежный жених, который меня ценит. Но Макар вернулся. Он понял свою ошибку и привык брать свое. Только он не знает, что я больше не та покорная девочка. И на этот раз я не сдамся без боя.
— Обручальное кольцо, — чеканю я, глядя в глаза, которые когда-то любила больше жизни. — Я выхожу замуж.
Макар делает шаг, вжимая меня в стену. От него пахнет опасностью, силой и прошлым, которое я пыталась забыть четыре года.
— Ты же знаешь, что чужого я не беру, — произносит он, почти касаясь моих губ. — А ты — моя. И это кольцо я сниму с тебя сам.
Четыре года назад я была женой офицера. Я ждала, верила и любила, пока не поняла: для Макара Игнатова чужая беда и вдова погибшего друга всегда будут важнее меня. Я ушла, чтобы выжить и собрать свое сердце по кускам.
Теперь у меня новая, спокойная жизнь и надежный жених, который меня ценит. Но Макар вернулся. Он понял свою ошибку и привык брать свое. Только он не знает, что я больше не та покорная девочка. И на этот раз я не сдамся без боя.
✔️ Солдат ребенка не обидит. Тем более, двоих. У меня сын, у нее дочь. Они дружат, а между нами - война. Иначе быть не может. Она преступница, которая рушит бизнес моего босса.
***-***
✔️ Муж бросил меня, отобрав состояние отца. Выгнал из дома вместе с годовалой дочерью. Не дал ни копейки на операцию для своего же ребенка!
Мы справились. Выжили. Но ему придется поплатиться за наши слезы. И месть моя будет очень горячей.
💖 Я прижимаю к груди одеяло, а в глазах - боль и слезы.
Как же так? Разве я не обещала себе никогда больше не проронить и слезинки?
Влад поворачивается к зеркалу, надевает рубашку и начинает застегивать пуговицы. Методично выстраивая границу между нами.
А я просто смотрю, как натягивается рубашка на его широкой спине.
Затем он подходит к шахматной доске, поднимает фигуру рыцаря и бросает ее мне на кровать.
- Ты победила, моя королева. Наслаждайся.
***-***
✔️ Муж бросил меня, отобрав состояние отца. Выгнал из дома вместе с годовалой дочерью. Не дал ни копейки на операцию для своего же ребенка!
Мы справились. Выжили. Но ему придется поплатиться за наши слезы. И месть моя будет очень горячей.
💖 Я прижимаю к груди одеяло, а в глазах - боль и слезы.
Как же так? Разве я не обещала себе никогда больше не проронить и слезинки?
Влад поворачивается к зеркалу, надевает рубашку и начинает застегивать пуговицы. Методично выстраивая границу между нами.
А я просто смотрю, как натягивается рубашка на его широкой спине.
Затем он подходит к шахматной доске, поднимает фигуру рыцаря и бросает ее мне на кровать.
- Ты победила, моя королева. Наслаждайся.
Выберите полку для книги