Книги в жанре «Романы о молодых героях»
В три года ребёнок тянется к мячу. В семь лет включает пультом волейбольный матч. В десять лет поступает в спортивную школу. В семнадцать лет его забирают в академию. В восемнадцать ребёнка переименовывают в игрока, а его жизнь начинает принадлежать тренеру. В двадцать три волейбол и становится жизнью.
Так, мне казалось, всё и происходит. Но со мной – не произошло.
Так, мне казалось, всё и происходит. Но со мной – не произошло.
Поездка на море была моей мечтой, сколько себя помню. И вот, когда до исполнения заветного желания остаётся пара шагов, я сталкиваюсь с неожиданным препятствием - нехваткой средств. И что же теперь? Отказаться? Отступить? В момент, когда я уже готова признать поражение, случайный знакомый предлагает мне выход - фиктивный брак, чтобы получить скидку на путёвку для молодожёнов. В погоне за исполнением мечты я совершенно забываю о благоразумии и бросаюсь в эту авантюру, не задумываясь о последствиях...
Лёша приезжает в лагерь, чтобы начать новую жизнь, но у леса за воротами свои планы. Заброшенные места, старые легенды и необъяснимые совпадения приводят к тайне, где прошлое начинает вмешиваться в жизни тех, кто пытается его разгадать.
Чем глубже Лёша пытается понять происходящее, тем яснее становится: за каждым чудовищем стоит человеческая трагедия.
Чтобы не дать прошлому повториться, придётся раскрыть чужие тайны и столкнуться с тем, что старая история выбрала новых героев не случайно.
Чем глубже Лёша пытается понять происходящее, тем яснее становится: за каждым чудовищем стоит человеческая трагедия.
Чтобы не дать прошлому повториться, придётся раскрыть чужие тайны и столкнуться с тем, что старая история выбрала новых героев не случайно.
– Карина, вы можете признаться в своей вине сами, пока не поздно.
Голос Маркизы, смотрительницы Академии Леди, разносится по ночному коридору.
– Я не виновна. – Повторяю уже третий раз за неделю.
– Кажется, наш библиотекарь иного мнения.
– Герман... ты предал меня?..
+++++
Меня зовут Карина Василькова, и у меня дар: вляпываться в истории, из которых невозможно выбраться без потерь. Сорванная свадьба бывшего? Мелочь. Разбитый отцовский «Ягуар»? Не считается. А вот Академия Леди, куда меня сослали на перевоспитание – уже серьёзно. Здесь девушек превращают в образцовых жён и светских дам, поют гимны достоинству и запрещают дышать без разрешения.
Но у меня другие планы.
Герман – молчаливый библиотекарь, который знает обо всём и всех. Он смотрит так, будто видит меня насквозь, но молчит. Иногда мне кажется, что он на моей стороне. Иногда – что он опаснее всех, кого я здесь встретила.
Голос Маркизы, смотрительницы Академии Леди, разносится по ночному коридору.
– Я не виновна. – Повторяю уже третий раз за неделю.
– Кажется, наш библиотекарь иного мнения.
– Герман... ты предал меня?..
+++++
Меня зовут Карина Василькова, и у меня дар: вляпываться в истории, из которых невозможно выбраться без потерь. Сорванная свадьба бывшего? Мелочь. Разбитый отцовский «Ягуар»? Не считается. А вот Академия Леди, куда меня сослали на перевоспитание – уже серьёзно. Здесь девушек превращают в образцовых жён и светских дам, поют гимны достоинству и запрещают дышать без разрешения.
Но у меня другие планы.
Герман – молчаливый библиотекарь, который знает обо всём и всех. Он смотрит так, будто видит меня насквозь, но молчит. Иногда мне кажется, что он на моей стороне. Иногда – что он опаснее всех, кого я здесь встретила.
Она начала раздражать с первого взгляда: нелепые очки, кривые косички и робкая полуулыбка. Будущая сводная сестра… Зашла в дом бочком, будто понимала, что ей тут не рады, тихо поздоровалась и встала в углу прихожей, комкая в руках нелепую тряпичную сумку.
Она не должна была стать его одержимостью.
Он не должен был смотреть на неё так — как смотрят на запретный плод. Голодно. Опасно. Словно готов разорвать.
Кайден Маклауд привык брать то, что хочет. Но Миа — не вещь. Она — дочь людей, которые дали ему кров, когда мир рухнул. Она — та самая рыжая девчонка, которую он игнорировал и ненавидел за её любопытство.
Но она выросла.
И теперь он не может смотреть на неё без содрогания.
Она боится его. Дрожит, когда он рядом. Но улыбается в ответ и не отступает. Она знает, что Кай — это опасность. Она всё равно лезет в огонь.
«Не беси меня, Рыжая», — шепчет он, сжимая её запястье.
Он не должен был смотреть на неё так — как смотрят на запретный плод. Голодно. Опасно. Словно готов разорвать.
Кайден Маклауд привык брать то, что хочет. Но Миа — не вещь. Она — дочь людей, которые дали ему кров, когда мир рухнул. Она — та самая рыжая девчонка, которую он игнорировал и ненавидел за её любопытство.
Но она выросла.
И теперь он не может смотреть на неё без содрогания.
Она боится его. Дрожит, когда он рядом. Но улыбается в ответ и не отступает. Она знает, что Кай — это опасность. Она всё равно лезет в огонь.
«Не беси меня, Рыжая», — шепчет он, сжимая её запястье.
После смерти родителей Хэ Нин осталась совсем одна. Чтобы накопить на университет, она устраивается работать в дом одной из самых влиятельных семей Сеула. Ее новый хозяин — Кан Тэ Джун. Молодой наследник, привыкший, что любое его желание исполняют без возражений. Холодный. Требовательный. Человек, который никогда не задумывался о чужих чувствах. Рядом с ним она теряет себя. Рядом с ней он теряет контроль.
"– Ауууу! – позвала она. Но снова тишь да гладь. А в голове женщины который раз проносится - «Боже, я гоняюсь за Скелетом в пустой школе вечером?».
И тут же другой голос немедленно объясняет – «Да какой там Скелет, прекрати, это Юлечка подумаешь – кости» А потом, вдруг другая мысль, словно уже вырываясь наружу из более глубоких местечек, проходит сквозь женщину, словно обнимая – «Между прочим, у нас тоже кости под кожей. Вообще‑то мы тоже Скелеты. Забыла?».
И Гусева продолжает мягко подниматься по ступенькам. Оказавшись на другом этаже, Гусева старается бесшумно отдышаться, так, чтобы Юлия не расслышала. Но перед женщиной снова пустынный коридор, Юлии нет. «Давай, думай Катя, где же может прятаться Скелет ... то есть Юлия». «А вдруг в туалете?» ‑ мелькнула мысль..."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Маленькая повесть не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".
И тут же другой голос немедленно объясняет – «Да какой там Скелет, прекрати, это Юлечка подумаешь – кости» А потом, вдруг другая мысль, словно уже вырываясь наружу из более глубоких местечек, проходит сквозь женщину, словно обнимая – «Между прочим, у нас тоже кости под кожей. Вообще‑то мы тоже Скелеты. Забыла?».
И Гусева продолжает мягко подниматься по ступенькам. Оказавшись на другом этаже, Гусева старается бесшумно отдышаться, так, чтобы Юлия не расслышала. Но перед женщиной снова пустынный коридор, Юлии нет. «Давай, думай Катя, где же может прятаться Скелет ... то есть Юлия». «А вдруг в туалете?» ‑ мелькнула мысль..."
ПРИМЕЧАНИЕ ОТ АВТОРА: Маленькая повесть не является самостоятельным произведением, а является частью романа "Ожившие по ошибке".
— Я же говорил, что встретимся, — раздался прямо над ухом знакомый низкий голос, и в следующий миг я оказалась прижата спиной к холодной стене.
— Что тебе надо? Я тебе всё сказала ещё два дня назад.
Он наклонился ближе, так близко, что ещё чуть-чуть и наши губы бы сомкнулись. Я чувствовала его дыхание на своём лице — тёплое, обжигающее, с всё тем же терпким, до боли знакомым запахом. И внизу живота предательски начало разливаться тепло, против моей воли, против всякого здравого смысла.
— Я, кстати, Алексей. Но для тебя — Лёша. Или «моё высочество».
Мои глаза округлились. Я упёрлась ладонями в его грудь и толкнула.
— Ты дурак, что ли?
— Всё-таки пьяная ты мне нравишься больше, — протянул он. — Вся такая раскованная, ласковая, горячая.
— Да, ты мне тоже нравишься, когда я пьяная. Потому что я тебя тогда не запоминаю.
— Не переживай, детка, — проговорил он уже тише, но с той же опасной уверенностью. — У меня будет время запомниться тебе и на трезвую голову. Ты ещё будешь умолять.
— Что тебе надо? Я тебе всё сказала ещё два дня назад.
Он наклонился ближе, так близко, что ещё чуть-чуть и наши губы бы сомкнулись. Я чувствовала его дыхание на своём лице — тёплое, обжигающее, с всё тем же терпким, до боли знакомым запахом. И внизу живота предательски начало разливаться тепло, против моей воли, против всякого здравого смысла.
— Я, кстати, Алексей. Но для тебя — Лёша. Или «моё высочество».
Мои глаза округлились. Я упёрлась ладонями в его грудь и толкнула.
— Ты дурак, что ли?
— Всё-таки пьяная ты мне нравишься больше, — протянул он. — Вся такая раскованная, ласковая, горячая.
— Да, ты мне тоже нравишься, когда я пьяная. Потому что я тебя тогда не запоминаю.
— Не переживай, детка, — проговорил он уже тише, но с той же опасной уверенностью. — У меня будет время запомниться тебе и на трезвую голову. Ты ещё будешь умолять.
Алиция соглашается на фиктивные отношения, чтобы привлечь внимание парня, в которого влюблена. Но оказывается в ловушке, где её тело становится ставкой. И пока одноклассники пишут эссе про вымышленных героев, Аля пишет про живых людей. На случай, если завтра они её уничтожат.
Выберите полку для книги