Книги в жанре «Романы о молодых героях»
История о парне, потерявшем себя. Ему наскучили тусовки с друзьями. Он находится в поисках своей жизненной цели, своего дела, но пока его ничего не интересует. Однако случайная и необычная встреча во время одной из прогулок в корне меняет его жизнь.
В тихом Краснодаре, где вечера пахнут цветущими акациями и свежей выпечкой из местных пекарен, бывший следователь Лидия Николаевна выпекает лучший в городе тыквенный пирог. Её рецепт — семейная реликвия, которую она бережёт пуще зеницы ока. Но однажды в её уютный дом врывается беда: пропадает дневник с уникальным рецептом, а вместе с ним — и её соседка, пожилая собирательница кубанских легенд.
Полиция считает исчезновение бабы Кати случайностью, но Лидия чувствует: за обрывками старой сказки о трёх сёстрах и потерянном кладе кроется что-то большее. Вместе с молодым журналистом Сашей, который мечтает написать книгу о кулинарных традициях Кубани. Поиски приводят их в забытые уголки города, на шумный рынок «Юбилейный» и в старый особняк с заколоченными окнами.
Чем глубже они копают, тем яснее понимают: правда горчит, как недозрелая айва, но ради неё стоит рискнуть всем. Тёплый детектив о том, как даже самое малое зёрнышко может прорасти большой тайной.
Полиция считает исчезновение бабы Кати случайностью, но Лидия чувствует: за обрывками старой сказки о трёх сёстрах и потерянном кладе кроется что-то большее. Вместе с молодым журналистом Сашей, который мечтает написать книгу о кулинарных традициях Кубани. Поиски приводят их в забытые уголки города, на шумный рынок «Юбилейный» и в старый особняк с заколоченными окнами.
Чем глубже они копают, тем яснее понимают: правда горчит, как недозрелая айва, но ради неё стоит рискнуть всем. Тёплый детектив о том, как даже самое малое зёрнышко может прорасти большой тайной.
Июнь 1941 года. Анапа дышит предчувствием лета. Студентка Лиза Королёва приезжает из Москвы к морю, чтобы найти тишину — и находит её в объективе старого фотоаппарата. Но война вторгается внезапно, разрывая воздух взрывами и тревогой. В день, когда падают первые бомбы, она встречает лейтенанта Никиту Волкова — военного лётчика с глазами цвета утреннего прибоя.
Между ними вспыхивает чувство, которое невозможно объяснить логикой: любовь на фоне обстрелов, нежность посреди пепла. Никита улетает на задание, оставляя Лизе обещание — и карту с нарисованным сердцем в старом парке. Теперь ей предстоит пройти через оккупацию, партизанские тропы и потерю себя, чтобы однажды под падающими звёздами сказать ему «да». Сможет ли первая любовь пережить войну?
Между ними вспыхивает чувство, которое невозможно объяснить логикой: любовь на фоне обстрелов, нежность посреди пепла. Никита улетает на задание, оставляя Лизе обещание — и карту с нарисованным сердцем в старом парке. Теперь ей предстоит пройти через оккупацию, партизанские тропы и потерю себя, чтобы однажды под падающими звёздами сказать ему «да». Сможет ли первая любовь пережить войну?
– С каких это пор мы на "ты"? Не припомню момента фамильярности.
– Ладно, зайдем с другой стороны. У моей любовницы сегодня день рождения, что ей подарить?
Кажется, его немного занесло. С чего я должна знать, чем ублажать его пассию? Какое мне до этого дело?
– Я вам что, консультант по подаркам для любовниц? Вы ничего не перепутали?
ГГ совершеннолетние
– Ладно, зайдем с другой стороны. У моей любовницы сегодня день рождения, что ей подарить?
Кажется, его немного занесло. С чего я должна знать, чем ублажать его пассию? Какое мне до этого дело?
– Я вам что, консультант по подаркам для любовниц? Вы ничего не перепутали?
ГГ совершеннолетние
Он стал ее неотвратимостью. Её любовью. Её болью. Неотъемлемой частью неё самой. И как бы она не бежала от него, он всё равно найдет её и вернет обратно…
Одна ночь. Один парень, которому стало стыдно признаться друзьям, что я ему понравилась. И несколько придуманных фраз — достаточно, чтобы весь университет решил: грантница-пышка «со всеми».
Я перестала оправдываться. Пусть говорят. Но когда самый наглый мажор кампуса бросает мне в лицо: «Ты же со всеми, пышка», я отвечаю при его друзьях: даже будь это правдой, ему я всё равно не достанусь.
Он принимает спор. Месяц, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я действительно его хочу. А он ещё не знает: слух, на котором построена его уверенность, — ложь. И когда узнает, у него останется собственная тайна. Та, после которой одного «я тебя люблю» будет мало.
Я перестала оправдываться. Пусть говорят. Но когда самый наглый мажор кампуса бросает мне в лицо: «Ты же со всеми, пышка», я отвечаю при его друзьях: даже будь это правдой, ему я всё равно не достанусь.
Он принимает спор. Месяц, чтобы доказать обратное.
Проблема в том, что я действительно его хочу. А он ещё не знает: слух, на котором построена его уверенность, — ложь. И когда узнает, у него останется собственная тайна. Та, после которой одного «я тебя люблю» будет мало.
«Запретный плод сладок» — не просто поговорка, а испытание, с которым предстоит столкнуться студенту Роману. Его неудержимо тянет к Анастасии — женщине, в которой сочетаются строгость и загадка, профессионализм и скрытая уязвимость. Когда она становится его преподавателем, желание быть ближе сталкивается с жёсткими рамками университетского устава: их связь под запретом. Интерес Романа граничит с одержимостью и толкает на рискованные решения.
Это история не столько о запретной любви, но и о взрослении. О том, как юношеская страсть сталкивается с ответственностью, а симпатия с необходимостью уважать границы. Сможет ли Роман превратить своё безудержное стремление в зрелое чувство и не разрушить всё вокруг?
Это история не столько о запретной любви, но и о взрослении. О том, как юношеская страсть сталкивается с ответственностью, а симпатия с необходимостью уважать границы. Сможет ли Роман превратить своё безудержное стремление в зрелое чувство и не разрушить всё вокруг?
- Ну, надо же, Лануся, какая ты смелая, - восхитился Макс, кладя руки на талию. Немного потянул на себя, запрокинул голову, позволяя снять очки. Дэн отказывался верить своим глазам: посреди парка и белого дня они собирались поцеловаться? Просто так, из азарта? Надо было их остановить, но Дэн наоборот смотрел с болезненным и жадным любопытством за разыгрывающейся сценой.
- У тебя дыхание, как у пепельницы, - демонстративно поморщился Макс. – Боюсь, целоваться с тобой будет невкусно.
- Зато в тебе сладости на двоих хватит, - парировала Лана, сложив очки и засунув в его нагрудный карман. Положила ладони на шею, большими пальцами приподняла подбородок и посмотрела на губы. – Надеюсь, ты хорошо целуешься.
- Поверь, я заставлю тебя увлечься.
Всё началось с невинной шутки и привело к слишком горячим последствиям. Пока двое друзей вовсю развлекаются, Дэн не находит себе места, то чувствуя себя третьим лишним, то сгорая от желания присоединиться...
- У тебя дыхание, как у пепельницы, - демонстративно поморщился Макс. – Боюсь, целоваться с тобой будет невкусно.
- Зато в тебе сладости на двоих хватит, - парировала Лана, сложив очки и засунув в его нагрудный карман. Положила ладони на шею, большими пальцами приподняла подбородок и посмотрела на губы. – Надеюсь, ты хорошо целуешься.
- Поверь, я заставлю тебя увлечься.
Всё началось с невинной шутки и привело к слишком горячим последствиям. Пока двое друзей вовсю развлекаются, Дэн не находит себе места, то чувствуя себя третьим лишним, то сгорая от желания присоединиться...
Мой брат снова попал за решетку, чтобы его спасти я вынуждена проводить сеансы терапии с заключенным, который явно в них не нуждается. Зверев. Зверь,как его называют в казенных стенах. Едва взглянув на него я поняла, что психоанализ скорее понадобится мне, ведь это первый человек, который вывернул все мои раны наружу.
Трудно быть некромантом. Особенно, если раньше ты была обычной девушкой. Особенно, если таких, как ты, уничтожают.
Привет! Я Слава, и это моя история. После гибели родителей и близкой подруги я начала видеть непонятные знаки, разговаривать с призраками и узнала много нового о потусторонней жизни... А еще влюбилась в парня, с которым мы не можем быть вместе из-за моей особенности.
Привет! Я Слава, и это моя история. После гибели родителей и близкой подруги я начала видеть непонятные знаки, разговаривать с призраками и узнала много нового о потусторонней жизни... А еще влюбилась в парня, с которым мы не можем быть вместе из-за моей особенности.
Выберите полку для книги