Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Это продажные женщины, мой господин! — морщится охранник. — За деньги готовы хоть целую армию ублажить!
Темные глаза шейха медленно скользят вдоль ряда пленниц.
Я отчаянно выкрикиваю:
— Это ложь! Нас похитили! Я всего лишь работала официанткой.
Черный взгляд пронизывает насквозь.
Зрелый, сильный и опасный хищник.
— Простая официантка, которая знает язык? Может быть, искала мужчину побогаче?
— Нет, я приехала работать, мне просто нужна работа. Отпустите!
— Давно не слышал таких сказок. Тебе придется задержаться.
— Сколько?
— Семь, — поднимает уголки губ. — Семь ночей.
***
Подруга предложила подработать на вечеринке и нас похитили.
Теперь мы — живой товар, который везут на аукцион.
Плен закончился неожиданно, но сменился другой клеткой.
Я попала на глаза жестокому шейху, и он решил оставить меня себе в качестве развлечения.
Темные глаза шейха медленно скользят вдоль ряда пленниц.
Я отчаянно выкрикиваю:
— Это ложь! Нас похитили! Я всего лишь работала официанткой.
Черный взгляд пронизывает насквозь.
Зрелый, сильный и опасный хищник.
— Простая официантка, которая знает язык? Может быть, искала мужчину побогаче?
— Нет, я приехала работать, мне просто нужна работа. Отпустите!
— Давно не слышал таких сказок. Тебе придется задержаться.
— Сколько?
— Семь, — поднимает уголки губ. — Семь ночей.
***
Подруга предложила подработать на вечеринке и нас похитили.
Теперь мы — живой товар, который везут на аукцион.
Плен закончился неожиданно, но сменился другой клеткой.
Я попала на глаза жестокому шейху, и он решил оставить меня себе в качестве развлечения.
— Первую брачную ночь проведёшь со мной, — заявляет накануне свадьбы отец жениха, властный и красивый Ратмир Казаченко.
В первую секунду кажется, что послышалось.
Но потом он прижимает к себе и жарко шепчет на ухо:
— Я знаю твою страшную тайну, Ника, знаю, что ты натворила. Если не хочешь, чтобы её узнали другие, будешь послушной, сделаешь всё, как я скажу, поняла?
— Что? Нет… вы не можете…
От его парфюма кружится голова, от его близости всё внутри горит.
А в соседней комнате прямо сейчас мой жених.
Если он зайдёт и увидит нас… будет катастрофа!
— Я могу всё, девочка, — говорит Ратмир хриплым голосом, — после банкета сразу в мой номер поднимешься. Ослушаешься – тебе конец.
Он не даёт ответить, сминает мои губы жёстким поцелуем.
— Ты недостойна быть невестой моего сына, — улыбается, похожий на зверя, — а на роль моей послушной подстилки сгодишься…
В первую секунду кажется, что послышалось.
Но потом он прижимает к себе и жарко шепчет на ухо:
— Я знаю твою страшную тайну, Ника, знаю, что ты натворила. Если не хочешь, чтобы её узнали другие, будешь послушной, сделаешь всё, как я скажу, поняла?
— Что? Нет… вы не можете…
От его парфюма кружится голова, от его близости всё внутри горит.
А в соседней комнате прямо сейчас мой жених.
Если он зайдёт и увидит нас… будет катастрофа!
— Я могу всё, девочка, — говорит Ратмир хриплым голосом, — после банкета сразу в мой номер поднимешься. Ослушаешься – тебе конец.
Он не даёт ответить, сминает мои губы жёстким поцелуем.
— Ты недостойна быть невестой моего сына, — улыбается, похожий на зверя, — а на роль моей послушной подстилки сгодишься…
Я — Алексей, нефтяной магнат. Жизнь у меня под контролем: нефть качается, деньги текут, нервы держатся на замке. Но Новый год решил проверить, насколько крепки эти нервы.
Сначала чуть не расщедрился на ёлку дороже моей первой буровой. На дороге меня почти соблазняет рыжая фурия — с темпераментом урагана и тормозами уровня «ноль».
А когда я уже думаю, что хуже быть не может, в моем чулане обнаружилась девчонка. И нет, она ни разу не моя.
Да ты, Дед Мороз, совсем с катушек слетел?!
Сначала чуть не расщедрился на ёлку дороже моей первой буровой. На дороге меня почти соблазняет рыжая фурия — с темпераментом урагана и тормозами уровня «ноль».
А когда я уже думаю, что хуже быть не может, в моем чулане обнаружилась девчонка. И нет, она ни разу не моя.
Да ты, Дед Мороз, совсем с катушек слетел?!
Давид Каменский купил всё здание, не подозревая, что в одном из офисов работает его мёртвая любовь. Теперь Алина, скрывающаяся под именем Софии, — его архитектор. И его личная пытка.
Он одержим ею, видя в ней искупление.
Она использует это, чтобы разорить его.
Но в этой опасной игре стираются границы.
Ненависть становится страстью, а месть — вопросом: чего же она хочет на самом деле — разрушить его жизнь или построить с ним новую?
Он одержим ею, видя в ней искупление.
Она использует это, чтобы разорить его.
Но в этой опасной игре стираются границы.
Ненависть становится страстью, а месть — вопросом: чего же она хочет на самом деле — разрушить его жизнь или построить с ним новую?
— Спили мне ружье, чтобы обрез стал, — она развернула то, что принесла бережно укутанным как дитя в покрывало. — Вороны повадились к сыроварне летать. Ружье охотничье тяжелое для моих рук, отцовское еще.
С каштановых волос женщины капнул подтаявший снег. И вся она, будто сейчас растает, растопиться от горя и невыносимого пекла обиды в груди.
— Маринка, ты меня под статью не подводи! Не то я не знаю, что мужик у тебя загулял в городе. Ты че удумала? Детей сиротами оставить хочешь? — слесарь нахмурил брови, утирая руки ветошью, испачканные мазутом.
Слух о том, что Семенов сбежал из семьи быстро распространилась по селу.
— Пусть гуляет. Я с ним... Разведусь, — Марья любовно погладила древко рукояти. — Так поможешь или языком только чесать умеешь? — она полезла в карман и вынула свернутую заготовленную купюру. — Ворон нужно только стрелять, иначе заклюют.
С каштановых волос женщины капнул подтаявший снег. И вся она, будто сейчас растает, растопиться от горя и невыносимого пекла обиды в груди.
— Маринка, ты меня под статью не подводи! Не то я не знаю, что мужик у тебя загулял в городе. Ты че удумала? Детей сиротами оставить хочешь? — слесарь нахмурил брови, утирая руки ветошью, испачканные мазутом.
Слух о том, что Семенов сбежал из семьи быстро распространилась по селу.
— Пусть гуляет. Я с ним... Разведусь, — Марья любовно погладила древко рукояти. — Так поможешь или языком только чесать умеешь? — она полезла в карман и вынула свернутую заготовленную купюру. — Ворон нужно только стрелять, иначе заклюют.
— Ами, — Роман переступает порог моей квартирки, как только я открываю двери.
Я отступаю непроизвольно, подчиняюсь, как всегда это делала, когда мы были вместе.
— Ты…
Не знаю, что еще сказать. “Мы” давно закончились. Я жила своей жизнью, а он считался без вести пропавшим, а теперь… стоит здесь передо мной.
— Я пришел за тобой, Амина. Снова.
Между нами почти нет преград, мы могли бы быть вместе, если бы он не выбросил меня, как ненужную сломанную куклу, наигравшись. Теперь между нами есть только одна преграда. Моя маленькая девочка, проснувшаяся совсем не вовремя.
— Мама? — спрашивает Надия. — А это кто?
Я отступаю непроизвольно, подчиняюсь, как всегда это делала, когда мы были вместе.
— Ты…
Не знаю, что еще сказать. “Мы” давно закончились. Я жила своей жизнью, а он считался без вести пропавшим, а теперь… стоит здесь передо мной.
— Я пришел за тобой, Амина. Снова.
Между нами почти нет преград, мы могли бы быть вместе, если бы он не выбросил меня, как ненужную сломанную куклу, наигравшись. Теперь между нами есть только одна преграда. Моя маленькая девочка, проснувшаяся совсем не вовремя.
— Мама? — спрашивает Надия. — А это кто?
– Будь послушной, Розалия, – касается подбородка мой сводный брат.
Монстр, который меня ненавидит, вдруг решил на мне жениться.
– Никогда, – всхлипываю. – Зачем тебе я, Тамерлан? Зачем? Ты же можешь выбрать любую.
– Мне нужна именно ты, – цедит шайтан глубоким баритоном, не отпуская меня от себя.
– Зачем? – спрашиваю тихо.
– Ты тут для моего удовольствия! И для того, чтоб родить мне наследника! Ты родишь мне сына, поняла?
***
Сводный брат появился в моей жизни десять лет спустя. Он ненавидит меня, но зачем-то взял в жены. Мои мытарства начинаются, и они никогда не кончатся, ведь на Кавказе не принято разводиться.
Монстр, который меня ненавидит, вдруг решил на мне жениться.
– Никогда, – всхлипываю. – Зачем тебе я, Тамерлан? Зачем? Ты же можешь выбрать любую.
– Мне нужна именно ты, – цедит шайтан глубоким баритоном, не отпуская меня от себя.
– Зачем? – спрашиваю тихо.
– Ты тут для моего удовольствия! И для того, чтоб родить мне наследника! Ты родишь мне сына, поняла?
***
Сводный брат появился в моей жизни десять лет спустя. Он ненавидит меня, но зачем-то взял в жены. Мои мытарства начинаются, и они никогда не кончатся, ведь на Кавказе не принято разводиться.
Когда среди ночи у меня обвалилась полка, я побежала к соседу.
Я не знала, что открываю дверь в проблему куда серьёзнее.
Потому что сосед оказался лучшим другом детства моего отца. И я не планировала влюбляться в мужчину, которого нельзя даже рассматривать как вариант.
Он не должен касаться меня. Я не должна ловить его запах в подъезде и ждать его шагов за стеной.
Только вот сердце не знает слова «нельзя».
А я, похоже, слишком люблю нарушать правила
Я не знала, что открываю дверь в проблему куда серьёзнее.
Потому что сосед оказался лучшим другом детства моего отца. И я не планировала влюбляться в мужчину, которого нельзя даже рассматривать как вариант.
Он не должен касаться меня. Я не должна ловить его запах в подъезде и ждать его шагов за стеной.
Только вот сердце не знает слова «нельзя».
А я, похоже, слишком люблю нарушать правила
Успешный архитектор Юлия Захаровна теряет всё в один день. Партнёр по проекту подставляет её, и исчезает за границей.
Муж, вместо поддержки, подаёт на развод, а его любовница выживает детей из квартиры. Чтобы не сесть в тюрьму, Юле придётся отдать всё, и ещё остаться должной... Но не это главное, важно другое - она на свободе, её умения и знания при ней, и она непременно справится со всеми трудностями, начнёт всё с нуля и вернёт себе доброе имя.
И когда через пять лет бывший муж окажется напротив неё за столом переговоров, ему придётся играть по её правилам.
Муж, вместо поддержки, подаёт на развод, а его любовница выживает детей из квартиры. Чтобы не сесть в тюрьму, Юле придётся отдать всё, и ещё остаться должной... Но не это главное, важно другое - она на свободе, её умения и знания при ней, и она непременно справится со всеми трудностями, начнёт всё с нуля и вернёт себе доброе имя.
И когда через пять лет бывший муж окажется напротив неё за столом переговоров, ему придётся играть по её правилам.
✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА! ✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО СЕГОДНЯ!
— С днем свадьбы, сестренка! Только не плачь, станешь еще страшнее, — Настя прижалась к моему мужу, сияя от превосходства. — Посмотри на себя: ты же просто гора жира. Пятитонный самосвал. Артему нужен драйв, а не скучная аптекарша.
Я ждала, что Артем заступится, но он лишь поправил галстук с ледяной брезгливостью: — Уходи, Наташ. Нам здесь лишние калории не нужны. Я забираю квартиру и твою сестру, а ты — просто ошибка, которую я наконец-то исправляю.
Я вышла из ресторана под проливной дождь. Белое платье мгновенно потяжелело, превращаясь в грязную тряпку, а за спиной гремел смех тех, ради кого я жила последние пять лет. Я была готова просто исчезнуть...
— С днем свадьбы, сестренка! Только не плачь, станешь еще страшнее, — Настя прижалась к моему мужу, сияя от превосходства. — Посмотри на себя: ты же просто гора жира. Пятитонный самосвал. Артему нужен драйв, а не скучная аптекарша.
Я ждала, что Артем заступится, но он лишь поправил галстук с ледяной брезгливостью: — Уходи, Наташ. Нам здесь лишние калории не нужны. Я забираю квартиру и твою сестру, а ты — просто ошибка, которую я наконец-то исправляю.
Я вышла из ресторана под проливной дождь. Белое платье мгновенно потяжелело, превращаясь в грязную тряпку, а за спиной гремел смех тех, ради кого я жила последние пять лет. Я была готова просто исчезнуть...
Подборка остросюжетных любовных романов
Выберите полку для книги