Книги в жанре «Драма» по тегу «tag»
– Я люблю Сергея и сделаю его счастливым! – убеждает меня со слезами на глазах беременная любовница моего мужа. – Я рожу ему здорового ребёнка, а ты урода! – тычет пальцем в мой пока не слишком большой живот. – Не мучай ты всех! Отпусти его.
– Отпущу…, – выдавливаю еле слышно, сжимая в руках заключение генетика о том, что в моём животе, скорее всего, растёт ребёнок с синдромом Дауна.
– Ты сделаешь аборт? – смотрит на меня пытливо девица.
– Да, сделаю. А вам я желаю море счастья! Смотрите не захлебнитесь!
Десятилетний брак и моя долгожданная беременность закончились кошмаром. Казалось, счастье так близко…
Но открывшаяся правда разрушила до основания мою жизнь…
У мужа любовница, у них скоро будет ребёнок, а я оказалась с браком. Бракованный товар никому не нужен…
Что ж, любимый, ты сделал свой выбор!
А я сделаю свой…
– Отпущу…, – выдавливаю еле слышно, сжимая в руках заключение генетика о том, что в моём животе, скорее всего, растёт ребёнок с синдромом Дауна.
– Ты сделаешь аборт? – смотрит на меня пытливо девица.
– Да, сделаю. А вам я желаю море счастья! Смотрите не захлебнитесь!
Десятилетний брак и моя долгожданная беременность закончились кошмаром. Казалось, счастье так близко…
Но открывшаяся правда разрушила до основания мою жизнь…
У мужа любовница, у них скоро будет ребёнок, а я оказалась с браком. Бракованный товар никому не нужен…
Что ж, любимый, ты сделал свой выбор!
А я сделаю свой…
– Ты… Ты два года с ней? – повторяю, как эхо.
Он кивает.
– Я догадывалась, – вдруг вырывается из меня. Это почти рефлекс: я всегда знала, когда он врет. Слишком хорошо знала.
– Если догадывалась, то почему молчала? – Его голос вдруг становится резче.
Я впиваюсь в него взглядом.
– Боялась, – выкрикиваю. Слова рвутся из меня, как ножи, калеча и меня, и его. – Боялась услышать правду. Потому что не знала, смогу ли пережить её!
Он поджимает губы. Смотрит, как я сломанная, пытаюсь найти силы в этом кошмаре.
– Ты боялась, а я устал, – тихо говорит он.
– Устал? – Я хватаюсь за эту фразу, как утопающий за соломинку. – Устал? От чего? От меня? От женщины, которая три года гнила в тюрьме, чтобы ты мог ходить на работу, воспитывать нашу дочь, спать в собственной постели?
– Ты сама так решила, – бросает он.
Мое тело бьет озноб. Я не верю своим ушам...
Он кивает.
– Я догадывалась, – вдруг вырывается из меня. Это почти рефлекс: я всегда знала, когда он врет. Слишком хорошо знала.
– Если догадывалась, то почему молчала? – Его голос вдруг становится резче.
Я впиваюсь в него взглядом.
– Боялась, – выкрикиваю. Слова рвутся из меня, как ножи, калеча и меня, и его. – Боялась услышать правду. Потому что не знала, смогу ли пережить её!
Он поджимает губы. Смотрит, как я сломанная, пытаюсь найти силы в этом кошмаре.
– Ты боялась, а я устал, – тихо говорит он.
– Устал? – Я хватаюсь за эту фразу, как утопающий за соломинку. – Устал? От чего? От меня? От женщины, которая три года гнила в тюрьме, чтобы ты мог ходить на работу, воспитывать нашу дочь, спать в собственной постели?
– Ты сама так решила, – бросает он.
Мое тело бьет озноб. Я не верю своим ушам...
Новенькая горничная с мужчиной. Совсем стыд потеряла! Пригляделась... У мужика голова покрашена. Ну точно — мой муж!
— Миша?! — сама не узнаю свой голос.
Они оба замерли. Горничная с визгом скатилась с кровати. Миша резко сел, его лицо побледнело. На фоне нелепо покрашенных волос — вид убогий.
— Алис, я все объясню, — муж быстро вскакивает.
Больше пятнадцати лет брака вместе мой муж перечеркнул сегодня! И где? Прямо на рабочем месте! Стыд то какой! С молоденькой горничной, которую я сама же и наняла несколько месяцев назад.
— Уволена, — бросаю сухо, окидываю разлучницу свирепым взглядом.
— Вы не можете меня уволить... Потому что я беременна! — любовница мужа добивает меня.
— Миша?! — сама не узнаю свой голос.
Они оба замерли. Горничная с визгом скатилась с кровати. Миша резко сел, его лицо побледнело. На фоне нелепо покрашенных волос — вид убогий.
— Алис, я все объясню, — муж быстро вскакивает.
Больше пятнадцати лет брака вместе мой муж перечеркнул сегодня! И где? Прямо на рабочем месте! Стыд то какой! С молоденькой горничной, которую я сама же и наняла несколько месяцев назад.
— Уволена, — бросаю сухо, окидываю разлучницу свирепым взглядом.
— Вы не можете меня уволить... Потому что я беременна! — любовница мужа добивает меня.
— Послушай, ты…
— Нет, это ты послушай меня. — Ксюша подошла и помахала перед моим лицом пальчиками с алым маникюром. — Ты Паше теперь никто. Без пяти минут бывшая жена, давно отработанный материал. А я для него — богиня. Он на меня даже дышать боится.
— Да что ты говоришь?
— Говорю как есть. Паша меня обожает. Стоит лишь махнуть рукой — и он достанет всё, что я пожелаю. Бриллианты купит, шубу, машину. Луну с неба достанет, если попрошу. И квартиру эту отдаст мне. А ты отправишься голой на мороз. Под забором будешь жить, где тебе и место. Там как раз находится свалка для ненужных жен.
***
Выходя замуж в девятнадцать лет, я верила, что это навсегда. До старости, до седины в волосах, до последнего вздоха.
Что фраза «жили они долго и счастливо и умерли в один день» — это про нас».
Но спустя двадцать лет муж воспылал дикой страстью к юной и наглой проходимке и заявил, что отныне она любовь всей его жизни.
— Нет, это ты послушай меня. — Ксюша подошла и помахала перед моим лицом пальчиками с алым маникюром. — Ты Паше теперь никто. Без пяти минут бывшая жена, давно отработанный материал. А я для него — богиня. Он на меня даже дышать боится.
— Да что ты говоришь?
— Говорю как есть. Паша меня обожает. Стоит лишь махнуть рукой — и он достанет всё, что я пожелаю. Бриллианты купит, шубу, машину. Луну с неба достанет, если попрошу. И квартиру эту отдаст мне. А ты отправишься голой на мороз. Под забором будешь жить, где тебе и место. Там как раз находится свалка для ненужных жен.
***
Выходя замуж в девятнадцать лет, я верила, что это навсегда. До старости, до седины в волосах, до последнего вздоха.
Что фраза «жили они долго и счастливо и умерли в один день» — это про нас».
Но спустя двадцать лет муж воспылал дикой страстью к юной и наглой проходимке и заявил, что отныне она любовь всей его жизни.
— Ковалёв-то наш вообще берега потерял, — ехидно произносит один.
— Толяныч? А что такое? — спрашивает другой.
— А ты не видишь, Коль? Этот хмырь дочку босса обхаживает активно.
Случайно узнаю про измену мужа. После пятнадцати лет брака он завел шашни с дочкой босса! А его босс — весьма интересный мужчина, к тому же холостой.
Он приглашает меня на ужин и предлагает интересную сделку:
— Муж изменил вам с молодой любовницей? Отомстите. Выйдите замуж за ее отца и станьте бывшему мужу тещей.
Стать бывшему тещей! Какое любопытное предложение? Почему бы и нет?
— Толяныч? А что такое? — спрашивает другой.
— А ты не видишь, Коль? Этот хмырь дочку босса обхаживает активно.
Случайно узнаю про измену мужа. После пятнадцати лет брака он завел шашни с дочкой босса! А его босс — весьма интересный мужчина, к тому же холостой.
Он приглашает меня на ужин и предлагает интересную сделку:
— Муж изменил вам с молодой любовницей? Отомстите. Выйдите замуж за ее отца и станьте бывшему мужу тещей.
Стать бывшему тещей! Какое любопытное предложение? Почему бы и нет?
СКИДКА ДО 15 МАРТА
— Сделай аборт, — цедит сквозь зубы муж.
— Что ты сказал?
— Больной ребенок мне не нужен, — отрезает и смотрит вдаль.
После такого заявления остался только один выход — разойтись и забыть. Но у судьбы оказались на этот счет свои планы.
Жизнь снова свела меня с предателем…
— Сделай аборт, — цедит сквозь зубы муж.
— Что ты сказал?
— Больной ребенок мне не нужен, — отрезает и смотрит вдаль.
После такого заявления остался только один выход — разойтись и забыть. Но у судьбы оказались на этот счет свои планы.
Жизнь снова свела меня с предателем…
- Ира, я принял решение – они теперь будут жить здесь, со мной, - говорит мне муж так праздно, как будто это нормально – вышвырнуть меня из собственного дома, и заселить туда свою бывшую с ее сыном!
- В смысле «здесь и с тобой»?! – моему возмущению нет предела, - А как же я?
- А ты переедешь в квартиру. И, кстати, мне еще понадобится твоя машина. Юле нужно на чем-то возить ребенка...
Театр абсурда, в который превратилась наша жизнь с того момента, как муж возомнил себя папашей, разделил ее на «до» и «после».
И в моем «после» нет места предателю!
- В смысле «здесь и с тобой»?! – моему возмущению нет предела, - А как же я?
- А ты переедешь в квартиру. И, кстати, мне еще понадобится твоя машина. Юле нужно на чем-то возить ребенка...
Театр абсурда, в который превратилась наша жизнь с того момента, как муж возомнил себя папашей, разделил ее на «до» и «после».
И в моем «после» нет места предателю!
Она: Ненавижу! "Жених" даже пытается взять меня за руку. А меня дрожь берёт от ненависти. Вот сестрёнка устроила мне райскую жизнь, сбежав с деньгами этого индюка. Чтобы он её не упёк за решётку, мне пришлось выйти за него замуж. Ох, мне же ещё целоваться с ним придётся… Ненавижу!
Он: Ох и взгляд! В пепел сейчас превращусь от яростного взгляда невесты. Но мне нужно спасать карьеру, которая чуть не рухнула по вине её сестры. Для этого срочно жениться нужно. Сейчас поставит подпись, отгуляем свадьбу, и пусть валит на все четыре стороны. А ту стерву, что чуть всё не погубила, выловлю и накажу.
Он: Ох и взгляд! В пепел сейчас превращусь от яростного взгляда невесты. Но мне нужно спасать карьеру, которая чуть не рухнула по вине её сестры. Для этого срочно жениться нужно. Сейчас поставит подпись, отгуляем свадьбу, и пусть валит на все четыре стороны. А ту стерву, что чуть всё не погубила, выловлю и накажу.
В глазах Марка мелькает блеск узнавания.
– Юля? – выдыхает, – я не знал, что прием ведешь ты. Но как? У тебя же была другая фамилия…
– Сменила с замужеством, – отвечаю с холодной улыбкой.
Понимаю, что не смогу с ним контактировать. Даже спустя столько лет. Потому что некоторые раны не заживают никогда.
– Рада видеть тебя, Марк. Знаешь, у нас в центре есть другие отличные психологи. Я перенаправлю вас. Думаю, это не совсем этично.
– Нет!
Марк подходит к моему столу, хватается за его край руками. Он бледен, между бровей – хмурые морщинки.
– Юль… Я хочу, чтобы с моим сыном работала ты. Мне советовали тебя как лучшую в своем деле. Говорят, ты творишь чудеса. Помоги. Помоги исцелить моего сына.
***
Человек, который заставил меня поверить в сказку, а потом эту веру уничтожил, появился на пороге моего кабинета спустя семь лет.
Он привел своего сына, который перестал говорить год назад.
Господи, почему? Почему среди тысяч детских психологов он пришел именно ко мне?
– Юля? – выдыхает, – я не знал, что прием ведешь ты. Но как? У тебя же была другая фамилия…
– Сменила с замужеством, – отвечаю с холодной улыбкой.
Понимаю, что не смогу с ним контактировать. Даже спустя столько лет. Потому что некоторые раны не заживают никогда.
– Рада видеть тебя, Марк. Знаешь, у нас в центре есть другие отличные психологи. Я перенаправлю вас. Думаю, это не совсем этично.
– Нет!
Марк подходит к моему столу, хватается за его край руками. Он бледен, между бровей – хмурые морщинки.
– Юль… Я хочу, чтобы с моим сыном работала ты. Мне советовали тебя как лучшую в своем деле. Говорят, ты творишь чудеса. Помоги. Помоги исцелить моего сына.
***
Человек, который заставил меня поверить в сказку, а потом эту веру уничтожил, появился на пороге моего кабинета спустя семь лет.
Он привел своего сына, который перестал говорить год назад.
Господи, почему? Почему среди тысяч детских психологов он пришел именно ко мне?
— А где… все?
— Если ты об экономке, то она на кухне, накрывает для нас ужин. А если ты о муже, то он уехал домой.
— Это какая-то шутка?
— А похоже на то, что я шучу?
Агулов смотрел на неё абсолютно серьезно. Сейчас перед Ариной была та самая акула. Хищник.
— В каком смысле “уехал домой”? А я?
***
Он: Безжалостный, не знающий любви и сочувствия. Хладнокровный, как хищник морей и океанов. За глаза его называют акулой, он знает и гордится этим.
Она: Горько и больно, когда тебя предает любимый человек. Арина искренне любит своего мужа, но становится ставкой в его бизнесе.
Эта книга о взрослых героях и странных превратностях судьбы.
Не всегда мир делится на черное и белое. Иногда тот, кто любит может предать. А тот, кого ты ненавидишь всем сердцем, может оказаться единственным твоим спасением.
— Если ты об экономке, то она на кухне, накрывает для нас ужин. А если ты о муже, то он уехал домой.
— Это какая-то шутка?
— А похоже на то, что я шучу?
Агулов смотрел на неё абсолютно серьезно. Сейчас перед Ариной была та самая акула. Хищник.
— В каком смысле “уехал домой”? А я?
***
Он: Безжалостный, не знающий любви и сочувствия. Хладнокровный, как хищник морей и океанов. За глаза его называют акулой, он знает и гордится этим.
Она: Горько и больно, когда тебя предает любимый человек. Арина искренне любит своего мужа, но становится ставкой в его бизнесе.
Эта книга о взрослых героях и странных превратностях судьбы.
Не всегда мир делится на черное и белое. Иногда тот, кто любит может предать. А тот, кого ты ненавидишь всем сердцем, может оказаться единственным твоим спасением.
Выберите полку для книги