Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»
За процессом создания моих фирменных булочек наблюдал сам шеф-повар. Только вот он смотрел совсем на другие булки, и как-то слишком уж плотоядно…
Он обнял меня сзади — крепко, уверенно, слишком близко… Его ладони сжали мою талию, скользнули ниже…
***
Мы с Марго дружим с детства. Теперь нам по двадцать один.
Я часто ночевала в их доме, её мама всегда была мне как родная…
Но теперь у неё новый муж. Отчим моей подруги. Слишком молодой. Слишком красивый. Слишком опасный.
И то, как он смотрит на меня… Разве так смотрят мужчины, которые должны оставаться в стороне? Или мне всё это только кажется?..
***
Мы с Марго дружим с детства. Теперь нам по двадцать один.
Я часто ночевала в их доме, её мама всегда была мне как родная…
Но теперь у неё новый муж. Отчим моей подруги. Слишком молодой. Слишком красивый. Слишком опасный.
И то, как он смотрит на меня… Разве так смотрят мужчины, которые должны оставаться в стороне? Или мне всё это только кажется?..
- Ты спятила? – выдохнула, в ужасе прикрыв рот ладошкой. – Какие мужики, Вита? От меня муж ушел! Не хочу я сейчас никаких мужиков!
- Ну и дура! Он об тебя ноги вытер, а ты утерлась и сидишь слезы льешь!
- А ты предлагаешь последовать его примеру? Переспать с первым встречным?
- И не одним!
- Что?! Вита, я тебя очень люблю, ты знаешь, - замолчала, собираясь с мыслями. – Но, блин, за кого ты меня принимаешь?
- За женщину, Катя! За женщину, которая доверилась одному негодяю и не пробовала ничего другого! Ну признайся, ты ведь что такое *** *** наверняка знаешь только со своей позиции?..
- Ну и дура! Он об тебя ноги вытер, а ты утерлась и сидишь слезы льешь!
- А ты предлагаешь последовать его примеру? Переспать с первым встречным?
- И не одним!
- Что?! Вита, я тебя очень люблю, ты знаешь, - замолчала, собираясь с мыслями. – Но, блин, за кого ты меня принимаешь?
- За женщину, Катя! За женщину, которая доверилась одному негодяю и не пробовала ничего другого! Ну признайся, ты ведь что такое *** *** наверняка знаешь только со своей позиции?..
Диана — так зовут эту прелестную некромантку с Теодоры — всегда шла против правил. Она не признаёт условностей, не боится осуждения и живёт так, как ей заблагорассудится. Её путь усеян осколками чужих сердец и разбитыми надеждами, но разве это когда-то останавливало истинную дочь Теодоры?
Она словно бабочка, летящая на огонь — знает, что обожжется, но всё равно летит. В её венах течёт не кровь, а чистейший яд, а сердце давно превратилось в камень. Или нет? Быть может, она просто хорошо это скрывает?
Диана — мастер манипуляций и искушения. Она играет с мужчинами, как кошка с мышкой, и получает от этого истинное удовольствие. Её репутация? О, она давно распрощалась с понятием репутации. Что значат сплетни и пересуды для той, кто смотрит в глаза смерти и не отводит взгляда?
В лабиринте лжи и наслаждений она чувствует себя как дома. Каждый её шаг — это танец на грани, каждое решение — выбор между адом и ещё большим адом. И знаете что? Ей это нравится.
Она словно бабочка, летящая на огонь — знает, что обожжется, но всё равно летит. В её венах течёт не кровь, а чистейший яд, а сердце давно превратилось в камень. Или нет? Быть может, она просто хорошо это скрывает?
Диана — мастер манипуляций и искушения. Она играет с мужчинами, как кошка с мышкой, и получает от этого истинное удовольствие. Её репутация? О, она давно распрощалась с понятием репутации. Что значат сплетни и пересуды для той, кто смотрит в глаза смерти и не отводит взгляда?
В лабиринте лжи и наслаждений она чувствует себя как дома. Каждый её шаг — это танец на грани, каждое решение — выбор между адом и ещё большим адом. И знаете что? Ей это нравится.
Я лежала связанная и с ненавистью смотрела на Севера.
В его карих глазах горело холодное торжество. Он медленно облизал губы, не сводя с меня взгляда.
– Хорошая девочка, – прошептал он, и в этом шёпоте звучала угроза продолжения. Его рука опустилась на пряжку ремня. Металлический щелчок разрезал тишину, как нож. – А теперь… я сделаю тебя взрослой.
Из-за отцовских долгов я оказалась во власти Севера – наследника криминальной империи. Теперь, я его собственность. Его игрушка.
И каждую ночь мне приходится выплачивать долг своим телом.
В его карих глазах горело холодное торжество. Он медленно облизал губы, не сводя с меня взгляда.
– Хорошая девочка, – прошептал он, и в этом шёпоте звучала угроза продолжения. Его рука опустилась на пряжку ремня. Металлический щелчок разрезал тишину, как нож. – А теперь… я сделаю тебя взрослой.
Из-за отцовских долгов я оказалась во власти Севера – наследника криминальной империи. Теперь, я его собственность. Его игрушка.
И каждую ночь мне приходится выплачивать долг своим телом.
— Даже не представляешь, как сильно ты влипла.
— Я… я всё исправлю...
— Конечно, исправишь. Денег у тебя явно нет, — окидывает меня оценивающим взглядом. — Значит, платить будешь по-другому.
— Платить?!
— Именно. Исполнишь все мои желания. Поняла? — в его глазах читается предвкушение. — А иначе я сделаю твою жизнь невыносимой. Выбирай.
Руслан Петровский — самодовольный красавчик и сердцеед, и он способен сделать со мной все, что захочет. Но не это меня пугает, а то, как мое тело реагирует на него, когда он рядом.
Рыжая ни разу не святая, и это меня заводит. Что она там пропиликала? Пашет на двух работах, чтобы оплатить учебу и помочь своей семье? Согласен, ее реальность — полный отстой. Но меня это мало волнует. Меня волнует она.
— Я… я всё исправлю...
— Конечно, исправишь. Денег у тебя явно нет, — окидывает меня оценивающим взглядом. — Значит, платить будешь по-другому.
— Платить?!
— Именно. Исполнишь все мои желания. Поняла? — в его глазах читается предвкушение. — А иначе я сделаю твою жизнь невыносимой. Выбирай.
Руслан Петровский — самодовольный красавчик и сердцеед, и он способен сделать со мной все, что захочет. Но не это меня пугает, а то, как мое тело реагирует на него, когда он рядом.
Рыжая ни разу не святая, и это меня заводит. Что она там пропиликала? Пашет на двух работах, чтобы оплатить учебу и помочь своей семье? Согласен, ее реальность — полный отстой. Но меня это мало волнует. Меня волнует она.
— Нас будет только двое? Я рассчитывала на группу,— захожу в кабинет, ожидая увидеть компанию таких же озабоченных, как я.
Мужик за столом кажется угрюмым занудой, но точно не одним из членов анонимных сексоголиков. Может, это сам психолог?
— А зачем нам группа? Я уже сделал свой выбор.
Черт, а голос как заводит...Зря я не приняла свои таблетки.
— Вот, предложение, на бумаге. Будете моей фиктивной женой на эти выходные. Сумма в углу. Мероприятие, где станете сопровождать, проходит на Мальдивах.
Я сглатываю и читаю документы, что протягивает красавчик. Сколько, сколько?!
Широко улыбаюсь, думая лишь, как в ближайшие дни укротить своё либидо. Потому что я, конечно, согласна!
— Где подписать? Только здесь указана Анна, а я Юлия. Перепутали, видно. Просто... имена похожи.
Мужик за столом кажется угрюмым занудой, но точно не одним из членов анонимных сексоголиков. Может, это сам психолог?
— А зачем нам группа? Я уже сделал свой выбор.
Черт, а голос как заводит...Зря я не приняла свои таблетки.
— Вот, предложение, на бумаге. Будете моей фиктивной женой на эти выходные. Сумма в углу. Мероприятие, где станете сопровождать, проходит на Мальдивах.
Я сглатываю и читаю документы, что протягивает красавчик. Сколько, сколько?!
Широко улыбаюсь, думая лишь, как в ближайшие дни укротить своё либидо. Потому что я, конечно, согласна!
— Где подписать? Только здесь указана Анна, а я Юлия. Перепутали, видно. Просто... имена похожи.
Я приехала на Кавказ, погостить у одногруппницы, но какие-то местные горцы схватили меня и отвезли в медицинскую клинику.
Так я познакомилась с доктором Хасановым, и он сразу дал понять, что я теперь его, и он будет защищать меня до самого отъезда от якобы грозящей мне опасности.
Нетрудно догадаться, что вскоре я оказалась в сладком плену властного и горячего кавказца, и настоящая опасность исходит именно от него...
Так я познакомилась с доктором Хасановым, и он сразу дал понять, что я теперь его, и он будет защищать меня до самого отъезда от якобы грозящей мне опасности.
Нетрудно догадаться, что вскоре я оказалась в сладком плену властного и горячего кавказца, и настоящая опасность исходит именно от него...
Меня похитили, чтобы продать на межмировом аукционе, проводимом на космической станции в чужой галактике. Но покинув родную Землю, во мне проснулись спящие до этого момента силы и вместо, того чтобы стать товаром, я стала… хозяйкой опасного армианца, который возжелал меня купить. Да ещё и прихватила наглого остроухого владельца аукционного дома.
Но кто ж знал, что иметь рабов так непросто. Особенно если на них ошейники, обязывающие соблюдать определённые правила. И они применимы не только к рабам, но и ко мне.
#героиня_ошалевшая_от_новой_роли_госпожи
#властные_мужчины_но_не_с_той_связались
#постельные_сцены_без_жести
#авторские_расы
Но кто ж знал, что иметь рабов так непросто. Особенно если на них ошейники, обязывающие соблюдать определённые правила. И они применимы не только к рабам, но и ко мне.
#героиня_ошалевшая_от_новой_роли_госпожи
#властные_мужчины_но_не_с_той_связались
#постельные_сцены_без_жести
#авторские_расы
Пальцы свекра касаются моей щеки, стирают слезу, которую я не успела смахнуть.
— Мой обидел? – спрашивает тихо, но грозно.
Я не отвечаю. Не могу.
Федор Сергеевич смотрит на меня, и в его взгляде нет жалости. Он меня хочет. Как мужчина хочет женщину.
— Маленькая дурочка, — хрипло произносит. – Ну рассказывай, что у вас. Я помогу.
И вдруг его пальцы сжимают мой подбородок. Грубо. По-хозяйски.
Перехватывает дыхание.
Сердце пропускает удары.
Свекор дергает меня на себя, и наши губы встречаются в самом диком в моей жизни поцелуе.
— Мой обидел? – спрашивает тихо, но грозно.
Я не отвечаю. Не могу.
Федор Сергеевич смотрит на меня, и в его взгляде нет жалости. Он меня хочет. Как мужчина хочет женщину.
— Маленькая дурочка, — хрипло произносит. – Ну рассказывай, что у вас. Я помогу.
И вдруг его пальцы сжимают мой подбородок. Грубо. По-хозяйски.
Перехватывает дыхание.
Сердце пропускает удары.
Свекор дергает меня на себя, и наши губы встречаются в самом диком в моей жизни поцелуе.
Выберите полку для книги