Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
Розоволосая эльфийка думала, что сможет обвести орков вокруг пальца и украсть священный алмаз. Теперь она три ночи отрабатывает в постели вождя орков, а он никак не насмотрится на свою розочку.
Сладкий кекс и предки, которые благословили этот цирк.
Сладкий кекс и предки, которые благословили этот цирк.
Меня посадили в тюрьму за то, чего я не совершала. Семь лет ада — вот всё, что мне светило. А потом в мою камеру вошёл ОН. Демид Волк. Хищник с ледяными глазами, от которого пахнет дорогим парфюмом и смертельной опасностью. Его предложение? Фиктивный брак на год. Взамен — свобода.
Я думала, что хуже тюрьмы ничего нет. Я ошибалась.
Хуже — это ночевать под одной крышей с мужчиной, от которого горят лёгкие. Это ловить его тёмный взгляд на своём затылке и чувствовать, как подкашиваются колени. Это ненавидеть его за холодность — и терять рассудок от одного прикосновения.
Одна ссора в машине. Один поцелуй, который должен был стать ошибкой. А потом — стена в холле, разорванный шёлк платья и его шёпот на ухо: «Ты моя. Запомни это своим телом».
Я продала ему год своей жизни. Но, кажется, он забрал всё. Целиком. Без остатка.
Я думала, что хуже тюрьмы ничего нет. Я ошибалась.
Хуже — это ночевать под одной крышей с мужчиной, от которого горят лёгкие. Это ловить его тёмный взгляд на своём затылке и чувствовать, как подкашиваются колени. Это ненавидеть его за холодность — и терять рассудок от одного прикосновения.
Одна ссора в машине. Один поцелуй, который должен был стать ошибкой. А потом — стена в холле, разорванный шёлк платья и его шёпот на ухо: «Ты моя. Запомни это своим телом».
Я продала ему год своей жизни. Но, кажется, он забрал всё. Целиком. Без остатка.
— Ты цела? — Мужчина подходит, опускается на корточки. Берет мое лицо в ладони.
— Смотреть на меня, — приказывает он. — Они тебя тронули?
Я качаю головой.
Он выдыхает. И в этом выдохе столько облегчения, что у меня сердце сжимается.
— Вставай.
Руслан поднимает меня на руки.Несет к машине, усаживает на пассажирское сиденье.
— Кто тебя тронуть посмел? Говори.
— Долг... отца... — шепчу.
Мы срываемся с места. Я смотрю в зеркало заднего вида: эти трое остаются лежать на асфальте.
— Куда мы? — спрашиваю я.
Мужчина сжимает руль так, что костяшки белеют. Бросает на меня быстрый взгляд.
— Ко мне.
— Нет, я домой...
— Нет, — перебивает он жестко. — Эти уроды знают, где ты живешь. Там небезопасно. Ты теперь моя головная боль. И пока я не разберусь, ты будешь там, где я смогу тебя защитить.
— Вы не можете просто так меня забрать!
— Могу. Уже забрал.
Я открываю рот, чтобы возразить, но он вдруг кладет свою ладонь на мою руку.
— Не бойся, Надя. Слышишь? Я никому не дам тебя в обиду.
— Смотреть на меня, — приказывает он. — Они тебя тронули?
Я качаю головой.
Он выдыхает. И в этом выдохе столько облегчения, что у меня сердце сжимается.
— Вставай.
Руслан поднимает меня на руки.Несет к машине, усаживает на пассажирское сиденье.
— Кто тебя тронуть посмел? Говори.
— Долг... отца... — шепчу.
Мы срываемся с места. Я смотрю в зеркало заднего вида: эти трое остаются лежать на асфальте.
— Куда мы? — спрашиваю я.
Мужчина сжимает руль так, что костяшки белеют. Бросает на меня быстрый взгляд.
— Ко мне.
— Нет, я домой...
— Нет, — перебивает он жестко. — Эти уроды знают, где ты живешь. Там небезопасно. Ты теперь моя головная боль. И пока я не разберусь, ты будешь там, где я смогу тебя защитить.
— Вы не можете просто так меня забрать!
— Могу. Уже забрал.
Я открываю рот, чтобы возразить, но он вдруг кладет свою ладонь на мою руку.
— Не бойся, Надя. Слышишь? Я никому не дам тебя в обиду.
— Зачем ты звонишь? — прозвучал её усталый вопрос. — Может, хватит мучить и себя, и меня?
Может, и хватит, но у него нет сил, чтобы остановиться.
— Я люблю тебя, — признался он вместо ответа на вопрос.
— Это уже не важно, Максим, — вздохнула Ника. — Ты должен прекратить.
— Я хочу тебя увидеть, — продолжил он, будто не слыша её, — давай встретимся? Я соскучился…
— Нет, Максим, — резко ответила Вероника. — Разве ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть?
— Прошу тебя!
— Максим, у меня другой мужчина, — произнесла она тихо.
Мелкая неприятная дрожь пробежала по его телу. Тот парень, с которым он ее застал, хоть вызвал яростную реакцию, но был всего лишь эпизодом. Теперь Ника говорила о другом. О серьезных, полноценных отношениях.
— Но ты всё равно любишь меня, — настаивал он.
— Нет, Максим, я давно тебя отпустила, даже простила, — Ника говорила легко и искренне, отчего его кишки сворачивались в узел. — Я больше не люблю тебя!
Может, и хватит, но у него нет сил, чтобы остановиться.
— Я люблю тебя, — признался он вместо ответа на вопрос.
— Это уже не важно, Максим, — вздохнула Ника. — Ты должен прекратить.
— Я хочу тебя увидеть, — продолжил он, будто не слыша её, — давай встретимся? Я соскучился…
— Нет, Максим, — резко ответила Вероника. — Разве ты еще не понял, что я не хочу тебя видеть?
— Прошу тебя!
— Максим, у меня другой мужчина, — произнесла она тихо.
Мелкая неприятная дрожь пробежала по его телу. Тот парень, с которым он ее застал, хоть вызвал яростную реакцию, но был всего лишь эпизодом. Теперь Ника говорила о другом. О серьезных, полноценных отношениях.
— Но ты всё равно любишь меня, — настаивал он.
— Нет, Максим, я давно тебя отпустила, даже простила, — Ника говорила легко и искренне, отчего его кишки сворачивались в узел. — Я больше не люблю тебя!
По стечению обстоятельств я, рождённая не под куполом города, ещё ребёнком оказалась в Лиссе.
Быть отбросом общества, презираемой почти всеми — моя прогнозируемая жизнь. Всё, что мне остаётся — занимать должность третьесортного техника с минимальной оплатой.
И всё же это лучше, чем жить в суровой внешней среде, без безопасного дома, ограниченная в еде и лекарствах. Окружённая монстрами.
Или нет?
Но что, если меня выберут для участия в разовом задании с внешней группой?
Элита... Им многое позволено. К тому же в средствах они совсем не ограничены.
С главным из них, командиром, я часто встречаюсь глазами...
Или мне это кажется?
Быть отбросом общества, презираемой почти всеми — моя прогнозируемая жизнь. Всё, что мне остаётся — занимать должность третьесортного техника с минимальной оплатой.
И всё же это лучше, чем жить в суровой внешней среде, без безопасного дома, ограниченная в еде и лекарствах. Окружённая монстрами.
Или нет?
Но что, если меня выберут для участия в разовом задании с внешней группой?
Элита... Им многое позволено. К тому же в средствах они совсем не ограничены.
С главным из них, командиром, я часто встречаюсь глазами...
Или мне это кажется?
Двадцать пять лет я была примерной женой и матерью.
Приставкой к своему мужу.
Держалась за его богатство и статус.
И вот теперь его нет.
И оказалось, что он мне оставил на прощание не только наследство, но и огромный долг, который я теперь вынуждена отдавать двум хищным и ненасытным красавчикам.
Алику и Булату...
***
Но это всего полбеды: как выяснилось, теперь я - владелица подпольного элитного борделя, которым управлял мой муж! И только я могу придумать, как снова поставить этот очень странный бизнес, в котором я совершенно не разбираюсь...
Приставкой к своему мужу.
Держалась за его богатство и статус.
И вот теперь его нет.
И оказалось, что он мне оставил на прощание не только наследство, но и огромный долг, который я теперь вынуждена отдавать двум хищным и ненасытным красавчикам.
Алику и Булату...
***
Но это всего полбеды: как выяснилось, теперь я - владелица подпольного элитного борделя, которым управлял мой муж! И только я могу придумать, как снова поставить этот очень странный бизнес, в котором я совершенно не разбираюсь...
На мой девичник перед 8 Марта подружки решили сводить меня в женский стриптиз-клуб, они ведь не знают, что у меня ещё ни разу не было...
И когда стриптизёр исполнял для меня приватный танец, я совершила ужасное, неслыханное, за что меня отвели к владельцу самого клуба!
Теперь он меня накажет...
***
— А вот и мой отец, Егор, — говорит мой жених, и я смотрю на приближающегося к нам мужчину в дорогом костюме.
С которым я... Который мне...
— Приятно познакомиться, — вся вспыхиваю, стараясь не смотреть ему в глаза, и мою руку обжигает его пылающая раскалённая ладонь...
Всё... Я попала...
И когда стриптизёр исполнял для меня приватный танец, я совершила ужасное, неслыханное, за что меня отвели к владельцу самого клуба!
Теперь он меня накажет...
***
— А вот и мой отец, Егор, — говорит мой жених, и я смотрю на приближающегося к нам мужчину в дорогом костюме.
С которым я... Который мне...
— Приятно познакомиться, — вся вспыхиваю, стараясь не смотреть ему в глаза, и мою руку обжигает его пылающая раскалённая ладонь...
Всё... Я попала...
- Кать, что случилось? Ты где? - я чувствую подкатывающий в горлу ком.
- Тебе нужно приехать..приехать к Максиму Александровичу… - в этот момент я слышу в трубке какую-то возню .
- Привет, крошка. Если хочешь, чтоб я отпустил твою сестру, тебе придется приехать. Адрес придет тебе в смс. - короткие гудки дают понять, что разговор окончен.
Я спешно накидываю пальто на вечернее платье, на бегу вызываю такси и отправляюсь в дом к мужчине, который держит у себя мою сестру, и виной тому я.
ХЭ
- Тебе нужно приехать..приехать к Максиму Александровичу… - в этот момент я слышу в трубке какую-то возню .
- Привет, крошка. Если хочешь, чтоб я отпустил твою сестру, тебе придется приехать. Адрес придет тебе в смс. - короткие гудки дают понять, что разговор окончен.
Я спешно накидываю пальто на вечернее платье, на бегу вызываю такси и отправляюсь в дом к мужчине, который держит у себя мою сестру, и виной тому я.
ХЭ
«Ты мне нужна» — три слова, сказанные лучшим другом, и все мои планы на нормальную жизнь летят к чертям. Мы дружим с Максом семь лет, и всё это время между нами искрит так, что трудно дышать.
Когда-то мы договорились: никакой ревности, никаких обязательств, только «экстренная помощь», когда кому-то из нас становится по-настоящему плохо.
Я еду к нему в последний раз. Я обещала себе поставить точку в нашем дурацком соглашении, которое меня разрушает. Но когда он открывает дверь своего дома, я понимаю, что снова проиграла. Я его на эти выходные.
Когда-то мы договорились: никакой ревности, никаких обязательств, только «экстренная помощь», когда кому-то из нас становится по-настоящему плохо.
Я еду к нему в последний раз. Я обещала себе поставить точку в нашем дурацком соглашении, которое меня разрушает. Но когда он открывает дверь своего дома, я понимаю, что снова проиграла. Я его на эти выходные.
— Коршунов, ты портишь мне аппетит, — Лиза сидит за столиком в кафе, вся такая яркая, воздушная и… моя!
— Ну что ты, Лисичка моя, — скалюсь и ставлю на стол корзину с цветами. — Я пришёл предложить свои услуги.
Лиза поднимает на меня испепеляющий взгляд, а в её тоненьких пальчиках дрожит ложка, которой она очень красиво ела десерт.
— Я знаю все твои способности, Глеб. Ни одна не интересует, — гордо отбривает меня эта лисица, от чего я чувствую, как жар пробивает всё, что ниже пояса.
— Зря. Тебе нужно снять напряжение. Слишком нервная Лисичка. А кто, как не я, может тебе в этом помочь? — и специально провожу языком по губам.
И я знаю, что эта Лисичка точно понимает, что с ней может быть: её ножки быстро прижимаются друг к другу, а щёчки заливает предательский румянец!
— Ну что ты, Лисичка моя, — скалюсь и ставлю на стол корзину с цветами. — Я пришёл предложить свои услуги.
Лиза поднимает на меня испепеляющий взгляд, а в её тоненьких пальчиках дрожит ложка, которой она очень красиво ела десерт.
— Я знаю все твои способности, Глеб. Ни одна не интересует, — гордо отбривает меня эта лисица, от чего я чувствую, как жар пробивает всё, что ниже пояса.
— Зря. Тебе нужно снять напряжение. Слишком нервная Лисичка. А кто, как не я, может тебе в этом помочь? — и специально провожу языком по губам.
И я знаю, что эта Лисичка точно понимает, что с ней может быть: её ножки быстро прижимаются друг к другу, а щёчки заливает предательский румянец!
Выберите полку для книги