Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
— Это что, неудачная шутка? — холодно спросил меня свекор. — Или попытка воздействовать на Никиту через меня?
Я сделала шаг вперед, собрав всю свою волю в кулак.
— Это попытка устроиться на работу. Мне нужны деньги и жилье. Я ухожу от вашего сына.
— А-а… — он кивнул и в его глазах заплясали чертики. — Понятно. С чем пришла, с тем и уходишь. Так я, кажется, говорил. Правда, я думал, ты продержишься дольше. Разочаровала.
От этой колкости у меня перехватило дыхание.
— Это ваш сын разочаровал меня, приведя домой пьяных девок, пока я была в отъезде.
— Не оправдывайся. — отрезал он. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по мне сверху вниз и задержался на разрезе топа. — Ты реально считаешь, что на собеседование надо приходить в таком вызывающем наряде?
Удар был ниже пояса. Вся кровь бросилась в лицо.
— Или ты думаешь, мы здесь нанимаем девочек по вызову? — продолжал он, добивая меня. — Так вот, дорогая невестка, ты пришла не по адресу. Моя фирма — не бордель.
Я сделала шаг вперед, собрав всю свою волю в кулак.
— Это попытка устроиться на работу. Мне нужны деньги и жилье. Я ухожу от вашего сына.
— А-а… — он кивнул и в его глазах заплясали чертики. — Понятно. С чем пришла, с тем и уходишь. Так я, кажется, говорил. Правда, я думал, ты продержишься дольше. Разочаровала.
От этой колкости у меня перехватило дыхание.
— Это ваш сын разочаровал меня, приведя домой пьяных девок, пока я была в отъезде.
— Не оправдывайся. — отрезал он. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по мне сверху вниз и задержался на разрезе топа. — Ты реально считаешь, что на собеседование надо приходить в таком вызывающем наряде?
Удар был ниже пояса. Вся кровь бросилась в лицо.
— Или ты думаешь, мы здесь нанимаем девочек по вызову? — продолжал он, добивая меня. — Так вот, дорогая невестка, ты пришла не по адресу. Моя фирма — не бордель.
Муж считает меня неинтересной, серой мышью. А его отец смотрит на меня так, будто я — настоящая драгоценность, которую он хотел бы заполучить. Это льстит и немного пугает.
Когда я узнаю об измене мужа, свёкор оказывается рядом. Он спасает меня и говорит: «Если тебя не ценят там, где ты была верна, почему бы не позволить себя расслабиться там, где тебя желают?»
Я смотрю в его глаза и понимаю — никаких запретов больше не существует. Все запреты только в нашей голове.
Когда я узнаю об измене мужа, свёкор оказывается рядом. Он спасает меня и говорит: «Если тебя не ценят там, где ты была верна, почему бы не позволить себя расслабиться там, где тебя желают?»
Я смотрю в его глаза и понимаю — никаких запретов больше не существует. Все запреты только в нашей голове.
Я нашла на чердаке маяка старую фотографию. На ней красивая женщина с красной помадой на губах в окружении двух мужчин и подпись: «Мы выбрали любовь, а не правила».
А тем же вечером я сама встретила двух мужчин.
– Выбери. Скажи, чтобы один из нас ушел.
– Я... я не могу.
– Тогда не выбирай.
– Это безумие. Вы оба... я не могу... так нельзя…
– Кто сказал, что нельзя? И ты можешь все что захочешь.
Ночь в тату-студии. Их руки сжимают мои запястья. Их губы на моей шее. Моя красная помада размазалась по их коже.
Но маяк хранит тайну. И она может нас уничтожить.
Любовь не делится. Она поглощает без остатка.
А тем же вечером я сама встретила двух мужчин.
– Выбери. Скажи, чтобы один из нас ушел.
– Я... я не могу.
– Тогда не выбирай.
– Это безумие. Вы оба... я не могу... так нельзя…
– Кто сказал, что нельзя? И ты можешь все что захочешь.
Ночь в тату-студии. Их руки сжимают мои запястья. Их губы на моей шее. Моя красная помада размазалась по их коже.
Но маяк хранит тайну. И она может нас уничтожить.
Любовь не делится. Она поглощает без остатка.
- Дружище, я, конечно, слышал о возможностях современных 3D-принтеров, но не знал, что ими можно делать детей.
- Я тоже не знал.
- Ты когда успел себя так качественно откопировать?
- Судя по всему, десять лет назад.
- И что, ксерокс все это время был не в курсе, что размножился?
- До сего дня ни сном ни духом. – Мой взгляд остановился на белой как мел Елене, которая обнимает нашего сына.
Десять лет я считал ее предательницей. Верил, что любимая нашла себе лучшую партию, когда ее папаша бросил меня за решетку. А в реальности... все это время она растила моего сына и, как могла, боролась со своим уродом мужем.
Адекватные герои. Сильные эмоции и тайна в прошлом.
ХЭ. Самостоятельная история.
- Я тоже не знал.
- Ты когда успел себя так качественно откопировать?
- Судя по всему, десять лет назад.
- И что, ксерокс все это время был не в курсе, что размножился?
- До сего дня ни сном ни духом. – Мой взгляд остановился на белой как мел Елене, которая обнимает нашего сына.
Десять лет я считал ее предательницей. Верил, что любимая нашла себе лучшую партию, когда ее папаша бросил меня за решетку. А в реальности... все это время она растила моего сына и, как могла, боролась со своим уродом мужем.
Адекватные герои. Сильные эмоции и тайна в прошлом.
ХЭ. Самостоятельная история.
Максим Северов — легенда хирургии и мой кошмар.
Когда декан пристроил меня к нему на практику, я думала, что умру от счастья. Гений скальпеля согласился меня обучать!Теперь хочу умереть от стыда. И от того, что его присутствие делает с моим телом.
— С такими неумелыми руками ты скорее убьёшь пациента, малышка. Хотя... есть вещи, с которыми ты справилась бы гораздо лучше.
Его издёвки, жёсткие взгляды, двусмысленные намёки — я терплю всё. Пока не срываюсь:
— Вы просто боитесь, что я окажусь лучше вас!
Гробовая тишина. Северов медленно встаёт из-за стола. Обходит меня. И я понимаю: совершила роковую ошибку.
— Повтори, — хрипло требует он.
— Вы боитесь меня!
На его губах появляется хищная улыбка. Пальцы властно вплетаются в мои волосы, притягивая к себе — резко, грубо.
— Вот теперь ты мне нравишься, Белова. Хочешь научиться быть лучше меня?
— Д-допустим...
— Тогда, будешь делать всё, что я скажу. Абсолютно всё. В операционной... и далеко за её пределами.
Когда декан пристроил меня к нему на практику, я думала, что умру от счастья. Гений скальпеля согласился меня обучать!Теперь хочу умереть от стыда. И от того, что его присутствие делает с моим телом.
— С такими неумелыми руками ты скорее убьёшь пациента, малышка. Хотя... есть вещи, с которыми ты справилась бы гораздо лучше.
Его издёвки, жёсткие взгляды, двусмысленные намёки — я терплю всё. Пока не срываюсь:
— Вы просто боитесь, что я окажусь лучше вас!
Гробовая тишина. Северов медленно встаёт из-за стола. Обходит меня. И я понимаю: совершила роковую ошибку.
— Повтори, — хрипло требует он.
— Вы боитесь меня!
На его губах появляется хищная улыбка. Пальцы властно вплетаются в мои волосы, притягивая к себе — резко, грубо.
— Вот теперь ты мне нравишься, Белова. Хочешь научиться быть лучше меня?
— Д-допустим...
— Тогда, будешь делать всё, что я скажу. Абсолютно всё. В операционной... и далеко за её пределами.
- Ты сводишь меня с ума, - горячо прошептал свёкор. - Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне. Хочу тебя всю, и плевать на последствия.
- Не надо так, - слабо выдохнула я, чувствуя слабость в коленках. - Это неправильно.
- А что правильно? Делать вид, что я ничего к тебе не испытываю и между нами ничего нет?
Рука легла на шею сзади, чуть оттягивая волосы и вынуждая прогнуться. Безудержная страсть искрила между нами, и было глупо это отрицать.
- Мы не можем, не должны.
Свёкор лишь порочно ухмыльнулся.
- Тогда заставь меня в это поверить, - интимно прошептал он. - Иначе я не остановлюсь.
- Не надо так, - слабо выдохнула я, чувствуя слабость в коленках. - Это неправильно.
- А что правильно? Делать вид, что я ничего к тебе не испытываю и между нами ничего нет?
Рука легла на шею сзади, чуть оттягивая волосы и вынуждая прогнуться. Безудержная страсть искрила между нами, и было глупо это отрицать.
- Мы не можем, не должны.
Свёкор лишь порочно ухмыльнулся.
- Тогда заставь меня в это поверить, - интимно прошептал он. - Иначе я не остановлюсь.
Я — Мелиса, дочь великого светлого мага и Хранителя храма. Воспитанная в святости, целомудрии и страхе перед тьмой.
Но однажды ночью в мою жизнь ворвались опасные, сильные, греховно красивые… беглые преступники и по совместительству тёмные маги.
Я могла выдать их. Я должна была.
Но вместо этого…я спрятала их в своей кровати.
Теперь они — в моём доме, в моей жизни, в моих мыслях.
Вот только…не все, кого зовут тёмными, по-настоящему злые.
И не все, кто воспитывался в свете, — безгрешны.
Но однажды ночью в мою жизнь ворвались опасные, сильные, греховно красивые… беглые преступники и по совместительству тёмные маги.
Я могла выдать их. Я должна была.
Но вместо этого…я спрятала их в своей кровати.
Теперь они — в моём доме, в моей жизни, в моих мыслях.
Вот только…не все, кого зовут тёмными, по-настоящему злые.
И не все, кто воспитывался в свете, — безгрешны.
Меня накрывает глубокая депрессия.Я отказываюсь подходить к ребёнку.
Только лишь кормлю его. Пока он не сможет есть что-то ещё.
Мама лишь качает головой, но молча ухаживает за ним. А я целыми днями лежу отвернувшись лицом к стенке.
Только лишь кормлю его. Пока он не сможет есть что-то ещё.
Мама лишь качает головой, но молча ухаживает за ним. А я целыми днями лежу отвернувшись лицом к стенке.
Аннотация:
— Вот что, Настя, — его голос прозвучал твёрдо, нарушая тишину. — Приходи завтра с утра вот по этому адресу. Устрою я тебя на работу.
Он был моим свёкром всего два года, а потом наш брак с его сыном распался.
Я думала, все связи с его семьёй разорваны навсегда. Но судьба свела меня с бывшим свёкром в бизнес-центре, где я с треском провалила собеседование.
И этот суровый, деловой человек, которого я едва узнала, вдруг предложил мне руку помощи.
Теперь я задаюсь вопросом: что это — чувство вины, жалость или что-то ещё?
— Вот что, Настя, — его голос прозвучал твёрдо, нарушая тишину. — Приходи завтра с утра вот по этому адресу. Устрою я тебя на работу.
Он был моим свёкром всего два года, а потом наш брак с его сыном распался.
Я думала, все связи с его семьёй разорваны навсегда. Но судьба свела меня с бывшим свёкром в бизнес-центре, где я с треском провалила собеседование.
И этот суровый, деловой человек, которого я едва узнала, вдруг предложил мне руку помощи.
Теперь я задаюсь вопросом: что это — чувство вины, жалость или что-то ещё?
— За что ты так со мной? Что я тебе сделала?
— Сначала спроси у своего братца, что он сделал с моей Леной.
Пелагея не знает никакой Лены. Но с каждым часом девушка понимает — мужчина, который держит ее в заточении, верит в ее вину безоговорочно. Чтобы выжить, она поклялась разгадать головоломку из чужого прошлого, пока собственное будущее не рассыпалось в прах. В мире, где стираются границы между болью и наслаждением, кто кого пленит на самом деле?
— Сначала спроси у своего братца, что он сделал с моей Леной.
Пелагея не знает никакой Лены. Но с каждым часом девушка понимает — мужчина, который держит ее в заточении, верит в ее вину безоговорочно. Чтобы выжить, она поклялась разгадать головоломку из чужого прошлого, пока собственное будущее не рассыпалось в прах. В мире, где стираются границы между болью и наслаждением, кто кого пленит на самом деле?
Выберите полку для книги