Книги в жанре «Эротика» по тегу «rasskazi»
Я перестала быть удобной — для бывшего мужа, для работы, для мира, который учил меня молчать и прятаться. В объятиях двоих мужчин, которые видели моё тело не как недостаток, а как храм, я научилась брать своё счастье без стыда — искренне, страстно, до дрожи в коленях. И теперь, когда они спят по обе стороны от меня, я знаю главное: я не тень чужой жизни, я — женщина, которая наконец-то разрешила себе быть собой.
«Я пришла лечить ногу. А они заглянули в самую душу.
Сначала — просто руки врача. Профессиональные. Холодные. Но почему от них так жарко?
Я хотела убежать. Я хотела остаться.
— Это неправильно, — шептала я себе.
— Но почему тогда твоё сердце поёт? — отвечало тело.
Они не спрашивали разрешения. Они просто взяли.
И я поняла: бывает боль, которую хочется повторять снова и снова.
Трое. Одна. И целая вселенная, где нет запретов.
Готова заглянуть за дверь, которую открывают не всем?»
Сначала — просто руки врача. Профессиональные. Холодные. Но почему от них так жарко?
Я хотела убежать. Я хотела остаться.
— Это неправильно, — шептала я себе.
— Но почему тогда твоё сердце поёт? — отвечало тело.
Они не спрашивали разрешения. Они просто взяли.
И я поняла: бывает боль, которую хочется повторять снова и снова.
Трое. Одна. И целая вселенная, где нет запретов.
Готова заглянуть за дверь, которую открывают не всем?»
Рэй: Я снова падаю. Сквозь пустоту. Свист ветра в ушах заглушает другие звуки, темнота летит навстречу размытыми образами. А потом я просыпаюсь в незнакомой комнате, пропахшей дымом от трав. Он стоит напротив, прожигая меня взглядом кобальтовых глаз, которые наверняка станут моей погибелью.
Киран: Все, чего я хотел последние два столетия – это сбежать из своей унылой тюрьмы. Но потом появилась она. Свалилась из ниоткуда и стала тем, чего я никогда не имел – мечтой.
Киран: Все, чего я хотел последние два столетия – это сбежать из своей унылой тюрьмы. Но потом появилась она. Свалилась из ниоткуда и стала тем, чего я никогда не имел – мечтой.
Три недели я пыталась забыть. Три недели я дышала, как раньше.
Но каждую ночь моё тело вспоминало то, что разум прятал.
— Ты пришла сама, — сказали они. И это было страшнее любых приказов.
Я думала, что исцелилась. А они показали: исцеление — это когда ты перестаёшь бороться с собой.
Теперь я не пациентка. Я — их.
И это не потеря. Это обретение себя.
Хотите узнать, что происходит, когда страх превращается в доверие, а доверие — в свободу? Тогда вам сюда. Качели эмоций, от которых кружится голова
Но каждую ночь моё тело вспоминало то, что разум прятал.
— Ты пришла сама, — сказали они. И это было страшнее любых приказов.
Я думала, что исцелилась. А они показали: исцеление — это когда ты перестаёшь бороться с собой.
Теперь я не пациентка. Я — их.
И это не потеря. Это обретение себя.
Хотите узнать, что происходит, когда страх превращается в доверие, а доверие — в свободу? Тогда вам сюда. Качели эмоций, от которых кружится голова
— Ты когда-нибудь думаешь о том, что могло бы быть, если бы мы не расстались тогда?
— Иногда.
— А я — постоянно.
Я замужем за успешным бизнесменом, который давно превратил мою жизнь в череду скандалов и примирений. Я уже забыла, какой бывает тишина, пока случайная встреча в кофейне не вернула в мою жизнь школьную любовь. Мужчину, который готов ждать, поддерживать и доказывать, что я достойна совсем другой жизни.
Но как решиться на шаг, если за спиной годы брака, а впереди — страх снова поверить в счастье?
— Иногда.
— А я — постоянно.
Я замужем за успешным бизнесменом, который давно превратил мою жизнь в череду скандалов и примирений. Я уже забыла, какой бывает тишина, пока случайная встреча в кофейне не вернула в мою жизнь школьную любовь. Мужчину, который готов ждать, поддерживать и доказывать, что я достойна совсем другой жизни.
Но как решиться на шаг, если за спиной годы брака, а впереди — страх снова поверить в счастье?
— Ближе, Катерина. Я хочу чувствовать, как ты дрожишь от одного моего взгляда. Думала, пуленепробиваемое стекло тебя спасет? Ошибаешься. Ты уже в моей клетке.
Я пришла в «Спектр-7», чтобы стать его палачом. Изучить монстра, препарировать его разум и навсегда запереть в бездне. Демитрий — зверь, который питается чужой сломленной волей, и я была единственной, кто не побоялся войти в его вольер.
Но охота пошла не по плану.
Я считала себя сильной, пока не проснулась с его клеймом на бедре. Грубый, багровый след от губ — прямое доказательство того, что стены тюрьмы для него не преграда. Он нашел способ выйти, не открывая дверей. Он уже в моей спальне. Он уже в моих мыслях.
Теперь Демитрий не просто ждет меня за стеклом. Он владеет мной. Я должна была уничтожить его, но сама стала его главным трофеем. Бежать некуда: за обман он заставит платить невинностью, а за попытку бунта — жизнью.
Я пришла в «Спектр-7», чтобы стать его палачом. Изучить монстра, препарировать его разум и навсегда запереть в бездне. Демитрий — зверь, который питается чужой сломленной волей, и я была единственной, кто не побоялся войти в его вольер.
Но охота пошла не по плану.
Я считала себя сильной, пока не проснулась с его клеймом на бедре. Грубый, багровый след от губ — прямое доказательство того, что стены тюрьмы для него не преграда. Он нашел способ выйти, не открывая дверей. Он уже в моей спальне. Он уже в моих мыслях.
Теперь Демитрий не просто ждет меня за стеклом. Он владеет мной. Я должна была уничтожить его, но сама стала его главным трофеем. Бежать некуда: за обман он заставит платить невинностью, а за попытку бунта — жизнью.
Зима 1227 года. Алексей Воронцов возвращается в поместье, чтобы собрать частную армию. Толмачев готовит удар, и время играет против него. Диверсии, засады, ночные вылазки — и в центре всего Варвара, чьи руки творят оружие, а тело становится наградой. Война — это не только поле боя, но и женские бёдра, сжатые в темноте оружейной мастерской.
«Не бойся», — шепчет он, прижимая меня к холодной переборке. Его рука скользит по моему бедру. «Мы возьмём тебя. Медленно. Глубоко. Научим твоё тело принимать нас. Обоих».
Их метки горят. Моё тело горит. И у меня есть семьдесят два часа, чтобы стать их.
________________
Меня находят в спасательной капсуле на границе мёртвого сектора. Два офицера космофлота нарушают протокол и забирают меня к себе. Потому что рядом со мной их кровь ведёт себя неправильно. Боевые метки вспыхивают. Тела требуют.
Брачный протокол активирован. Связь необратима. Семьдесят два часа до полной активации.
Их метки горят. Моё тело горит. И у меня есть семьдесят два часа, чтобы стать их.
________________
Меня находят в спасательной капсуле на границе мёртвого сектора. Два офицера космофлота нарушают протокол и забирают меня к себе. Потому что рядом со мной их кровь ведёт себя неправильно. Боевые метки вспыхивают. Тела требуют.
Брачный протокол активирован. Связь необратима. Семьдесят два часа до полной активации.
Чат-Рулетка – калейдоскоп лиц, характеров, образов. Место, где возможно все. Мужчина, ненавидящий окружающих, попробует полюбить. Женщина, сломанная внутри, постарается вновь стать целой. Смогут ли они дойти до конца, не потеряв то, что для них по-настоящему дорого?
---------------------------------------------------------
– А мужчины разве не играют в интернете? Хочешь сказать, в Рулетку все заходят только с серьезными намерениями?
– Хочу сказать, что они не строят из себя других людей. Идиоты в жизни – идиоты в интернете. Все вполне естественно.
Если посмотреть с этой стороны... Я задумчиво побарабанила пальцами по серой поверхности ноутбука.
– Возможно, в этом есть смысл. И что предлагаешь делать?
Он наклонился к экрану еще ближе. Так, что кадр почти полностью заняло лицо.
– Нужно не играть, девочка. Нужно захотеть соблазнить. Действительно стать той, кого будут желать, а не стараться казаться ею.
---------------------------------------------------------
– А мужчины разве не играют в интернете? Хочешь сказать, в Рулетку все заходят только с серьезными намерениями?
– Хочу сказать, что они не строят из себя других людей. Идиоты в жизни – идиоты в интернете. Все вполне естественно.
Если посмотреть с этой стороны... Я задумчиво побарабанила пальцами по серой поверхности ноутбука.
– Возможно, в этом есть смысл. И что предлагаешь делать?
Он наклонился к экрану еще ближе. Так, что кадр почти полностью заняло лицо.
– Нужно не играть, девочка. Нужно захотеть соблазнить. Действительно стать той, кого будут желать, а не стараться казаться ею.
Отец продал её в счёт долга проклятому лорду — полузверю с рогами и клыками.
Он должен был стать её тюремщиком. Но оказался истинной парой.
Теперь она — его пленница, его слабость, его одержимость.
И он скорее сожжёт этот мир, чем отдаст её кому-то ещё.
Он должен был стать её тюремщиком. Но оказался истинной парой.
Теперь она — его пленница, его слабость, его одержимость.
И он скорее сожжёт этот мир, чем отдаст её кому-то ещё.
Популярные эротические рассказы
Выберите полку для книги