Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «слушатьлюбовныероманы»
— Продай дом.
— Нет.
Я думала, на этом всё и закончится. Но кто ж знал, что мужчина в дорогом костюме, который хочет снести мой участок ради огромного торгового центра, окажется оборотнем. Наглым. Упрямым. И почему-то уверенным, что я принадлежу ему.
Он пытался купить мой дом.
Потом пытался запугать.
Потом пришёл ко мне пьяный, признался в любви, разнёс полдома в облике волка и едва не был кастрирован садовым секатором.
А я всего лишь хотела спокойно жить в своём маленьком доме.
Но, кажется, у судьбы — и у одного слишком настырного волчары — были другие планы.
— Нет.
Я думала, на этом всё и закончится. Но кто ж знал, что мужчина в дорогом костюме, который хочет снести мой участок ради огромного торгового центра, окажется оборотнем. Наглым. Упрямым. И почему-то уверенным, что я принадлежу ему.
Он пытался купить мой дом.
Потом пытался запугать.
Потом пришёл ко мне пьяный, признался в любви, разнёс полдома в облике волка и едва не был кастрирован садовым секатором.
А я всего лишь хотела спокойно жить в своём маленьком доме.
Но, кажется, у судьбы — и у одного слишком настырного волчары — были другие планы.
Дверь моего цеха не открывается — ее вышибают.
С той наглостью, которой на троих хватило бы.
— Денис Резник. С сегодняшнего дня цех под моим контролем. Работаем по-новому.
— Дверь закрой, — говорю громко, чтобы слышали все. И чтобы он понял: приказы тут отдаю я.
Секунду молча меряемся взглядом.
— Я совладелец завода.
— А я — этого цеха. И запомни, мальчик: хлеб не терпит спешки. Как и хамства. И если ты будешь орать…
— Мальчик? — Он выпрямляется, и я вижу, как в глазах загорается азарт.
— Через месяц тут все будет по-моему, Круглова. Новые линии. Нормальный выход. Заруби себе на носу.
— Спорим?
— На что?
Улыбается нагло, уверенно.
— Проиграешь — уходишь сама. Без пособия.
— А ты проиграешь, — смотрю ему прямо в глаза, — извинишься. Перед всем цехом. И дверь будешь закрывать с первого раза. Потому что с третьего — это уже диагноз, Денис Резник.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— взрыв эмоций;
С той наглостью, которой на троих хватило бы.
— Денис Резник. С сегодняшнего дня цех под моим контролем. Работаем по-новому.
— Дверь закрой, — говорю громко, чтобы слышали все. И чтобы он понял: приказы тут отдаю я.
Секунду молча меряемся взглядом.
— Я совладелец завода.
— А я — этого цеха. И запомни, мальчик: хлеб не терпит спешки. Как и хамства. И если ты будешь орать…
— Мальчик? — Он выпрямляется, и я вижу, как в глазах загорается азарт.
— Через месяц тут все будет по-моему, Круглова. Новые линии. Нормальный выход. Заруби себе на носу.
— Спорим?
— На что?
Улыбается нагло, уверенно.
— Проиграешь — уходишь сама. Без пособия.
— А ты проиграешь, — смотрю ему прямо в глаза, — извинишься. Перед всем цехом. И дверь будешь закрывать с первого раза. Потому что с третьего — это уже диагноз, Денис Резник.
В романе вас ждут:
— неунывающая героиня формата Пышка;
— противостояние характеров;
— взрыв эмоций;
Я привыкла держать всё под контролем: бизнес, репутацию, свою жизнь. Единственная слабость — час в бассейне перед закрытием, в тишине, наедине с собой.
Однажды вечером именно там я и встретила его. Молодого тренера младше меня на целую жизнь. У меня не было шансов устоять перед дерзким взглядом зелёных глаз.
То, что произошло той ночью в элитном клубе, должно было там и остаться. Вот только петербуржские белые ночи толкнули меня на такие безумства, которых я никогда себе не позволяла.
Но у каждой тайны есть цена. Я узнаю свою, когда отступать будет уже поздно…
Однажды вечером именно там я и встретила его. Молодого тренера младше меня на целую жизнь. У меня не было шансов устоять перед дерзким взглядом зелёных глаз.
То, что произошло той ночью в элитном клубе, должно было там и остаться. Вот только петербуржские белые ночи толкнули меня на такие безумства, которых я никогда себе не позволяла.
Но у каждой тайны есть цена. Я узнаю свою, когда отступать будет уже поздно…
— Ты моя жена и должна мне брачную ночь. Родишь наследника, — приказывает. — Еще лучше двух.
— Рожу двух детишек? С чего такая уверенность?
— Наследственность. Я могу наградить тебя близнецами.
Бледнею.
Ненавижу этого мужлана! Двух детей ему родить?!
Ему и одного будет слишком много, тиран!
— Пусть в больнице постараются сделать ЭКО на одного младенца! — требую дрожащим голосом.
— ЭКО? Нет, моя дорогая жена. Я предпочитаю естественные методы.
— Рожу двух детишек? С чего такая уверенность?
— Наследственность. Я могу наградить тебя близнецами.
Бледнею.
Ненавижу этого мужлана! Двух детей ему родить?!
Ему и одного будет слишком много, тиран!
— Пусть в больнице постараются сделать ЭКО на одного младенца! — требую дрожащим голосом.
— ЭКО? Нет, моя дорогая жена. Я предпочитаю естественные методы.
Она пытается построить свою жизнь заново после гибели родных. Танцы и гонки теперь единственное, что радует её. По дороге в другой город она совершает ошибку, решив подшутить над незнакомцем. Кто же знал, что он окажется не белым и пушистым принцем на белом "коне-джипе", а взрослым, властным и мстительным мудак... мужиком.
Он же решил проучить её, совмещая приятное с полезным. Даже не подозревая, во что выльется одна единственная ночь с этой сук... сумасшедшей чертовкой.
Но кто-то, видимо, на небесах решил столкнуть эти две противоположности и понаблюдать за тем, что из всего этого получится.
Он же решил проучить её, совмещая приятное с полезным. Даже не подозревая, во что выльется одна единственная ночь с этой сук... сумасшедшей чертовкой.
Но кто-то, видимо, на небесах решил столкнуть эти две противоположности и понаблюдать за тем, что из всего этого получится.
- Проходите, вы его новая клиентка? - отвечаю стройной блондинке.
- Я его любовница. Михаил со мной спит, пока шатаешься по бесконечным командировкам. Будем знакомы, Оксана, - протягивает ладонь с длинным ядовито-кислотным маникюром.
- Даже так? Очень интересно, - игнорирую ее жест.
- Отпусти его, сколько можно привязывать к себе мужчину? У нас с ним любовь, но воспитание и жалость к тебе, не позволяют Мише уйти из семьи, - продолжает нагло.
- Правда? Я так рада, это потрясающее чувство. Михаил Александрович мужчина с характером, властный, терпеть не может когда женщина за него решает, - с улыбкой отвечаю любовнице. – Шуруй отсюда, пока не узнал, что промышляешь за его спиной. Выбросит ведь, как ненужную побрякушку, и глазом не моргнет.
- Хорошо держишься, молодец, - хмыкает Оксана, - цепляешься за последнюю возможность? По-женски жаль тебя, возраст стремится к сорока, вот и приходится мириться с рогами. Он изменяет, так и знай, спрятаться за показным равнодушием не получится...
- Я его любовница. Михаил со мной спит, пока шатаешься по бесконечным командировкам. Будем знакомы, Оксана, - протягивает ладонь с длинным ядовито-кислотным маникюром.
- Даже так? Очень интересно, - игнорирую ее жест.
- Отпусти его, сколько можно привязывать к себе мужчину? У нас с ним любовь, но воспитание и жалость к тебе, не позволяют Мише уйти из семьи, - продолжает нагло.
- Правда? Я так рада, это потрясающее чувство. Михаил Александрович мужчина с характером, властный, терпеть не может когда женщина за него решает, - с улыбкой отвечаю любовнице. – Шуруй отсюда, пока не узнал, что промышляешь за его спиной. Выбросит ведь, как ненужную побрякушку, и глазом не моргнет.
- Хорошо держишься, молодец, - хмыкает Оксана, - цепляешься за последнюю возможность? По-женски жаль тебя, возраст стремится к сорока, вот и приходится мириться с рогами. Он изменяет, так и знай, спрятаться за показным равнодушием не получится...
– Догони! Догони! – Заливался смехом один из двойняшек. Второй мчался следом.
Пока оба они, паровозиком, не врезались в босса. Телефон выпал из его рук, с треском ударяясь о кафель.
Роберт остановился, непонимающе оглядывая двух сорванцов.
А мое сердце замедлилось, чтобы через миг остановиться совсем.
Шеф оторопел на секунду, присел на корточки, и впервые в жизни посмотрел на наших с ним сыновей:
– Пацаны, вы чьи? И почему вы тут носитесь? Где ваша мама?
Те боязливо втянули головы в плечи.
– Мама та-ам… – протянул виновато Митяй. А Мишка махнул рукой себе за спину.
Роберт поднял свой взгляд, встречаясь с моими. И темные омуты глаз за секунду налились немой яростью. Сделались острыми как скальпель врача. Не жалея, резали мое бедное сердце в ошметки.
***
В прошлом у нас короткий взрывоопасный роман. Две полоски на тесте. И его бессердечное: «Сделай аборт».
А в настоящем… Пропасть из двух лет молчания. И двое общих детей, которых я сохранила в секрете.
Пока оба они, паровозиком, не врезались в босса. Телефон выпал из его рук, с треском ударяясь о кафель.
Роберт остановился, непонимающе оглядывая двух сорванцов.
А мое сердце замедлилось, чтобы через миг остановиться совсем.
Шеф оторопел на секунду, присел на корточки, и впервые в жизни посмотрел на наших с ним сыновей:
– Пацаны, вы чьи? И почему вы тут носитесь? Где ваша мама?
Те боязливо втянули головы в плечи.
– Мама та-ам… – протянул виновато Митяй. А Мишка махнул рукой себе за спину.
Роберт поднял свой взгляд, встречаясь с моими. И темные омуты глаз за секунду налились немой яростью. Сделались острыми как скальпель врача. Не жалея, резали мое бедное сердце в ошметки.
***
В прошлом у нас короткий взрывоопасный роман. Две полоски на тесте. И его бессердечное: «Сделай аборт».
А в настоящем… Пропасть из двух лет молчания. И двое общих детей, которых я сохранила в секрете.
Бесплатно!❤️ 👍
Я замужем за богатым и властным тираном Алексеем Беловым, который одержим идеей рождения у нас ребенка. Уйти от супруга я не могу, но постоянный контроль душит. Ситуацию усугубляет приставленный ко мне водитель-охранник по имени Глеб, который докладывает о каждом моем шаге супругу.
Однажды, я решаю бороться за свою свободу. В итоге, сама оказываюсь в ловушке из чужих игр и мести, выбраться из которой уже не могу, ведь меня с головой накрывает любовь.
На что, я буду готова пойти ради своих чувств и к чему приведет этот выбор?
Я замужем за богатым и властным тираном Алексеем Беловым, который одержим идеей рождения у нас ребенка. Уйти от супруга я не могу, но постоянный контроль душит. Ситуацию усугубляет приставленный ко мне водитель-охранник по имени Глеб, который докладывает о каждом моем шаге супругу.
Однажды, я решаю бороться за свою свободу. В итоге, сама оказываюсь в ловушке из чужих игр и мести, выбраться из которой уже не могу, ведь меня с головой накрывает любовь.
На что, я буду готова пойти ради своих чувств и к чему приведет этот выбор?
— Какие люди, — Шимаев с наглой улыбкой поднимается с нар. — Госпожа прокурорША. Собственной персоной.
— Твоих рук дело? — шиплю, растирая запястья от наручников. — Ты все подстроил: и наряд, и обыск?
— Как я мог? Ты упекла меня сюда без возможности выйти под залог, — цыкает, шаря наглым взглядом по мне.
Мажу взглядом через решетки по пустому коридору. Понимаю, помощи можно не ждать.
— Не смей приближаться!
Шимаев резко делает шаг, оттесняя меня к стене. Хватает край моей футболки.
— Ну что, Лиза Андревна, пришло время “Ч”. Отвечать без свидетелей.
— Твоих рук дело? — шиплю, растирая запястья от наручников. — Ты все подстроил: и наряд, и обыск?
— Как я мог? Ты упекла меня сюда без возможности выйти под залог, — цыкает, шаря наглым взглядом по мне.
Мажу взглядом через решетки по пустому коридору. Понимаю, помощи можно не ждать.
— Не смей приближаться!
Шимаев резко делает шаг, оттесняя меня к стене. Хватает край моей футболки.
— Ну что, Лиза Андревна, пришло время “Ч”. Отвечать без свидетелей.
.Выхожу на крыльцо и слышу сдавленное “помогите”. Кручу головой, пытаясь определить источник звука. И снова шепотом:
- Я здесь…
Поднимаю голову и что я вижу?! На моей любимой груше сидит голый мужик с венком на голове, крепко вцепившись в ствол руками и ногами!
- Ты зачем на грушу залез?! Паршивец?! Сломаешь же! - кричу я и хватаю грабли, - слезай немедленно!
- Я не могу, - чуть не рыдает он, - там меня ждут!
Опускаю голову и вижу Яшку со семейством, они гордо несут караул по очереди, ожидая пока нудист свалится как перезрелая груша.
- Вот молодец, вот охранник так охранник! - хвалю я Яшу, - а ты сиди там и думай о своем поведении!
- Я здесь…
Поднимаю голову и что я вижу?! На моей любимой груше сидит голый мужик с венком на голове, крепко вцепившись в ствол руками и ногами!
- Ты зачем на грушу залез?! Паршивец?! Сломаешь же! - кричу я и хватаю грабли, - слезай немедленно!
- Я не могу, - чуть не рыдает он, - там меня ждут!
Опускаю голову и вижу Яшку со семейством, они гордо несут караул по очереди, ожидая пока нудист свалится как перезрелая груша.
- Вот молодец, вот охранник так охранник! - хвалю я Яшу, - а ты сиди там и думай о своем поведении!
Выберите полку для книги