Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
— Орлова, что-то случилось?
— Мне нужно отпроситься завтра утром. С девяти до одиннадцати. Сын идёт в первый класс, я хочу присутствовать на линейке.
— Вы хотите отпроситься? — его голос, обычно чёткий и металлический, сейчас звучал с лёгкой, почти издевательской ноткой недоумения.
Я машинально кивнула.
— Елена, вчера мы утвердили график проекта. Завтра в одиннадцать утра начинается ключевая стадия. И вы выбираете этот день для… торжества первоклассника?
Босс поднял бровь. Это было так изящно и эффектно, что я на секунду растерялась. Проклятый красавчик-тиран.
Чувствовала, как по спине пробегают мурашки. Горский молча продолжал меня изучать. Сердце сжалось от тревоги. Неужели откажет?
Первое сентября. Линейка. Дочь моего босса идёт в тот же класс, что и мой сын. Придётся смотреть Горскому в глаза, осознавая, что для него я теперь не только нерадивая сотрудница, но и та, кто осмелилась ему перечить.
Как найти баланс между работой и самым важным периодом в жизни наших детей?
— Мне нужно отпроситься завтра утром. С девяти до одиннадцати. Сын идёт в первый класс, я хочу присутствовать на линейке.
— Вы хотите отпроситься? — его голос, обычно чёткий и металлический, сейчас звучал с лёгкой, почти издевательской ноткой недоумения.
Я машинально кивнула.
— Елена, вчера мы утвердили график проекта. Завтра в одиннадцать утра начинается ключевая стадия. И вы выбираете этот день для… торжества первоклассника?
Босс поднял бровь. Это было так изящно и эффектно, что я на секунду растерялась. Проклятый красавчик-тиран.
Чувствовала, как по спине пробегают мурашки. Горский молча продолжал меня изучать. Сердце сжалось от тревоги. Неужели откажет?
Первое сентября. Линейка. Дочь моего босса идёт в тот же класс, что и мой сын. Придётся смотреть Горскому в глаза, осознавая, что для него я теперь не только нерадивая сотрудница, но и та, кто осмелилась ему перечить.
Как найти баланс между работой и самым важным периодом в жизни наших детей?
— Господин! Она здесь!
Чёрные глаза шейха нашли меня сквозь стекло.
Всадник рванул дверцу джипа и выволок меня наружу. Я упала на колени в песок, который тут же набился в складки платья.
— Отпустите меня домой, пожалуйста! Меня пригласили сюда танцевать всего один танец... Я не ваша рабыня! Я русская девушка, приехала по работе, мне обещали...
— Молчать! — рявкнул охранник.
Самир аль-Джабир медленно объехал вокруг меня на коне. Жеребец ржал и бил копытами, поднимая песчаные вихри. Я понимала — это демонстрация силы, способ показать мне моё место.
Я чувствовала себя добычей, которую изучает хищник перед броском.
И тогда я впервые услышала его голос.
Низкий, хриплый, будоражащий…
— Взять её, — произнес он медленно, смакуя каждое слово. — Это сокровище теперь моё.
Пауза. Тишина пустыни, нарушаемая только храпом лошадей и завыванием ветра.
— Она принадлежит мне, — продолжил шейх, и его голос стал ещё опаснее. — Тот, кто посмеет противиться моей воле, будет убит.
Чёрные глаза шейха нашли меня сквозь стекло.
Всадник рванул дверцу джипа и выволок меня наружу. Я упала на колени в песок, который тут же набился в складки платья.
— Отпустите меня домой, пожалуйста! Меня пригласили сюда танцевать всего один танец... Я не ваша рабыня! Я русская девушка, приехала по работе, мне обещали...
— Молчать! — рявкнул охранник.
Самир аль-Джабир медленно объехал вокруг меня на коне. Жеребец ржал и бил копытами, поднимая песчаные вихри. Я понимала — это демонстрация силы, способ показать мне моё место.
Я чувствовала себя добычей, которую изучает хищник перед броском.
И тогда я впервые услышала его голос.
Низкий, хриплый, будоражащий…
— Взять её, — произнес он медленно, смакуя каждое слово. — Это сокровище теперь моё.
Пауза. Тишина пустыни, нарушаемая только храпом лошадей и завыванием ветра.
— Она принадлежит мне, — продолжил шейх, и его голос стал ещё опаснее. — Тот, кто посмеет противиться моей воле, будет убит.
— Развяжи меня! Мымра! Валите оба из моего дома! — истерит его любовница, обездвижено сидя на полу и зыркая на меня горящими от бессилия глазами.
— Лика! Что за дичь ты творишь!? — резкий голос супруга пробивается сквозь ее вопли.
Что я творю?
Ох, милый, себе бы этот вопрос задал, когда покупал дом любовнице.
Тем временем я обыскиваю ее ванную и… Бинго!
Нахожу свой телефон на раковине.
Мерзавка не унимается, атакуя мои перепонки пустыми шипящими угрозами.
У кровати я брезгливо хватаю пару грязных носков Тимура — он и здесь их разбрасывает. Как мило.
Она открывает рот, чтобы выдать очередную порцию истерики, и слишком поздно понимает, в чем дело.
Глупая, глупая девочка. Первый же писк обрывается на мычании. Наступает блаженная тишина.
Засовываю носки поглубже ей в рот и направляюсь к двери.
— Прощай! Наслаждайся вкусом победы.
— Лика! Что за дичь ты творишь!? — резкий голос супруга пробивается сквозь ее вопли.
Что я творю?
Ох, милый, себе бы этот вопрос задал, когда покупал дом любовнице.
Тем временем я обыскиваю ее ванную и… Бинго!
Нахожу свой телефон на раковине.
Мерзавка не унимается, атакуя мои перепонки пустыми шипящими угрозами.
У кровати я брезгливо хватаю пару грязных носков Тимура — он и здесь их разбрасывает. Как мило.
Она открывает рот, чтобы выдать очередную порцию истерики, и слишком поздно понимает, в чем дело.
Глупая, глупая девочка. Первый же писк обрывается на мычании. Наступает блаженная тишина.
Засовываю носки поглубже ей в рот и направляюсь к двери.
— Прощай! Наслаждайся вкусом победы.
– Что это? – показываю мужу экран его телефона.
На нем – сообщение от незнакомки с благодарностью за волшебную ночь вместе.
Он хмурится.
– Это ошибка. Момент слабости. Не нужно было тебе лезть в мой телефон…
– Ошибка? – не верю своим ушам, ведь он так легко говорит об этом.
– Да. Вот только не надо делать из меня монстра. Ты сама виновата – не справилась… как жена, как женщина…
Муж съездил в командировку в родной город, встретил школьную любовь и изменил мне. И все это тогда, когда мне так нужна поддержка после выкидыша.
Такое предательство я не прощу! Вот только муж говорит, что любит меня и развод давать совсем не хочет!
На нем – сообщение от незнакомки с благодарностью за волшебную ночь вместе.
Он хмурится.
– Это ошибка. Момент слабости. Не нужно было тебе лезть в мой телефон…
– Ошибка? – не верю своим ушам, ведь он так легко говорит об этом.
– Да. Вот только не надо делать из меня монстра. Ты сама виновата – не справилась… как жена, как женщина…
Муж съездил в командировку в родной город, встретил школьную любовь и изменил мне. И все это тогда, когда мне так нужна поддержка после выкидыша.
Такое предательство я не прощу! Вот только муж говорит, что любит меня и развод давать совсем не хочет!
— На тебе, позорница, я бы никогда жениться не стал. Если бы не вынудили, — цедит сквозь зубы горец.
И, пусть я — той же крови, но на мне лежит пятно позора.
Никто из достойных мужчина на меня не посмотрит.
Однако предприимчивый отчим подсуетился и обманом выдал меня замуж.
За самого нелюдимого из мужчин!
Это не брак, а — каторга, и я хочу сделать так, чтобы он сам от меня отказался.
Но мой новоиспеченный муж настроен иначе.
— Опусти глаза в пол, жена. Я научу тебя быть покорной, станешь у меня шелковой…
И, пусть я — той же крови, но на мне лежит пятно позора.
Никто из достойных мужчина на меня не посмотрит.
Однако предприимчивый отчим подсуетился и обманом выдал меня замуж.
За самого нелюдимого из мужчин!
Это не брак, а — каторга, и я хочу сделать так, чтобы он сам от меня отказался.
Но мой новоиспеченный муж настроен иначе.
— Опусти глаза в пол, жена. Я научу тебя быть покорной, станешь у меня шелковой…
- Ты заняла место сестры, - холодно произносит Мурад, медленно наступая на меня. - Надела платье невесты. Значит, знала, на что шла.
Я делаю шаг назад, затем еще один. Не рассчитав, неловко заваливаюсь на постель. Ту самую, что должна стать нашей.
- Я не хотела, - шепчу, рискнув рассказать правду. В груди вспыхивает робкая надежда, что он услышит и поверит мне.
Муж лишь криво ухмыляется. Подается вперед и, ловко уложив меня на спину, крепко фиксирует за шею. Сейчас Мурад выглядит настолько пугающе сурово, что я верю во все страшные слухи, ходившие о нем.
- Такая же лживая, как весь род Каримовых, - цедит он, прожигая меня взглядом, полным жгучей ненависти. - Готовься расплачиваться за их долги, Тамила. Ночь будет длинной.
В день свадьбы моя двоюродная сестра сбежала. Чтобы сохранить перемирие между враждующими семьями, меня заставили занять ее место. Но я не знала, что для мужа этот брак - всего лишь способ отомстить моему дяде. И теперь я - заложница жестокого мужа
Я делаю шаг назад, затем еще один. Не рассчитав, неловко заваливаюсь на постель. Ту самую, что должна стать нашей.
- Я не хотела, - шепчу, рискнув рассказать правду. В груди вспыхивает робкая надежда, что он услышит и поверит мне.
Муж лишь криво ухмыляется. Подается вперед и, ловко уложив меня на спину, крепко фиксирует за шею. Сейчас Мурад выглядит настолько пугающе сурово, что я верю во все страшные слухи, ходившие о нем.
- Такая же лживая, как весь род Каримовых, - цедит он, прожигая меня взглядом, полным жгучей ненависти. - Готовься расплачиваться за их долги, Тамила. Ночь будет длинной.
В день свадьбы моя двоюродная сестра сбежала. Чтобы сохранить перемирие между враждующими семьями, меня заставили занять ее место. Но я не знала, что для мужа этот брак - всего лишь способ отомстить моему дяде. И теперь я - заложница жестокого мужа
— Я не изменял тебе! — рычит мой муж. — Никогда!
— Два месяца, Артур! — кричу я, и голос срывается, переходя в хрип. — Два месяца ты занимался с ней сексом в дорогих отелях на мои деньги тоже!
Он резко бледнеет, словно я ударила его по лицу.
— Я не помню...
— Не помнишь? — голос переходит в истерический крик. — Как удобно! Ничего не помнишь, ничего не знаешь! А кружевное белье? Тоже не помнишь, как покупал одинаковые комплекты нам обеим?
— Знаешь, что самое страшное? — слезы застилают глаза. — Не то, что ты изменил. А то, что даже сейчас, когда все вскрылось, ты продолжаешь врать мне в лицо. Смотришь в глаза и врешь.
— Ева...
— Пятнадцать лет, Артур. Пятнадцать лет я тебе верила. Была идеальной женой. А ты превратил нашу семью в фарс.
— Если ты не готова мне поверить, я докажу тебе, что я не виноват.
— Не утруждайся.
***
Я попыталась начать новую жизнь, но все пошло наперекосяк после случайной встречи, которая снова перевернула мою жизнь…
— Два месяца, Артур! — кричу я, и голос срывается, переходя в хрип. — Два месяца ты занимался с ней сексом в дорогих отелях на мои деньги тоже!
Он резко бледнеет, словно я ударила его по лицу.
— Я не помню...
— Не помнишь? — голос переходит в истерический крик. — Как удобно! Ничего не помнишь, ничего не знаешь! А кружевное белье? Тоже не помнишь, как покупал одинаковые комплекты нам обеим?
— Знаешь, что самое страшное? — слезы застилают глаза. — Не то, что ты изменил. А то, что даже сейчас, когда все вскрылось, ты продолжаешь врать мне в лицо. Смотришь в глаза и врешь.
— Ева...
— Пятнадцать лет, Артур. Пятнадцать лет я тебе верила. Была идеальной женой. А ты превратил нашу семью в фарс.
— Если ты не готова мне поверить, я докажу тебе, что я не виноват.
— Не утруждайся.
***
Я попыталась начать новую жизнь, но все пошло наперекосяк после случайной встречи, которая снова перевернула мою жизнь…
— Кукла, ты действительно считаешь, что можешь сопротивляться? — его голос сталь – закаленная уверенностью и я чувствую, как воздух сгущается от его взгляда.
— Я не ваша игрушка! — сжимаю кулаки, а в его глазах вспыхивает нечто пугающе цепкое.
Ещё недавно всё было иначе: спокойная жизнь, мечты о карьере адвоката, подготовка к свадьбе…Но одна встреча с опасным влиятельным горцем перечеркивает все.
Теперь он преследует меня и готов распоряжаться моей жизнью, словно я принадлежу ему. В его одержимости нет места моему «нет», но смогу ли я вырваться из его оков?
❣️обсценная лексика и откровенные сцены
❣️горячо и эмоционально
❣️ХЭ гарантирован
— Я не ваша игрушка! — сжимаю кулаки, а в его глазах вспыхивает нечто пугающе цепкое.
Ещё недавно всё было иначе: спокойная жизнь, мечты о карьере адвоката, подготовка к свадьбе…Но одна встреча с опасным влиятельным горцем перечеркивает все.
Теперь он преследует меня и готов распоряжаться моей жизнью, словно я принадлежу ему. В его одержимости нет места моему «нет», но смогу ли я вырваться из его оков?
❣️обсценная лексика и откровенные сцены
❣️горячо и эмоционально
❣️ХЭ гарантирован
— Аня, наш брак закончился. Уже давно. Ты же сама это чувствуешь.
Молодая особа встаёт, кладёт руку ему на плечо.
— Ты должна съехать сегодня, — продолжает Дима просто. — Я собрал твои вещи. Самое необходимое. Остальное заберёшь потом, когда договоримся о времени.
Я смотрю на него. На человека, с которым прожила восемь лет. Который клялся любить меня в горе и в радости.
— Сегодня мне вручили премию, — говорю я тихо. — Я звонила тебе, как ты…
— Поздравляю, — перебивает он. — Но это ничего не меняет, Ань. Мы с тобой разные люди. Ты с твоими книгами, стариками, проектами. Я вырос. Мне нужна другая женщина. Яркая, современная.
Лена улыбается. Довольная, как кошка.
— Аня, не обижайся, — говорит она, и в голосе слышится фальшивое сочувствие. — Просто так вышло. Любовь — это не то, что можно контролировать.
Я обращаю внимание на ее наглое, довольное лицо.
— Не смей, — говорю я, и мой голос звучит злобно. — Не смей
говорить мне про любовь. Любовь — это не спать с чужим мужем.
Молодая особа встаёт, кладёт руку ему на плечо.
— Ты должна съехать сегодня, — продолжает Дима просто. — Я собрал твои вещи. Самое необходимое. Остальное заберёшь потом, когда договоримся о времени.
Я смотрю на него. На человека, с которым прожила восемь лет. Который клялся любить меня в горе и в радости.
— Сегодня мне вручили премию, — говорю я тихо. — Я звонила тебе, как ты…
— Поздравляю, — перебивает он. — Но это ничего не меняет, Ань. Мы с тобой разные люди. Ты с твоими книгами, стариками, проектами. Я вырос. Мне нужна другая женщина. Яркая, современная.
Лена улыбается. Довольная, как кошка.
— Аня, не обижайся, — говорит она, и в голосе слышится фальшивое сочувствие. — Просто так вышло. Любовь — это не то, что можно контролировать.
Я обращаю внимание на ее наглое, довольное лицо.
— Не смей, — говорю я, и мой голос звучит злобно. — Не смей
говорить мне про любовь. Любовь — это не спать с чужим мужем.
БЕСПЛАТНО Поддержите "БИБЛИОТЕКОЙ"📘 и "НРАВИТСЯ"❤️ ПОДПИШИТЕСЬ, чтобы не пропустить новинки и акции!
— Да ты мне по гроб жизни обязана! Если бы не я, ты бы со своим отпрыском давно ночевала под забором!
— К-к-как ты так можешь? Он же все слышит. — я еле выдавила из себя слова, закрывая сыну уши.
— А мне плевать! — он усмехнулся, словно наслаждаясь моим страхом. — Во всём виноват он. Да и чего ты ожидала от жизни? Кому нужна баба с прицепом?
Это не в первый раз. Не в десятый. И даже не в сотый. Так прошли мои последние три года. С мужчиной, у которого всегда виноваты мы: я и мой ребенок. Где каждое слово — удар в спину, каждый день — испытание на прочность, и даже собственная мать кивает ему в унисон, будто он спаситель, а не палач.
Я долго терпела. Пока не поняла: если не уйти сейчас, он сломает нас окончательно.
Я сделала этот шаг.
Но в тот момент еще не подозревала, что решившись исправить свою жизнь, я найду спасение в руках того человека, от которого когда-то тоже ушла.
— Да ты мне по гроб жизни обязана! Если бы не я, ты бы со своим отпрыском давно ночевала под забором!
— К-к-как ты так можешь? Он же все слышит. — я еле выдавила из себя слова, закрывая сыну уши.
— А мне плевать! — он усмехнулся, словно наслаждаясь моим страхом. — Во всём виноват он. Да и чего ты ожидала от жизни? Кому нужна баба с прицепом?
Это не в первый раз. Не в десятый. И даже не в сотый. Так прошли мои последние три года. С мужчиной, у которого всегда виноваты мы: я и мой ребенок. Где каждое слово — удар в спину, каждый день — испытание на прочность, и даже собственная мать кивает ему в унисон, будто он спаситель, а не палач.
Я долго терпела. Пока не поняла: если не уйти сейчас, он сломает нас окончательно.
Я сделала этот шаг.
Но в тот момент еще не подозревала, что решившись исправить свою жизнь, я найду спасение в руках того человека, от которого когда-то тоже ушла.
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги