Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-polnostyu»
— Посмотри на себя! Когда ты в последний раз покупала себе красивое белье? Когда флиртовала с мужем? Когда вообще вела себя с ним как женщина?
Каждое слово любовницы моего мужа выжигало, как кислота, а вокруг стояли люди и смотрели на моё публичное унижение.
— Вини себя, а не вешай собак на других! Я молодая, красивая, желанная! Мужчины укладываются штабелями под ноги. Неудивительно, что Витя выбрал меня!
Виктор перечеркнул нашу семейную по мановению пальчиков молодой любовницы. И знаете, мир не рухнул, просто я в тот момент перестала существовать. Перестала верить в честность и преданность.
Теперь, собираясь замуж во второй раз, я понимаю, что в 45 жизнь заканчивается только у идиотов. Можно быть счастливой и без любви. Но я не предвидела одного: у ЗАГСа мой первый муж будет стоять на коленях...
Каждое слово любовницы моего мужа выжигало, как кислота, а вокруг стояли люди и смотрели на моё публичное унижение.
— Вини себя, а не вешай собак на других! Я молодая, красивая, желанная! Мужчины укладываются штабелями под ноги. Неудивительно, что Витя выбрал меня!
Виктор перечеркнул нашу семейную по мановению пальчиков молодой любовницы. И знаете, мир не рухнул, просто я в тот момент перестала существовать. Перестала верить в честность и преданность.
Теперь, собираясь замуж во второй раз, я понимаю, что в 45 жизнь заканчивается только у идиотов. Можно быть счастливой и без любви. Но я не предвидела одного: у ЗАГСа мой первый муж будет стоять на коленях...
— Алиса, ты меня слушаешь? — голос свекрови в трубке звучит как всегда надменно. — Борщ нужно варить на втором бульоне.
Открываю дверь в квартиру, телефон всё ещё прижат к уху. Скидываю туфли, мыча в трубку что-то типа: «Угу-угу, ага».
И внезапно — застываю на месте.
Из спальни доносится женский голос. Низкий, мурлыкающий:
— Ещё, пожалуйста, ещё…
И чье-то тяжелое дыхание. Громкий шепот моего мужа:
— Вот так, моя хорошая.
— Алиса? Ты чего замолчала? — свекровь явно теряет терпение.
Я медленно выдыхаю.
— Маргарита Семеновна, тут такое дело. Кажется, ваш сын мне изменяет.
***
Моя свекровь меня недолюбливает. Муж изменяет с моей же племянницей. У меня нет работы. Мне 45 лет. И кажется, что ничего хорошего в моей жизни уже не случится. Останется лишь развестись и доживать свой век в одиночестве.
Но нет. Я не намерена сдаваться.
Потому что в 45 всё только начинается.
Открываю дверь в квартиру, телефон всё ещё прижат к уху. Скидываю туфли, мыча в трубку что-то типа: «Угу-угу, ага».
И внезапно — застываю на месте.
Из спальни доносится женский голос. Низкий, мурлыкающий:
— Ещё, пожалуйста, ещё…
И чье-то тяжелое дыхание. Громкий шепот моего мужа:
— Вот так, моя хорошая.
— Алиса? Ты чего замолчала? — свекровь явно теряет терпение.
Я медленно выдыхаю.
— Маргарита Семеновна, тут такое дело. Кажется, ваш сын мне изменяет.
***
Моя свекровь меня недолюбливает. Муж изменяет с моей же племянницей. У меня нет работы. Мне 45 лет. И кажется, что ничего хорошего в моей жизни уже не случится. Останется лишь развестись и доживать свой век в одиночестве.
Но нет. Я не намерена сдаваться.
Потому что в 45 всё только начинается.
— Ты обязана выйти за меня замуж, — говорю я с улыбкой, наблюдая, как её лицо начинает морщиться.
— Кажется, я понимаю… — она сглатывает. — Это какие-то новые методы душегубов, да?
— Я не душегуб, не маньяк, не сбежавший из психиатрической больницы и не сумасшедший. Я серьёзно хочу, чтобы ты стала моей женой, — говорю я, цокая языком и улыбаясь.
— Я тебе стекло разбила! А-ло! А ты вместо того, чтобы требовать деньги, предлагаешь мне выйти за тебя замуж? Себя-то слышишь?! Ты же явно двинутый! — шипит она.
— Так ты выйдешь за меня?
— Из машины — да! За тебя — нет!
— Значит так! Слушай меня внимательно, Бусинова! У меня есть видео, на котором ты разбиваешь мне стекло! Если ты не согласишься, я тебя засужу так, что вся твоя семья будет мне пожизненно выплачивать долг!
Кира задыхается, хлопает глазами и открывает рот, но закрывает его и фыркает.
Фыркает!
- Можешь объяснить, зачем тебе это нужно?
— Кажется, я понимаю… — она сглатывает. — Это какие-то новые методы душегубов, да?
— Я не душегуб, не маньяк, не сбежавший из психиатрической больницы и не сумасшедший. Я серьёзно хочу, чтобы ты стала моей женой, — говорю я, цокая языком и улыбаясь.
— Я тебе стекло разбила! А-ло! А ты вместо того, чтобы требовать деньги, предлагаешь мне выйти за тебя замуж? Себя-то слышишь?! Ты же явно двинутый! — шипит она.
— Так ты выйдешь за меня?
— Из машины — да! За тебя — нет!
— Значит так! Слушай меня внимательно, Бусинова! У меня есть видео, на котором ты разбиваешь мне стекло! Если ты не согласишься, я тебя засужу так, что вся твоя семья будет мне пожизненно выплачивать долг!
Кира задыхается, хлопает глазами и открывает рот, но закрывает его и фыркает.
Фыркает!
- Можешь объяснить, зачем тебе это нужно?
- Вот так, Ира! - внезапный крик вырывается из его груди, словно прорвало плотину. - Вот так! Я не хочу больше ничего! Не хочу эту семью! Не хочу эту жизнь! Все осточертело!
- Но мы ведь так долго к этому шли, столько планов строили, - мой голос становится все тише, почти шепотом. - Квартира в ипотеке, которую мы выбирали месяцами, семимесячный ребенок, наш маленький Данилка... Как ты можешь нас просто взять и бросить?
- Я не от сына ухожу, - выплевывает он с таким ледяным, режущим тоном, от которого кровь мгновенно стынет в венах. - А от тебя! От тебя, Ира!
***
Он ушел и моя жизнь разделилась на «до» и «после», но я не собираюсь так легко сдаваться, и сама судьба отомстит предателю за меня! Закон бумеранга никто не отменял!
- Но мы ведь так долго к этому шли, столько планов строили, - мой голос становится все тише, почти шепотом. - Квартира в ипотеке, которую мы выбирали месяцами, семимесячный ребенок, наш маленький Данилка... Как ты можешь нас просто взять и бросить?
- Я не от сына ухожу, - выплевывает он с таким ледяным, режущим тоном, от которого кровь мгновенно стынет в венах. - А от тебя! От тебя, Ира!
***
Он ушел и моя жизнь разделилась на «до» и «после», но я не собираюсь так легко сдаваться, и сама судьба отомстит предателю за меня! Закон бумеранга никто не отменял!
Борис — красавец офицер. В его жизни все складывается удачно. Успешная карьера, любимая девушка рядом. Но все перечеркнет одна, казалось бы, рядовая командировка. Получив тяжелое ранение, Борис жалеет, что остался жив. Из армии уволили, девушка ушла, только на лице и на душе осталась несмываемая отметена. Неужели уродство и одиночество - это то, что он заслужил, или это только знак судьбы, что пришло время что-то менять в своей жизни?
Годовщина. Нашему браку 23 года. В столовую вошли двое мужчин в форме.
Полиция. Мир замер.
— Ксения Викторовна Алексеева? — спросил старший из них, глядя мне прямо в глаза.
— Да... — прошептала я, и голос застрял в горле.
— Вы арестованы по подозрению в убийстве вашего сына, Максима Георгиевича Алексеева. Вы имеете право хранить молчание...
Дальше я не слышала ничего. Убийство. Максима. Моего сына.
— ЧТО?! — взвизгнула Лида, вскакивая с места. — О чем вы говорите?! Какое убийство?! Максим утонул! Это был несчастный случай!
— ПАПА! — закричал Ростик. — Папа, что происходит?! Скажи им!
Я смотрела на Гошу. Мой муж, отец моих детей, любовь всей моей жизни стоял рядом с полицейскими и молчал. Просто молчал. И в его глазах не было удивления. Не было шока. Не было ярости.
В его глазах была... пустота.
— Гоша? — прошептала я. — Гоша, скажи им! Скажи, что это безумие! Скажи, что я не могла убить нашего сына!
Полиция. Мир замер.
— Ксения Викторовна Алексеева? — спросил старший из них, глядя мне прямо в глаза.
— Да... — прошептала я, и голос застрял в горле.
— Вы арестованы по подозрению в убийстве вашего сына, Максима Георгиевича Алексеева. Вы имеете право хранить молчание...
Дальше я не слышала ничего. Убийство. Максима. Моего сына.
— ЧТО?! — взвизгнула Лида, вскакивая с места. — О чем вы говорите?! Какое убийство?! Максим утонул! Это был несчастный случай!
— ПАПА! — закричал Ростик. — Папа, что происходит?! Скажи им!
Я смотрела на Гошу. Мой муж, отец моих детей, любовь всей моей жизни стоял рядом с полицейскими и молчал. Просто молчал. И в его глазах не было удивления. Не было шока. Не было ярости.
В его глазах была... пустота.
— Гоша? — прошептала я. — Гоша, скажи им! Скажи, что это безумие! Скажи, что я не могла убить нашего сына!
"Не могу дождаться, когда обниму тебя", — писал мой муж этой Кристине две недели назад.
"Ты самая желанная женщина в моей жизни", — еще одно сообщение, отправленное в тот день, когда мы с ним ужинали в ресторане в честь нашей годовщины.
"Скоро мы будем жить вместе, обещаю", — от вчерашнего числа.
Я читала и не могла поверить. Это был не мой Артем — мой любящий, преданный муж. Этот мужчина писал другой женщине о любви, обещал ей совместное будущее, называл ее теми словами, которые когда-то предназначались только мне.
Телефон выскользнул из рук и упал на пол. Я осталась стоять посреди нашей спальни — спальни, где мы провели столько счастливых ночей, где делились планами и мечтами, где я чувствовала себя защищенной и любимой.
Теперь все это оказалось ложью.
"Ты самая желанная женщина в моей жизни", — еще одно сообщение, отправленное в тот день, когда мы с ним ужинали в ресторане в честь нашей годовщины.
"Скоро мы будем жить вместе, обещаю", — от вчерашнего числа.
Я читала и не могла поверить. Это был не мой Артем — мой любящий, преданный муж. Этот мужчина писал другой женщине о любви, обещал ей совместное будущее, называл ее теми словами, которые когда-то предназначались только мне.
Телефон выскользнул из рук и упал на пол. Я осталась стоять посреди нашей спальни — спальни, где мы провели столько счастливых ночей, где делились планами и мечтами, где я чувствовала себя защищенной и любимой.
Теперь все это оказалось ложью.
- Ниночка, - радостно говорит мой муж, - Ниночка, отец оставил мне всё. Представляешь? Деньги, дом, компания, машины... Всё теперь моё!
Не могу поверить своим ушам... Боже, мы правда теперь богаты?
- Какое счастье, Захар! Неужели можно забыть о бесконечных рабочих сменах, можно не работать двадцать четыре на семь, можно будет купить Полюне квартиру... А мы с тобой сможем путешествовать, объедем пол мира, как и мечтали... Да?
Подняв на меня удивлённый взгляд, Захар медленно произносит:
- Ниночка... Я получил наследство, да. Но при чём тут ты?
Мой муж получил огромное наследство и тут же подал на развод, назвав меня отработанным материалом. С трудом, но я приняла новую реальность и зажила дальше. Однако, один телефонный звонок вновь перевернул все с ног на голову…
Не могу поверить своим ушам... Боже, мы правда теперь богаты?
- Какое счастье, Захар! Неужели можно забыть о бесконечных рабочих сменах, можно не работать двадцать четыре на семь, можно будет купить Полюне квартиру... А мы с тобой сможем путешествовать, объедем пол мира, как и мечтали... Да?
Подняв на меня удивлённый взгляд, Захар медленно произносит:
- Ниночка... Я получил наследство, да. Но при чём тут ты?
Мой муж получил огромное наследство и тут же подал на развод, назвав меня отработанным материалом. С трудом, но я приняла новую реальность и зажила дальше. Однако, один телефонный звонок вновь перевернул все с ног на голову…
— Ева не просто моя любовница…
Ответил муж на мой вопрос, отвернувшись к окну, я же посильнее сжала подлокотник дивана, ожидая продолжение.
— Она моя любимая женщина. Я хочу развестись с тобой, Марианна.
***
У меня была счастливая семья, мы с мужем прожили вместе восемнадцать лет, у нас двое детей. Дочь Алиса, которая поддержала отца в его решении развестись со мной. И сын Макар, который после страшной аварии прикован к инвалидному креслу.
Предательство ещё можно пережить, но как справиться с тем, что муж перестал оплачивать лечение сына? Андрей потерял надежду, что Макар избавится от инвалидного кресла и предпочёл больше не сорить деньгами.
Но я не сдамся! Мой сын встанет на ноги!
Ответил муж на мой вопрос, отвернувшись к окну, я же посильнее сжала подлокотник дивана, ожидая продолжение.
— Она моя любимая женщина. Я хочу развестись с тобой, Марианна.
***
У меня была счастливая семья, мы с мужем прожили вместе восемнадцать лет, у нас двое детей. Дочь Алиса, которая поддержала отца в его решении развестись со мной. И сын Макар, который после страшной аварии прикован к инвалидному креслу.
Предательство ещё можно пережить, но как справиться с тем, что муж перестал оплачивать лечение сына? Андрей потерял надежду, что Макар избавится от инвалидного кресла и предпочёл больше не сорить деньгами.
Но я не сдамся! Мой сын встанет на ноги!
— Я тебе изменил. И люблю другую.
Растерянно моргаю.
— Какую ещё другую?
— Это не имеет значения, — отрезает.
— Что значит «не имеет значения»? Я думала, мы семья, а ты…
— Перестань драматизировать, Лана. И давай без этих твоих круглых глаз. Не делай вид, что в шоке. Ты же всегда понимала, что слишком скучная для меня. Серая мышка. Будем объективны: ты не дотягиваешь. У тебя лишний вес, эти вечно отросшие корни… Да мне, Лан, элементарно вывести тебя в люди стыдно!
Унижение. Боль. Развод.
Я уехала на стажировку в Париж, увезя с собой тайну под сердцем. А спустя пять лет вернулась, и судьба снова свела нас с бывшим мужем.
У него своя успешная жизнь, у меня — жених.
И нас ничего больше не связывает, кроме близняшек…
Растерянно моргаю.
— Какую ещё другую?
— Это не имеет значения, — отрезает.
— Что значит «не имеет значения»? Я думала, мы семья, а ты…
— Перестань драматизировать, Лана. И давай без этих твоих круглых глаз. Не делай вид, что в шоке. Ты же всегда понимала, что слишком скучная для меня. Серая мышка. Будем объективны: ты не дотягиваешь. У тебя лишний вес, эти вечно отросшие корни… Да мне, Лан, элементарно вывести тебя в люди стыдно!
Унижение. Боль. Развод.
Я уехала на стажировку в Париж, увезя с собой тайну под сердцем. А спустя пять лет вернулась, и судьба снова свела нас с бывшим мужем.
У него своя успешная жизнь, у меня — жених.
И нас ничего больше не связывает, кроме близняшек…
Завершенные книги - читать онлайн
Выберите полку для книги