Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «lyubovnye-romany-skachat»

- Ты переспала с Демидовым?! О-чу-меть! - по слогам произносит Вика.
- Да замолчи уже, - шиплю отчаянно.
- Как я могу молчать! Это же Демидов, наш босс! По нему все бабы офиса сохнут.
- Прямо уж сохнут?
- Ну… Скорее увлажняются, когда он появляется, - хихикает Вика, за что получает тычок локтем под ребра. - Но он кремень. У него типа кодекс: никаких интрижек на работе.
- Вне работы он явно себе в интрижках не отказывает.
- Это точно. Жуткий бабник. Не пропускает ни одной симпатичной девчонки. Жениться не планирует.

И этот мужчина стал моим первым. Отличный выбор, Златка. И не только первым, я еще и беременна от него. Вот это полный капец.

Легко жить, когда тебя любят, оберегают и заботятся. Но когда человек, который клялся в любви, совершает нечто страшное... Это трудно пережить.
Я смогла выжить в нечеловеческих условиях, чтобы стать сильнее и решительнее. Я отказалась от иллюзий и от любви к своему мужу. А он, убийца, живёт в своё удовольствие, не подозревая, что я уже иду по его следам, тихо и незаметно.
Я планирую месть. Мне безразличны законы милосердия и прощения. Я решила наказать своего убийцу за измену и предательство. Нет, он будет жить, но вот как... Это решу я, новая я!

- Ну и кто здесь у вас самый главный? Позовите его сейчас же!
- Иначе мы будем жаловаться! В этот, как его… Минздрав!
Все бы ничего, но голоса, которые угрожают мне расправой, принадлежат двум очаровательным девочкам.
- Нас какая-то злая тетька к маме в палату не пускает! Мы уже и халаты надели, в шлепки переобулись… А она все равно не пускает! Говорит, детям в реанимацию не положено!
- И еще, если мама через две недели не поправится, нас отдадут в приют! Как будто мы ничейные… А мы - чейные! Мамины!
- А еще у нас папа есть! Он большой и сильный. Работает главным врачом больницы скорой помощи!
- Ты - наш папа!

Ну, чтобы положительные тесты на беременность мне предъявляли - было. Но чтобы живых детей…
К тому же, есть нюанс. После тяжелой болезни отцом я больше стать не могу.
Буду разбираться что за аферистка мне их подсунула!

— Алина, знакомься. Это Вова. Он мой сын, и он остаётся с нами на Новый год, — в голосе мужа нет ни просьбы, ни раскаяния, только холодное, неоспоримое решение, принятое за нас двоих.

— Твой...сын? — горло сжимает тугим спазмом. Я смотрю на незнакомого мальчика и не могу вымолвить ни слова.

— Да, и он будет встречать Новый год с нами. Советую тебе к нему привыкнуть и не портить никому настроение.

Больше двадцати лет брака. Двое взрослых детей, новогодние планы, иллюзия семьи, и всё растворяется в ледяном молчании, которое воцаряется после его слов. Но он ещё не знает, что единственный, кому стоит привыкать к новым правилам — это он сам.

— Это Алсу, моя вторая жена. Она будет жить с нами. Ты должна научить её, как быть мне хорошей женой.
— Что ты сказал? — мой голос срывается.
— Перестели нам постель. У нас с Алсу брачная ночь, — заявляет мужчина, с которым я прожила десять лет, кому детей родила… — боюсь, сегодня у меня на тебя сил не останется, так что ты придёшь сюда утром.
Сердце сжимается от услышанного. Больнее быть не может. Я даже вдох не могу сделать. Мой муж привёл в дом вторую жену. Сегодня ночью я буду слышать её стоны. Ни за что!
— Если ты взял вторую жену, то обязан обеспечить её жильём! А этот дом мой! Здесь наши дети! Ты хочешь, чтобы они видели этот блуд?
— Наши дети знакомы с Алсу и прекрасно с ней ладят.

- Лиля, какой неожиданный сюрприз, - говорю бывшей жене с очаровательной улыбкой, и только сейчас замечаю, что она не только не улыбается.
В её глазах стоят слёзы.
- Отдай мне её, Егор. И исчезни. Снова, - цедит сквозь зубы.
- Ты о чём?
- Отдай мне мою дочь.
Дочь? Когда Лиля успела родить?
Лиля дрожащими руками достаёт из кармана куртки телефон.
- Я знала, что ты – урод, Егор, но чтобы настолько…
Её голос дрожит от ненависти и злости, а в следующий момент она показывает мне экран мобильного. Там сообщение с неизвестного номера:
«Хочешь увидеть свою малышку, приезжай в ресторан «Мирель». Сейчас»
- Хочешь сказать, не ты это прислал?
- Нет.
Лиля бледнеет. А до меня, наконец, доходит, что происходит…

— Так что с договором?
— Договора не будет.
Я беру планшет, безжалостно стираю все заполненные поля и нажимаю «Удалить файл».
Улыбка медленно сползает с лица Алисы.
— То есть как это? — она картинно хмурится. — Вы отказываете клиенту?
— Именно.
— Вы не можете. Знаете, сколько у меня подписчиков? Один пост в социальной сети и вы вылетите с работы.
— Хорошо, — я равнодушно пожимаю плечами, хотя внутри меня все кровоточит и рвется на части. — Вам ведь не нужно гендер-пати, Алиса. Вы пришли сюда не за этим.
Она замолкает, оценивающе скользит по мне взглядом и брезгливо кривит накрашенные губы, сбрасывая маску милой беременяшки.
— Конечно, не нужно, — фыркает она, убирая телефон в брендовую сумочку. — Господи, неужели ты думала, что я доверю организацию праздника моего сына тебе? Я просто хотела своими глазами увидеть ту, с кем Арс не может развестись из жалости.

Пять лет безуспешных попыток, годы бесполезной терапии, и вот я узнаю, что у мужа беременная любовница.

– Короче, мы сообразим ЭКО, – заявляет бывший, пока я сижу перед ним с руками за спиной.
Вломился в мой дом, так еще и командует!
– Ты больной? – возмущаюсь. – Я тут при чем? И убери уже свой ствол.
Мой бывший-мент засовывает табельное в кобуру.
– Я тебя забираю, Ева Марковна. Выносишь моего ребенка. Решил окончательно остепениться.
– Ты обалдел, Волков?! Я адвокат по уголовным делам! Засужу тебя к чертям за маски-шоу в моем доме!
– Ты моя жена! Если против ЭКО, сделаем естественным путем!
– Бывшая! – поправляю. – Давно развелись!
– Да пофиг, – заявляет, хватает меня и заваливает себе на плечо. – Мы уходим. Либо ЭКО, либо за решетку пойдешь.

Пять лет я выстрадала эти две полоски. Уколы, протоколы, ИКСИ, синяки на животе, надежда — и снова «к сожалению». Пять лет его мать называла меня пустоцветом. Бракованной. Безродной. А он молчал.

В тот день я наконец держала в руках положительный тест. Я заказала торт «Будущему папе», положила тест в конверт и поехала к мужу в офис — сказать, что у нас получилось.

На его столе лежал чужой тест. Тоже с двумя полосками.
— С ней получилось сразу, Варя, — сказал он спокойно, будто о погоде. — А с тобой я пять лет прожил рядом с пустой надеждой.

Он выбрал другую. Отправил меня «собрать вещи». Не спросив, зачем я приезжала. Не зная, что под сердцем у той, которую он назвал пустой надеждой, билось не одно сердце.
А два.

Он выгнал беременную жену ради чужого теста. Что он скажет, когда узнает, чего лишился — и кого потерял?

Десять лет я была ему женой. Родила двойняшек. Держала на себе дом, быт, его молчание.

Я думала, это и есть любовь.

— Ты сам сказал, что Наташа была не любовью, Денис. Она была способом пережить меня, — сказал чужой женский голос из его телефона.

Он не оправдывался. Он выключил звук:
— Не сейчас. Дети идут.

А ночью, когда они уснули, добил спокойно, по пунктам:
— Ты была моей семьёй. Я пытался тебя полюбить.

Я держалась. Ради Егора и Полины — им семь, они ничего не должны знать.

А потом он забрал их «на пару часов». Повёз к ней. И не доехал.
«Ваш муж в больнице», — сказал чужой голос в трубке.

Про детей он не сказал ни слова.

И я поняла: рушится не моя семья. Я узнаю, что её никогда не было.
Что я готова сделать, чтобы защитить своих детей? Всё. А он ещё пожалеет, что назвал меня заменой.