Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «nastoyashchaya-lyubov»
Сам не понимаю, что я в ней нашёл. Она – обычная девчонка. Серая мышь в тени кафедр, с волосами, которые никогда не бывают уложены идеально, с плечами, всегда слегка ссутуленными, будто она носит невидимый груз, который никто не замечает. Она не красится, не пахнет дорогим шампунем, не смеётся громко, не тянет к себе взгляды. Она просто… есть.
А я – избалованный мажор. С детства мне всё давалось легко: машины, деньги, внимание. Грубиян, влажу в драки, она мне не подходит.
Но сейчас я смотрю на нее, волосы завязаны в пучок, обтягивающие шорты, футболка. Только вот когда взгляд попадает на ее щеку, меня бросает в злость. Я готов набить морду тому, кто с ней это сделал.
А я – избалованный мажор. С детства мне всё давалось легко: машины, деньги, внимание. Грубиян, влажу в драки, она мне не подходит.
Но сейчас я смотрю на нее, волосы завязаны в пучок, обтягивающие шорты, футболка. Только вот когда взгляд попадает на ее щеку, меня бросает в злость. Я готов набить морду тому, кто с ней это сделал.
Мне 47. Я реставратор, разведённая, с взрослой дочерью и железным правилом: никаких чувств — так безопаснее.
Пока в старом особняке мы с заказчиком не нашли тайник в стене: любовные письма из 70‑х. Я читала их по вечерам — и понимала, что это не «красивая история», а чужая боль: шантаж, фотография с подписью «С. сказал — улыбнись», документы из суда… и смерть, списанная на «падение с лестницы».
Теперь я не просто восстанавливаю дом. Я распаковываю чужую правду — и свою тоже.
И влюбляюсь в мужчину, рядом с которым страшнее всего не потерять — а снова стать живой.
Пока в старом особняке мы с заказчиком не нашли тайник в стене: любовные письма из 70‑х. Я читала их по вечерам — и понимала, что это не «красивая история», а чужая боль: шантаж, фотография с подписью «С. сказал — улыбнись», документы из суда… и смерть, списанная на «падение с лестницы».
Теперь я не просто восстанавливаю дом. Я распаковываю чужую правду — и свою тоже.
И влюбляюсь в мужчину, рядом с которым страшнее всего не потерять — а снова стать живой.
Ирине сорок. У неё за плечами — брак, развод, взрослый ребёнок и усталость от отношений, где нужно быть удобной, терпеливой и «понимающей».
Она снова влюбляется. Потом ещё раз.
И каждый раз вроде бы всё по-разному — а боль знакомая.
Почему так?
Почему рядом с мужчинами она всё время теряет себя?
И правда ли, что после сорока любовь бывает только «тихой» — или уже никакой?
Это тёплый, честный роман о женщинах, которые много пережили, многое поняли — но всё ещё хотят чувствовать.
Без сказок. Без принцев.
Книга для тех, кто устал спасать, терпеть и ждать.
И кто всё ещё надеется — не на чудо, а на себя.
Она снова влюбляется. Потом ещё раз.
И каждый раз вроде бы всё по-разному — а боль знакомая.
Почему так?
Почему рядом с мужчинами она всё время теряет себя?
И правда ли, что после сорока любовь бывает только «тихой» — или уже никакой?
Это тёплый, честный роман о женщинах, которые много пережили, многое поняли — но всё ещё хотят чувствовать.
Без сказок. Без принцев.
Книга для тех, кто устал спасать, терпеть и ждать.
И кто всё ещё надеется — не на чудо, а на себя.
– Правда, он прекрасен? - умиляется дочь моей одноклассницы, демонстрируя своего новорожденного сына моему мужу.
Застываю перед чуть приоткрытой дверью палаты. Что вообще здесь делает мой муж?
Я распахиваю дверь.
Валера тут же отпрыгивает от Светы и ребенка.
– Принимайте прописанные витамины. Через месяц повторно сдайте анализы, - дежурным тоном произносит мой муж, делая вид, что что-то записывает в карточке пациентки. - До свидания.
Муж мне кивает и выходит из палаты.
– Мой сын, правда, на своего отца похож? - Света теперь демонстрирует своего сына мне. - Прям копия.
– Я не знаю отца твоего ребенка, - стараюсь отвечать дружелюбно, но получается холодно. - Не видела.
– Как не видели? Валерий - отец моего сына. Он только что вышел.
Застываю перед чуть приоткрытой дверью палаты. Что вообще здесь делает мой муж?
Я распахиваю дверь.
Валера тут же отпрыгивает от Светы и ребенка.
– Принимайте прописанные витамины. Через месяц повторно сдайте анализы, - дежурным тоном произносит мой муж, делая вид, что что-то записывает в карточке пациентки. - До свидания.
Муж мне кивает и выходит из палаты.
– Мой сын, правда, на своего отца похож? - Света теперь демонстрирует своего сына мне. - Прям копия.
– Я не знаю отца твоего ребенка, - стараюсь отвечать дружелюбно, но получается холодно. - Не видела.
– Как не видели? Валерий - отец моего сына. Он только что вышел.
Катя больше не верит в сказки. Ее сказка кончилась синяками и страхом. Она вырвалась из кошмара абьюзивного брака, и теперь ее мир — это работа, сын Егорка и стены, которые она выстроила вокруг своего сердца. Любовь — это боль, а доверие — роскошь, которую она не может себе позволить.
Никита вернулся в город спустя годы. Успешный детский стоматолог, он всю жизнь носил в сердце образ девочки с синими бантами, своей первой и единственной любви — Кати. Случайная встреча с ее бабушкой и маленьким сыном переворачивает все. Он узнает правду о ее жизни.
Их встреча была случайной. Его решение — нет. Никита готов терпеливо, как лучший врач, лечить ее раненую душу. Егорка сразу тянется к доброму «дяденьке-доктору». А Катя боится. Боится снова почувствовать, боится довериться, боится тени бывшего мужа, который не хочет отпускать.
Никита вернулся в город спустя годы. Успешный детский стоматолог, он всю жизнь носил в сердце образ девочки с синими бантами, своей первой и единственной любви — Кати. Случайная встреча с ее бабушкой и маленьким сыном переворачивает все. Он узнает правду о ее жизни.
Их встреча была случайной. Его решение — нет. Никита готов терпеливо, как лучший врач, лечить ее раненую душу. Егорка сразу тянется к доброму «дяденьке-доктору». А Катя боится. Боится снова почувствовать, боится довериться, боится тени бывшего мужа, который не хочет отпускать.
- Завтра, на собственной свадьбе, ты умрёшь. Никто ничего не должен заподозрить. Для реалистичности тебе будет необходимо раскусить зубами это. Оболочка довольно плотная. Поэтому кусай хорошо.
К ампуле с темно-красной жижей в моей ладони присоединяется крошечная синяя коробочка.
- И запомни: сначала кровь, потом конфета. Эй, Марька, не отъезжай! - отрезвляюще хлопает пару раз по щекам. - Смотри на меня! Всё поняла? Дай знать, если да.
- Угу, - мычу, продолжая бороться одновременно со страхом и полуобморочным состоянием.
- Молодец! Доверься мне. Всё будет хорошо. Обещаю! Теперь иди и оторвись по полной. Всё же девичник. Завтра твоя жизнь раз и навсегда изменится. Только никому ни слова про то, что здесь слышала и получила. На кону жизни. И много. Ясно?
- Кто ты? - делаю попытку разглядеть в полумраке ночного клуба лицо зажимающего меня у стены мужчины.
Бесполезно. Он в темных очках, кепке и снуде. Но этот голос! Откуда я его знаю?
К ампуле с темно-красной жижей в моей ладони присоединяется крошечная синяя коробочка.
- И запомни: сначала кровь, потом конфета. Эй, Марька, не отъезжай! - отрезвляюще хлопает пару раз по щекам. - Смотри на меня! Всё поняла? Дай знать, если да.
- Угу, - мычу, продолжая бороться одновременно со страхом и полуобморочным состоянием.
- Молодец! Доверься мне. Всё будет хорошо. Обещаю! Теперь иди и оторвись по полной. Всё же девичник. Завтра твоя жизнь раз и навсегда изменится. Только никому ни слова про то, что здесь слышала и получила. На кону жизни. И много. Ясно?
- Кто ты? - делаю попытку разглядеть в полумраке ночного клуба лицо зажимающего меня у стены мужчины.
Бесполезно. Он в темных очках, кепке и снуде. Но этот голос! Откуда я его знаю?
Я обернулась.
Он стоял на другой стороне улицы, возле старой липы. Высокий. В темном пальто. Без пафоса. Без охраны. Как будто он не девелопер и не «успешный», а просто мужчина, который пришёл туда, куда ему нельзя.
Я не видела его двадцать лет.
Но узнала сразу.
— Аня, — сказал он.
И всё.
Одно имя — и у меня внутри снова открылся тот самый шкаф.
— Ты зачем приехал?
— Мне надо поговорить.
— О проекте?
— И о проекте тоже.
— Поздно. Кофейня закрыта.
— Тогда не как клиент. Как человек.
— Как человек ты исчез двадцать лет назад.
Он не отвёл взгляд.
— Я не мог.
— Не возвращайся ко мне, Дим.
— Я уже вернулся.
Он стоял на другой стороне улицы, возле старой липы. Высокий. В темном пальто. Без пафоса. Без охраны. Как будто он не девелопер и не «успешный», а просто мужчина, который пришёл туда, куда ему нельзя.
Я не видела его двадцать лет.
Но узнала сразу.
— Аня, — сказал он.
И всё.
Одно имя — и у меня внутри снова открылся тот самый шкаф.
— Ты зачем приехал?
— Мне надо поговорить.
— О проекте?
— И о проекте тоже.
— Поздно. Кофейня закрыта.
— Тогда не как клиент. Как человек.
— Как человек ты исчез двадцать лет назад.
Он не отвёл взгляд.
— Я не мог.
— Не возвращайся ко мне, Дим.
— Я уже вернулся.
В сердце мегаполиса, в одной из тысяч одинаковых кофеен, разворачивается тихая драма двух одиночеств. Она — молодая женщина, ведущая жизнь по инерции: нелюбимая, но стабильная работа, угасающие отношения. Ее единственный островок предсказуемости и тепла — утренний капучино в кофейне, куда она заходит по пути в офис. И еще — маленький шоколадный трюфель, который неизменно кладет в ее блюдце бариста.
Я жила в аду, пока не появился Антон. Умный, сильный, честный. В его глазах я та, которой могла бы стать, родившись в другой семье.
Весь мир против нас: родители, друзья, соседи. Но он за меня.
Он сказал: Ты моя. – И я хочу верить!
Но не могу бросить брата с родителями. А что, если Антон — единственный, кто способен помочь нам обоим? Если наши сердца сильнее рук?
Весь мир против нас: родители, друзья, соседи. Но он за меня.
Он сказал: Ты моя. – И я хочу верить!
Но не могу бросить брата с родителями. А что, если Антон — единственный, кто способен помочь нам обоим? Если наши сердца сильнее рук?
💥 ЭКСКЛЮЗИВ 💥
VII век, славянское поселение.
Данко — сын врага. Есения — дочь предателя. Их любовь под запретом. Чтобы быть вместе, им придется раскопать страшную тайну, похороненную двадцать лет назад, которая либо спасет оба рода, либо похоронит их любовь навсегда.
VII век, славянское поселение.
Данко — сын врага. Есения — дочь предателя. Их любовь под запретом. Чтобы быть вместе, им придется раскопать страшную тайну, похороненную двадцать лет назад, которая либо спасет оба рода, либо похоронит их любовь навсегда.
Подборка книг о настоящей любви
Выберите полку для книги