Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
– Значит, это ты организатор моей свадьбы?! – с издевкой спрашивает мой бывший муж.
– Да, – отвечаю хрипло.
– Надо же… как тесен мир, – яркие голубые глаза бывшего обдают холодом, – ну что же, тогда я вынужден отказаться от твоих услуг, Вера! Женщина с пониженной социальной ответственностью не притронется к подвенечному платью моей будущей жены!
Обидная фраза летит в меня, словно пуля, замираю в шоке, не в силах ничего сказать, а затем меня словно молнией ударяет, когда слышу голос моей малышки:
– Мама… этот дядя злой!
Каменею, когда Воронцов хмурит брови и делает шаг вперед, нависает, и задает вопрос, от которого на меня накатывает паника:
– Кто отец твоего ребенка, Вера?! От кого ты родила?!
– Да, – отвечаю хрипло.
– Надо же… как тесен мир, – яркие голубые глаза бывшего обдают холодом, – ну что же, тогда я вынужден отказаться от твоих услуг, Вера! Женщина с пониженной социальной ответственностью не притронется к подвенечному платью моей будущей жены!
Обидная фраза летит в меня, словно пуля, замираю в шоке, не в силах ничего сказать, а затем меня словно молнией ударяет, когда слышу голос моей малышки:
– Мама… этот дядя злой!
Каменею, когда Воронцов хмурит брови и делает шаг вперед, нависает, и задает вопрос, от которого на меня накатывает паника:
– Кто отец твоего ребенка, Вера?! От кого ты родила?!
Вижу в его руках огромный букет алых роз – наверное, для меня!
"Как романтично!" – думаю, ускоряясь.
Муж меня не замечает, он смотрит в телефон, который громко наигрывает стандартный рингтон.
Я бегу, чтобы догнать его у двери. И в этот миг слышу его голос:
"Да, зайка? Ты чего хотела?"
Слова эхом зависают в воздухе. "Хотела"? "Зайка"?
И вдруг понимание накатывает, как волна: это не мне! Он говорит это кому-то в трубку. Но вторая фраза добивает меня окончательно:
"Да, зай, как и говорил, сейчас жене отчитаюсь и сразу вернусь к тебе. Я сам позвоню. Просто жди. Да, солнце, я придумаю, что ей сказать. Всё. Целую. Давай".
После этого он вручает мне цветы и уходит «на службу». И что это за служба я теперь отлично знаю. Вот только что делать мне? Одной в новогоднюю ночь среди килограммов приготовленных салатов?
"Как романтично!" – думаю, ускоряясь.
Муж меня не замечает, он смотрит в телефон, который громко наигрывает стандартный рингтон.
Я бегу, чтобы догнать его у двери. И в этот миг слышу его голос:
"Да, зайка? Ты чего хотела?"
Слова эхом зависают в воздухе. "Хотела"? "Зайка"?
И вдруг понимание накатывает, как волна: это не мне! Он говорит это кому-то в трубку. Но вторая фраза добивает меня окончательно:
"Да, зай, как и говорил, сейчас жене отчитаюсь и сразу вернусь к тебе. Я сам позвоню. Просто жди. Да, солнце, я придумаю, что ей сказать. Всё. Целую. Давай".
После этого он вручает мне цветы и уходит «на службу». И что это за служба я теперь отлично знаю. Вот только что делать мне? Одной в новогоднюю ночь среди килограммов приготовленных салатов?
Как много предателей собралось в святом месте.
Мой муж Макс, его сестра Диана, их родители.
Вадим Голиков, самый близкий друг Макса пришел с женой, ну надо же!
В центре моего персонального адова круга – Макс и Снежана.
– Веточка, ты только не ревнуй, ладно? – сказал Макс, когда я заметила на его рабочем столе в кабинете рекламный проспект фирмы «Веллер&Ко», на котором красовался портрет миловидной блондинки.
Я поверила. Глупая, наивная доверчивая девица, по уши влюбленная в Макса, приняла лживые слова за чистую монету, а сейчас…
Сейчас я смотрю, как мой муж бережно прижимает к груди своего ребенка. Ребенка, рожденного не мной. Снежана кружит вокруг сладкой парочки, что-то воркует, время от времени прикасаясь к уголкам глаз белоснежным платочком.
Дрянь!
Тварь!
Наверное, позже меня настигнет гнев Божий за то, что я позволяю себе такие мысли в его Храме, но это будет потом… Хотя, мне уже нечего бояться и нечего спасать...
Мой муж Макс, его сестра Диана, их родители.
Вадим Голиков, самый близкий друг Макса пришел с женой, ну надо же!
В центре моего персонального адова круга – Макс и Снежана.
– Веточка, ты только не ревнуй, ладно? – сказал Макс, когда я заметила на его рабочем столе в кабинете рекламный проспект фирмы «Веллер&Ко», на котором красовался портрет миловидной блондинки.
Я поверила. Глупая, наивная доверчивая девица, по уши влюбленная в Макса, приняла лживые слова за чистую монету, а сейчас…
Сейчас я смотрю, как мой муж бережно прижимает к груди своего ребенка. Ребенка, рожденного не мной. Снежана кружит вокруг сладкой парочки, что-то воркует, время от времени прикасаясь к уголкам глаз белоснежным платочком.
Дрянь!
Тварь!
Наверное, позже меня настигнет гнев Божий за то, что я позволяю себе такие мысли в его Храме, но это будет потом… Хотя, мне уже нечего бояться и нечего спасать...
– У меня есть другая семья, – голос мужа буквально оглушает.
Я стою ни жива ни мертва.
– Что... что ты такое говоришь?! – спрашиваю, и голос дрожит.
– Ровно то, что слышишь. Вероника родила от меня. У меня растет сын...
– То есть... ты изменил мне с сестрой, и у вас ребенок?! – повторяю в шоке.
Муж морщится, ему явно не нравится ход нашего разговора.
– Да. Не обращай внимания. Вероника знает свое место и не будет вмешиваться в нашу семью.
❗️Полный текст❗️
Я стою ни жива ни мертва.
– Что... что ты такое говоришь?! – спрашиваю, и голос дрожит.
– Ровно то, что слышишь. Вероника родила от меня. У меня растет сын...
– То есть... ты изменил мне с сестрой, и у вас ребенок?! – повторяю в шоке.
Муж морщится, ему явно не нравится ход нашего разговора.
– Да. Не обращай внимания. Вероника знает свое место и не будет вмешиваться в нашу семью.
❗️Полный текст❗️
— Ты цела? — Мужчина подходит, опускается на корточки. Берет мое лицо в ладони.
— Смотреть на меня, — приказывает он. — Они тебя тронули?
Я качаю головой.
Он выдыхает. И в этом выдохе столько облегчения, что у меня сердце сжимается.
— Вставай.
Руслан поднимает меня на руки.Несет к машине, усаживает на пассажирское сиденье.
— Кто тебя тронуть посмел? Говори.
— Долг... отца... — шепчу.
Мы срываемся с места. Я смотрю в зеркало заднего вида: эти трое остаются лежать на асфальте.
— Куда мы? — спрашиваю я.
Мужчина сжимает руль так, что костяшки белеют. Бросает на меня быстрый взгляд.
— Ко мне.
— Нет, я домой...
— Нет, — перебивает он жестко. — Эти уроды знают, где ты живешь. Там небезопасно. Ты теперь моя головная боль. И пока я не разберусь, ты будешь там, где я смогу тебя защитить.
— Вы не можете просто так меня забрать!
— Могу. Уже забрал.
Я открываю рот, чтобы возразить, но он вдруг кладет свою ладонь на мою руку.
— Не бойся, Надя. Слышишь? Я никому не дам тебя в обиду.
— Смотреть на меня, — приказывает он. — Они тебя тронули?
Я качаю головой.
Он выдыхает. И в этом выдохе столько облегчения, что у меня сердце сжимается.
— Вставай.
Руслан поднимает меня на руки.Несет к машине, усаживает на пассажирское сиденье.
— Кто тебя тронуть посмел? Говори.
— Долг... отца... — шепчу.
Мы срываемся с места. Я смотрю в зеркало заднего вида: эти трое остаются лежать на асфальте.
— Куда мы? — спрашиваю я.
Мужчина сжимает руль так, что костяшки белеют. Бросает на меня быстрый взгляд.
— Ко мне.
— Нет, я домой...
— Нет, — перебивает он жестко. — Эти уроды знают, где ты живешь. Там небезопасно. Ты теперь моя головная боль. И пока я не разберусь, ты будешь там, где я смогу тебя защитить.
— Вы не можете просто так меня забрать!
— Могу. Уже забрал.
Я открываю рот, чтобы возразить, но он вдруг кладет свою ладонь на мою руку.
— Не бойся, Надя. Слышишь? Я никому не дам тебя в обиду.
Мой круиз с девчонками должен был стать идеальным побегом: незабываемые приключения, релакс, а главное, амнезия на тему бывшего мужа. Но, как это часто бывает, жизнь подкинула сюрприз. Стоило мне столкнуться с бывшим боссом в аэропорту, как все планы полетели к чертям. В итоге - мы вдвоем пропустили отплытие лайнера и застряли в Амасре. А вишенкой на торте стало известие о беременности, которое настигло меня через две недели после возвращения. Похоже, судьба решила, что мне мало приключений!
— И как давно ты встречаешься с бывшей за моей спиной?
Егор отводит взгляд, сжимает челюсти недовольно, будто ему неприятно, что я застала его на горячем.
— Мы не встречаемся. Алиса захотела найти мать, пообщаться и… вот, — Егор пожимает плечами. — Это что, проблема?
— Не проблема, но ты ничего не сказал мне. За моей спиной ходил с ней в рестораны.
— И что? — выдает равнодушно. — Я дочь водил на встречи, а не то, что ты себе надумала.
Пятнадцать лет брака, общий ребенок и дочка, которую воспитала, как свою. А потом я узнаю, что мой муж и дочь, наврав мне, улетают на отдых с ней. С новой мамой.
Но тогда я еще не знала, что скрывается за этой поездкой на самом деле…
Егор отводит взгляд, сжимает челюсти недовольно, будто ему неприятно, что я застала его на горячем.
— Мы не встречаемся. Алиса захотела найти мать, пообщаться и… вот, — Егор пожимает плечами. — Это что, проблема?
— Не проблема, но ты ничего не сказал мне. За моей спиной ходил с ней в рестораны.
— И что? — выдает равнодушно. — Я дочь водил на встречи, а не то, что ты себе надумала.
Пятнадцать лет брака, общий ребенок и дочка, которую воспитала, как свою. А потом я узнаю, что мой муж и дочь, наврав мне, улетают на отдых с ней. С новой мамой.
Но тогда я еще не знала, что скрывается за этой поездкой на самом деле…
Ольга ждёт ребёнка и верит, что у неё крепкая семья, надёжный муж и счастливое будущее, которое они строят вместе.
Она уверена: рядом с ней мужчина, на которого можно опереться.
Пока одно фото не рушит всё.
На снимке — её муж, в её машине.
Вот только рядом с ним не она... - другая!
Камера беспристрастно фиксирует время..., то самое время, когда он говорил, что помогает отцу на даче…, когда его мать подтверждала: они ремонтируют крышу.
Теперь Ольге предстоит решить: закрыть глаза или начать жизнь заново, с новорождённым ребёнком на руках.
Она уверена: рядом с ней мужчина, на которого можно опереться.
Пока одно фото не рушит всё.
На снимке — её муж, в её машине.
Вот только рядом с ним не она... - другая!
Камера беспристрастно фиксирует время..., то самое время, когда он говорил, что помогает отцу на даче…, когда его мать подтверждала: они ремонтируют крышу.
Теперь Ольге предстоит решить: закрыть глаза или начать жизнь заново, с новорождённым ребёнком на руках.
ЗАВЕРШЕНО 🔥
Что будет, если запереть в одной студии фитнес-фанатика с завышенным самомнением и любительницу вкусно поесть? Взрыв!
Его сослали ко мне на радио за провинность, и с первой секунды мы объявили друг другу войну.
Но что, если за маской высокомерного сноба скрывается тот, кто заставит мое сердце биться чаще?
И что, если идеальному мужчине нужна именно такая неидеальная я?
Что будет, если запереть в одной студии фитнес-фанатика с завышенным самомнением и любительницу вкусно поесть? Взрыв!
Его сослали ко мне на радио за провинность, и с первой секунды мы объявили друг другу войну.
Но что, если за маской высокомерного сноба скрывается тот, кто заставит мое сердце биться чаще?
И что, если идеальному мужчине нужна именно такая неидеальная я?
— Я не буду содержать чужого ребёнка, — сказал он и вычеркнул меня из своей жизни.
Спустя семь лет я организовываю его свадьбу с другой женщиной.
Он богат, жесток и привык получать всё, что хочет.
Он не знает, что маленький мальчик, играющий в соседнем зале, — его сын.
У меня тридцать дней, чтобы не дать ему разрушить нас снова.
Спустя семь лет я организовываю его свадьбу с другой женщиной.
Он богат, жесток и привык получать всё, что хочет.
Он не знает, что маленький мальчик, играющий в соседнем зале, — его сын.
У меня тридцать дней, чтобы не дать ему разрушить нас снова.
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги