Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

— Папа! Ты вернулся!
К нам бежит девочка лет шести — безумно похожая на моего мужа. Она несётся к нам, а потом врезается в его объятия.
— Папочка, ты теперь будешь жить со мной и с мамой? — а потом переводит взгляд на меня. — Ой, а кто эта тетя?
За спиной девочки появляется женщина — высокая и стройная. Её хищный взгляд «врезается» в моего мужа…
Саша смотрит на неё — и я вижу, что он ее узнает.
— Привет, Саш, — она горько усмехается.
— Ты не говорила, что ты собираешься приехать, — говорит он и поворачивается ко мне. — Это Вика, моя бывшая…
Вика брезгливо кивает в мою сторону.
— Ты любил её? — вопрос вырывается сам, хриплый, чужой.
— Это было давно, — говорит он. — Я думал, что всё осталось в прошлом, но видимо нет…
— Любимый, эта девочка… твоя дочь? — спрашиваю я.
— Да… — выдыхает мой муж.
Его бывшая прижимает к себе дочь и надменно улыбается:
— Признайся ей, что ты любишь меня до сих пор, а на ней женился в отместку мне. Теперь она знает о дочери, и мы станем семьей.

— Не поняла. А вы, господа, здесь откуда и кто такие?
— Мы, Кира Львовна, ваши кредиторы, — отвечает улыбчивый и довольно ухмыляется.
— М! Не помню, чтобы кого-то приглашала в гости. Обычно деловые встречи я назначаю на нейтральной территории.
— Поэтому мы и без приглашения.
Я не двигаюсь. И больше не курю, просто зажав сигарету. Я в растерянности от такой наглости. Даже забываю, что на мне из одежды только сорочка на голое тело и такой же шелковый халатик.
— Джентльмены так себя не ведут.
Усмехаются оба.
— Мы зашли только познакомиться.
Я начинаю прикидывать, как, если что, мне от них избавляться. Но в то же время понимаю, что если они реально кредиторы, то конфликтовать не стоит.
— Ну, тогда представьтесь, господа.
Смотрю на зеленоглазого.
— Макс, — улыбается во всю.
— А дальше? — любопытствую я.
— Алекс.
— Замечательно, господа, а теперь озвучьте, пожалуйста, сумму, которую должен вам мой муж.
— Он не деньги нам должен, — все та же важность.
— А что же? — недоумеваю

ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ УПОМИНАНИЕ КУРЕНИЯ ТАБАКА ИЛИ УПОТРЕБЛЕНИЯ НИКОТИНОСОДЕРЖАЩЕЙ ПРОДУКЦИИ. КУРЕНИЕ ТАБАКА ИЛИ УПОТРЕБЛЕНИЕ НИКОТИНОСОДЕРЖАЩЕЙ ПРОДУКЦИИ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.

ВНИМАНИЕ! НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. СОДЕРЖИТ ИНФОРМАЦИЮ О НАРКОТИЧЕСКИХ, ПСИХОТРОПНЫХ, ОДУРМАНИВАЮЩИХ ВЕЩЕСТВАХ ИЛИ ИХ АНАЛОГАХ.

- Я не могу выбросить ее из головы.
Сладкая, близкая, и такая недоступная. Если бы не кольцо на ее пальце и моя должность, давно бы нашел способ затащить в свою постель. Она мое наваждение, мой наркотик, и сегодня сама пришла отдать над собою власть.

Обложка: Николаиди Галина

© Грей Стелла
© ИДДК

ВНИМАНИЕ! СОДЕРЖИТ СЦЕНЫ РАСПИТИЯ СПИРТНЫХ НАПИТКОВ. ЧРЕЗМЕРНОЕ УПОТРЕБЛЕНИЕ АЛКОГОЛЯ ВРЕДИТ ВАШЕМУ ЗДОРОВЬЮ.

Свежий воздух, живописная природа и шикарный мужчина в ковбойской шляпе на фоне заходящего солнца. О чем еще можно мечтать? Гарантирую, не об этом. Потому что в программе защиты свидетелей решили, что лучше всего меня засунуть на богом забытую ферму в качестве гувернантки для восьмилетнего ребенка. Вот только ребенку далеко не восемь, а мой наниматель порвет за свою милую Хлою любого, даже если это ее незадачливая няня.

Обложка: Николаиди Галина

© Грей Стелла
© ИДДК

— Ты не можешь так с нами поступать! Все ошибаются в жизни, и я не исключение. Да! Поддался своим слабостям, но это было только один раз, а ты, если бы меня любила, то поняла бы меня и простила, — говорит он, на полном серьёзе пытаясь меня убедить в своём виденье этого мира.

— Ты сам себя слышишь, Глеб? — спрашиваю я, отходя подальше от него. Мне физически тяжело рядом с ним находиться.

— Света, ты уже не маленькая и должна понять. Все мужчины изменяют, и это нормально! — говорит он, разделяя слова.

— В твоей вселенной, может быть, и да, но не в моей, — отвечаю я, отворачиваясь к окну. В отражении вижу, как он приближается.

— Света, пожалуйста, послушай меня. Мы ещё можем всё исправить. Подумай, хотя бы ради наших детей, — говорит Глеб, и бьёт по больному, напоминая о наших детях.

— Это мои дети, а у тебя другой ребёнок, от другой женщины, — ответила я.

Она собиралась замуж за идеального мужчину. Слишком правильного, слишком гладкого, слишком “как надо”.
Один дождливый день — и её мир ломается о визг тормозов, больничный свет и странную мысль: рядом с ней живёт человек, который умеет быть “хорошим” ровно до тех пор, пока ему выгодно.

Рита пытается держаться за привычную жизнь, но из-под неё уезжает почва: деньги исчезают, враньё множится, а за её спиной разворачивается игра, где ставки — не цифры, а люди.
Она случайно становится обладательницей чужого контроля. И теперь за ней наблюдают те, кто привык забирать своё без просьб.

Это роман о том, как быстро “люблю” превращается в “ты должна”.
И о том, что иногда спасение приходит не в белом халате — а в чёрной машине.

Строгая преподавательница Венера Акимовна вступает в опасную игру с двумя дерзкими спортсменами — спор на грани безумия меняет всё. Продержись ещё немного, девочка. Настоящая любовь уже идёт к тебе.

— Ну что, начнём тренировку? — ухмыляется Ярик.
— Здесь?! Не заморачиваетесь, да? — вскидываю брови.
— Плохому танцору всегда что‑то мешает, — тянет Шах, потягиваясь. Кофта задирается — мелькает рельефный живот. — Ты плохой танцор, Снежинка?
— Я не буду заниматься в этой одежде! — резко. — Не хочу заболеть из‑за ваших экспериментов.
— Поможем, — Шах срывает кофту, протягивает. — Переодевайся.
— Твою поношенную футболку?! — вспыхиваю. — Да ни за что!
— Значит, ты плохой танцор, — подаётся вперёд Ярик.
— А вы считаете, все должны таять от ваших футболок? — скрещиваю руки. — Самомнение зашкаливает, ребята.
— Это у тебя самомнение, если думаешь, что мы смотрим на тебя как на «одну из», — Шах натягивает кофту.

— Тише… она может услышать.
— Ничего, она вернётся не скоро.
— Вы чем тут заняты? Вы... черт! — у меня шок.
— Закрой дверь! Сама виновата! — Рычит недовольно муж, няня одергивает юбку.
Я застала мужа с няней нашей дочери в нашей спальне. С той самой, которой платила и доверяла ребёнка каждый день.
Он попытался всё перевернуть — сделать виноватой меня, надавить через деньги и ребёнка, убедить, что я должна это проглотить. Но я не стала терпеть. И свой удар он получил.
Потому что предательство с няней — это точка невозврата.

Они вошли в лифт как соседи. Выйдут — как другие люди.
Дождливый четверг, уставший лифт старой пятиэтажки и три абсолютных незнакомца: зануда-историк с томом про Византию, девушка-художник с винилом и плохим настроением, и невозмутимый йог с пакетами гречки.
Их знакомство началось со скрежета тормозов и полной темноты между этажами. Оказавшись в ловушке, они могли паниковать, злиться или молчать. Вместо этого они… рассказали друг другу всё. О несбывшихся мечтах, глупых начальниках, космических станциях в виде храмов и котлетах из чечевицы.

Узнав про измену мужа, я выбираю единственное верное решение — бежать как можно дальше. Вот только на пути встаёт настоящий отец моего сына. А сбежать от мафии становится уже не так просто, как от неверного мужа...