Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
– Ира, – Кирилл делает глубокий вдох, и на мгновение мне кажется, что я вижу тень сомнения на его обычно бесстрастном лице. – Я подал заявление на развод.
Слова тяжелые. Перед глазами появляются тёмные пятна, а в ушах начинает шуметь, будто я внезапно оказалась под водой.
– Что? – выдавливаю из себя, морщась от того, как жалко и растерянно звучит мой голос.
– Я хочу развестись, – повторяет он, теперь более чётко, словно я не поняла с первого раза. – Мы с Алисой...
***
Дождь усиливается. Всё происходит как в замедленной съёмке. Из-за поворота, внезапно появляются фары. Яркие, слепящие, они мчатся прямо на меня с огромной скоростью.
Машину кружит, бросая из стороны в сторону, а потом она слетает с дороги.
Последнее, что я помню перед тем, как темнота поглощает сознание, – это странное чувство покоя. И мысль, полная горькой иронии: “А ведь я так и не увидела Байкал”.
Слова тяжелые. Перед глазами появляются тёмные пятна, а в ушах начинает шуметь, будто я внезапно оказалась под водой.
– Что? – выдавливаю из себя, морщась от того, как жалко и растерянно звучит мой голос.
– Я хочу развестись, – повторяет он, теперь более чётко, словно я не поняла с первого раза. – Мы с Алисой...
***
Дождь усиливается. Всё происходит как в замедленной съёмке. Из-за поворота, внезапно появляются фары. Яркие, слепящие, они мчатся прямо на меня с огромной скоростью.
Машину кружит, бросая из стороны в сторону, а потом она слетает с дороги.
Последнее, что я помню перед тем, как темнота поглощает сознание, – это странное чувство покоя. И мысль, полная горькой иронии: “А ведь я так и не увидела Байкал”.
Мои пальцы, вместо того чтобы постучать, осторожно толкают дверь шире, бесшумно, почти против моей воли.
И мир останавливается.
Ян стоит у окна, спиной ко мне. А перед ним… женщина. Молодая, может, лет тридцати, с распущенными светлыми волосами, в облегающем красном платье. Она стоит слишком близко. Ее рука на его груди, ее губы растянуты в улыбке, предназначенной только для него.
И вот Ян наклоняется к ней. Целует ее… не мимолетное прикосновение, а глубокий, жадный поцелуй. Ее руки скользят по его шее, пальцы зарываются в его волосы, привычным, знакомым жестом.
В этот момент я понимаю две вещи. Во-первых, Кристина, его помощница, теперь блондинка. Во-вторых, это далеко не первый их поцелуй.
Они отрываются друг от друга и оборачиваются.
***
Как будто он ждал этого момента, как будто часть его устала прятаться.
И мир останавливается.
Ян стоит у окна, спиной ко мне. А перед ним… женщина. Молодая, может, лет тридцати, с распущенными светлыми волосами, в облегающем красном платье. Она стоит слишком близко. Ее рука на его груди, ее губы растянуты в улыбке, предназначенной только для него.
И вот Ян наклоняется к ней. Целует ее… не мимолетное прикосновение, а глубокий, жадный поцелуй. Ее руки скользят по его шее, пальцы зарываются в его волосы, привычным, знакомым жестом.
В этот момент я понимаю две вещи. Во-первых, Кристина, его помощница, теперь блондинка. Во-вторых, это далеко не первый их поцелуй.
Они отрываются друг от друга и оборачиваются.
***
Как будто он ждал этого момента, как будто часть его устала прятаться.
— Это правда, что у вас есть ребенок? — выкрикивает кто-то из толпы журналистов.
— Конечно, нет, — чеканю недовольно.
— Мы достали фотографии вашего ребенка, — неожиданно говорит журналистка. — Его зовут Рома, ему четыре года и он, насколько нам известно, живет впроголодь, пока вы обещаете нам золотые горы.
Мне показывают фотографию. Обычную вроде бы. Просто ребенок. Темные волосы, милое личико и грустные глаза. Но пробирает меня не это. То, что он похож на меня в детстве. Как две капли.
— Вы и дальше будете его скрывать? — допытывается журналистка, но я ее больше не слышу.
Ухожу. Пробираюсь сквозь толпу к машине и уже в салоне отдаю приказ помощнику:
— Полина Рогова. Найди, узнай про ребенка. Если есть — организуй тест ДНК. Без шумихи. Так, чтобы она не знала.
— Конечно, нет, — чеканю недовольно.
— Мы достали фотографии вашего ребенка, — неожиданно говорит журналистка. — Его зовут Рома, ему четыре года и он, насколько нам известно, живет впроголодь, пока вы обещаете нам золотые горы.
Мне показывают фотографию. Обычную вроде бы. Просто ребенок. Темные волосы, милое личико и грустные глаза. Но пробирает меня не это. То, что он похож на меня в детстве. Как две капли.
— Вы и дальше будете его скрывать? — допытывается журналистка, но я ее больше не слышу.
Ухожу. Пробираюсь сквозь толпу к машине и уже в салоне отдаю приказ помощнику:
— Полина Рогова. Найди, узнай про ребенка. Если есть — организуй тест ДНК. Без шумихи. Так, чтобы она не знала.
Добро наказуемо. Эту истину я усвоила, когда помогла бедной девушке из деревни. Теперь она живет с моим мужем, а я предвкушаю сладкую месть.
Чтобы забрать у меня всё, стерва давила на нужные точки. У неё это получилось.
Ничего... Я просчитаю каждый ход и заставлю их узнать, на что способна оскорблённая сильная женщина.
Книга завершена!
Чтобы забрать у меня всё, стерва давила на нужные точки. У неё это получилось.
Ничего... Я просчитаю каждый ход и заставлю их узнать, на что способна оскорблённая сильная женщина.
Книга завершена!
Тошнит. Душно. Воздуха не хватает. Вырываюсь из тесной, переполненной людьми гостиной на улицу. Не так я представляла себе юбилей любимого, где в качестве главного подарка я приготовила ему новость о долгожданном пополнении. Из-за длинного языка свекрови так ничего и не сказала, теперь ещё и мы с Арсом поссорились.
Но он ведь ещё не знает, что это гормоны у меня играют, поэтому такая эмоциональная стала.
Хочу крикнуть, чтобы пропавший муж скорее вышел из тени, как вдруг мой слух привлекают какие-то голоса. Приглушенные. Шепот. Смех.
Иду на звук. И…
Вижу вдали его силуэт. Стоит ко мне спиной. Не один.
— У тебя с твоей совсем все плохо? – звонкий женский хохот режет слух.
— Лер, заткнись и продолжай.
Его голос. Хриплый, томный, незнакомый. Чужой. Голос предателя.
Машинально прикладываю ладонь к животу, где растет наш малыш. Наверное, даже к лучшему, что я не успела ничего сказать. Этот подонок… Теперь не узнает о ребенке.
Но он ведь ещё не знает, что это гормоны у меня играют, поэтому такая эмоциональная стала.
Хочу крикнуть, чтобы пропавший муж скорее вышел из тени, как вдруг мой слух привлекают какие-то голоса. Приглушенные. Шепот. Смех.
Иду на звук. И…
Вижу вдали его силуэт. Стоит ко мне спиной. Не один.
— У тебя с твоей совсем все плохо? – звонкий женский хохот режет слух.
— Лер, заткнись и продолжай.
Его голос. Хриплый, томный, незнакомый. Чужой. Голос предателя.
Машинально прикладываю ладонь к животу, где растет наш малыш. Наверное, даже к лучшему, что я не успела ничего сказать. Этот подонок… Теперь не узнает о ребенке.
– Какая еще вторая жена, Артур? Что это значит?
Муж мрачнеет, хмуря брови.
– Моя вторая жена, – повторяет, как для слабоумной, – ты знала, на что идешь, выходя за меня замуж. Или забыла, кто я такой? Забыла свое место?
------------------------
Я отказалась делить мужа со второй женой и гордо ушла, подав на развод. Но вот беда, в этой семье разводиться не принято, и разрешения уходить мне никто не давал.
Муж намерен меня вернуть, чего бы ему это ни стоило…
И начать он решил с детей. Отобрал.
Муж мрачнеет, хмуря брови.
– Моя вторая жена, – повторяет, как для слабоумной, – ты знала, на что идешь, выходя за меня замуж. Или забыла, кто я такой? Забыла свое место?
------------------------
Я отказалась делить мужа со второй женой и гордо ушла, подав на развод. Но вот беда, в этой семье разводиться не принято, и разрешения уходить мне никто не давал.
Муж намерен меня вернуть, чего бы ему это ни стоило…
И начать он решил с детей. Отобрал.
- У тебя были планы на обед? Любовницу себе завел, что ли? – легко спрашиваю у мужа, словно сказала в шутку.
- Нет, конечно. Не говори ерунды, - он отмахивается и проводит ладонью по лицу, и я кое-что замечаю.
- Где твое обручальное кольцо? - Илья удивленно смотрит на руку, только сейчас заметив пропажу.
- Похоже, потерял...
Потерял… как это глупо звучит. Скоро ты потеряешь не только кольцо, дорогой, ты потеряешь все, за то, что сделал.
За то, посмел накричать на дочь из-за этой блудливой девки.
За то, что привел любовницу на день рождения дочери.
За то, что водил любовницу в нашу постель.
Я за все тебе отомщу.
- Нет, конечно. Не говори ерунды, - он отмахивается и проводит ладонью по лицу, и я кое-что замечаю.
- Где твое обручальное кольцо? - Илья удивленно смотрит на руку, только сейчас заметив пропажу.
- Похоже, потерял...
Потерял… как это глупо звучит. Скоро ты потеряешь не только кольцо, дорогой, ты потеряешь все, за то, что сделал.
За то, посмел накричать на дочь из-за этой блудливой девки.
За то, что привел любовницу на день рождения дочери.
За то, что водил любовницу в нашу постель.
Я за все тебе отомщу.
— Я любовница вашего мужа!
Рука сползает с холодной металлической ручки. Я смотрю на девушку в упор, пытаясь понять степень этой лжи.
— Девушка…
— Инна! — нагло перебивает. — Меня зовут Инна.
— Инна, Вас я вижу впервые и верить в это отказываюсь.
— Так я и думала! Не верит она! — Инна фыркает и складывает руки на груди.
— Бред какой-то.
— Согласна! Он уже месяц обещает вам, — девушка делает акцент на возрасте, — все рассказать. Может сердечко слабое, что он так боится?
— Ах ты! Сердечко?! — внутри меня разгорается нешуточный огонь.
Я ничего не понимаю, эту новость вообще не хочу воспринимать, а она еще и издевается! Хватаю влажное кухонное полотенце с плеча и замахиваюсь на нее.
— Пошла вон! Ведьма! — с криком выбрасываю вперед руку.
Полотенце задевает ее плечо и черные длинные волосы взмывают вверх облаком.
— Совсем сбрендила, старая?! — Инна закрывает лицо руками и отпрыгивает к лестнице, цепляясь за поручни. — Сама проверь, если хочешь!
Рука сползает с холодной металлической ручки. Я смотрю на девушку в упор, пытаясь понять степень этой лжи.
— Девушка…
— Инна! — нагло перебивает. — Меня зовут Инна.
— Инна, Вас я вижу впервые и верить в это отказываюсь.
— Так я и думала! Не верит она! — Инна фыркает и складывает руки на груди.
— Бред какой-то.
— Согласна! Он уже месяц обещает вам, — девушка делает акцент на возрасте, — все рассказать. Может сердечко слабое, что он так боится?
— Ах ты! Сердечко?! — внутри меня разгорается нешуточный огонь.
Я ничего не понимаю, эту новость вообще не хочу воспринимать, а она еще и издевается! Хватаю влажное кухонное полотенце с плеча и замахиваюсь на нее.
— Пошла вон! Ведьма! — с криком выбрасываю вперед руку.
Полотенце задевает ее плечо и черные длинные волосы взмывают вверх облаком.
— Совсем сбрендила, старая?! — Инна закрывает лицо руками и отпрыгивает к лестнице, цепляясь за поручни. — Сама проверь, если хочешь!
Ко мне подошла новый ординатор моего мужа Снежана.
– Я так рада! Котик блестяще защитился, и больше ему не нужна старуха, – с ехидной улыбкой сообщила она. – Теперь мы с ним, наконец-то, будем вместе, и он сможет спокойно возглавить родную кафедру. А я рожу ему наследника. Сына! Вместо твоих убогих дочек…
В моей голове гудит, и мечутся глупые мысли:
«Не нужна старуха? Да мне только сорок пять!
Возглавить кафедру в Первом меде? Бросить клинику, в которую мой отец Константина еле устроил? Бред…»
Да, пока мысли и эмоции кипят, а из груди уже рвётся, неудержимое:
– Чарторыйский, ты офигел?
Банкет по случаю защиты моим любимым мужем докторской диссертации должен был стать нашим совместным триумфом.
А оказался дорогой в ад.
– Я так рада! Котик блестяще защитился, и больше ему не нужна старуха, – с ехидной улыбкой сообщила она. – Теперь мы с ним, наконец-то, будем вместе, и он сможет спокойно возглавить родную кафедру. А я рожу ему наследника. Сына! Вместо твоих убогих дочек…
В моей голове гудит, и мечутся глупые мысли:
«Не нужна старуха? Да мне только сорок пять!
Возглавить кафедру в Первом меде? Бросить клинику, в которую мой отец Константина еле устроил? Бред…»
Да, пока мысли и эмоции кипят, а из груди уже рвётся, неудержимое:
– Чарторыйский, ты офигел?
Банкет по случаю защиты моим любимым мужем докторской диссертации должен был стать нашим совместным триумфом.
А оказался дорогой в ад.
— Не позволю тебе её трогать, — холодно сказал Джалил, глядя в глаза моему жениху. — Если хочешь выяснить отношения, разбирайся с мужчиной, а не с девушкой.
Я специально устроила эту ссору. Хотела, чтобы отец увидел, какой на самом деле Расул, и отменил свадьбу. Но отец увидел другое — Джалила, дальнего родственника, который вмешался в наши дела и нарушил все планы.
Отец посмотрел на него и вынес решение:
— Ты вмешался, теперь ты и будешь жениться на моей дочери.
Я резко вскинула голову, сердце застучало от злости и ужаса. Я не собиралась за него замуж. Я вообще не хотела замуж — ни за Расула, ни за Джалила. Я мечтала уехать, выучиться, обрести свободу и жить так, как сама хочу.
Посмотрела в холодные глаза Джалила и сказала чётко:
— Ты разрушил мою жизнь. Но учти, я сделаю всё, чтобы ты пожалел об этом. Ты сам попросишь у меня развод.
Он не дрогнул. Лишь усмехнулся в ответ:
— Попробуй, Сия. Ты уже моя жена, и от этого не сбежать.
Я обещала, что никогда не пок
Я специально устроила эту ссору. Хотела, чтобы отец увидел, какой на самом деле Расул, и отменил свадьбу. Но отец увидел другое — Джалила, дальнего родственника, который вмешался в наши дела и нарушил все планы.
Отец посмотрел на него и вынес решение:
— Ты вмешался, теперь ты и будешь жениться на моей дочери.
Я резко вскинула голову, сердце застучало от злости и ужаса. Я не собиралась за него замуж. Я вообще не хотела замуж — ни за Расула, ни за Джалила. Я мечтала уехать, выучиться, обрести свободу и жить так, как сама хочу.
Посмотрела в холодные глаза Джалила и сказала чётко:
— Ты разрушил мою жизнь. Но учти, я сделаю всё, чтобы ты пожалел об этом. Ты сам попросишь у меня развод.
Он не дрогнул. Лишь усмехнулся в ответ:
— Попробуй, Сия. Ты уже моя жена, и от этого не сбежать.
Я обещала, что никогда не пок
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги