Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»
— Ты изменил мне прямо в прямом эфире! — выкрикиваю в лицо мужу, после того, как заканчивается шоу, на котором произошло… страшное.
— Рина, не делай из мухи слона, — отмахивается Володя. — Ну отошли мы со Светой немного от твоего сценария. И что такого? Мы просто пошли на поводу у химии между нами. Потом увидишь, как это повлияет на рейтинги.
— А в любви ты Свете тоже “для рейтингов” признался?! — сарказм так и льется из меня. — Тогда камеры не работали.
Муж сужает глаза.
— Ты подслушивала? — осуждение так и звенит в голосе мужа. Он резко хватает меня за подбородок. — Как тебе не стыдно, Ариночка? Ая-я-яй! Статус моей жены не позволяет тебе указывать, к кому я должен испытывать нежные чувства. Смирись, что я иногда могу наслаждаться другими эффектными женщинами. Их много, я один. А то договоришься, и я решу, что Света более выгодная партия. В итоге, мы с ней будем блистать в прямом эфире. А ты останешься за кадром с позорным статусом “разведенка”.
— Рина, не делай из мухи слона, — отмахивается Володя. — Ну отошли мы со Светой немного от твоего сценария. И что такого? Мы просто пошли на поводу у химии между нами. Потом увидишь, как это повлияет на рейтинги.
— А в любви ты Свете тоже “для рейтингов” признался?! — сарказм так и льется из меня. — Тогда камеры не работали.
Муж сужает глаза.
— Ты подслушивала? — осуждение так и звенит в голосе мужа. Он резко хватает меня за подбородок. — Как тебе не стыдно, Ариночка? Ая-я-яй! Статус моей жены не позволяет тебе указывать, к кому я должен испытывать нежные чувства. Смирись, что я иногда могу наслаждаться другими эффектными женщинами. Их много, я один. А то договоришься, и я решу, что Света более выгодная партия. В итоге, мы с ней будем блистать в прямом эфире. А ты останешься за кадром с позорным статусом “разведенка”.
Забыв прошлое, я наконец дышу полной грудью. Вот только оно нагоняет меня. Находит и ворвавшись в мою жизнь, обрушает на своем пути любые преграды, забирая в свой сладкий плен.
— Макар, — выдыхаю шепотом.
— Риша…
Время застыло, мир замер. Перед моими глазами только его голубые глаза и воспоминания слайдами. Ощущения пропали. Все. Кроме ощущения твердости когда-то любимого тела и таких знакомых сильных рук.
Попутный Макар Ветров. Моя первая настоящая студенческая любовь.
Попутный Макар Ветров. Мой первый настоящий студенческий кошмар.
— Макар, — выдыхаю шепотом.
— Риша…
Время застыло, мир замер. Перед моими глазами только его голубые глаза и воспоминания слайдами. Ощущения пропали. Все. Кроме ощущения твердости когда-то любимого тела и таких знакомых сильных рук.
Попутный Макар Ветров. Моя первая настоящая студенческая любовь.
Попутный Макар Ветров. Мой первый настоящий студенческий кошмар.
— Зачем ты вернулась? Мы же договаривались! — говорит муж.
— А затем, Сашечка, что я устала притворяться, будто мой сын щенок безродный. В то время, как другие дети его отца купаются в шоколаде.
— Тебе мало тех денег, что я тебе перевожу?
— Да, Саша! Потому что это жалкие подачки. Я устала молчать. Это мой сын стал твоим первенцем. И он имеет такое же право, на все, что у тебя есть.
— Что значит ее сын твой первенец? — не замечаю, как толкаю дверь и задаю вопрос вслух. — Вы что спали у меня за спиной?
Муж замирает, а потом оборачивается, и смотрит свирепо.
— Все так, Аня. Алена родила мне сына. И теперь, пришла пора его признать.
Вместе со школы, двадцать три года брака, двое детей, общий бизнес. Нам завидуют, считая идеальной семьей. Да я сама каждый день благодарю небеса за свою жизнь.
Вот только все оказывается не настолько гладко. И узнаю я об этом на встрече выпускников, куда приезжает моя бывшая подруга, заявив о том, что родила от моего мужа. И он об этом знает
— А затем, Сашечка, что я устала притворяться, будто мой сын щенок безродный. В то время, как другие дети его отца купаются в шоколаде.
— Тебе мало тех денег, что я тебе перевожу?
— Да, Саша! Потому что это жалкие подачки. Я устала молчать. Это мой сын стал твоим первенцем. И он имеет такое же право, на все, что у тебя есть.
— Что значит ее сын твой первенец? — не замечаю, как толкаю дверь и задаю вопрос вслух. — Вы что спали у меня за спиной?
Муж замирает, а потом оборачивается, и смотрит свирепо.
— Все так, Аня. Алена родила мне сына. И теперь, пришла пора его признать.
Вместе со школы, двадцать три года брака, двое детей, общий бизнес. Нам завидуют, считая идеальной семьей. Да я сама каждый день благодарю небеса за свою жизнь.
Вот только все оказывается не настолько гладко. И узнаю я об этом на встрече выпускников, куда приезжает моя бывшая подруга, заявив о том, что родила от моего мужа. И он об этом знает
– Я полюбил другую.
Слова звучат так спокойно, будто муж говорит о погоде. Будто не рушит сейчас восемнадцать лет моей жизни.
– Что, прости?
– Я больше не люблю тебя, Лена, – говорит Кирилл ровно.
– Кто она, Кир?!
Муж выдерживает паузу, затем отвечает, нанося еще один удар.
– К-какая Катя? – спрашиваю осипшим голосом, но я уже знаю ответ. Знаю, и все равно спрашиваю. Потому что, если он сейчас скажет, что это какой-то бред и розыгрыш, я скорее поверю, потому что… в жизни же так не бывает, чтобы родная кровь, чтобы…
– Твоя двоюродная сестра, – спокойно отвечает муж, завершая хаотичный поток моих мыслей.
Муж меня предал, дочь его поддержала, но в один миг случилось то, что навсегда изменило нашу жизнь…
Слова звучат так спокойно, будто муж говорит о погоде. Будто не рушит сейчас восемнадцать лет моей жизни.
– Что, прости?
– Я больше не люблю тебя, Лена, – говорит Кирилл ровно.
– Кто она, Кир?!
Муж выдерживает паузу, затем отвечает, нанося еще один удар.
– К-какая Катя? – спрашиваю осипшим голосом, но я уже знаю ответ. Знаю, и все равно спрашиваю. Потому что, если он сейчас скажет, что это какой-то бред и розыгрыш, я скорее поверю, потому что… в жизни же так не бывает, чтобы родная кровь, чтобы…
– Твоя двоюродная сестра, – спокойно отвечает муж, завершая хаотичный поток моих мыслей.
Муж меня предал, дочь его поддержала, но в один миг случилось то, что навсегда изменило нашу жизнь…
– Мамочка, а папа нас больше не любит? – голосок дочери дрожит от слёз. – Почему папа не с нами?
Затаив дыхание, смотрю, как мой муж, отец моей дочери, наклоняется к мальчику и подхватывает его на руки. Тот, заливаясь смехом, обнимает нашего папу за шею.
Двадцать лет брака, старшей дочери двадцать, а младшей только что исполнилось пять. Я думала, что у нас настоящая и крепкая семья, но муж жестоко предал нас…
Сегодня я привела дочь на детский праздник. И кто знал, что сюда же придёт мой муж со своей любовницей и их тайным сыном!
– У нас скоро свадьба, – раздаётся голос рядом со мной.
Я поняла сразу: это она – любовница и мать тайного ребёнка моего мужа.
– Он готов уйти из семьи и жениться на мне. Знаете, как он сильно любит моего сыночка? Больше всех на свете! Он всегда мечтал о сыне, а ещё… – девушка опускает руку на живот, – я никому не говорила, вы будете первой! У меня задержка, я снова беременна! Рожу любимому мужчине ещё одного сына!
Затаив дыхание, смотрю, как мой муж, отец моей дочери, наклоняется к мальчику и подхватывает его на руки. Тот, заливаясь смехом, обнимает нашего папу за шею.
Двадцать лет брака, старшей дочери двадцать, а младшей только что исполнилось пять. Я думала, что у нас настоящая и крепкая семья, но муж жестоко предал нас…
Сегодня я привела дочь на детский праздник. И кто знал, что сюда же придёт мой муж со своей любовницей и их тайным сыном!
– У нас скоро свадьба, – раздаётся голос рядом со мной.
Я поняла сразу: это она – любовница и мать тайного ребёнка моего мужа.
– Он готов уйти из семьи и жениться на мне. Знаете, как он сильно любит моего сыночка? Больше всех на свете! Он всегда мечтал о сыне, а ещё… – девушка опускает руку на живот, – я никому не говорила, вы будете первой! У меня задержка, я снова беременна! Рожу любимому мужчине ещё одного сына!
❤️❤️❤️ РОМАН ЗАВЕРШЕН. МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА ❤️❤️❤️
Мне 34 года, и я вешу 100 кг.
Да, это почти приговор, согласна.
После развода я набрала 25 лишних килограммов, которые стали моими комплексами и моей тюрьмой.
Я прятала живот под мешковатыми кофтами, ненавидела, как грудь колышется при ходьбе, как бёдра трутся друг о друга.
Думала: «Кто захочет такую?»
Каждый взгляд в зеркало был как приговор.
Каждый комплимент казался жалостью.
Я верила, что любовь возможна только для худых, идеальных, тех, кого не стыдно показать миру.
Но потом появился Вадим. И показал мне: мои «лишние» килограммы, это не минус.
Это я. Сексуальная, живая, настоящая.
И именно такой я стала его счастьем.
100 кг любви. Ни грамма меньше.
❤️❤️❤️
Мне 34 года, и я вешу 100 кг.
Да, это почти приговор, согласна.
После развода я набрала 25 лишних килограммов, которые стали моими комплексами и моей тюрьмой.
Я прятала живот под мешковатыми кофтами, ненавидела, как грудь колышется при ходьбе, как бёдра трутся друг о друга.
Думала: «Кто захочет такую?»
Каждый взгляд в зеркало был как приговор.
Каждый комплимент казался жалостью.
Я верила, что любовь возможна только для худых, идеальных, тех, кого не стыдно показать миру.
Но потом появился Вадим. И показал мне: мои «лишние» килограммы, это не минус.
Это я. Сексуальная, живая, настоящая.
И именно такой я стала его счастьем.
100 кг любви. Ни грамма меньше.
❤️❤️❤️
Вижу мою бывшую жену на встрече выпускников. Красивое платье как у Золушки надела.
У вчерашних одноклассников карьера вверх. Хвастаются наперегонки.
– Краснова, а какие у тебя достижения? - спрашивают друзья, когда очередь доходит до нее.
Но вместо слов из-за ее спины показываются три маленькие феи.
Три темноволосые девочки. Три ладошки, которые тянутся ко мне.
– Хайдаров, так это твои копии? - замечают дружно одноклассники.
А я смотрю на детей, как в зеркало. Потом на бывшую, но она отводит взгляд.
– Кто их отец? - зажимаю бывшую в углу коридора, когда она пытается сбежать и уйти от ответа.
Она вздергивает гордо подбородок. Надменный взгляд, но все такой же пробивающий до нутра. Моя карма эта женщина!
– Их отец-потеряшка. Он потерялся три года назад.
У вчерашних одноклассников карьера вверх. Хвастаются наперегонки.
– Краснова, а какие у тебя достижения? - спрашивают друзья, когда очередь доходит до нее.
Но вместо слов из-за ее спины показываются три маленькие феи.
Три темноволосые девочки. Три ладошки, которые тянутся ко мне.
– Хайдаров, так это твои копии? - замечают дружно одноклассники.
А я смотрю на детей, как в зеркало. Потом на бывшую, но она отводит взгляд.
– Кто их отец? - зажимаю бывшую в углу коридора, когда она пытается сбежать и уйти от ответа.
Она вздергивает гордо подбородок. Надменный взгляд, но все такой же пробивающий до нутра. Моя карма эта женщина!
– Их отец-потеряшка. Он потерялся три года назад.
– Иди к своей подружке! – выпаливаю разгоряченно. – Она уже соскучилась!
– Ты не уйдешь, бросив чертову фразу про чувства и развод, – сжимает мои плечи. – И я никогда не съеду из нашего дома!
– Тогда я уеду. Да, – киваю уверенно, – вернусь к родителям на время. Папа будет рад. Мама так вообще в восторге. Вот только не знаю, сколько смогу скрывать твои измены. Неделю? Месяц? Рано или поздно отец догадается и…
– И что? Перекроет мне дыхалку? Я уже самостоятельный мальчик, на твердом фундаменте.
– Мальчик, – хочу освободиться, но увы, – какое подходящее определение. Мальчик, который не наигрался в куклы и не пресытился вольной жизнью.
– Да пойми ты уже, – обхватывает мое лицо, – мне просто нужно было немного расслабиться!
– Ты не уйдешь, бросив чертову фразу про чувства и развод, – сжимает мои плечи. – И я никогда не съеду из нашего дома!
– Тогда я уеду. Да, – киваю уверенно, – вернусь к родителям на время. Папа будет рад. Мама так вообще в восторге. Вот только не знаю, сколько смогу скрывать твои измены. Неделю? Месяц? Рано или поздно отец догадается и…
– И что? Перекроет мне дыхалку? Я уже самостоятельный мальчик, на твердом фундаменте.
– Мальчик, – хочу освободиться, но увы, – какое подходящее определение. Мальчик, который не наигрался в куклы и не пресытился вольной жизнью.
– Да пойми ты уже, – обхватывает мое лицо, – мне просто нужно было немного расслабиться!
Подхожу к приёмной. Женщина, с которой меня свела судьба, уверяла, что её сын возьмет меня на работу. Но полной уверенности я не испытываю. Да и теперь мне нужна не только вакансия, но и крыша над головой.
Крепче цепляюсь за клетку с попугаями, почти единственное моё имущество.
— О, здрасте! — хмыкает мужчина выходящий из приёмной. — Это у нас что такое?
Спрашивает, осмотрев меня с ног до головы. Задерживает взгляд на губах, прическе, ободке, который не позволяет волосам лезть в лицо.
— Я Снежана, мне сказали, что Александру Сергеевичу требуется секретарь.
— Снежана? Снежка?
Сокращение имени от незнакомца восторг не вызывает, но киваю.
Мужчина хмыкает и резко возвращается в приемную, открывает дверь кабинета, видимо, начальника, и громко объявляет:
— Гномов, к тебе тут Белоснежка с птичками пожаловала!
Крепче цепляюсь за клетку с попугаями, почти единственное моё имущество.
— О, здрасте! — хмыкает мужчина выходящий из приёмной. — Это у нас что такое?
Спрашивает, осмотрев меня с ног до головы. Задерживает взгляд на губах, прическе, ободке, который не позволяет волосам лезть в лицо.
— Я Снежана, мне сказали, что Александру Сергеевичу требуется секретарь.
— Снежана? Снежка?
Сокращение имени от незнакомца восторг не вызывает, но киваю.
Мужчина хмыкает и резко возвращается в приемную, открывает дверь кабинета, видимо, начальника, и громко объявляет:
— Гномов, к тебе тут Белоснежка с птичками пожаловала!
— Ты виновата сама.
— Я? — шепчу. — Виновата в том, что ты мне изменяешь?!
— Можешь поистерить, но недолго, — бросает муж. — Мне завтра рано вставать.
Застёгивает пряжку пояса на брюках, небрежно швыряет брюнетке её смятый наряд.
— Варь, смирись. Такова жизнь. Все изменяют. Но обещаю не смешивать эти вещи. Семья — отдельно, развлечения — отдельно, — «успокоил» он меня.
— Тебе и не придётся стараться, — дрожу с головы до пят. — Я подаю на развод!
Гордеев утомлённо вздыхает.
— Не смеши. Ну какой, к чёрту, развод? Где ты окажешься после развода? Полы мыть пойдёшь? Будь умницей. Не кусай кормящую тебя руку.
- ХЭ
— Я? — шепчу. — Виновата в том, что ты мне изменяешь?!
— Можешь поистерить, но недолго, — бросает муж. — Мне завтра рано вставать.
Застёгивает пряжку пояса на брюках, небрежно швыряет брюнетке её смятый наряд.
— Варь, смирись. Такова жизнь. Все изменяют. Но обещаю не смешивать эти вещи. Семья — отдельно, развлечения — отдельно, — «успокоил» он меня.
— Тебе и не придётся стараться, — дрожу с головы до пят. — Я подаю на развод!
Гордеев утомлённо вздыхает.
— Не смеши. Ну какой, к чёрту, развод? Где ты окажешься после развода? Полы мыть пойдёшь? Будь умницей. Не кусай кормящую тебя руку.
- ХЭ
Русская фантастика онлайн
Выберите полку для книги